1W

Двадцать три - шестьдесят один

в выпуске 2016/04/27
2 июня 2015 -
article4780.jpg

- Ленка, ты шевелись живее!

Ленка шевелится живее, бежит за тетей Таней, как в детстве, ма-а, не успева-аю, скорей-скорей. Димка куда-то опять затесался, ну что ты стоишь, что ты там на звезды смотришь, что как маленький, ей-богу…

Ленка торопится. Надо успеть. И как маленькая, как в детстве думает, а что будет, если не успеет, а что тогда будет… Мать отмахивалась, говорила - бабай заберет, теперь-то Ленка знает, нет никакого бабая, в двадцать лет в бабая верить не положено. А вот что будет, неизвестно…

- Скорее!

Запрыгивают в автобус, тетя Таня, тетя Аня, тетя Вера, тетя Лера, Машка, Дашка, Сашка, Пашка, Лидь-Семенна. Ленка с Димкой заскакивают за ними, плюхаются на места, оглядываются, не завизжит ли кто, а-а-а, молодежь обнаглее-е-ела…

- Так, курочку гриль купили, три штуки, мандарины купили, икорку купили… - перечисляет теть Таня, - так, еще лаваш…

Я его есть не бу-у-у-уду! - орет не то Сашка, не то Пашка, трясет шапочкой с каким-то очередным супергероем.

Сашка, почему для тебя все, ты мне можешь объяснить? Так, шампанское взяли, ну нам бутылочки хватит, потом мерло…

- Мурло-о! - хохочет Пашка.

- Да ты помолчать можешь, нет? так, на салатик все взяли…

- А я ананас хочу! - визжит Дашка.

- А Луну с неба ты еще не хочешь? Да что за дети пошли, сил моих нет… - оборачивается к Ленке с Димкой, - а ваших-то когда нянчить будем?

Ленка мысленно фыркает, да в жизни тебе не доверим, и не мечтай даже… вот заладила… когда-когда, своих детей не завела, только другим мозг выносит…

Осталось три часа. Если точно, два часа, пятьдесят пять минут.

Автобус останавливается, вываливаются тетя Таня, тетя Аня, тетя Вера, тетя Лера, Машка, Дашка, Сашка, Пашка, Лидь-Семенна. Ленка с Димкой выскакивают последними. Хочется никуда не бежать, лечь в снег, смотреть на звзедное небо, лежать тихо-тихо…

Гипермаркет горит мириадами огней, Ленка с Димкой пробираются через толпу, еще надо платье выискать, и на шею что-нибудь, без этого никак. Вон, Иришка в прошлом году забила на все, а я в кофточке и джинсиках встречать буду, ну и где теперь Иришка? То-то же…

Два часа тридцать минут.

Ленка ныряет в черное с блестками платье, тетя Таня всплескивает руками, ну-у-у, чее-е-рное, Леночка, возьми голубое, смотри, как тебе идет… а-аах, как хорошо быть стройным…

Жрать не надо по целому поросеночку, вот и хорошо будет.

Два часа пять минут. Димка жестом фокусника застегивает что-то на шее у Ленки, Ленка даже не успевает рассмотреть, что, что-то красивое и блестящее. Неловко клюет Ленку в щеку. Все охают, ахают, ах, ах, как идет, не то Сашка, не то Пашка орут, айда на улицу, а петарды когда, а петарды? Тетя Таня вопит, повторяю для сильно тупых, петард не будет…

Один час пятьдесят пять минут. У выхода из гипермаркета на Ленку накидываются подруги, Лену-уу-сь, ты-то куда запропала, ой, котик какой, ми-ми-ми, няшка, где котик, а-а-а, на шее блестит. Обступают Элла, Белла, Изабелла, Анжела, Габриелла, Стелла, целуются, чмоки-чмоки, а-а, это муженек твой, ой, симпатюля, да не боись, не уведу…

Девчонки утаскивают Ленку в парикмахерскую, вот блин, договаривались на двадцать-три-ноль-ноль, в креслах еще какие-то жабы крашеные сидят, юигуди крутят, да как ни крутите, жабами останетесь. Кто-то, не то Элла, не то Стелла причитает, а-а-а, не успеем, да ну тебя, всегда говоришь, не успеем…

Ленка думает, что будет с теми, кто не успел. Много таких. Каждый год. Которые бездомные, которые одинокие, которые еще что. Потом под Рождество звенят колокола, устраивают молебен в память тех, кто не успел, кто остался где-то там, там… Правда, говорят, какие-то приюты стали делать, да они больше говорят…

Ленка как-то пыталась в Сети выискать, что бывает с теми, кто не успел. Люди больше дурь всякую пишут, на уровне Бабай заберет, Википедия еще хуже, завалила Ленку формулами, цифрами, ускорение хода времени, пространственно-временной континуум, точки перехода, точки невозврата, множественность миров…

Тьфу.

Хотите, чтобы вас читали, так говорите по-человечески….

- …аивает?

- А?

- Все устраивает?

Ленка смотрит в зеркало, это не Ленка, это Мерлин Монро, ладно, черт с вами. Девки хихичут, ага, заснула…

Полчаса.

Ленка ныряет в шубку, все бегут на автобус, последний, тетя Таня, тетя Аня, тетя Вера, тетя Лера, Машка, Дашка, Сашка, Пашка, Лидь-Семенна, Элла, Белла, Изабелла, Анжела, Габриелла, Стелла, Ленка с Димкой бегут, взявшись за руки, молодоженам так надо, взявшись за руки, тогда больше шансов, что успеют…

Автобус несется по пустеющим улицам, все, и стар, и млад, разбегаются по домам, к гипермаркету подкатывают машины, люди забирают своих родственников, которые работали допоздна, скорей, скорей, домой… Тощий парень мечется в толпе возле вокзала, помогите, люди добрые, на поезд опоздал, а я тут в городе никого не знаю, не дайте умереть… подвыпившая компания подхватывает его, айда с нами… В дальнем углу автобуса поссорились двое ребятишек, мальчик и девочка, взрослые на них шикают, последнее дело, ссориться в новый год, так и остаться можно…

Ленка вспоминает, как сама первый раз в новый год поцапалась с очередным отпрыском очередного родственничка, а что Ленке вязаный свитер кусачий подарили, а этой Катьке комп и еще домик кукольный, а-а-а, так нечее-естнно… вот тогда-то взрослые и шикнули. Не так, как обычно на детей, вы как себя ведете, а как-то по-другому, по-страшному. Так взрослые шикают, когда на красный свет идешь, или когда на подоконник вылезешь, теюе что, жить надоело?

Тогда…

Пятнадцать минут.

Автобус давится мотором, глохнет. Все вываливаются из вагонва, тетя Таня, тетя Аня, тетя Вера, тетя Лера, Машка, Дашка, Сашка, Пашка, Лидь-Семенна, Элла, Белла, Изабелла, Анжела, Габриелла, Стелла, водитель с ними, я что тут, пропадать должен, да чтобы я еще раз в новый год, да ни в жизнь…

Прыгают в газельку, последнюю из последних, тетя Таня, тетя Аня, тетя Вера, тетя Лера, Машка, Дашка, Сашка, Пашка, Лидь-Семенна, Элла, Белла, Изабелла, Анжела, Габриелла, Стелла, водила гаркает, домой еду, и мы с вами, у нас вон с собой, и шампанское, и мерло, и курочка гриль…

Газелька срывается с места, уносится в холод зимы, на окраину, где во всех домах горят огни, сидят люди, снова проверяют, все одеты как надо, причесаны как надо, Лешка, не грызи ногти, на столе шампанское, гриль, оливье, елка наряжена как надо, на тридцать три раза с магнитометром проверяли, напряжение в ту сторону, сопротивление в эту… На тридцать три раза друг к другу присмотрелись, обиды простили, обнялись, на тридцать три раза эмоитометром проверлии, вроде никакого напряжения, так, а что это Лешка на маму сердится, а чего она меня сегодня нахлопала, ох, прости, сыночка, с новым годом замаялась с этим, на вот, держи конструктор… Еще раз проверяют, а чего это Стелла на Антона зубы точит, чего он ей сделал? Да то-то и оно, ничего не сделал, я его уже год люблю, а он ни в какую… Барышня, а сказать-то нельзя было, я что, мысли читать должен? Целуются, обнимаются.

Куранты.

Шампанское.

Димка и Ленка бегут по улице, скорей, скорей, бли-ин, ты в газельку запихнуться не мог, что, блин, такие толстые, что ли… это не мы толстые, это тетки твои толстые, и подруги туда же… спасибо за комплимент. Димка не понимает, что за комплимент, оба бегут по снегу, уже неважно, куда, до дома как до Луны пешком, хоть бы добраться до жилых кварталов, постучаться в первый же подъезд, люди добрые, пустите…

Пять минут. Где-то в домах Людмила Гурченко, посаженная в телевизор, поет помиритесь все, кто в ссоре, кто-нибудь за столом обязательно добавит подеритесь все, кто в ссоре.

Три минуты. Беззвучно ломается каблук, Ленка летит в снег, сумка в одну сторону, Ленка в другую, шампанское в третью, зиму наполняет крепкий шампанский дух.

- Лен! Ты чего?

- Беги, беги…

- Да что беги, ты-то…

- Беги, идиотище!

Минута… Димка наклоняется над ней, дурило, мог бы на всех парах долететь до во-он той пятиэтажки, до первой квартиры на первом этаже, на нем как раз дедморозовский колпак…

Полминуты…

Каблук…

- Тьфу черт, я думал, ногу сломала…

- Да что теперь…

Десять секунд…

Еще вскакивают, еще бегут куда-то, пять секунд, скользят в снегу, три секунды, дом бесконечно далеко, секунда, снег кружится, замирает…

Куранты.

Дома - большие и малые, - срываются с места, набирают скорость, уносятся по невидимым рельсам, там-там, там-там, там-там, да-да, да-да, да-да, прощально вспыхивают огни. Елки на проспекте взлетают в небо разноцветными ракетами, уносятся куда-то вслед за домами…

- Приехали, блин… - шепчет Ленка.

- Ничего не говори… приехали…

Холод куда-то уходит, даже снег не хрустит, смотрит единственным глазом полная луна, здесь луна не такая, по самому центру луны - пульсирующий зрачок.

Здесь надо бить кулаками в снег или разрыдаться, беззвучно, отчаянно. И не хочется. Хочется лечь в снег, неожиданно теплый, смотреть на звезды, большие, яркие, это вон ковшик маленький, это Малая медведица, а нет, папка говорил, это Плеяды…

- Гляди…

Димка дергает Ленку, показывает на часы на пустой громадине какого-то бизнес-центра, часы замерли на двадцать три пятьдесят девять. Ленка как в детстве вспоминает, надо загадать желание, как в детстве спохватывается, не знает, чего хочет.

- Да не желание…

- А-а-а…

Спохватываются. Смотрят. Ждут. Гадают, что будет.

- Спорим, так и останется? - шепчет Димка.

Часы мигают, показывают температуру, а с какого это бодуна плюс пять, потом давление, в этом Ленка ничего не понимает, потом снова выстреливают время, двадцать три шестьдесят одна.

- У них тут что, в часе сто минут?

Димка не отвечает. Откуда-то из ниоткуда медленно пробивается рассвет, зима утекает ручьями, ручьями, из-под снега пробивается что-то зеленое, востролистое…

- Дома еще остались… пустые… - говорит Ленка.

- Тоже верно… может, зверье какое… корова там… да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над зверями, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле…

- Это откуда?

Димка неопределенно машет рукой.

Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над зверями, и над птицами небесными, и над всяким скотом, и над всею землею, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле. Вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя; — вам сие будет в пищу…

 

Рейтинг: +1 Голосов: 1 558 просмотров
Нравится
Комментарии (3)
DaraFromChaos # 2 июня 2015 в 14:22 +2
в 23.61 полагается лечь на снег и смотреть на звезды!!!
(обязательно так сделаю в ближайшие выходные)
v
0 # 2 июня 2015 в 14:27 +2
Только где же в ближайшие выходные взять снег?
DaraFromChaos # 2 июня 2015 в 14:31 +2
поищем :))) в горах еще завалялся :)))
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев