1W

Демиург местного значения. Часть 1, глава 6

на личной

11 июня 2015 - fon gross

Глава 6

 

Дальше – бултыхание в гигантском колодце и чудесное спасение. Как уже было сказано, опознав в своей спасительнице Вальку Синицину, я вырубился. В первый раз сознание возвратилось в бане. Жаркой бане. Весь мой организм, изнывая от неги, сигналил, что именно это мне сейчас и нужно. Зрение пока воспринимало внешний мир не четко. Окружающее расплывалось и подрагивало. Ко всему прочему освещенность в баньке была не очень. Скосив глаза влево, я понял почему: свет попадал в не такое уж и маленькое помещение через единственное окно, весьма скромных размеров, скорее похожее на амбразуру. В следующую секунду и этот источник света заслонил чей-то темный силуэт. Силуэт приблизился вплотную, ухватил мой, начинающий оттаивать организм, и с неимоверной силой начал мять, гнуть и колотить его своими огромными, по ощущениям, лапищами. Я даже перепугался вначале, не въехав, что же со мной, собственно, делают. И только спустя некоторое время, догадался, что все эти манипуляции – разновидность какого-то согревающее-разминающего массажа. Поняв, что ничего страшного не происходит, я расслабился и начал получать удовольствие.

Чувство времени пока работало тоже не очень. Поэтому сколько продолжались реанимационные процедуры, я не понял. Потом мой лечащий врач помог мне присесть на лавку, служившую до этого массажным столом, пресек мои поползновения, снова вернуться в горизонтальное положение и попытался поставить меня на ноги. Ноги не держали. Неизвестный пробурчал что-то успокаивающее, подхватил, как ребенка на руки и куда-то понес. На этом месте, утомившееся сознание снова покинуло мое бренное тело.

Окончательно я пришел в себя в мягкой постели, укутанный теплым меховым одеялом. Действительно, меховым. Причем не из какой-то банальной овчины. В мехах я не разбираюсь, но тут мех был хорошим – видел на своих московских подружках шубки из такого меха. То ли куница, толи соболь. Я осмотрелся. Массивная, вроде бы из натурального дерева, кровать стояла в просторной и светлой…  горнице. Почему-то именно это название выплыло из памяти. Над головой высокий бревенчатый потолок. Такие же бревенчатые стены, в одной из которых располагалось довольно большое окно.  Окно разделено на мелкие, не очень ровные ячейки, в которые вставлены небольшие кусочки, вроде бы, стекла. Через окно в горницу лился солнечный свет. В стене слева прорублена дверь. Закрытая в настоящий момент. Кровать стояла на полу, набранном из широких, некрашеных, гладко выструганных досок. Кажется, такие доски  называют плахами. Кроме кровати и, стоящего рядом с ней, массивного табурета,  никакой мебели в комнате не было.

Ладно, как говорится: будем посмотреть. А пока надо протестировать организм. Я попытался присесть на своем мягком ложе. Получилось плохо – я был слаб, как ребенок. Мерзкое ощущение. Примерно так я себя чувствовал в госпитале после того, как провалялся три дня в бессознанке. Ощутив странную легкость в области, г-кхм, бедер и заглянув под одеяло, я обнаружил отсутствие привычного предмета туалета на этих самых бедрах. Табурет был пуст. Я с надеждой пошарил взглядом по полу возле кровати. Увы. И там плавок не было. Так-то чуть живой, а тут еще последних трусов лишили. Я даже немного разозлился, а разозлившись, собрался с силами и все же сумел принять сидячее положение.

В этот момент скрипнула открываемая дверь и в комнату вошла Синицина. Надо же, не померещилось – действительно она. Единственная странность – Валька за прошедшие восемь лет, нисколько не изменилась. Учитывая, что она моя ровесница, ей сейчас должно быть около двадцати семи, а выглядела она все на те же восемнадцать-девятнадцать. Странно, может, все-таки просто очень похожа. Да нет, не бывает такого полного сходства, вплоть до голоса. Одета Синицина была опять в странную одежду. Длинное, непривычного кроя платье, пошито из светлой ткани с узорами по вороту, рукавам и подолу. Веяло от этого платья какой-то неизбывной стариной. Точно реконструкторы, решил я.

Валентина приблизилась к кровати. Я инстинктивно поплотнее прикрыл мягким одеялом свои обнаженные чресла. Не дойдя до меня где-то с метр, Синицина, опустилась на колено, склонила голову и произнесла:

- Приветствую тебя, посланник. Народ славов в лице твоей недостойной жрицы желает тебе здравствовать.

Сказала и так замерла, на колене, с опущенной головой. Сказать, что я опешил – ничего не сказать. Может у меня жар и начался бред? Ущипнул себя за руку и еле сдержался, чтобы не зашипеть от боли: силы восстанавливались – ущипнул, так ущипнул. Пошедшая, было, кругом от всего этого абсурда голова, встала на место. Однако надо что-то делать с коленопреклоненной Валькой.

- Синицына, ты бы встала. Хватит дурака валять, - ничего более умного, чем эта фраза, в голову не пришло.

Подруга детства подняла голову и удивленно воззрилась на меня. Потом в глазах ее появилось понимание, и она ответила:

- Ты путаешь меня с кем-то из своей жизни в Ирии. Меня зовут Волеслава. И прости нас. Мы не сразу обнаружили тебя в священном колодце. Холодная вода вытянула из тебя силы и спутала твой разум. Это пройдет. И я помогу в этом.

- Почему ты? – на автомате спросил я.

- Как же иначе? Ведь я твоя главная жрица.

Так, или передо мной не Синицина, или это все же какая-то секта и ее опоили до потери памяти, или она великая актриса и разыгрывает тут спектакль. Да нет - голос Валькин. Не может же быть такого абсолютного сходства. Остается секта, ждущая какого-то очередного  мессию, на месте которого по недоразумению оказался я. Ну, или реконструкторы и я вовлечен в их малопонятные игрища. И в том и в другом случае лучше подыграть. Ну, что ж.

- И как ты мне будешь помогать? – добавив в голос игривых ноток, спросил у нее. - Будешь меня отогревать?

Сказал и напрягся – а если она и впрямь сейчас займется этим. Я  и языком-то шевелю с трудом. Опозорюсь. Мессия несостоятельный, блин.

- Ты позволишь мне подняться, господин?

В голосе Синициной, или все же Волеславы, явственно зазвенели льдинки. Похоже, выбиваюсь из образа «посланника кого-то там». Не будут тут бегом выполнять все мои прихоти. И не бегом, тоже не будут. Коленопреклоненная девица, тем не менее, не вставала, всерьез ожидая моего разрешения.

- Ладно. Извини – пошутил неудачно. И вставай, конечно.

Хотел добавить про цирк, который нечего устраивать, но сдержался. Базар здесь все же надо фильтровать. До полного прояснения ситуации.

Валентина-Волеслава поднялась на ноги и сказала уже менее холодно.

- Если тебе нужна женщина согревать постель, я подберу кого-то из девок поопрятнее. А я – главная жрица посланника богов.

- То есть, моя?

- А вот это и выяснится после испытаний.

Как-то не понравился мне тон ее последней фразы. Какой-то обещающий неприятности тон. Причем, обещающий неприятности лично мне.

- А что это за испытания? – как можно небрежнее поинтересовался я.

- Испытания посланника на истинность.

- А если подробнее?

- Посланник может оказаться не истинным. Посланником не богов, а нави.

Ну вот, теперь все ясно. Хоть и ни хрена не понятно. Пожалуй, надо как-то поаккуратней прояснить ситуацию в целом. И сделать это поможет э-э-э…  Волеслава? Черт, совсем запутался. Так все же секта, или спектакль реконструкторов? Пока нельзя исключить ни того, ни другого. Ладно, подыграем.

- Волеслава!

- Да, господин.

- Мы там, в Ирии не слишком интересуемся вашими земными делами. Меня, конечно, боги послали, но толком ничего не объяснили. Так, сказали, помоги там народу нашему решить проблемы. А сам я о ваших делах совсем не в курсе. Так что, как моя жрица, ты просто обязана ввести меня в курс дела. Считай это волей богов.

Лицо у, вроде бы, Синициной, после этого моего экспромта приобрело странное выражение. По-моему сомнения ее в том, что я являюсь посланцем богов, укрепились. Тем не менее, после явно читаемой на ее лице внутренней борьбы, она кивнула и спросила:

- Что ты хотел узнать, господин?

- Да все, - пожал я плечами. – Куда я попал, кто вы такие, что хотите от меня? Пока хотя бы это.

Валька посмурнела еще больше. Еще бы – посланник каким-то придурковатым оказался. А может и вообще не посланником, или, вернее, посланником, но этой, как ее – нави.

- Ну, хорошо, - все же решилась она. – Ты позволишь присесть…  господин. Разговор будет длинным.

Пауза перед «господином»  была весьма многозначительной.

- Садись, конечно, - наверное, излишне суетливо для посланца богов сказал я. – Можно буду слушать лежа?

Теперь в моем голосе звучали уже жалобно-просительные интонации, что для того же посланца, наверное, было не слишком солидно. Впрочем, на мою собеседницу такой тон оказал положительное воздействие. В том смысле, что в ней, должно быть, проснулся, дремлющий во всех женщинах, инстинкт материнства и она, вспомнив о довольно плачевном состоянии моего здоровья, проявила заботу, даже переложив поудобнее подушку. Я с облегчением откинулся на оную подушку – слабость все же давала о себе знать – и приготовился слушать. Валька-Волеслава начала рассказ, в процессе которого я офигевал все сильнее и сильнее, не зная чему удивляться больше – мере ее безумия, или полету ее фантазии. В кратком изложении смысл повествования сводился к следующему.

И так, куда я попал? Попал я на землю Славов. Ну, тут особой фантазией Валька не блеснула: Славы-Славяне – аналогия очевидна. Земля сия почти сплошь покрыта лесами, и пересекаема множеством больших и малых рек. Ну, еще озер и болот досыпано изрядное количество. Земля простирается от моря Северного на севере, до великой степи на юге. За степью - море Южное. На востоке – невысокие, поросшие лесами горы. Урал? За горами – тайга без конца и без края. На юге межу Южным морем и лесом – степи, в которых живут кочевники. Весьма воинственные, естественно. То же на юго-востоке. За южным морем живут чернокожие дикие людоеды. Это что ли в Турции? Или в ее фантазиях за Черным (Южным) морем сразу начинается Африка? Ну, пусть так. Живут Славы большими племенными объединениями, к одному из которых, называющими себя скромно – Царскими Славами, я и имел счастье угодить. Хм - Царские Славы, Царские Скифы - опять аналог. Уже тенденция, однако. Так вот, эти Царские Славы считают себя самым сильным и главным племенем среди остальных. Считают ли так остальные – Валька умолчала, а я не стал уточнять, воизбежание, так сказать.

Теперь о главном. О западном направлении. Там в Валькиных фантазиях раскинулась Империя. Задав ряд уточняющих вопросов, я выяснил, что земля, на которой расположилась Империя, очень похожа на Западную Европу. Название – Империя Румов, или Румийская Империя.  Ничего не напоминает? Когда я начал выяснять конфигурацию побережья вымышленной Империи, Валентина попросила подождать и вышла из комнаты. Вернулась быстро – буквально через пару минут, держа в руках объемистый свиток. Этакий рулон, длиной, пожалуй, побольше метра. С хрустом развернула этот рулон у меня на коленях. Передо мной оказалась карта. Ну, наверное, я это слишком громко сказал. Ни параллелей, ни меридианов. Больше всего это было похоже на античные карты-рисунки известной тогда ойкумены.

Тэ-э-кс! Посмотрим, что тут сектанты-ролевики понарисовали. Что ж, отталкивались они явно от нашей реальности. И правильно – чего заморачиваться. Так. Явно узнаваемая Западная Европа: Скандинавский полуостров, Балканский, сапог Апенинского, Пиренейский. Моря: Черное - с  немного перекошенным Крымом, Балтийское, Средиземное – с некоторыми искажениями, но вполне на себя похожее. За Средиземным – северное побережье Африки, правда, совсем узкое, с юга омываемое рекой Океан, так, кажется у греков. Малая Азия тоже имеется. Вот только как туда негритосы, пардон, афро-африканцы попали? Ну, а почему и нет? Шли из Африки, шли и дошли. О! Даже Британские острова обозначены. Восточная Европа без особых подробностей. Реки: вроде бы Волга, Дон, Днепр  и какие-то еще. Заканчивается, как и положено – Уральскими горами на востоке. Дальше приличный кусок Сибири, совсем без подробностей, так же заканчивающийся Океаном. На юго-востоке отклонение от реальности – Каспий соединяется с Аралом, образуя громадное внутреннее море. Между ним и Черным (по-здешнему Южным) морем, как и положено – Кавказские горы, будь они неладны. Южнее и юго-восточнее Аралокаспия приличный кусок материка с перекособоченным Индостаном, Гималаями, Тибетом и не очень большим куском Китая. Заканчивается все – тем же океаном.

Вот такая география. Да, еще - карта оказалась нарисована на большущем куске хорошо выделанной кожи. Кажется, в старину это называлось пергаментом. Не лень было возиться. Могли бы и на ватмане. Аутентисты хреновы.

И так, мы с Валентиной остановились на Империи. Разложив на мне карту, она показала на зубчатую линию, начинавшуюся от юго-восточного  побережья Балтийского (Северного по здешнему) моря, спускалась на юг по восточным склонам Карпат и заканчивалась на западном берегу Южного… тьфу ты! В смысле, Черного моря.

- Это Великая Стена, - дала пояснение Синицина. – Когда-то она была границей между империей и остальным миром.

Во как! Оказывается Западная Европа и у них отделена «железным занавесом», вернее, каменным, или кирпичным. Только здесь инициатива в его создании, похоже, исходила от европейцев. Черт! Опять забыл, что это все чья-то больная фантазия. Вживаюсь в роль, однако. Ну что ж, играть, так играть.

- И кто живет в этой Империи?

- Народов много. Франки, готы, иберы, италики, эллины, саксы, всех не перечесть – ответила моя собеседница. – Живут они на землях, на которых жили испокон, до того,  как их завоевали румийцы. Румийцы даже оставили им некоторые из их древних законов.

Понятно. Что-то вроде видимости автономии. Кстати, здесь неведомый худрук не изменил даже названий европейских народов рубежа нашей эры. Правильно, чего заморачиваться. А, что за румийцы-то? Я продублировал свой вопрос вслух.

- Этого никто не знает, - отозвалась после трагически-театральной, на мой вкус, паузы Валька. – Они пришли с Североиталийских гор.

Поясняя где это, Синицина ткнула пальцем в Альпы. Под Альпами оказалась некая часть моего организма, прикосновение к которой заставило меня дернуться и слегка переместиться под одеялом, ну и под картой, соответственно.

- Горцы они такие, - глубокомысленно изрек я.

- Да никакие они не горцы, видимо, раздраженная моей тупостью фыркнула Валентина-Волеслава. – Они начали появляться вблизи замка Черного Властелина, словно вылезали из какого-то подземелья. Легенды говорят, что уже в полном вооружении. Выстраивались в когорты, легионы и растекались по всем сторонам света, сея на своем пути смерть и разрушение. Сами румийцы рассказывают, что они пришли из другого, гибнущего мира и вывел их оттуда Черный Властелин за обещание  вечной ему преданности и службы. 

Так, Черный Властелин, значит. Ну как же без него. Без него никак. Ну, а слуги, понятно - румийцы. Маленько витиевато, но у каждого автора свои причуды.

- Ну и что было дальше? – постаравшись придать голосу искреннюю заинтересованность, спросил я.

- Вначале в наш мир вышли воины. Они спустились с гор на север Италийского полуострова, быстро привели к покорности местные племена и основали там свое государство. За ними пришли их семьи. Это было почти четыре сотни лет назад. За следующие полтора века румийцы завоевали весь Западный Мир и отделили его от остального Мира Великой Стеной.

- Они хоть люди? Румийцы-то?  

- Да, вполне. На землях, которые привели к покорности, они установили имперские законы. По этим законам румиец, отслуживший в армии определенный срок наделялся землей, изрядной суммой денег и оседал в месте, которое ему понравилось. Многие женились на местных женщинах. Часто брали в жены нескольких. От этих браков рождались дети. Все эти дети, рожденные от западных женщин, уже считались румийцами. Мальчики с детства обучались военному делу и к зрелому возрасту обязаны были отслужить десять лет в легионах. Народы, среди которых они жили, свыклись с их властью, переняли обычаи. Некоторые  стали считать себя румийцами, хотя в их жилах и нет румийской крови. Но кое-кто до сих пор и через сотни лет не смирился с их гегемонией. Иногда вспыхивают восстания, которые жестоко подавляются. Но их все меньше и меньше год от года - все же, завоеватели дают дышать подвластным народам. Кому-то даже нравится жить под ними.

- Что, так-таки запросто и завоевали половину Европы?

- Половину чего?

- В смысле, Запад.

- Ну, не так уж все было легко и просто. Однажды, это было лет через пятьдесят после начала их завоеваний, западные племена германцев объединились и начали их теснить. Загнали за Североиталийские горы, прорвались на Италийский полуостров, который румийцы к тому времени уже весь завоевали. Казалось, чужаки доживают последние дни. Но, когда противоборствующие армии сошлись в решающем сражении, в ход битвы вмешался Черный Властелин. С помощью своей магии он разметал и обратил в бегство армию германцев.

Опять этот непонятный монстр. Поинтересуемся подробнее, хотя бы ради вежливости.

- Кто он такой, этот Властелин?

Валентина опять посмотрела на меня, как на слабоумного. Вздохнула и пояснила:

- Этого не знает никто. Он существовал еще до сотворения мира. Некоторые считают, что Черный Властелин его и создал. Покидает свой замок он чрезвычайно редко.

Я немного устал следить за описанием политической ситуации придуманного мира и решил плавно закруглять беседу.

- Ну а от меня – посланника богов, вам что нужно?

Синицина опять с подозрением глянула на меня, видно снова усомнившись в моем статусе. Однако продолжила.

- Около сотни лет румийцы строили свою стену.

- А для чего она им была нужна? – встрял я с вопросом.

- Племена германцев: визиготы, лангобарды, герулы и другие – наши западные соседи, которые не были завоеваны, начали совершать набеги на территорию империи.

Ага, такие названия племен я тоже где-то читал. Это вроде, из эпохи «великого переселения народов». Ну-ну…

- Имперцы начали возводить стену, - продолжала, тем временем, свой рассказ Валентина. - Одновременно они совершали походы на беспокоящие их племена, захватывали там рабов и использовали их на постройке стены. Мало кто жил там больше трех лет. Так, что Великая Стена буквально стоит на костях.

Ах, как пафосно! Голос задрожал, щечки раскраснелись. Ладно, слушаем дальше.

- Стену построили и полсотни сотни лет румийцы за нее почти не выходили. Можно сказать, царил мир.

- Можно сказать? – снова встрял я.

- Были, конечно, стычки, - не очень охотно созналась Валька. – Германцы научились прорываться через стену, если собирали много воинов. С трудом, но могли. Даже западные племена наших родичей – славов – принимали участие в этих прорывах. Как союзники. Еще варанги совершали набеги на побережье Империи.

Варанги – надо полагать варяги, то бишь викинги. В нашей истории серьезные были ребята.

- И чего они там творили, за стеной?

Синицина посмотрела на меня, как на идиота.

- Что, обычно, творят на войне?

- Понятно. Можешь не продолжать. Могу даже сказать, что было дальше. В один прекрасный день румийцы вышли из-за стены и начали давить окрестные народы.

Моя собеседница с подозрением в голосе спросила:

- Ты точно ничего не знаешь про нашу земную жизнь?

- Точно ничего. Просто, кому же понравится пятьдесят лет отбивать набеги и грабежи? Это они еще долго терпели.

Валентина с нескрываемой злостью уставилась на меня и прошипела:

- Слушай, посланник, или кто ты там, ты, вообще, кому прислан помогать – нам, или румийцам?

- Но-но, повежливее с посланником богов, - в свою очередь перешел в атаку я.

- Посмотрим, чей ты посланник. И скоро.

Так, что-то я увлекся. Надо помнить, что я имею дело с чокнутыми ролевиками, а от таких, чего угодно можно ожидать.

- Ладно, - примирительным тоном сказал я, - и что было дальше?

Валька еще с минуту гневно пораздувала ноздри, потом немного остыла. Вспомнила, видно про свои обязанности жрицы и нехотя продолжила излагать.

- Да, восемьдесят три года назад Империя перешла в наступление. Такого победного шествия, как, в свое время, на Западе у нее, конечно не получилось. Германцы, а особенно племена славов нечета изнеженным западным народам.

Ну да, кто бы сомневался – мы же самые крутые.

- Но силы были не равными. Железным легионам, казалось, нет конца. Да еще, наши племена не могли выступить сообща и дрались, по большей части, в одиночку. В общем, пятьдесят лет назад имперцы покорили германцев, а тридцать лет тому – почти все племена славов.

Вот как! Мы, оказывается, под игом. И как тут под игом живется? Видно не сладко, раз уже, судя по всему, не первый год ждут помощи от богов. Вон, даже культ какого-то посланника придумали. Черт! Опять проникся! Это же все сказки для взрослых! И все-таки решил озвучить свой вопрос.

- И как оно, под румийцами?

- Плохо, - помрачнела Валентина. – На нас возложена непомерная дань. Князьям запрещено иметь большие дружины. В каждом крупном поселении сидит имперский наместник, который может вмешаться в любой момент в нашу жизнь. Казнить и миловать по своему усмотрению. При нем всегда состоит гарнизон румийцев, не меньше когорты пехоты и трех турм конницы.

- Это сколько? – решил проверить я свою память.

- Шестьсот воинов пехотинцев и чуть больше сотни кавалерии.

Я удовлетворенно кивнул. Судя по всему, ролевики откровенно срисовали имперцев с римлян.

- Понятно…  - протянул я. – И это все войска на вашей земле?

- Нет. В верховьях Донепра, - она ткнула пальцем в голубую извилистую линию на карте, изображающую, насколько я помню географию, Днепр, - расположено большое поселение – бывшее когда-то военным лагерем. Теперь это город, построенный по западным канонам – кирпичные дома в несколько этажей, каменные крепостные стены. Есть даже канализация. Ты знаешь, что это такое?

Стало даже немного обидно. Это она у меня спрашивает про канализацию. Я важно надул щеки и кивнул.

- Знаю, дочь моя, продолжай.

Валька раздраженно фыркнула, а я снова выругал себя за неуместный стеб. Посерьезнее, посерьезнее. С сумасшедшими надо во всем соглашаться и ничем их не раздражать.

- Называется сей город Лютеция. Там румийцы держат шесть легионов.

- То бишь, тридцать шесть тысяч?

- К ним тяжелой конницы – четыре алы. И еще вспомогательных войск из покоренных народов тысяч пятнадцать.

- Да, солидно. И моя задача их всех убить.

Это я даже не спросил, а констатировал.

- Как-то так, - кивнула Синицина, глянув на меня с изрядной долей скепсиса.

- Что, в одиночку?

- А что, разве посланнику богов такое не под силу? – эта язва уже не скрывала насмешки. – Не бойся – воины славов готовы подняться по первому слову посланника и оружие найдется. Вот только тебе придется подтвердить свой статус. Я об этом уже говорила.

- И каким же образом? – вопросил я и внутренне поежился, ожидая какой-нибудь гадости. И предчувствия меня не обманули.

- Через три дня, когда поправишься, тебе нужно будет пройти испытание сталью, воздухом, водой и огнем.

- Это как? – вопрос мой прозвучал довольно жалко, не по послански.

- Увидишь, - многообещающе усмехнулась эта стерва. – И если ты не тот, за кого себя выдаешь, мне тебя жаль.

Синицина поднялась с табурета.

- Теперь позволь твоей недостойной служанке удалиться, посланник?

Фраза буквально сочилась сарказмом. Я вяло махнул рукой.

- Ступай.

Уже у двери Валька обернулась и спросила:

- Как тебя называть, посланник?

- Витя. В смысле – Виктор.

- Хм. Румийское имя. Забавно шутят боги. Если это наши боги. Ладно, сейчас Туробой принесет тебе поесть. Он слуга при храме. Немой, но все слышит. Румы еще в детстве отрезали ему язык, когда жгли его селище. Туробой будет твоим личным слугой и охранником. Проси его обо всем, в чем будет нужда. И готовься к испытаниям. У тебя три дня.

 

Рейтинг: 0 Голосов: 0 206 просмотров
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий