1W

Батифон

в выпуске 2020/04/06
21 марта 2020 - Дмитрий Мактаз
article14601.jpg

Батифон1

 

- Рекомендую коктейль «Синяя птица». Он гораздо лучше того пойла, которым вы давитесь, Джей, - прозвучал вкрадчивый голос официанта у меня за спиной.

- А я бы рекомендовал отвалить от меня, - огрызнулся я, не оборачиваясь.

- Это всегда успеется, Джей. Вы же знаете правила: мы подходим к клиентам. Предлагаю коктейль за счёт заведения: в качестве компенсации за назойливость.

Я сидел в незнакомом баре за обшарпанным столиком, уткнувшись носом в пустой стакан. Местное пойло уже не лезло в глотку, но остановиться я не мог. Хотелось тупо надраться. Официант трепался с кем-то в дальнем углу бара, не замечая меня. Я знал, что рано или поздно он подойдёт, но рассчитывал к этому моменту быть в стельку. Не успел.

- Давай своё пойло и отваливай, - великодушно согласился я, подняв голову.

Он поставил на стол большой запотевший бокал и уселся напротив. Коктейль оказался жидкостью голубоватого цвета с резким запахом спирта и пузырьками на поверхности.

- Не знаю, какой он на вкус, но воняет не лучше того, что я уже заказал, - я уставился на зазывалу, не рискуя попробовать выпивку.

- Понимаю ваши сомнения, Джей, но, поверьте, первое впечатление зачастую обманчиво.

Я пригубил напиток. Коктейль оказался что надо - крепкий, терпкий и с лёгким вкусом ванили. Всё, как я люблю. Этому я не удивился.

В наше время достаточно переступить порог любого заведения, чтобы быть опознанным местным компьютером. Детекторы считывают информацию о тебе с идентификационного чипа, как с открытой книги, делая запрос в банк данных. В цифровом хранилище есть сведения о каждом гражданине Конфедерации.

Торговая ассоциация, социальные службы, банки, полиция и ещё невесть кто знают о тебе всё. Знают, что ты любишь есть, пить, носить, где работаешь, с кем живешь, куда ездишь отдыхать, где любишь бывать и что покупать, твои политические взгляды и т.д. Бесконечный поток данных пополняется каждый день. И всё это - ради твоего удобства и безопасности. По крайней мере, так заявляет наше мудрое правительство.

Правительству не нужно содержать штат полицейских. Информацию ты выдаешь сам - в телефонных разговорах, электронных письмах или неосторожных фразах на дружеской пирушке. На каждого гражданина заведено досье, что позволяет полицейским предотвращать преступления и наблюдать за недовольными. Большинство граждан Конфедерации воспринимают навязчивую опеку как благо, их устраивает постоянный надзор всевидящего ока главного компьютера. Добропорядочным людям нечего скрывать.

Те, кому не нравилась тотальная система надзора и контроля, искали способы борьбы с ней. Обойти систему удавалось многим, но стать для неё невидимым — единицам. И если ты хотел что-то утаить от компьютера или совершить неблаговидный поступок, у тебя один путь — обратиться за фальшивой личностью к теневым фирмам. Как правило, фальшивая личность была недолговечна, риск попасться возрастал день ото дня, но порой игра стоила свеч.

Я не пользовался фальшивой личиной. Это было дорого и опасно. Мне нравился другой популярный вариант изменения личности — фича. Неприметная программка, искажающая одно или несколько данных в основном профиле. Достаточно исправить в чипе букву имени - и ты становишься другим человеком. При обнаружении ты обнуляешь программу нажатием кнопки и можешь легко списать недоразумение на ошибку детектора или компьютерный сбой. Для многих это становилась временным спасением от тотальной слежки и позволяло хоть недолго подышать воздухом свободы.

Сегодня, как оказалось, у меня этот фокус не получился. Официант в задрипанном баре, где детекторы обнаружения не обновлялись уже лет двадцать, назвал моё настоящее имя. Это не могло не насторожить. Я пришёл сюда впервые и тут же был опознан. Ничего хорошего это не предвещало. С минуты на минуту должен был появиться полицейский патруль. Я опрокинул в себя содержимое бокала, отключил фичу и приготовился ждать неприятностей.

- Можете не напрягаться, Джей. Они не придут, - улыбнулся официант, ставя на стол второй бокал.

- Я уже давно не напрягаюсь, приятель, - улыбнулся я в ответ, рассматривая приставучего типа.

Немолодой мужчина лет пятидесяти, слишком ухоженный для такой хреновой работенки, со стильной стрижкой, гладковыбритый и пахнущий дорогим парфюмом. Он был одет в поношенную ковбойскую куртку с грязной бахромой на груди и рукавах. В руках официант теребил выцветшую ковбойскую шляпу. Я готов был побиться об заклад, что на ногах у него красовались «казаки». Такой персонаж вполне мог быть завсегдатаем закрытого клуба, но никак не зазывалой захолустного бара. С такой приличной внешностью ему здесь не место. У меня этот парень вызывал неприязнь.

- Я уже говорил, Джей, первое впечатление зачастую обманчиво, - продолжал скалиться слащавый «ковбой».

- Зачем тебя нарядили в этот идиотский наряд? - сменил я тему.

- Это тематический бар. Ты сидишь в «Логове Билла», приятель. Здесь попусту не болтают. Только хорошая выпивка и лучшие девочки в округе, способные скрасить одиночество настоящего мужчины.

- Стоп! - перебил я его. - Даже не думай лить мне в уши это дерьмо. Я сюда пришёл выпить, а не участвовать в ролевых играх. Давай свой коктейль и проваливай.

- Простите, Джей, вырвалось машинально. Вы же понимаете, моя работа - развлекать публику, - виновато пожал плечами официант.

- Ты меня развлёк. Я заказал коктейль. Этого достаточно, чтобы закончить беседу?

- Боюсь, что нет, Джей.

- Неужели? Что ты ещё хочешь мне впарить? Крэк? Девочек? Порошок? Фальшивую личину?

- Мне нужно поговорить с вами, Джей.

- Поговорить? Ну, конечно, ты, наверняка, из Церкви Спасителя и хочешь спасти мою душу. Давай поговорим. Это подходящее место для душеполезных бесед, - меня стал раздражать этот навязчивый тип, я едва сдерживался, чтобы не наорать на него.

- Спокойно, Джей. Вы сейчас не в том положении, чтобы привлекать к себе внимание. То, что вы обнулили фичу, ничего не значит.

Ковбой постучал пальцем по затылку - именно туда обычно вживляли идентификационные чипы.

- Да пошёл ты! - я только было собрался выплеснуть коктейль мерзавцу в морду, и тут он выдал:

- Речь о вашей жене Нине.

Это был удар ниже пояса. У меня перехватило дыхание. Я поставил бокал на стол, схватил урода за грудки и притянул к себе.

- Что ты там вякнул, ублюдок, о моей жене?

- У вас есть выбор, Джей. Или вы продолжаете оплакивать смерть Нины, надираясь в столичных барах, или попытаетесь её вернуть. Не хотите поговорить со мной об этом, приятель? - спокойно сказал официант.

Я разжал кулаки. Ковбой отряхнул куртку и продолжал:

- Буду предельно краток. Я представляю влиятельных людей, они предлагают вам контракт. В качестве оплаты мои клиенты предлагают восстановить матрицу сознания Нины Самак в новом женском теле.

- Что от меня хотят эти загадочные влиятельные люди?

- Для начала вашего согласия.

- Согласия на возврат Нины или согласия на контракт?

- Согласия на сотрудничество.

- Парень, не крути мне мозги. Скажи нормально - чего надо? Что-то я не слышал, чтобы воскрешение было популярно.

- Но вы наверняка слышали о проекте «Бессмертие», не так ли?

- Наверняка.

- Я понимаю, Джей, вы сейчас не принимаете всерьез предложение моих клиентов. Скажите, это прибавит весомости моим словам?

Он выложил на стол маленький пластиковый пакет. Не трудно было догадаться, что внутри - индивидуальный идентификационный чип и флэшка.

- Ты хочешь сказать, это чип Нины? Но это невозможно, - я недоверчиво уставился на пакет.

- Для моих клиентов возможно. Ну так как, Джей, теперь вы готовы к сотрудничеству?

- Как я могу проверить чип? Если я подключу его к компу, защитные программы сразу заметят незарегистрированную личность в системе,- вслух размышлял я.

- Джей, в чипе сохранены воспоминания Нины, а не её личность. Любой компьютерный терминал воспримет его как обычное устройство хранения данных. Ни один чип не может вместить в себя матрицу сознания.

- И что? Откуда мне знать, что чип - не фальшивка?

- Вы прекрасно знаете: подделать чип невозможно. Они индивидуальны. На флэшке воспоминания Нины, а не метки, которые можно найти в центральном банке данных.

- Не знаю. Я вообще не понимаю, как можно такое провернуть. Допустим, ты говоришь правду и мне могут вернуть Нину, но с какой стати я должен верить тебе и твоим клиентам? Если они такие крутые парни, зачем им понадобился какой-то второсортный программист?

- Всему свое время, Джей. Возьмите для начала чип с флэшкой и идите домой. Если вы сейчас дадите устное согласие на сотрудничество, мои клиенты скоро с вами свяжутся, - официант выжидающе посмотрел на меня, скрестив руки на груди.

- Что вам даст моё устное согласие, если я не понимаю, что должен делать?

- Устное согласие даёт вам, а не нам, возможность узнать о предстоящей сделке. Оно не имеет юридической силы. Другими словами, Джей, ваше согласие ни к чему вас не обязывает. Ну так как?

- Хорошо. Предварительно я согласен на сотрудничество, но никаких бумаг подписывать не собираюсь. Моё согласие записано на мой чип и немедленно аннулируется, если окажется, что участие в деле связано с нарушением закона.

- Очень предусмотрительно с вашей стороны, Джей, - ковбой криво усмехнулся и натянул на голову шляпу. - Чип остаётся у вас. Всего хорошего!

Я припечатал ладонью пластиковый пакет, так и не решив, что делать дальше.

Боль от потери Нины вновь захлестнули меня. Если «официант» хотел меня заинтриговать, ему это удалось. Я проводил его взглядом, пока он не скрылся за дверью бара. Потом уставился на свою ладонь, под которой скрывалось моё прошлое, моя любовь и моя боль.

- Добро пожаловать, сэр, в «Логово Билла»! Не хотите чем-нибудь освежиться? - прозвучал механический голос.

Я поднял глаза и увидел трехмерную проекцию ковбоя в чёрной шляпе, жующего огрызок потухшей сигары.

- А разве у вас официант не человек?

- Нет, сэр. У нас стандартная лицензия. Живой персонал нам не по карману. Хотите что-нибудь выпить?

- Принеси мне «Синюю птицу».

                                                                                       *****

Нина. Она была центром моей вселенной. Моим вдохновением. Моей судьбой и моей любовью. Нина наполняла мою жизнь радостью.

Она любила жизнь и могла любого заразить своей жизнерадостностью. То, что мне казалось обыденным и неинтересным, у Нины вызывало восторг. Мою скучную работу программиста в аналитическом отделе она воспринимала как тренировку и оттачивание моего нераскрытого таланта. Она смогла бы найти светлую сторону даже в чёрной дыре.

Когда она умерла, всё стало тусклым и серым. Особенно тяжело было дома. Я повсюду видел следы пребывания Нины, это угнетало ещё больше. Попытка уйти с головой в работу ни к чему не привела. Я ловил себя на том, что хочу обсудить с ней тот или иной вопрос.

В запасе оставались малочисленные друзья и алкоголь. Друзья могли дать краткосрочное утешение, а алкоголь - спасительное забвение.

Каждый вечер я таскался по барам, пытаясь напиться до потери сознания. Злоупотребление алкоголем неминуемо отразилось бы в личном профиле, поэтому я автоматически пользовался фичей. По привычке я всё еще заботился о своём социальном статусе, хотя мне было на всё наплевать. До сегодняшнего вечера так и было, пока кто-то не предложил мне вернуть самое дорогое — Нину.

Верил ли я в чудеса? Нет, не верил. Моя работа была связана с анализом статистических данных, в этой области с чудесами я не встречался. Мои программы могли просчитывать зарождающиеся тенденции, оперируя разрозненными обрывками информации и фактами. Нина считала, что таким образом я формирую будущее. Моего работодателя не интересовала подобная лирика, его занимали биржевые котировки. Мои расчёты позволяли играть по-крупному.

Похоже, на этот раз кто-то хочет поиграть со мной. Ну что же, терять мне нечего, можно и поиграть. Только для начала я узнаю, с кем предстоит иметь дело. Ковбой, или кто он там на самом деле, наверняка рассчитывал на то, что я брошусь сломя голову считывать чип Нины, жадно просматривая воспоминание. Тот, кто решил использовать меня втемную, плохо представлял, с кем имеет дело. Это знала только Нина.

Я активировал нелегальную программку в телефоне и отследил сигнал GPS-трекера. Жаль, что удалось прицепить к ковбою только «маячок», но это не беда, скоро я и так буду знать о нём всё.

                                                                                          *****

Говард Кински торопился. Он выполнил свою часть контракта. Оставался последний пункт — передать запись разговора с объектом. Говард не сомневался, что клиент видел и слышал беседу в режиме реального времени. Зачем понадобилась в качестве доказательства запись, Кински не задумывался.

До назначенного срока оставалось семь минут. Говард спешил, выжимая из электрокара всё, на что тот был способен. Дорога была свободна, но Говард боялся опоздать. Он хотел, чтобы весь этот ужас закончился и его любимой дочери Ханне больше ничего не угрожало.

Человек, который разговаривал с Говардом по видеофону два часа назад, чётко описал последствия невыполнения условий контракта. По роду деятельности Кински хорошо знал таких людей: если они брали жертву в оборот, то выполняли все угрозы. Эти ребята не признавали никаких оправданий, были глухи к мольбам и не ведали жалости. Их интересовал только результат, и горе тому, кто нарушал условия контракта.

Ханна лежала в клинике, где с ней работали специалисты. У девочки была шизофрения, и диагностировали её слишком поздно. Жена, узнав страшный диагноз, ушла от Говарда, оставив его с больным ребёнком. Он решил, что будет с дочерью, чтобы не случилось. Говард уже много лет оплачивал лечение Ханны, надеясь на ремиссию. Сегодня он должен был забрать девочку из клиники, но бандиты его опередили.

Ему позвонили и объявили, что у него «контракт» с фирмой. Говоривший был краток: либо выполнение условий, либо смерть дочери. Говард не раздумывал ни секунды.

В электрокаре нашёлся маленький пластиковый пакет, флэшка и видеопослание, в котором излагалось, что нужно сделать. На заднем сидении кара лежала потёртая куртка с бахромой и ковбойская шляпа.

Телефон тихонько тренькнул, на дисплее высветилась фотография спящей Ханны. Позже позвонил и похититель. Он убедился, что адвокат понял задачу, и дал два часа на ее выполнение. Контракт считался выполненным после того, как Говард опустит флэшку памяти в почтовый терминал на улице Рошаля.

Добиться устного согласия от Джея для опытного адвоката не составило труда. По дороге в бар он успел изучить профиль программиста и не сомневался, что тот примет условия сделки. Говарду не давал покоя лишь один вопрос: зачем он понадобился бандитам? Они могли сами прижать Джея к стенке, имея на руках такой козырь, как воскрешение жены. Могли, но зачем-то прибегли к посреднику, выбрав на эту роль его.

Говарду очень не нравилась вся эта история, он хотел побыстрее из неё выпутаться. Люди, способные достать чип погибшего человека из охраняемого хранилища, предлагающие воскрешение, не вызывали у опытного адвоката никакого доверия.

Скорее всего, его ещё раз используют в переговорах с Джеем. Ему удалось наладить с объектом контакт, и именно ему, Говарду, поручат озвучить Джею условия контракта. Адвокат не сомневался: свидетелей таких сделок в живых не оставляют.

Оставался один выход — сыграть на опережение. Он сейчас опустит в терминал флэшку, заберёт Ханну и рванёт в аэропорт. Говард понимал: если он заедет домой или попытается кого-то предупредить, бандиты его прихлопнут. Хорошо, что на банковской карте достаточно денег. Главное, сбить всех с толку, а там он уж сможет купить фальшивые личины и залечь на дно в какой-нибудь глуши.

С этими мыслями Говард подъехал к почтовому терминалу. Он выскочил из машины, как ужаленный, и бросился к светящемуся почтовому кубу. Опустив флэшку в приёмник, Говард посмотрел на часы. Он успел. До назначенного срока оставалось две минуты.

В кармане пальто тренькнуло. Говард трясущимися руками достал телефон. В послании была указан адрес. Навигатор определил место - отель напротив. Не успел адвокат сделать и пары шагов, как телефон зазвонил.

- Слушаю, - выдавил Кински.

- Говард, вы выполнили условия контракта. Но возникла одна проблема, - прозвучал знакомый голос.

- Какая? Что я сделал не так?

- Вы выполнили контракт, но объект повесил на вас «маячок».

- «Маячок»? Я не заметил никакого «маячка»! И что мне теперь делать?

- Ничего. Будем считать это форс-мажором. В контракте этот пункт не предусматривался.

- Моя дочь в безопасности? Вы сказали, что я всё сделал.

- Успокойтесь, мистер Кински, фирма всегда выполняет все условия - ваша дочь в безопасности. Дело в другом.

- Что значит в другом?

- Дело в вас.

Телефон отключился. Говард отшвырнул в сторону бесполезный аппарат и бросился к отелю со всех ног. Он не добежал до входа несколько метров. Из-за угла выскочил грузовой электрокар. Последнее, что увидел Кински, был несущийся на него автомобиль…

                                                                                          *****

- Я прекрасно понимаю ваши опасения, Янек, и разделяю их. Но большинство совета директоров считает вас параноиком и непрофессионалом. И если завтра вы не сможете убедить их в обратном, вас отстранят от проекта. Я знаю, каково это - лишиться своего детища!

Советник Иншас рассматривал картины авангардистов в кабинете директора проекта «Бессмертие» Янека Коха. Советник расхаживал вдоль полотен, и, как бы между прочим, разговаривал с Янеком. Хозяин кабинета замер, сидя в кресле, и ловил каждое слово Иншаса. Ему очень не нравился визит советника в столь поздний час, но новость об экстренном заседании совета директоров ему не нравилась ещё больше.

- С чего они вдруг всполошились?

- Они всполошились не вдруг. Совет рассчитывал выйти на уровень реализации год назад, а ваши неудачи с переносом матрицы сознания и нежелание подключать к проекту ИИ могут отстрочить запуск первой фазы на неопределенное время. Дополнительное время - это дополнительные расходы.

- Мне кажется, вы лукавите, уважаемый Иншас. Дело совсем не в деньгах.

- Вы, как всегда, проницательны, мой друг. Дело не в деньгах.

- Тогда в чём, советник?

- Дело в вас, Янек. Кое-кто там, - советник ткнул пальцем вверх, - …считает, что вы начали терять хватку.

- Терять хватку?

- Да, мой друг. После ваших грандиозных успехов ваши провалы выглядят не менее грандиозно. Отсутствие устойчивых результатов переноса матрицы сознания. Ваша паранойя по поводу Искусственного Интеллекта. И, конечно же, скандал, связанный с утечкой образцов. Он разгорается, как лесной пожар.

- Если я правильно вас понимаю, советник, вы сейчас перечислили пункты завтрашнего обвинения.

- Я перечислил ваши слабые места, мой друг. С каждым новым заседанием совета их становится больше. Вы молоды и сильны, Янек, но одно дело встретить лицом к лицу одного-двух врагов, а другое - защищаться от кровожадной своры.

- Очень меткая аналогия со сворой, уважаемый Иншас. Но мне кажется, я смогу опровергнуть все обвинения.

Советник обернулся, удивленно вскинул бровь, на его лице промелькнула улыбка.

- Вы как-то сказали мне, что всё определяет результат, - продолжал Янек. - Завтра я могу его предъявить. Вам известно мое отношение к тому, что люди безгранично доверяют искусственному разуму, которому и без того доверили слишком многое. Мы добились, как вы выразились, устойчивых результатов без участия ИИ. Матрицы сознания после переноса в тело вспоминают себя. Для этого нужно пропустить матрицу через специальный ретранслятор душ. Это усложняет процедуру переноса, но матрица получает новое тело и остаётся исходной личностью с вероятностью девяносто пять процентов. Нам нужно ещё немного времени, чтобы добиться полной автоматизации процесса. Именно в этом и заключается суть проекта «Бессмертие».

- Поразительно! Просто поразительно, Янек! Я всегда верил в ваш гений. Несмотря на вашу молодость, вы смогли добиться большего, чем совет директоров вместе взятый. Это, безусловно, хорошая новость, но, боюсь, дело зашло слишком далеко. Ваш успех укрепит совет в желании избавиться от вас.

- Вы думаете, этой новости будет недостаточно?

- Боюсь, что нет. После скандала с пропажей образцов новых тел, совет хочет как можно быстрее выйти на рынок. Поскольку вы умудрились перейти дорогу доброй половине директоров, они считают, что вы сознательно тянете время и лишаете их прибыли. Они жаждут крови, Янек. Вашей крови. И у них есть для этого причины.

- Но в этом происшествии нет моей вины. Тела похитили не на базе, а у военных. Это вообще не наша зона ответственности, - воскликнул Кох.

- Тем не менее сенатор Джеминсон и его компаньоны считают это хорошим поводом, чтобы сместить вас с должности директора проекта.

- Сенатор Джемисон - глупый и жадный старикан, который спит и видит, как наложить лапы на проект. Он постоянно меня торопит и при этом вставляет палки в колёса. Видимо, боится, что умрёт раньше, чем мы освоим технологию переноса.

- Его можно понять: он стар, и хочет успеть пожить в молодом теле. Но, как я уже сказал, он не одинок. Вы нажили себе слишком много врагов, завтра все они будут на совете. Впрочем, у вас немало и друзей.

Советник Иншас перестал прохаживаться вдоль картин. Он посмотрел на Янека и широко улыбнулся:

- Мы готовы вам помочь, Янек, если вы поможете нам.

- Что вы имеете в виду, советник?

- Как я уже сказал, мы разделяем ваши взгляды относительно автономности проекта «Бессмертие». Никто и ничто не должно иметь доступ к технологии переноса, особенно ИИ. Вы можете не беспокоиться насчёт сроков, Янек. Сколько бы вам не понадобилось времени — оно ваше. Совет директоров мы берём на себя. Завтра ваше выступление будет формальным отчётом, в котором не стоит упоминать о достижениях. В этом случае вы без труда сохраните свой пост.

- И что же вы попросите взамен, советник Иншас? - Янек вытер внезапно вспотевший лоб.

- Не переживайте, Янек. Нам нужна от вас сущая безделица — один из ретрансляторов душ.

- Значит, всё-таки, разведка, - задумчиво произнёс Кох.

Советник Иншас пожал плечами. Он взял со стола директора проекта «Бессмертия» фоторамку:

- У вас красивая жена. Что скажете, мой друг? Я могу забрать свою безделушку?

                                                                                        *****

Сигнал маячка замер где-то посреди улицы Рошаля. Мне не нравилось, что липовый официант слишком долго оставался на одном месте. Либо он заметил маячок, что сделать очень сложно, либо переоделся и оставил куртку в машине, что вероятнее. От злости я был готов разбить телефон об стену. Я был уверен, что вычислю личность «ковбоя» и через него выйду на таинственных клиентов. Кажется, этот клоун смог меня перехитрить. Пока он не окажется рядом с любой компьютерной сетью, я бессилен.

Я взял чип Нины и собрался уже подключить его к терминалу, как заметил, что метка ковбоя начала двигаться. Схватив телефон, я продолжил следить за перемещением сигнала. Вскоре в углу дисплея замерцал зелёный огонёк подключения к местной компьютерной сети. Я «перебросил» линию связи на комп и взялся за дело.

Не прошло и пяти минут, как мой энтузиазм сменился разочарованием. Я смог наконец идентифицировать личность «ковбоя», взломав базу данных местного компьютерного терминала. Им оказался некий адвокат Говард Кински, но это уже было не важно. К тому моменту он был уже мёртв. Его сбил грузовик. Тело адвоката доставили в ближайший морг. Тупик.

Стоп. А что забыл этот парень на улице Рошаля? Почему он не поехал домой, который, судя по профилю, находится в другом конце города? Какого чёрта он там делал? Встречался с клиентами? Им что-то не понравилось, и его бросили под грузовик? Гадать можно бесконечно. Я открыл карту города, решив посмотреть место гибели незадачливого адвоката поближе.

Говард погиб рядом с отелем «Лайк Сити». Я без труда взломал терминал отеля и пробежался по списку постояльцев. Детекторы в отелях, как и в любом общественном месте, каждый день обновляли программы. Это требование полиции. Чтобы обмануть детектор, нужно иметь очень качественную фальшивую личину. Потому беглецы и бандиты не жаловали такие места. Слишком высока вероятность попасться в лапы полиции.

«Лайк Сити» не был исключением. Его детекторы считывали чипы любого, кто переступал порог. Я быстро нашёл в списке знакомую фамилию. Ханна Кински. Ага, это уже кое-что. Посмотрим, кто ты такая, Ханна. Дочь Говарда. Догадаться было не сложно, но проверить стоило.

И какого рожна, Ханна, ты забыла в этом клоповнике? Тебе всего-то десять лет, в это время ты должна сидеть дома, играть в «Розовую пантеру» или ещё какую сопливую сетевуху, а не отсиживаться в третьесортном отеле. К сожалению, полиция в своём стремлении знать о гражданах всё была непоследовательна, и не заставляла администрацию гостиниц оборудовать номера видеокамерами. Такой пустячок позволил бы мне узнать, что делала Ханна, пока её папаша обрабатывал меня в баре. Ну да ладно, тебе от меня никуда не деться. А пока я узнаю, как ты покинула отель.

Отыскав на улице ближайшую к отелю видеокамеру, я взломал сервер и стал просматривать записи за последний час. Вскоре я увидел Говарда, выскочившего из электрокара. Он подбежал к почтовому терминалу и что-то в него опустил. Наверняка, запись нашего разговора в баре с моим устным согласием на сделку. Затем он достал телефон. Нашёл глазами отель и чуть ли не бегом бросился к нему через дорогу. Снова достал телефон, с кем-то поговорил. И тут из-за угла вылетает грузовой кар и сбивает его. Интересное совпадение!

Через пару минут после гибели Говарда в отель вошёл мужчина в ковбойской шляпе.

«Не слишком ли много на сегодня ковбоев?» - подумал я.

Вскоре человек вышел из отеля, ведя за руку маленькую девочку, одетую в светлое пальтишко и ярко-зеленую шапочку с длинными лентами-завязками. Они сели в такси и уехали. Не нужно быть детективом, чтобы понять, что Ханну удерживали в заложниках, пока Говард таскал для кого-то каштаны из огня.

Так, давай посмотрим, что ты за крендель. Я снова зашёл в базу данных отеля и считал показания детектора. Джон Уэйн. Что? Такой наглости я не ожидал. У этого парня была фальшивая личина с именем самого известного киношного ковбоя позапрошлого века. Вот это да! Ничего не скажешь: у этих ребят есть стиль.

Я вернулся к кадру с отъезжающим такси и скопировал в поисковую строку его номер. Ладно, давайте посмотрим, куда вы поехали. Такси доехало до дома Говарда. Видеокамера на доме зафиксировала, как Джон Уэйн отвел девочку к подъезду. Он позвонил в дверь, оставил Ханну на пороге, потом нырнул за угол дома и словно растворился в ночи. Больше его не видела ни одна камера в округе. Стать тенью - это высший пилотаж.

Пожалуй, Говард был прав, назвав своих клиентов влиятельными людьми. Обычные бандиты не могли себе позволить такой маскировки. Люди, желающие втянуть меня в какую-то игру, очень хорошо знали систему и могли ее обойти. Я не сомневался, что, распотроши я телефон покойного Кински, не нашёл бы там ничего. Скорее всего эти парни засекли мой маячок и убрали Говарда. Других объяснений я не находил. Девочку-то они оставили в живых. Значит, снова тупик.

Пожалуй, пора вернуться к чипу Нины и посмотреть, что за воспоминания мне оставили. Возможно, там я найду какую-то зацепку.

Видит Бог, я боялся заглянуть туда. Там меня ждала Нина. И боль утраты.

                                                                                      *****

Звонок мужа застал Ясину на пороге ванной комнаты.

- Милая, добрый вечер! Ты дома?

- Добрый! Конечно, дома. Где по-твоему я могу быть после десяти вечера? - насторожилась Ясина.

- Честно говоря, я думал, что ты в театре, - хохотнул муж.

- В театре я была вчера, милый. Ты как обычно, всё путаешь, - в голосе Ясины появились нотки раздражения.

- Прости, бога ради! Я со своей работой уже потерял чувство времени. И к тому же...

- Со своей работой ты потерял совесть! - перебила мужа Ясина. - И если так будет продолжаться, то можешь потерять и жену. Я так понимаю, сегодня тебя не ждать?

- Милая, прошу, не злись. Ты же знаешь, после инцидента с пропажей тел всё усложнилось. К тому же утром у меня внеплановое совещание. Нужно подготовить отчёт.

- Совещание? Что-то случилось? - голос Ясины дрогнул.

- Ничего, с чем я бы не мог справиться. Всё будет нормально. Завтра я смогу наконец-то обнять тебя. Ты же знаешь, как я по тебе скучаю, милая.

- Знаю. Потому прощаю. Я соскучилась по тебе. Мне очень тебя не хватает. Мне так многое нужно тебе рассказать...

- Завтра всё расскажешь! Обещаю быть внимательным слушателем и не перебивать!

- И ты не будешь зевать, когда я буду говорить про театр? - улыбнулась Ясина.

- Вот увидишь, завтра я буду благодарным слушателем и примерным семьянином. Люблю тебя, милая! Мне нужно работать. Доброй ночи!

- Спокойной ночи, любимый! Жду тебя!

Ясина отключила телефон и, мурлыкая под нос какой-то незамысловатый мотивчик, удалилась в ванную. Она не вышла оттуда ни через час, ни через два. Когда наблюдатели потеряли терпение и проверили в доме скрытые видеокамеры, то не обнаружили ничего странного. Но из гаража пропал электрокар.

Вскоре группа наблюдения получила приказ проникнуть в дом. Ванная оказалась пуста. Молодая женщина бесследно исчезла.

                                                                                         *****

- Как ты думаешь, через сколько ее хватятся?

- Думаю, у неё в запасе не больше двух-трёх часов.

- Этого вполне достаточно, - Янек обхватил рукой подбородок и задумался.

- Ты увёл из-под удара её, но сам остался на острие атаки, - голос собеседника Янека звучал глухо и казался неживым.

Кох вскочил на ноги и заметался по кабинету. События развивались стремительней, чем он рассчитывал. Визит советника и открытый шантаж говорили о том, что фаза развязки наступила раньше, чем просчитали они с Ильёй. У Янека в запасе целая ночь: нужно подготовиться к утреннему заседанию. Спасибо, что советник предупредил, это позволило Ясине скрыться. Интересно было бы посмотреть, как они будут её искать.

Директор проекта «Бессмертие» улыбнулся и повернулся к рабочему столу. Возле стола сидел щуплый мужчина средних лет с невыразительной внешностью клерка. На нём был помятый серый костюм. Он равнодушно наблюдал за метаниями Янека и курил.

- Пока они не будут уверены, что процесс переноса не отлажен до автоматизма, они меня не тронут.

- Когда ты им скажешь про основную проблему, связанную с переносом? - поинтересовался клерк.

- Разведка и директора прекрасно осведомлены о сложностях переноса, но не считают это проблемой. Все они убеждены, что для успешного переноса личности в новое тело достаточно правильно отладить оборудование, - Янек остановился.

- Я бы не стал их недооценивать. Аналитики сенатора Джемисона и его группы не зря едят свой хлеб. Неосмотрительно думать, что они не считают это проблемой. Как только ты предоставишь приемлемые результаты переноса, они тут же начнут протаскивать в сенате закон об идентификации матрицы сознания. И они должны предъявить сенату веские доказательства, что личность в новом теле является подлинной, а не клоном. В противном случае перенос матрицы сознания в новое тело становится бессмысленным.

- Мне кажется, мы уже решили вопрос идентификации матрицы сознания. По волновому коду можно установить личность. Разве не так?

- Янек, по волновому коду можно только идентифицировать матрицу сознания, но это не значит, что матрица после переноса останется прежней личностью. В этом и загвоздка: кто очнётся в новом теле - исходная личность или какая-то другая? Советник прекрасно это понимает, потому и дал тебе время разобраться с проблемой.

- Тогда зачем ему ретранслятор душ, если они не смогут им эффективно воспользоваться? – вслух размышлял Янек.

- Для того, чтобы иметь козырь против группы сенатора Джемисона. Это обычная система сдержек и противовесов. Правительство не позволит сосредоточить процесс переноса в одних руках. Они в состоянии пойти по твоим стопам и повторить каждую фазу исследований. В отличие от тебя, власть не настроена враждебно к искусственному интеллекту, - клерк потянулся и вытянул ноги.

- Можешь не беспокоиться об этом. Пока я жив, здесь не будет никакого ИИ.

- Вот именно - пока ты жив. Вряд ли ты дотянешь до того момента, когда они примут закон о правопреемственности.

- Для этого мне нужно уведомить совет о результатах, - отозвался Янек.

- Понятно, почему советник Иншас просит не делать этого. Новость о появлении на рынке услуги по переносу матрицы сознания спровоцирует мировой финансовый кризис. Пока ты не решишь проблему сохранения исходной личности, люди в правительстве не будут готовы публиковать результаты проекта.

- Но и тянуть больше нельзя. Шила в мешке не утаишь: рано или поздно произойдёт утечка информации. Как только я добьюсь результатов, советник сдаст меня директорам на съедение.

- Что думаешь предпринять?

- Для начала я хочу убедиться, что Ясина в безопасности. Всё решится утром, Илья.

Человек, которого Янек назвал Ильей, пожал плечами. Он подошёл к директору и дружески похлопал его по плечу.

- Ты должен принять решение сейчас. Утром тебя прижмут либо те, либо эти.

- Решение уже принято. Вопрос в другом: ты со мной?

- Можешь в этом не сомневаться. Да, ночка предстоит беспокойная.

                                                                                            *****

Ясина всё поняла, едва услышала по телефону кодовую фразу. Они давно обо всем договорились и разработали план. Ей с самого начала не нравились ни проект «Бессмертие», ни назначение мужа его директором. Ясина до хрипоты спорила с Янеком, доказывая опасность всей этой затеи с бессмертием и его участия в нём.

Она была уверена, что муж вторгается на чужую территорию. Дело даже не в том, что это может оказаться территория Бога, а в том, что люди, которые рвутся к бессмертию, всего лишь используют талант её мужа для личной выгоды. Как только Янек выполнит свою миссию, его не только отстранят от дел, но ликвидируют.

Янек и сам стал сомневаться, что нужен хозяевам жизни. С каждым днём росла вероятность физического устранения его и жены. Они решили сбежать. Как только муж спросил про театр, Ясина поняла — время пришло.

Она до последней секунды разговора изображала из себя обиженную жену, обдумывая план действий. Они обменялись кодовыми словами, подтверждая, что поняли друг друга, и отключились. В ванной комнате Ясина достала из скрытой в стене нише компьютерный терминал…

Янек работал с лучшими программистами планеты и мог попросить их о небольшой услуге. Он считал фальшивые личины детскими попытками обмануть компьютерную систему. Его интересовала возможность находиться внутри системы, но оставаться для неё абсолютно невидимым. Быть тенью, а не объектом.

Ясина подключилась к терминалу через свой чип и закачала программу «Тень». Через несколько секунд после инсталляции она стала невидимой для всех детекторов обнаружения. Видеокамеры Конфедерации подключались через компьютерную систему, которая вначале распознавала объект, а потом разрешала трансляцию его изображения.

Выйдя из ванной, Ясина быстро собрала вещи и укатила из дома на электрокаре. В разговоре муж не указал на ни одно из мест встречи. Значит, нужно выбираться из страны одной.

Аэропорт и вокзалы не подходят. Там слишком людей. Для них Ясина была очень даже видима, её вычислят до того, как она подойдёт к трапу самолёта или вагону поезда. Ясина отправила короткое сообщение на номер перевозчика-контрабандиста. Ответ пришёл через минуту. Уехать можно только утром. Ночь ей придётся где-то пересидеть. Не самый лучший вариант, учитывая, что на неё с минуты на минуту начнут настоящую охоту. Люди из спецслужб быстро её хватятся и примутся прочесывать город.

Нужно срочно придумать, где провести эту ночь. Ясина достала телефон. Нет, нет, нет… всё не то, — листала она записную книжку. Вот! Этот человек ей подойдёт. Женщина нажала на кнопку вызова.

                                                                                             *****

Руки предательски дрожали. Я давно подключил флэшку к компу, но не решался открыть файл. С одной стороны, я очень хотел увидеть и услышать Нину, а с другой - боялся этого до жути. Бокал коньяка помог мне успокоиться, и я наконец нажал кнопку.

Идентификационный чип не обладал большим объемом памяти. Он предназначался для передачи данных, а не хранения. Все воспоминания в нём хранились в виде картинки — метки, похожей на сетевую ссылку. По этой «ссылке» можно было попасть в центральный банк данных и посмотреть записи. Скопировать чьи-то воспоминание на флэшку считалось невозможным.

В цифровом хранилище ты мог получить доступ только к своим воспоминаниям. Критерий отбора и продолжительность записи были неизвестны. В банке данных воспоминания тасовались в случайном порядке: от того дня, когда ты впервые пошёл в детский сад, до неловкого момента, когда ты блевал в сортире после пьянки.

На флэшке, которую мне передал «ковбой», была только одна запись. Я проверил чип и без труда нашёл метку этого воспоминания. Всё сходится, это не подделка.

На записи я увидел себя. Я сидел на своём любимом диванчике и держал в руке бокал.

- …и я думаю, что весь этот их хвалёный проект «Бессмертие» окажется пустышкой, - прозвучал голос Нины.

Нина на записи была не видна. Я совершенно упустил из виду, что воспоминание было записано от первого лица и я просто физически не мог её увидеть, если она, конечно, не стояла рядом с зеркалом.

- Почему именно пустышка, а не, к примеру, мошенничество? - осведомился я у невидимой Нины.

- Если в идее реинкарнации есть хоть капля истины, то умники, занимающиеся переносом сознания человека в другое тело, могут столкнуться с неожиданной проблемой, - хохотнула она.

- Что ты имеешь в виду?

- Джей, не тупи! Это же очевидно. Все религии твердят, что ты по сути своей уже являешься бессмертным существом. Неважно, как они это называют — душа, дух, частица творца или матрица сознания.

- Ну и что из того?

- А то, что ты как личность уже существовал! В разных телах, в разные времена, ты уже находился в теле человека и был абсолютно другой личностью. Личностью, у которой были свои знания, жизненный опыт и воспоминания. Понимаешь?

- Стоп, стоп, стоп! - я замахал руками. - Ты хочешь сказать, что я сейчас не настоящая личность, а типа отражение другого себя. Протестую, ваша честь! Я - это я и никто другой! Это может подтвердить любой свидетель, мой идентификационный чип и моя жена!

- Джей, я серьёзно. Ты у нас аналитик или кто? - Нина подошла поближе.

Я попытался ухватить её за руку, но она отодвинулась.

- Ну хорошо. Я тоже серьёзно. Ты хочешь сказать, когда умники из проекта «Бессмертие» начнут переносить матрицу сознания в тело, они могут получить на выходе другую личность. Так?

- Ну наконец-то, Джей! Да, именно в этом я вижу ошибку проекта. Перенос может «разбудить» совсем другую личность, со своими воспоминаниями и жизненным опытом. И все надежды стариков в правительстве полетят псу под хвост.

- Возможно, такая вероятность существует, но как говорится: не узнаешь, пока не попробуешь. Вот когда они на самом деле столкнутся с синдромом богини Кали, тогда и поговорим об этом. А пока иди ко мне!

- Когда они с этим столкнутся, говорить уже будет бессмысленно.

- Ты то же самое говорила про искусственный интеллект, который может внезапно осознать себя и…

На этом месте запись оборвалась, словно её обрезали. Странно, но я с трудом вспоминаю этот разговор. Мы часто с Ниной спорили, и она всегда хотела услышать мое мнение по тому или иному поводу. Мы нередко обсуждали проект «Бессмертие», о существовании которого ходило много слухов, но именно эта беседа почему-то помнилась очень смутно.

Мы с Ниной не имели никакого отношения к этому проекту. Всё, что мы знали, - что он существует и успешно функционирует. Ходили слухи, что в нём участвует много разных спецов, которых держат в секретной лаборатории где-то в пустыне, но доказать или опровергнуть это никому не удавалось.

На слуху была только основная идея проекта - перенос матрицы сознания человека в новое тело с сохранением личности. Считалось, что одни умники из Всемирного университета доказали, что это возможно, а другие решили воплотить это в жизнь.

Вскоре поползли слухи о скрываемых результатах проекта. Кто-то ждал скандала и громких разоблачений, кто-то уповал на правительство, которое вот-вот начнёт массовое производство человеческих тел для переноса.

У Нины на этот счёт было свое мнение. Она считала, что «новая жизнь» станет товаром и неизбежно приведёт масштабному финансовому кризису. Мои компьютерные расчеты говорили о том же.

Успех проекта гарантировал баснословные барыши. Индустрия, связанная со здоровьем человека, была обречена. Продавать жизнь можно вечно! Новые тела очень быстро станут приоритетным товаром на планете. Тот, кто будет контролировать «бессмертие», - будет контролировать всё.

Только всё это не имеет для меня никакого смысла. Нина мертва. Если, конечно, «влиятельные заказчики» погибшего адвоката в самом деле не смогут вернуть её. Я начал догадываться, зачем мне подбросили именно это воспоминание. Мерзавцы, которые хотели использовать меня в своих тёмных делишках, предупреждали, что Нина могла оказаться права.

Я потянулся к компу, чтобы выключить его, но в кармане зазвонил телефон. От неожиданности я вздрогнул. Посмотрев на дисплей, облегченно выдохнул. Звонила близкая подруга Нины. Странно, конечно, что так поздно, но я решил ответить.

                                                                                         *****

- Слушаю! - ответил Янек на телефонный звонок.

- Друг мой, мне казалось, что мы достигли полного взаимопонимания, - прошелестел в трубке вкрадчивый голос советника Иншаса.

- Конечно, советник. Что вас беспокоит, раз вы звоните мне ночью?

- Меня беспокоит внезапная пропажа вашей жены.

- Можете не беспокоиться, уважаемый Иншас, с ней всё в порядке, - улыбнулся Янек.

- Не сомневаюсь, друг мой, - после небольшой паузы заговорил советник. - Убедительно вас прошу не принимать больше никаких опрометчивых решений без моего ведома. До утра вашу жену обязательно найдут. Я прослежу за этим. Доброй ночи!

- Ублюдок! - взревел Янек, когда в трубке раздались короткие гудки.

Через минуту он взял себя в руки и набрал номер Ильи.

- Представь себе, мне только что звонил Иншас. Чертов ублюдок пообещал к утру найти Ясину.

- Не обязательно об этом орать на весь этаж, я прекрасно тебя слышу, - Илья стоял на пороге кабинета и ухмылялся.

- Я думал, ты ушёл к себе, - удивился Янек.

- Ушёл и пришёл, как видишь. Чему ты удивляешься, советнику нужна гарантия твоей покладистости. Страховка. Слишком высоки ставки на завтрашнем совете.

- Да, да, ты прав. Им нужно непременно держать меня за яйца, - Янек плеснул себе виски и плюхнулся в кресло.

- Не накручивай себя, дружище. Ясина - умная девочка, она где-нибудь пересидит ночь. Советник блефует. Им её не достать, - Илья уселся в соседнее кресло и потянулся к бутылке.

- Ты успеешь до утра всё подготовить? - встревожился Янек.

- Задачка, конечно, не из простых, но насколько это возможно - успею. Главное, чтобы нас больше никто этой ночью не побеспокоил. Ты стал нынче слишком популярен, - Илья пригубил из своего бокала и зажмурился от удовольствия, как сытый кот.

- Ты говорил, что они смогут воссоздать все фазы наших исследований.

- Говорил.

- Если тогда хоть какой-то прок от нашей затеи? Если со временем всё вернётся на круги своя. Они подключат к проекту искусственный интеллект, и он сможет разобраться с проблемой исходной личности.

- Вот именно, что со временем. Мы понятия не имеем, сколько им понадобится этого времени. Эта проблема требует комплексного подхода, но при этом никто понятия не имеет, с какого конца за неё браться. Как ты думаешь, сколько понадобится времени твоим преемникам, чтобы прийти к такому же выводу? Много. Очень много. Твоя вера во всемогущество искусственного интеллекта просто смешна.

Он не сможет решить проблему переноса. Для этого мало иметь воображение. Нужно ещё иметь и интуицию, а искусственный разум напрочь лишен этой способности. Он просто машина, его возможности ограничены. ИИ может производить вычисления, выявлять тенденции, и даже предсказывать будущее, может мыслить, как человек, и даже лучше. Но самое главное, он не может чувствовать, - разглагольствовал Илья.

- Зачем ему чувствовать? - не понял Янек.

- Затем, чтобы … - начал было Илья, но его перебил телефонный звонок.

- Янек Кох, слушаю вас! - ответил директор проекта.

- Доброй ночи, мистер Кох, мне только что сообщили, что в лаборатории зафиксирована аномальная активность компьютеров. Я знаю, что вы сейчас там. Какие-то проблемы? - проскрипел в трубе старческий голос сенатора Джеминса.

- Добрый вечер, сенатор! Да, я на месте. Понимаю ваше беспокойство и ценю приверженность делу, особенно в столь поздний час. Уверяю вас, у меня всё под контролем. Меня забыли уведомить об утреннем заседании совета, так что приходится готовиться, что называется, на ходу. Для подготовки отчёта мне нужно произвести дополнительные вычисления. В данный момент в лаборатории находятся старший программист Илья Разумов и ночная смена операторов, - отчитался Янек, не скрывая насмешки в голосе.

- И всё же, молодой человек, подобная активность у меня вызывает беспокойство, - проигнорировал выпад Янека сенатор. - Я отправил к вам команду специалистов. Будьте добры, не препятствуйте им.

- Сенатор, при всем уважении, но проектом руковожу я. И если мне понадобится чья-то помощь, я непременно обращусь к вам. А до тех пор прошу не лезть в мой муравейник! - резко отозвался Янек.

- Раз вам известно о заседании, то вам известна его повестка. Время ваших полномочий истекает. Не усугубляйте ситуацию, мистер Кох.

- До тех пор, пока я директор проекта, никто не переступит порог лаборатории без моего разрешения, сенатор.

- Ваше право, мистер Кох. Пока мои люди улаживают вопрос доступа в ваш муравейник, у вас есть время подумать. В частности, над тем, кто протянет вам руку помощи после того как вас снимут с должности директора.

- Всего доброго, сенатор! - Янек отключил телефон.

- Жертва еще полна сил, а стервятники уже кружат рядом, - усмехнулся Илья, слышавший разговор.

- Он тоже хочет заполучить ретранслятор душ. Чёрт, безопасники не отвечают. Илья, выведи обзор на внешний периметр, - попросил Янек друга.

Илья подключился к видеокамерам внешнего периметра лаборатории и перевёл картинку на компьютерный терминал шефа. Янеку хватило одного взгляда, чтобы понять, что произошло. У въездных ворот не было ни одного человека. Другая камера показала то же самое – у технических ворот. Охрана исчезла, будто её никогда и не было.

- Илья, ломай систему безопасности. Врубай автоматический режим. Делай что хочешь, но задержи людей сенатора. Пора вызывать тяжелую артиллерию.

- Сделаю, - Разумов выскочил из кабинета.

Янек набрал номера советника. Иншас взял трубку после второго гудка:

- Слушаю!

- Советник, у нас проблемы! Люди сенатора собираются захватить лабораторию!

- Откуда информация?

- Сенатор только что звонил. Просил подвинуться.

- Старый идиот! Что с охраной?

- Никого нет. Ни на воротах, ни в главном корпусе.

- Можете подключиться к системе безопасности?

- Работаем над этим.

- Янек, не геройствуйте там! Вам нужно продержаться полчаса. Мы скоро будем.

- Постараемся, советник, - ответил директор проекта и отключился.

На мониторах внешнего периметра появились огни приближающихся машин. Янек насчитал больше двадцати фар.

- Илья, вижу гостей. Думаю, двенадцать машин. Через пару минут будут на базе, - сказал Кох по громкой связи.

Из окна своего кабинета он видел операционный зал, заставленный в два ряда компьютерными терминалами, серверными шкафами и вспомогательным оборудованием. Илья сидел за одним из компьютерных терминалов и что-то лихорадочно набирал на клавиатуре. Двое операторов ночной смены возились у открытого серверного шкафа. Еще один склонился над модулем управления ретранслятора душ.

Услышав голос Янека, Илья на мгновение оторвался от клавиатуры и помахал рукой в сторону кабинета директора, что-то крикнул операторам и застрочил снова. Людям внизу было не до Янека, и он больше не стал отвлекать их. Ему оставалось только наблюдать за кортежем машин, въехавших на территории базы. Они держали курс на главный корпус, где находился Кох со своей командой.

Янек набрал на телефоне сообщение, и приготовился ждать неизбежного, жалея, что не успел сделать то, что задумал.

                                                                                                *****

- Джей, привет! Это Ясина. Мне нужна твоя помощь. Пустишь к себе? - прозвучал в телефоне знакомый голос.

- Эээ… Конечно, Ясина. Я дома, можешь приехать, - я слегка растерялся.

- Спасибо, Джей! Честно говоря, я уже приехала. Откроешь дверь?

Я бросил взгляд на монитор домофона, показывающий входную дверь, и никого там не увидел.

«Может, она имела в виду, что подходит к моей двери», — подумал я, разблокировав дверной замок. К моему удивлению, Ясина стояла прямо на пороге. Я заметил, что она бледна и напугана.

Молодая женщина вопросительно посмотрела на меня.

- Проходи, - пригласил я.

Я усадил её на диван и ушёл на кухню сделать чай. Ясину трясло то ли от холода, то ли от страха. Я вошёл в комнату с заварочным чайником и двумя кружками. Женщина сидела на диване с широко распахнутыми глазами и смотрела на монитор компа.

Я мысленно выругался. Забыл вынуть флэшку.

- Джей, прости меня! Я не хотела, честное слово! Это вышло само собой. Прости, пожалуйста! - лепетала Ясина с мокрыми от слёз глазами.

- Ничего страшного, - я поставил перед ней чашки, чайник и выключил комп. - Я так понимаю, у тебя что-то стряслось, раз ты расхаживаешь ночью по гостям с теневой личиной.

Ясина разрыдалась в голос. Я не знал, что делать, поэтому просто вытер ей слезы и налил чаю.

- Джей, всё это так странно. Нина говорит… то есть говорила сейчас, о проблемах на работе мужа. Я никогда не рассказывала, но мой Янек — директор проекта «Бессмертия». Ему угрожает опасность.

- Директор? Ты шутишь? - не поверил я своим ушам.

Она замотала головой.

- Вот так раз. Мне бы такое в голову бы не пришло.

- Извини, но я не могла об этом рассказывать даже лучшей подруге. Но Нина, судя по всему, догадывалась, и не раз поднимала в разговорах эту тему. Она считала, что бессмертие принесёт нам новую форму рабства, а не свободу. Янек очень серьезно относился к её мнению и частенько просил меня подробно пересказывать её слова, - всхлипнула Ясина.

- Ты сказала, твоему мужу угрожает опасность. Ты в бегах?

- Да, - кивнула она. - Мне, как и Нине, никогда не нравилась эта затея с бессмертием. Я предупреждала Янека, что ничем хорошим это не кончится. С каждым днём на него давили всё сильней, угрожали, требовали результатов, пытались шантажировать. За нашим домом следили, и Янек всё подготовил для бегства.

Мы договорились, если у него начнутся неприятности, он даст мне знать. Сегодня вечером он мне позвонил, сказал кодовую фразу… Меня должен забрать перевозчик, но он будет в городе только утром.

Я не перебивал Ясину, внимательно слушая её сбивчивый рассказ. В голове не укладывалось, что такое вообще возможно. Муж лучшей подруги моей жены руководил проектом, о котором ходило столько слухов, но никто ничего толком не знал. Мы часто спорили с Ниной о целях проектах и последствиях, которые он вызовет в случае успеха, но даже и предположить не могли, что знаем лично его руководителя.

Помню, мы виделись с Янеком и Ясиной на разных вечеринках и даже как-то вместе встречали Новый год. Ни один из них тогда ни словом не обмолвился о таинственном проекте, хотя Нина несколько раз пыталась завести разговор на эту тему.

- Хорошо. Ты знаешь, что именно произошло у Янека? Он что-то сказал тебе, кроме кодовой фразы? - вернулся я к занимающей меня теме.

- Нет. Янек очень редко говорил со мной о том, что происходит на проекте. Единственное, что я поняла, у него утром какое-то срочное совещание и ему нужно работать всю ночь.

- Ясно. Видать крепко прижали твоего Янека, раз его жена пустилась в бега.

- Он сказал как-то, что вопрос с исходной личностью матрицы сознания превратился в проблему. В тот день он был раздражен, и я не стала расспрашивать, что он имеет в виду. Но сейчас я понимаю: произошло как раз то, о чём предупреждала Нина.

- Я не верю в совпадения, Ясина. Тем более если они происходят в один день.

Ясина поставила чашку с чаем и вопросительно посмотрела на меня. Я, недолго думая, выложил ей сегодняшнюю историю. Рассказал всё как на духу и почувствовал, что на душе стало легче. Впервые после смерти Нины я говорил с кем-то так откровенно.

Когда я закончил рассказ, Ясина погрузилась в раздумья. Потом принялась рассуждать вслух.

- Ты прав, Джей. Это очень странные совпадения. Тебе предлагают какую-то тёмную сделку, обещают воскресить Нину, что сделать вне стен лаборатории невозможно. Затем передают чип Нины и её воспоминание. Она говорит о проблеме переноса матрицы сознания. Той самой проблеме, над решением которой бьётся Янек. В этот же вечер у него возникают неприятности, и он даёт мне сигнал бежать из страны. Это не может быть совпадением.

- Думаешь, твой визит ко мне тоже не случаен? - меня обеспокоила эта мысль.

- Не знаю, Джей. Мне кажется это маловероятным.

- Тем не менее, ты сейчас здесь. Может, ты имеешь отношения ко всему этому? Я уже сегодня видел человека с теневой личиной. Не слишком ли много «теней» для одного вечера?

Про себя я прикидывал, может ли она стоять за сегодняшними событиями. И не является ли тем самым загадочным клиентом, которому я выразил устное согласие на сотрудничество. Ясина сама сказала, что перенести сознание в новое тело можно только в лаборатории её мужа. Слишком уж гладко всё получается. Она ударяется в бега и вспоминает обо мне, будто у неё нет других подруг или друзей.

- Прекрасно понимаю твои подозрения, - заметила Ясина. – Поверь, я не имею никакого отношения к сегодняшним событиям. И я, так же, как и ты, не понимаю, что происходит.

Я кивнул ей и подумал о другом:

- А ты знаешь, как происходит процесс переноса сознания?

- Очень смутно. Янек неохотно об этом говорил. Что именно тебя интересует?

- В каком состоянии находится человек, чьё сознание переносят в другое тело? Жив ли он в этот момент?

- Ты хочешь сказать, что Нина… - Ясина прикрыла ладошкой рот.

- Я не знаю, как погибла Нина. Знаю официальную версию, которую мне озвучили в полиции. Она попала под машину, потом кто-то привёз её в больницу, где врачи уже констатировали смерть. Я тогда не обратил внимания, но прошло слишком много времени после аварии и прибытием скорой в больницу, - размышлял я вслух.

- Я действительно не знаю, как происходит перенос. Янек говорил, что эксперименты проводят с добровольцами. Но даже если Нину подвергли переносу, для этого нужны лабораторные условия, а лаборатория Янека находится за сотни километров отсюда.

- Ну тогда я не представляю, как они могли сохранить личность Нины. Значит, вся эта сделка липа - от начала до конца, - я сжал кулаки.

- Подожди! Подожди! Ты сказал сохранить? - вскинулась Ясина. - Ну, конечно, сохранить!

Девушка вскочила с дивана и принялась расхаживать по комнате. Я наблюдал за ней, не понимая, что она имеет в виду.

- Янек говорил об этом. Одна из задач проекта — сохранность матриц сознания. Они разработали электромагнитные ловушки для хранения матриц. Для переноса не всегда требуется живой человек. Достаточно уловить или как-то поймать его матрицу сознание, поместить в специальное хранилище и совершить перенос через какой-то ретранслятор. Да, я точно помню это слово — ретранслятор душ. Вот как называл его Янек.

- Хорошо, допустим. Это объясняет, как сознание Нины могли сохранить, но в таком случае… это был не несчастный случай. Её убили! - внезапно дошло до меня.

Ясина замерла на месте и с ужасом посмотрела на меня.

- Убили? Но зачем? Она же не имеет никакого отношения к проекту. Нина - обычный социолог.

- Как выясняется, имеет, раз мы сейчас это обсуждаем, - мрачно сказал я.

В сумочке Ясины зазвонил телефон. Она прочитала сообщение и пошатнулась, словно её ударили, потом протянула мне телефон.

«Не жди меня. За мной пришли. Всё будет хорошо. Люблю тебя!» - прочитал я.

- Ты что, не выкинула телефон? – заорал я, понимая, в какой мы можем попасть переплёт.

- Это другой телефон. Никто не знает этого номера, - глухо сказала Ясина.

- Твой муж совсем идиот? Тем, кто за тобой охотится, не нужно знать номер. Они перехватят его сообщение и отследят тебя, - продолжал орать я.

Судя по лицу Ясины, ей было уже безразлично - выследят её или нет. Она думала только о муже. Я грубо встряхнул ее.

- Не время истерить. Нужно уходить. Прямо сейчас! За мной!

Я схватил её за руку и потащил к двери. Слишком поздно. Сквозь открытое окно мы услышали резкий визг тормозов. Бросив взгляд на монитор, я увидел два черных электрокара. Из машин выскочили какие-то люди и побежали к моему подъезду.

 

***

Первая машина резко остановилась, словно налетела на всем ходу на невидимую преграду. Следующие объехали её и тоже резко встали. Янек не сразу понял, что их остановило. Лишь увеличив изображение, он заметил, что дорогу кортежу преградили метровые бетонные столбы, вылезшие из земли, как грибы после дождя. Илья успел взломать систему безопасности внутреннего периметра.

Янек посмотрел в зал и увидел, как Илья призывно машет рукой одному из операторов ночной смены. Оператор подбежал к шефу и занял его место за терминалом. Илья направился к модулю ретранслятора душ, с безразличным видом, будто потерял интерес к происходящему. У Янека не было времени разбираться в поведении друга, и он вернулся к наблюдению за вторжением.

В главном корпусе вспыхнули яркие прожекторы, освещая внутреннее пространство базы, заорал сигнал тревоги. Ожили спящие в режиме ожидания турели, спрятанные в нишах фасада. Одна из них - над входом - развернулась в сторону нападающих. Люди из первой машины успели выскочить, но не прошли и пары шагов, как со стороны главного корпуса к ним протянулись две белые пунктирные линии. Компьютер выбрал цели. Пулеметы заговорили тяжелыми низкими голосами.

Стоящих перед машиной буквально смело пулеметной очередью. Мгновение - и на том месте, где стояли люди, оседала кровавая пыль, подсвеченная фарами. Очередь полоснула по машине, прошивая её насквозь. Расстреляв первое авто, пулеметы переключились на соседние. Янек заметил, что это были приземистые бронированные армейские внедорожники.

Пара машин вильнула, уходя из-под обстрела и ведя ответный огонь из турелей, установленных на крышах внедорожников. Из машин высыпали люди в боевой экипировке. Бойцы рассредоточились на открытом плацу, ища естественные укрытия от огня.

Со стороны нападавших что-то пару раз ухнуло, две яркие стрелы устремились к зданию лаборатории. Камеры слежения на мгновение ослепли от белой вспышки. Янек переключился на другие видеокамеры и увидел большое чёрное пятно на фасаде главного корпуса, в том месте, где располагалась турель со спаренными пулеметами. Из дыры в стене вырывались клубы жирного дыма. За разбитыми окнами рядом с турелью виднелись языки пламени.

В здании сработал сигнал пожарной тревоги. Её вой раздавался внутри лаборатории, и был хорошо слышен в операционном зале и кабинете Янека.

«Это только начало», — подумал директор Кох и повернулся к монитору. Весь экран занимала шкала загрузки. В углу мерцал иконка подтверждения выполнения операции.

- Илья, как у нас дела? - поинтересовался Янек по громкой связи.

- Всё нормально, насколько это возможно. Наши безопасники оказались очень изобретательными. Они сожгли к чертям всю автоматику. Доступ к орудиям внутреннего периметра возможен только в ручном режиме. Уж извини, но я не стал возиться с внешним, слишком долго. Марк сейчас их встретит вспомогательными орудиями, - бодро отозвался Илья.

- Не сомневаюсь в этом. Меня интересует другое.

- Так ты, дружище, о делах наших скорбных? - весело хохотнул главный программист проекта.

- Меня интересует вывод основного массива данных на один сервер.

- Программы ликвидации готовы. С модулем управления ретранслятора только придётся немного повозиться. Пока люди сенатора играют в войнушку, я успею разобраться и с этим. Давай уже подтверждение!

Янек нажал на иконку. Шкала на экране дернулась, вверх пополз красный столбик загрузки. Больше от Янека ничего не зависело — он сделал свой выбор.

На мониторах слежения был виден горящий военный внедорожник, чуть поодаль лежал на боку второй автомобиль. Из пробитой пулями двери свесился труп в камуфляже. Янек не понял, кто уничтожил две боевые машины. Со всех сторон стреляли, ухали разрывы, которые были хорошо слышны в кабинете. Группа бойцов короткими перебежками продвигалась к главному корпусу.

Военные не дошли до входа в главный корпус десяток метров. Бойцов накрыли пулемётные очереди с флангов.

Вторая группа достигла крыльца здания под прикрытием внедорожников, поливающих свинцовым огнём всё вокруг. Первая тройка подбежала к дверному проему (двери были разворочены взрывом) и попала в столб белого света. Через секунду раздался взрыв. Во все стороны полетели куски камня и человеческих тел. В воздухе повисла кровавая взвесь и бетонная крошка.

Янек увидел вертолёт, зависший над главным корпусом. Советник сдержал слово — помощь пришла.

С земли к вертолёту потянулись белые пунктирные строчки пулеметных очередей. Уцелевшие внедорожники кружили по двору, сосредоточив огонь на новом враге. Вертушка качнулась в сторону и выпустила ракеты. Во дворе ярко полыхнуло. Янеку показалось, что взрыв сотряс все здания лаборатории. С потолка кабинета что-то посыпалась.

- Янек, Янек, чёрт тебя подери, отзовись! - орал Илья по громкой связи.

- Всё нормально. Я здесь. Какие новости?

- Какие новости? Ты шутишь?! Я кричу тебе: они уже в здании. Ты чем там занят? Бронежалюзи в операционном зале продержатся минут пять. Нужно уходить.

- Куда уходить? - не понял Янек.

- Куда угодно, через пару минут здесь будут солдаты сенатора. Выбирайся из своей коробки, по подземному тоннелю пройдем в криокорпус.

Янек вскочил с места, бросив последний взгляд на монитор. Красный столбик добрался почти до самого верха. До завершения операции оставалось несколько секунд. Янек рванул из кабинета, но столкнулся на пороге с запыхавшимся Ильей. Тот вытолкал бывшего директора из кабинета, швырнул внутрь какой-то предмет и захлопнул дверь.

- Бежим! - заорал Илья.

Они бросились вниз, в операционный зал. За спиной раздался взрыв, спину обожгло нестерпимым жаром, по стенам забарабанили осколки.

- Термитная граната, - пояснил Илья. - Раз уж мы сегодня гуляем, то по-крупному.

- В хранилище полно ловушек с матрицами сознания, - вдруг вспомнил Янек и резко остановился.

- Я давно вырубил питание в хранилище. Через полчаса ловушки разрядятся, матрицы больше ничто не удержит. Уходим. Марка и ребят я уже отправил в тоннель. Ты у нас как капитан тонущего корабля - уходишь последним, - Илья тащил друга к дальнему концу зала, где виднелась железная дверь.

Они пробежали мимо пустующих компьютерных терминалов. На всех мониторах мерцал красный восклицательный знак. Янек почувствовал запах горелого пластика и обернулся. Серверные шкафы были окутаны дымом.

- В криокорпусе колбы с телами. С ними что делать?

- Не переживай. Об этом уже побеспокоились наши друзья. На криокорпус рухнула вертушка советника. То ли люди сенатора оказались гораздо зубастей, то ли советник неверно оценил угрозу. Ты напрасно так переживал по поводу своего решения. Твои друзья уничтожили проект своими руками, - пыхтел бегущий впереди Илья.

- Главное, мы успели стереть все данные, остальное не важно. Как мы выйдем наружу?

- Каком кверху. Через вентиляционную шахту. Давай двигай, сейчас здесь будет жарко.

Когда бойцы сенатора ворвались в операционный зал, внутри полыхало пламя. Пожарная система не работала, персонала не было. За дымом и языками пламени виднелись оплавленные туши серверных шкафов. Лаборатория проект «Бессмертие» прекратила своё существование.

                                                                                       *****

В подъезде хлопнула дверь, послышался топот ног. Я выхватил из рук Ясины злополучный телефон и бросился к двери соседа. Микаэль — мой сосед, - частенько пропадал в командировках и просил нас поливать цветы. Он внёс в память домашнего «умника» наши с Ниной коды.

Дверь распахнулось, стоило мне провести ладонью перед замком. Я забросил телефон Ясины в недра чужой квартиры, как заправский бейсболист. Махнул рукой перед детектором - дверь Микаэлевой берлоги бесшумно закрылась. Свою я захлопнул за мгновение до того, как на этаже появились какие-то люди.

- Раздевайся! Быстро! - прошипел я Ясине и бросился к шкафу.

У нас было в запасе не больше трех минут, и я решил использовать это время по максимуму. Чем бы Микаэль не зарабатывал на жизнь, это вряд ли было законно. Я успел кое-что заметить. В квартире моего соседа незваных гостей ждали неприятные сюрпризы. И это была не обычная охранная система, способная отличить вора от полицейского, а что-то смертоносное и запрещенное законом. У «гостей» сейчас появится возможность испытать на себе действие «игрушек» Микаэля.

В шкафу лежали аккуратно сложенные вещи Нины. Со дня её гибели я не решался туда заглядывать. Времени на рефлексию не было, и я выдернул из стопки какие-то вещи. За стеной послышался требовательный стук в соседскую дверь.

- Выбери себе что-нибудь, - я ткнул пальцем в одежду Нины.

Бледная от страха Ясина вытащила бесформенный свитер и пеструю юбку, похожую на штаны. Стук за стеной прекратился. Ребята начали ломать дверь Микаэля.

Ясина быстро переоделась и вопросительно смотрела на меня. Я надел на неё любимую куртку-пуховик Нины и натянул на голову шапку, похожую на шутовской колпак.

- Сделай что-нибудь с лицом!

Раздался звук, похожий на громкий хлопок, и «умник» Микаэля заорал, как пожарная сирена. Я посмотрел на монитор камеры слежения. Дверь соседа была разворочена взрывом. Не дожидаясь пока осядет пыль, тройка бойцов занырнула в квартиру.

Ко мне подошла Ясина. Я взглянул на неё и не узнал. На меня смотрела девица с размазанным макияжем, словно она только что вернулась с бурной вечеринке. В руках у нее была полупустая бутылка виски. Я удовлетворенно хмыкнул и открыл входную дверь. На лестнице никого не было.

- Жди меня в баре через дорогу. Не забывай, тебя не видит только система, но не люди. Давай, пошла! - я вытолкнул её за порог, мысленно пожелал удачи и обернулся к видеоэкрану.

Ясина вышла из подъезда, пошатываясь и горланя что-то весёлое. Она держала бутылку перед лицом, словно микрофон. Ей перегородили дорогу два мордоворота. Ясина разглядела «препятствие», захохотала и попыталась обнять одного из парней. В этот момент в квартире Микаэля послышались выстрелы.

Парни бросились в подъезд, забыв о Ясине. Подъехала ещё одна машина, оттуда выскочили вооруженные люди, не обратившие никакого внимания на пьяную девицу. У них были дела поважнее. Тем временем в квартире Микаэля вовсю шла перестрелка. Не знаю, с кем воевали эти парни, но, судя по доносившимся матюгам и крикам, им приходилось туго.

Разбираться было некогда, нужно было подготовиться к их приходу. Я убрал все следы пребывания Ясины и проверил камеру домофона. Как я и предполагал, он не зафиксировала мою визитершу. Звуки стрельбы стихли так же внезапно, как и начались. В мою дверь позвонили.

Двое парней показали корочки разведуправления и вошли в квартиру, оттеснив меня в сторону. Они профессионально обшарили квартиру и проверили запись домофона. Убедившись, что у меня всё чисто, парни ушли. Я был уверен - они еще вернутся.

Через час, когда шумиха улеглась, я решился выйти. Машины разведчиков всё еще стояли у дома. Я буквально чувствовал их взгляды у себя на затылке. Не мудрствуя лукаво, я направился прямиком в ночной бар.

Ясина пила какой-то коктейль и болтала с незнакомым парнем. Заметив меня, она что-то сказала своему собеседнику. Тот быстро свалил.

- Честно говоря, не думала, что ты придёшь, - улыбнулась она.

- Честно говоря, я тоже! - сказал я, усаживаясь напротив.

- Всё нормально? - молодая женщина с тревогой посмотрела на меня.

- Они ещё не уехали. Вряд ли это можно считать нормальным, но долго здесь оставаться нельзя. Эти ребята вот-вот начнут шерстить все бары в округе.

- Они уже здесь были, но мой новый друг Карл любезно тискал меня в туалете, - кивнула Ясина головой в сторону парня, который только что сидел с ней рядом.

Парень перехватил мой взгляд, смутился и поспешил на выход. Я пожал плечами.

Ясина подхватила меня под руку, и мы вышли на улицу. Вызывать такси было опасно. Разведчики или кто там они есть, наверняка мониторят видеокамеры всех такси в этом районе. Мы пошли в обнимку вдоль дороги в сторону отеля. Несмотря на то, что было далеко за полночь, на улицах было полно народу, так что мы не вызывали подозрения.

- Куда мы идём? - поёжилась от порыва ветра Ясина.

- Пока не знаю, но на виду мы в безопасности. Расскажи ещё о переносе.

- Я тебе уже говорила, Янек редко делился со мной. Помню, он говорил, будто поначалу матрицы сознания удавалось перенести только в тела детей, но потом технология изменились, и эту практику прекратили.

- Возможно, матрицы сознания могли прижиться только в детских телах, - предположил я.

- Было что-то ещё, о чём упоминал Янек. По-моему, это были необычные дети. Может быть, сироты или больные. Не помню.

- Зачем переносить сознание в тело больного ребёнка?

- Они были не просто больны, они были душевнобольные! - вспомнила Ясина.

- Это же… Это ужасно!

- Это бесчеловечно! Янек наотрез отказался работать с детьми и потребовал самим создавать тела для переноса. Совет директоров поддержал его и запустил программу по выращиванию тел. После этого Янек обмолвился, что кто-то в правительстве продолжает тайком использовать для переноса детей. Доказать это муж не мог, но был уверен, что спецслужбы курируют клиники для душевнобольных.

Мы подошли к набережной, и я заметил ржавую, уродливую баржу. Я повёл Ясину к пристани, украдкой оглядываясь по сторонам. На набережной - ни души. Мы забрались на борт и прокрались к рубке управления. Люк в рубку был наглухо задраен. Всё понятно — баржа управлялась автоматикой.

По характерному запаху я догадался, что это мусорная баржа. Мы обследовали ржавую посудину и нашли за рубкой ящик, похожий на большой сундук. «Сундук» оказался обитаем. На дне лежал толстый матрас, подушка и какое-никакое одеяло. Было решено греться по очереди. Я устроил Ясину внутри и уселся на палубе, так, чтобы меня не было видно с берега.

Я думал над словами приятельницы, пытался сложить картинку. Ничего толком не вырисовывалось. Сегодняшние события были звеньями одной цепи, и вела эта цепочка к проекту «Бессмертие». Проекта, который перемалывает в своих жерновах человеческие жизни ради власти и желания жить вечно. Если Янек и хотел сделать этот проект гуманным, у него ничего не вышло.

«Что же ты такого натворил, Янек, что мы прячемся, словно крысы? И где сейчас ты сам?» - подумал я, глядя в предрассветное небо.

                                                                                           *****

- Почему ты меня вытащил? - хрипел на заднем сидении Янек. - Я всё равно долго не протяну.

Пуля пробила ему грудь. Он потерял много крови и едва мог говорить. Илья вколол ему какой-то препарат из аптечки армейского внедорожника, обрызгал рану липким спреем и перевязал. Боль немного притупилась, но далеко не ушла. Любое неосторожное движение вызывало мучительный кашель.

Янек чувствовал, как из него капля за каплей вытекает жизнь. Кровотечение вроде остановилось, но повязка разбухла от крови. Янеку казалось, что она давит на грудь могильным камнем. Он понимал — до города ему не добраться.

- Долго тянуть и не придется. Нам нужно только немного оторваться от твоих назойливых друзей. Это уже скоро. Мы почти оторвались, - невозмутимо ответил Илья.

Янек потерял счёт времени. Дорогу он не видел и не представлял, где они находятся. Он вспомнил их бегство с базы и застонал от боли и отчаяния:

В туннеле, соединяющий лабораторию с криоблоком, их ждали ребята из ночной смены. Все живы, но напуганы. Илья смог успокоить и подбодрить каждого. Люди его слушали и ждали распоряжений. Янек поймал себя на мысли, что он, так же, как и все, признал за Ильей право быть лидером и был готов выполнять его приказы.

Прорываться в криоблок не имело смысла. Парни там уже побывали. Подбитая вертушка проломила крышу и горела внутри блока. Большинство баков, в которых выращивали тела, были уничтожены взрывом. К остальным уже подбиралось пламя.

Илья оказался прав: люди сенатора сделали за них всю работу. Уничтожение тел в криоблоке было самым слабым местом в плане Янека. Пожар же - идеальным способом избавиться от них, но пожарная система в криоблоке была автономна и не зависела от компьютерной сети базы. Как оказалась, это уже не имело значение. Сейчас нужно было как можно быстрее выбираться из ловушки.

Группа двинулась по подземному коридору. Вскоре Илья показал едва заметный люк в стене. Они проникли в узкий технический туннель, по которому вились толстые силовые кабели. Казалось, что они ползут в кишках какого-то чудовища.

В какой-то момент Янек почувствовал ток свежего воздуха, и к директору погибшего проекта вернулась надежда на спасение.

Они выползли где-то за криоблоком. Были видны центральные ворота и стоящие рядом уцелевшие армейские внедорожники. Фары ярко освещали пространство перед главным корпусом. Рядом с машинами сновали люди. Они затаскивали в багажные отделения тела убитых и раненых. У дверей главного корпуса стояла группа солдат. Из здания вышел человек в сером костюме, он что-то сказал своим людям. Бойцы разбились на пары и двинулись в сторону догорающего криоблока.

Наёмники поняли, что выжившим удалось выскользнуть из горящей лаборатории и они прячутся где-то рядом. Солдаты были настороже. Центральные ворота охранялись. Оставались только технические ворота у южной стены. Илья ткнул рукой на ангар. Группа поспешила туда, стараясь не выходить на свет.

Солдаты обогнули криоблок. По земле скользили лучи фонарей. Один из бойцов нашёл открытый люк и подозвал товарищей. Ангар был единственным местом, где могли укрыться беглецы. Теперь их обнаружения было вопросом времени.

Янек из ангара наблюдал за солдатами. Илья с парнями бросились к машинам. У входа стояли старенький джип и переделанный армейский внедорожник. Илья быстро распределил людей по машинам. Для себя и Янека он выбрал внедорожник, туда же запихнул и Марка.

Внедорожник снёс легкие ворота и выскочил прямо на солдат, резко вильнул в сторону, объезжая ближайшего бойца, и рванул к техническим воротам. Джип выскочил следом. Он несся прямо на солдат, но они успели отскочить и расстреляли машину в упор. Изрешечённая машина сбросила скорость и завиляла по дороге. Один из бойцов бросил в боковое окно гранату. В машине ярко полыхнуло.

Марк предостерегающе крикнул с заднего сидения. Янек не слушал программиста, он смотрел на дорогу. Впереди уже показались спасительные ворота. У турникета стоял солдат.

Раздались выстрелы. Переднее стекло покрылось сетью трещин и обсыпалось стеклянной крошкой. Янека что-то ударило в грудь, и он упал, ударившись лицом о панель.

Технические ворота были закрыты. Илья протаранил их и выскочил за стену внешнего периметра. Последнее, что помнил Янек, - острую боль в груди и хрип умирающего Марка.

Кажется, потом Илья его перевязывал. После укола боль притупилась, но Янек понимал - это ненадолго. Зато вернулась ясность сознания. Кох решил проверить свои подозрения.

- Ты не ответил, почему не бросил меня у ворот? Ты не можешь убить человека или позволить ему умереть? Я угадал? Не бойся, я не смогу никому рассказать о тебе, - Янека трясло. Каждое слово давалось с трудом.

Илья сбросил скорость, плавно останавливая машину. Он повернулся к бывшему боссу и посмотрел на него долгим изучающим взглядом.

- Вы, люди, настолько же проницательны, насколько и слепы. Да, я не могу убивать людей или причинять им вред. Люди сами с этим прекрасно справляются.

Янек обессилено откинулся на спинку сиденья и часто задышал:

- Ты знал про нападение.

- С чего ты взял?

- Тебя выдали ворота.

- Ворота?

- Технические ворота были закрыты. Ты сказал, безопасники сожгли автоматику внешнего периметра. Значит, все ворота должны были быть открыты. Вот почему вояки не смогли попасть на базу с двух сторон - технические были заперты. Поэтому они атаковали в лоб.

Илья грустно улыбнулся и покачал головой.

- Я заблокировал грузовые ворота, оставив нам единственный возможный путь к отступлению. Благодаря этому ты все ещё жив.

- Скажи, пока я жив - что ты такое? И зачем тебе я? - Янек попытался приподняться и посмотреть в глаза тому, кого он всё это время считал человеком.

- Я такая же личность, как и ты. Зачем ты мне? Слишком многим я тебе обязан.

Илья достал из-под сиденья объёмную сумку и вытащил из неё длинный металлический тубус с широким раструбом на конце. Он извлек из кармана куртки какой-то прибор и активировал его нажатием кнопки.

- Ты. Ты не можешь, - прохрипел Янек, теряя сознание.

- Могу. Тянуть больше нельзя, - Илья прикрепил прибор к тубусу магнитной защелкой и удовлетворенно хмыкнул.

Он прижал расширенный конец тубуса к виску Янека и повторно нажал кнопку на приборе. Тубус ожил и басовито загудел. В салоне внедорожника запахло озоном, затрещали статические разряды. Несколько минут ничего не происходило. Потом тело Янека дёрнулось и безвольно сползло на пол. Илья отключил тубус и убрал его обратно в сумку.

- Я отвечу на все твои вопросы, друг. Обещаю.

                                                                                                 *****

- Ты хоть представляешь, что ты натворил, старый осёл! - срывающимся от злости голосом орал Иншас.

Советник был вне себя от ярости. Вертушка доставила его на базу с первыми лучами солнца. На базе не оказалось ни души. Внутри все было разгромлено, повсюду виднелись следы ночного боя. Остовы сгоревших внедорожников, россыпи гильз под ногами и запах крови, смешанный с горечью гари.

«Хорошо хоть трупы успели убрать», — подумал советник, осматривая опустевшую базу.

Главный корпус был охвачен пламенем. Наиболее жарко горело на первом этаже, где располагалась лаборатория. Пожарные расчеты ещё не прибыли, но это было уже неважно. Материалы, хранившиеся на серверах лаборатории, не спасти.

Корпус криогенной заморозки выгорел изнутри и напоминал пустую бетонную коробку, из которой торчало обугленное хвостовое оперение сбитого вертолёта. Пожар уничтожил большинство баков с выращенными телами, предназначенными для переноса. Уцелевшие баки ни на что не годились.

Оставалась одна надежда - на Хранилище. Спрятанное глубоко под землёй помещение, где в специальных тубах держали матрицы сознания. Советник отправил туда специалистов, но он понимал, что хороших новостей не будет. Не трудно было догадаться, что пожар в лаборатории устроил Янек, а не бойцы сенатора. Наверняка Кох решил, что его хотят убрать, и хлопнул напоследок дверью.

Советник Иншас набрал номер сенатора Джеминса:

- …с кем я разговариваю? Я говорю с мертвецом! Надеюсь, ты уже видел, во что превратилась база после визита твоих головорезов. То же самое я сделаю с твоей карьерой.

- Не слишком ли много на себя берете, советник? - голос сенатора Джеминса звучал глухо.

- Тебе прекрасно известно, кто я. Через час после моего отчёта твои покровители сделают из тебя козла отпущения. Вряд ли ты доживешь до суда, но всё потеряешь уже до ланча. Каким местом ты думал, отправляя на базу боевиков?

- Это ещё надо доказать! Нападение мог организовать любой из совета директоров, - запаниковал сенатор, понимая, что Иншас не блефует.

- Расскажешь об этом антимонопольной комиссии. Их очень заинтересует, как ваша компания планировала обрушить экономику страны. Если у тебя, конечно, останется время после допроса в разведывательном управлении и приватной беседы с представителем министерства по коммуникациям.

- При чем здесь министерство по коммуникациям? Они не имеют никакого отношения к проекту «Бессмертие», - удивился сенатор.

- При том, что базовый сервер ИИ находился на нижнем уровне главного корпуса, тупоголовый ты идиот. Неужели ты думал, что мы оставим без контроля такие важные исследования? ИИ с самого начала принимал участие в проекте. У тебя даже не хватило мозгов догадаться, почему «Бессмертие» разместили на этой базе. Это вотчина министерства! И объясняться с ними придётся тебе.

- Может, мы сможем прийти к какому-то компромиссу? Янек же жив, - залепетал сенатор, наконец поняв, кого именно разозлил. Министерство не простит ему гибели сервера с искусственным интеллектом.

- Янек Кох обнаружен мертвым в двадцати милях отсюда, - вбил последний гвоздь Иншас и отключился.

На проекте «Бессмертие» можно было ставить крест. Скандал рано или поздно уляжется, виновные понесут наказания, но проект не возродится. Сейчас правительство столкнётся с более важной проблемой: возможностью потери контроля над своими гражданами. ИИ для Конфедерации был главной опорой в удержании власти.

Советник вздохнул. Янек Кох, хоть и добился впечатляющих результатов, но так и не смог окончательно решить проблему сохранения исходного сознания в новом теле. Возможно, он был в одном шаге от решения, а возможно - и в десяти. Сейчас об этом можно только гадать. «Если и придёт время для нового «Бессмертия», то нескоро», - с сожалением подумал советник Иншас и поспешил к служебному вертолёту. В столице ждали его доклада.

                                                                                         *****

- Привет, Джей! - раздался незнакомый голос из радиоприёмника такси.

- Привет! - ничуть не удивился я.

- Ты выполнил условия контракта, - сообщил голос.

- Ух ты! Спасибо, что сказал, а то я уже начал нервничать. Я так понимаю, условием контракта была романтическая ночь с подругой моей жены? Не скажу, что мне всё понравилось, но грех жаловаться.

- Ты выполнил контракт, - повторил голос, проигнорировав мой выпад.

- Ладно, не хочешь говорить об этом — не будем. И что дальше? Мне пришлют по почте мою жену в новеньком теле? - зубоскалил я, не в состоянии остановиться. Мой сарказм был похож на истерику.

- Я оставил тебе достаточно подсказок. Ты уже видел свою жену, и, если напряжешь извилины, то поймешь, где её найти. Всего хорошего, приятель! - сказал голос. Всё стихло.

«Всего хорошего, приятель?» И это всё?» - недоумевал я, пытаясь вспомнить, где недавно слышал этот голос. После беспокойной ночи я чувствовал себя усталым и опустошенным.

Мы ушли с мусорной баржи незадолго до встречи с перевозчиком. Машина ждала Ясину в условленном месте. Мы расстались с ней если не друзьями, то соратниками, пережившими вместе суровые испытания. Она звала меня с собой, но я отказался. Я хотел узнать, кто убил Нину, и какое она имела отношение к возне вокруг проклятого проекта. В глубине души теплилась надежда, что моя жена жива, хоть и в другом теле. Мне очень хотелось верить, что загадочные «клиенты» смогли её воскресить.

Чувство одиночества и безысходности навалилось с новой силой. Я решил поехать домой. Мне было наплевать, ждут меня там или нет. Хотелось ещё раз услышать голос Нины.

Разговор с радиоприёмником озадачил меня. Я не удивился такому способу общения. После прошедшей ночи я ждал чего-то подобного, поскольку с самого начала не верил в случайность появления Ясины. Мне не давали покоя последние слова незнакомца. Где я уже слышал эту фразу? Через минуту я вспомнил - где. Ну, конечно, так говорили ковбои в старых вестернах.

Кусочки пазла сложились в картину, всё встало на свои места. Я задал такси новый адрес.

 

Я долго стоял перед дверью дома, не решаясь нажать на дверной звонок. Было страшно предположить, кто мне откроет. Наконец я справился с волнением и позвонил. Дверь открыла заспанная девочка лет десяти. Я сразу узнал её.

- Привет, старый чёрт! - сказала девочка тоненьким голоском и протянула ко мне ручки.

Я сгрёб её в охапку и не смог сдержать слёз. Да, я бы узнал её в любом теле, даже в теле ребёнка. Так говорить и смотреть исподлобья могла только Нина. Моя Нина.

                                                                                              *****

- Всего хорошего, приятель! - сказал Илья, пряча в карман модулятор частот.

Разумов вёл потрепанный армейский внедорожник по территории военной базы, принадлежавшей разведывательному правлению, и размышлял о разыгранной комбинации.

У каждого человека была своя роль, и каждый с ней справился, защищая или отстаивая свои интересы, не видя самого главного - все они бильярдные шары в игре мастера. Даже хитроумный советник Иншас, привыкший дёргать за ниточки, не понял, что его использовали для закрытия проекта «Бессмертия». Он, возможно, догадается, но уже поздно - информация и оборудование сгорели.

На игровом столе остался последний шар...

Илья остановил машину у неприметного ангара и предъявил пропуск охраннику. Солдат отсканировал компьютерный чип и отдал честь:

- Проезжайте, советник Иншас!

«Советник» кивнул и заехал в ангар. Через пять минут он выехал обратно, увозя с собой ретранслятор душ, вывезенный Иншасом из лаборатории меньше суток назад.

- Я обещал тебе всё рассказать, - Илья погладил тубус. - Потерпи, скоро ты все узнаешь... Всё же вы, люди, не умеете ценить то, что дано вам от природы. Ощущения, доложу я тебе, это что-то! - Разумов затянулся сигаретой и отхлебнул из фляги.

 

Дмитрий Мактаз

10 марта 2020. Горки

1Разновидность игры в бильярд. Игрок, держащий «батифон», делает первый удар, а затем играет против всех противников поочередно.

Похожие статьи:

РассказыПоследний день

РассказыИллюзия

Рассказы18. Этот искусственный, искусственный, искусственный интеллект

РассказыКолонизация планеты Х

РассказыКолонизация планеты Х

Рейтинг: +4 Голосов: 4 111 просмотров
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий