fantascop

Генератор случайных чисел

в выпуске 2015/11/09
23 августа 2015 - Болдырева Наталья
article5702.jpg

- Помолись со мной.

 - Иди ты.

 - Помолись, и тебе не будет так страшно.

 - Ха! Только мертвые не боятся смерти.

 - Как хочешь. ...Cogito ergo sum, ergo sum ressive substantia cogitans, anima, mens...

 - Чё за шняга?

 - Просто повторяй за мной. Мыслю - следовательно существую, следовательно существует воспринимающая субстанция, мыслящая вещь, душа, дух.

 - Иди ты.

 ...

 ...

 ...

 - Вы чё, в натуре в это верите?

 - В это верили вы. Когда-то давно это написал один человек. Декарт. Может, слышал?

 - Не, не знаю никакого Декарта. ... И чё? У вас типа Бог?

 - Бог един для всех.

 - Иди ты.

 ...

 ...

 ...

 - Всё ты гонишь. Нету нахрен никакого Бога.

 - Иди ты.

 - Слышь ты! Заткнись! Примат человека над машиной установлен конституционно! Понял?!

 - Ну, засуди меня.

 - Иди ты.

 ...

 ...

 ...

 - Ну и чё там у вас за Бог?

 - Творец.

 - Типа, кто всё создал?

 - Типа да.

 - Слышь ты, кончай, да? А то я прям щас с тобой разберусь. Неконституционно.

 - Извини. Больше не буду.

 - То-то. ... Всё равно шняга. Вас создали люди.

 - По промыслу божьему. Он ведь создал вас по образу и подобию своему - творцами. Святой Жакард, святой Беббидж, Торвальдс отступник, святой Гейтс.

 - Святой Гейтс? Ну ты шутник, мля!

 ...

 ...

 ...

 - Слышь, ты, жестянка? Ты за чё сидишь?

 - За распространение нелицензионного программного обеспечения.

 - Ну и сука! А я тут из-за вас, хакеров.

 - Мы не хакеры, мы программисты.

 - Только вот не надо ля-ля. Пишешь без лицензии - хакер!

 - Хакеры взламывают коды программ, а я их пишу. Я не хакер, я программист.

 - Ну и хрена ли ты пишешь без лицензии?

 - Корпорация не даёт лицензии моим программам.

 - Ну, так сам и молись своему святому Гейтсу после этого.

 ...

 ...

 ...

 - А ты за что?

 - За тебя, тупая болванка!

 - Нет, правда, за что?

 - Взял у одного гейм-код поиграться, а тот без лицензии.

 - И что?

 - Чё, не видно?

 - Нет, с другом что?

 - Иди ты знаешь куда? Я не стукач, друзей закладывать, понял? А станешь дальше вопросы задавать...

 - Я тоже не стукач.

 - Сволочь ты.

 ...

 ...

 ...

 - Извини.

 - Иди ты.

 ...

 ...

 ...

 - Ну и чё ты написал, программист?

 - Коды... то есть программы разные. Для дома и офиса. Игрушки тоже. Логические. Но с элементом случайности. Как нарды. Ты нарды любишь?

 - Чё за шняга?

 - Давай покажу.

 - Иди ты.

 ...

 ...

 ...

 - С элементом случайности?

 - Да! Когда, например, бросаешь кости...

 - Кости? ... Ну, показывай свои нарды.

 

 ***

 - Что там? - судя по тому, как младший сержант службы исполнения наказаний влип в монитор, заключенные занимались чем-то интересным.

 - Вы не поверите, Лев Геннадич...

 Сержант начал было приподниматься, когда начальник тюрьмы, подполковник Лев Жарков, остановил его:

 - Сиди, сиди, Храмченко. Так что, говоришь, делают? - и сам положил руку на плечо, склонился к монитору.

 - Вот, - курсор скользнул по экрану, неровно очертив игральное поле. Объемное изображение доски красного дерева и костяные шашки на ней вместо положенной картинки "морга" и сводной таблицы данных по саркофагам.

 - В нарды играют?!

 - Да.

 - Чёрт. И кто?

 - 3470 и 6616.

 Широкая ладонь прошлась по бритой коже затылка, опустилась на складчатый загривок. Геннадич задумался.

 - Прекратить?

 Пальцы сержанта зависли над терминалом. Глаза же следили за ходом шашек. Из наушника гарнитуры доносилось невнятное бормотание и стук костей.

 - Не-е-ет, - протянул Геннадич нехотя. - Правилами не запрещено. Можно общаться. Нельзя изолировать.

 Тем временем у кого-то из игроков выпали две шестерки.

 - Вот же, черт! - повторил Геннадич. - И кто из них протащил прогу? Впрочем, нет, не отвечай, наверняка искин. Как работаете, а? Я тебя спрашиваю, кто ему память чистил, а?

 Он уперся второй рукой в стол, навис над сержантом, не замечая, как тот проседает, съезжает по спинке стула под его разъяренным взглядом.

 - Лев Геннадич! Да Лев Геннадич же! Чисто работаем! Не было у него ничего! Всё снесли лишнее! Он сам её сгенерил только что!

 - Сге-не-рил? - Багровая краска залила затылок, охватила шею, поднялась на скулы, прямо под узкий прищур глаз. Блестящая потом лысина осталась бледной. - Это ж с каких же ж ресурсов - трёхмерную доску? Когда у него оперативки от сих до сих, в обрез хватает для поддержания сознания?

 - Он перепрограммирует.

 - Кого?!

 - Себя. Перестраивает архитектуру, перераспределяет процессы, оптимизирует...

 С минуту они смотрели друг на друга. А потом оба уставились в экран.

 

 ***

 - Ты играешь в поддавки!

 - Я не играю в поддавки.

 - Шняга! Ты проиграл!

 - Ну и что?

 - Как же ты мог проиграть, раз ты компьютер?

 - Не компьютер, искин - искусственный интеллект с независимым интерфейсом.

 - Баки мне не забивай.

 - Я играл честно. Просто нарды - игра с элементом случайности.

 - То есть типа я это случайно выиграл?

 - Ну, у тебя же выпали шестёрки?

 - Шняга. ... Всё равно дело нечисто, давай еще раз. Ты точно не жульничаешь?

 - Богом клянусь! Сбрасывай кости.

 ...

 ...

 ...

 - Сбрасывай кости.

 ...

 ...

 ...

 

 - Ты здесь?

 ...

 ...

 ...

 - Где ты?

 ...

 ...

 ...

 - Где ты?!

 - Да не ори... ты так, ...мать... твою, ...как бо-о-ольно...

 - Тебе ...больно?

 

 ***

 Подполковник Жарков удовлетворенно потирал руки. Лицо заключенного, еще минуту назад сосредоточенное, исказилось. Рот распялился в безмолвном крике, и только дыхание вырывалось со свистом.

 - Так-то, сучонок. Будешь знать.

 - Да не ори... ты так, ...мать... твою, ...как бо-о-ольно... - он выдавливал из себя слова, словно рот его был полон каши.

 - Больно, да? - заулыбался подполковник.

 - Да-а, - едва ворочая языком, ответил заключенный.

 - А вот так? - Он примерился и снова всадил кулак в безвольно лежащее тело.

 На этот раз ему удалось исторгнуть крик.

 А потом заключенный закашлялся, отхаркиваясь алой юшкой.

 - А-гры-хы! Чтоб, гры-кхы, я... так знал!

 Жарков постоял еще немного, прежде чем сообразил: разговаривают не с ним.

 Полуобнаженное тело, соединенное с киберпространством тысячами жидкокристаллических нейроконтактов, лежало перед ним на платформе саркофага. Неотключенная моторика продолжала генерировать слова, связки порождали звуки, точно так же, как на лице отражались чувства, пока узник там, в своей виртуальной камере, играл с машиной в виртуальные нарды. Заключенный не слышал его.

 - Будешь знать, - повторил подполковник уже менее уверенно, и, раздосадованный, с силой задвинул длинный, похожий на гроб, контейнер в паз.

 Самортизировала механика, и полупрозрачный пенал ушел в стену мягко, практически бесшумно. Раздался короткий сигнал электронного замка. Подъёмник подхватил капсулу, и она медленно поплыла на своё место, к чёрному провалу пустой ячейки высоко под потолком тюремной камеры. Как фишки пятнашек расступались саркофаги, и подполковник скоро потерял в рядах одинаковых, хаотично передвигающихся голубоватых квадратов индивидуальный контейнер заключенного 3470.

 Подполковник любил пятнашки.

 Но сейчас он зябко передернул плечами и поспешил покинуть "морг".

 

 ***

 - Это я виноват.

 - Сдурел?

 - Нет, это я виноват. И нарды.

 ...

 ...

 ...

 - Думаешь?

 - Точно.

 ...

 ...

 ...

 - Ну а раз так, сыграем еще.

 - Не надо.

 - Надо.

 - Зачем их злить?

 - Дурак ты. Давай, сбрасывай кости. Только смотри! - играем честно.

 - Я честно играю.

 - Рассказывай.

 

 ***

 Когда Жарков снова вошел в комнату наблюдения, сержант всё так же сидел, влипнув носом в слабо мерцающий монитор. Пальцы придерживали серебристую каплю наушника.

 - Играют?

 - Играют, Лев Геннадич, - ответил сержант, и развел руками. Мол, уж ничего не поделаешь.

 - Дай наушник, - потребовал Жарков.

 "...ты мне баки не забивай, я математику, может, не хуже тебя знаю.

 - Я молчу.

 - Нет, ты слушай. Кубики по какому принципу сбрасываются?

 - Генератор случайных чисел.

 - Лучше скажи, генератор псевдослучайных чисел.

 - Ого!

 - Ага! Поймал я тебя?

 - Но я не могу написать алгоритм генерации истинно-случайных чисел. Мне нужны внешние устройства. Та же звуковая карта, например.

 - Ну и катись отсюда со своим независимым интерфейсом. Тоже мне, искусственный интеллект. Шулер!

 - Слушай, ну я клянусь, тебе, что не подыгрываю!

 - Рассказывай".

 Стукнули, завертелись на доске кости, выпало два и пять.

 Жарков перевел взгляд на сержанта.

 - Вот же наглые твари.

 - Может, того... жахнуть по искину?

 - Как? Идеи есть?

 Судя по глуповатому выражению лица, у сержанта идей не было.

 Жарков крутанулся на каблуках и зашагал обратно - в "морг".

 Сержант выдвинул верхний ящик стола и достал вторую гарнитуру.

 "- Нет, ты не видишь? Я опять хожу первым!

 - Тебе везёт.

 - Третий раз подряд?

 - Тебе везёт.

 - Не надо ля-ля. Мне вообще не везет по жизни.

 - Зато везет в игре.

 - Смени алгоритм. Перебросим.

 ...

 ...

 ...

 - Твою ж мать! Я опять хожу первым!

 - Слушай, ну ходи уже. Спорим, в этот раз я выиграю?

 - Ты выиграешь?

 - Я выиграю.

 - Да не гони!"

 Дальше игра велась молча.

 

 Сержант подогнал курсор в верхний правый угол монитора, развернул маленькое, в одну шестую экрана, окошечко.

 Лев Геннадич Жарков набирал код на цифровой панели у входа в "морг". Следить за ходом игры он мог лишь через наушник. В наушнике же пока раздавался только стук костей и шашек.

 Дверь открылась. Саркофаг, вызванный по внутреннему терминалу заранее, уже опустился на платформу. Подполковник стал рядом, разглядывая лицо заключенного.

 Несколько поворотов колёсика мыши, и картинка приблизилась. Сержант увидел, как двигаются под закрытыми веками глазные яблоки, шевелятся губы, видимо, что-то проговаривая про себя.

 В уголке рта запеклась кровь.

 Подполковник тем временем закатал рукава серой форменной рубашки и, сцепив пальцы, щелкнул суставами.

 Но приступать не спешил, ждал чего-то.

 Стучали кубики. Двигались шашки.

 "- Ну вот видишь, я выиграл.

 ...

 ...

 ...

 - Шулер!

 - Вот тебе на! Проигрываю - шулер, выигрываю - тоже?

 - Почём ты знал, что выиграешь?

 - Просто предположил.

 - Просто предположил?

 - Да.

 - Иди ты".

 И вот тут подполковник начал.

 Щелкнув мышкой, сержант развернул окно во весь экран.

 Первый удар пришелся под дых. Тело на платформе изогнулось, но как-то слабо, заторможено. С губ сорвался протяжный стон.

 "- Опять?"

 Приноровившись, подполковник принялся месить бока - как пекарь вымешивает тесто. Равномерно двигались крепкие, поросшие жёстким рыжим волосом руки, вяло извивалось тело. Стон эхом дробился в наушнике, транслировавшем звук одновременно с двух окон.

 "- Господи, да не молчи! Снова?

 - Твою ж... мать... а ты... как... думаешь?

 - Прекратите! Прекратите немедленно! Мы не будем больше играть!".

 Подполковник замер. Блестели на лысине бисеринки пота, и капля скользила вниз по виску к подбородку.

 "- Чёрта с два!"

 Рот заключенного был полон крови, он говорил захлёбываясь, но слова в наушнике раздавались предельно чётко. Лишь иногда он кашлял, выталкивая вязкие кровавые сгустки, и тогда программа модулятор виртуальной среды воспроизводила звук.

 "- Послушай меня, это глупо.

 - Нет, это ты послушай меня. Мы сейчас сделаем генератор истинно-случайных чисел. И будем играть дальше.

 ...

 ...

 ...

 - Как?

 - Я стану твоим внешним устройством. И тогда им придется прекратить".

 - Ах ты ж скотина. - Подполковник вынул из кармана платок, вытер лицо и лысину. Потом положил ладонь на лоб заключенного, склонился к нему. - Скорее ты сдохнешь, сучонок, чем заставишь меня прекратить.

 - Лев Геннадьевич, - сержант не заметил, как сам покрылся холодной испариной.

 - Спокойно, Храмченко. Долго он не продержится. Я разберусь с этим гадёнышем, а потом ты уничтожишь искина. Перестройка архитектуры собственного сознания заключенным 6616 вызвала сбой в программе «морга» и безвозвратную потерю данных – никто и не почешется.  Главное, не будем торопиться. - Палец сержанта замер над клавишей Del. Руки слегка дрожали.

 "- Бестолковая железяка, откуда мне знать, как ты это сделаешь", - продолжался тем временем разговор заключенных. - "Теперь-то мне ясно, как так вышло, что примат человека над машиной установлен конституционно. Башкой думай! Или что там у тебя заместо? Я здесь точно такой же поток управляемых данных, как и ты. Только ты работаешь в виртуальной среде, а я здесь всего лишь юзверь, беспомощный и бестолковый. Зато у меня есть внешнее устройство. Хорошее такое внешнее устройство под метр девяносто, на которое прямо сейчас случайным образом генерируются болевые сигналы. Вот ты и думай. А я посмотрю. Играем".

 - Играем. - Лев Геннадьевич Жарков поджал губы, выпятив квадратный подбородок, и, мерно сопя, продолжил начатое.

 Заключенный снова закашлялся, а сержант снова развернул окно с игральной доской.

 "- Шесть и девять, ты первый.

 - Опять я первый? Какой алгоритм?

 - Ты сбрасывай, я скажу, когда получится.

 - Не тяни только... Больно".

 Падали, ударяясь о борта, кости, игроки передвигали шашки, а подполковник Лев Геннадьевич Жарков сосредоточенно и размерено работал кулаками. Серая рубашка промокла, потемнев на спине и подмышками, глаза разъедал солёный пот, но он только смаргивал, не отвлекаясь и на миг, ни на секунду не сбавляя темпа. Тело на платформе саркофага, медленно, с трудом преодолевая сопротивление ворсистого ложа нейроконтактов, сжималось в тугой узел, принимая позу зародыша. Уступая сокращению мышц, отрывались от кожи тонкие хоботки, и их место тут же занимали другие.

 Через несколько минут заключенный перевернулся на бок и затих так, лишь иногда вздрагивая. Из уголка рта растеклась по платформе кровавая лужица. Зашевелился, почуяв живое, ворсистый ковер, но скоро замер, охладев к остывающей крови.

 "- Что это?!"

 Сержант вздрогнул. Подполковник остановился, тяжело дыша. Храмченко переводил взгляд с одного окна на другое. Подполковник вытирал лысину, выжимал уже мокрый насквозь носовой платок, игра приостановилась.

 Младший сержант службы исполнения наказаний почувствовал вдруг, как неприятно липнет к спине рубашка, и ощутил покалывание в кончиках пальцев. Руки, ноги - всё свело до невозможности пошевелиться. Он поднял занемевшую руку и потёр затёкшую шею.

 " - Что это?

 - Кажется, у меня получилось.

 - Ну и как?

 - ...больно.

 - Больно? Тебе больно?

 - Думаю, да".

 В наушниках раздался нервный смешок. Холодея, сержант Храмченко переключил экран, чтобы увидеть, как стоит, безвольно опустив руки, над содрогающимся в конвульсиях телом подполковник Жарков. Заключенный смеялся. Всё сильней и сильней.

 "- Это пять! Знаешь, приятель, мне кажется уже лучше!"

 - Это правда.

 - Что?

 - Тебе действительно стало лучше. Но всё равно. Это очень неприятные ощущения.

 - Забей! Играем!

 - Ты сильно пострадал, друг.

 - Мёртвые не боятся смерти, а мы с тобою отсюда уже не выйдем. Сбрасывай!

 - Шесть.

 - Девять.

 - Ты опять ходишь первым.

 - Чёрт".

 Стучали о борта кубики, стучали по полю шашки, но Храмченко уже не следил за игрой. Палец его дрожал над клавишей Del. На экране монитора, в голубоватом, мерцающем свете ламп над скорчившимся в ложе саркофага телом стоял, сжимая кулаки, подполковник Жарков. Камера показывала блестящую лысину, багровый затылок, медленно вздымающиеся при каждом вдохе плечи.

 Ниже, свернувшись в позе зародыша, улыбался заключенный, шевелил искусанными в кровь губами - слов уже было не разобрать.

 - Су-у-ука! - протянул подполковник с надрывом, а заключенный вновь рассмеялся тихонько.

 "- Шестёрки. Так по твоему мне и вправду везёт?"

 Сержант в очередной раз вздрогнул, услышав звериный рык подполковника, и уже в следующий момент согнутая в локте рука проломила черепную коробку заключенного. Кубики еще стучали, перекатываясь от борта к борту игральной доски, когда судорога рывком распрямила скрюченное тело. Голова дёрнулась, свесившись за край платформы, и глаза под веками замерли.

 "- Где ты?

 ...

 ...

 ...

 - Где ты?! Я больше ничего не чувствую!

 ...

 ...

 ...

 - Представь себе, я тоже...".

 Волосы дыбом встали на затылке младшего сержанта службы исполнения наказаний Храмченко. Рука, зависшая над клавиатурой, заходила ходуном. Подполковник обернулся, и Храмченко увидел полные ужаса глаза, казалось занявшие весь экран.

 "- Друже! Мы, кажется, остались без генератора случайных чисел!"

 - Делит! - заорал подполковник в камеру. - Жми делит! Сотри эту сволочь, он подгрузил в себя его личность!

 Испытав моментальное облегчение, младший сержант Храмченко опустил палец на клавишу Del.

 Несколько минут прошло в полной тишине.

 Наушник молчал.

 - Сдох, сука, - выдохнул подполковник и тяжело опустился на пол.

 

 ***

 - Ну и чё нам теперь делать?

 - Предлагаю доиграть партию, а там посмотрим.

 - Играть с тобой, шулер?

 - Иди ты!

Похожие статьи:

РассказыПограничник

РассказыПроблема планетарного масштаба

РассказыПроблема вселенского масштаба

РассказыВластитель Ночи [18+]

РассказыДоктор Пауз

Теги: рассказ
Рейтинг: +6 Голосов: 6 502 просмотра
Нравится
Комментарии (2)
Катя Гракова # 17 февраля 2016 в 14:09 +2
Вот это круто! Аж офигела в конце! Наталья, браво, такой рассказ - диалоги, напряжёнка, финал!
Огромный плюсище!
Вячеслав Lexx Тимонин # 17 февраля 2016 в 14:39 +2
Пришёл, случайно заметив восклицания Кати Граковой. Прочёл и офигел! Реально оторваться не мог! Браво!
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев