1W

Демиург местного значения. Часть 2, гл.14

в выпуске 2015/11/02
29 мая 2015 - fon gross
article4739.jpg

 

Глава 14

 

В этот раз источников воды возле места нашего привала не имелось, потому я прихватил мех с водой и мы с Волеславой отошли в сторонку от лагеря в темноту пещеры. Факел брать не стали: света костров, в общем, хватало. Остановились на ровной площадке возле большого в рост камня, упавшего когда-то с потолка пещеры. Андрей с жрицей, выбранной им для помощи в умывании, канули в темноте где-то правее. Я расстегнул и сбросил шлем, стряхнул подшлемник, стянул кольчугу, кафтан, нижнюю рубаху, оставшись голым по пояс. Валька вытащила пробку из горловины меха, скомандовала:

- Нагнись.

Я согнулся в поясе, и тут же на мою разгоряченную спину хлынула вода. Не удержался, ухнул придушенно – сперло дыхание. Струя воды переместилась на мокрую от пота голову. Я запустил пальцы в волосы, пополоскал в воде. Ух! Хорошо! Ополоснул лицо, подмышки, грудь, живот. Струйка воды иссякла. Выпрямился, отфыркиваясь. Волеслава, бросив мех, уже держала наготове рушник, накинула мне его на голову. Потом начала вытирать плечи, грудь. Тонкие сильные пальцы ее ощутимо грели охлажденную ледяной водой кожу. Тепло от рук распространялось вглубь тела, вызывая горячую волну. Лицо, чуть освещенное пламенем далекого костра, дрогнуло, рождая легкую улыбку. Огромные глаза лукаво-маняще замерцали. Я мягко сжал ладонью кисть Волеславы, замершую на моей груди. Жрица не вырывалась, губы ее чуть открылись в ожидании поцелуя. Моя ладонь скользнула по ее предплечью, поднялась выше по плечу, переместилась на спину. Вторая рука совершила симметричное движение. Легкое усилие и Валька оказалась в моих объятиях, прижавшись щекой к моей груди. Ее учащенное дыхание грело кожу. Как-то некстати вспомнились ночи с Валерией, ее голова, так же прильнувшая к моей груди, ее согревающее дыхание.  Я не удержался от вздоха, едва заметного, легонько тряхнул головой, прогоняя воспоминание о мертвой возлюбленной. Волеслава, похоже, тут же просекла, что со мной происходит. Эмпатия, черт бы ее взял! Отстранилась, глянула в глаза. Без злости, раздражения, скорее с пониманием. Улыбнулась грустно. Взяла за руку, сказала дрогнувшим голосом:

- Пойдем к костру, Посланник.

- Меня зовут Виктор, - придержав ее, сказал я. – Витя, если хочешь. Ты же знаешь.

- Пойдем, Витя, - с несвойственной ей покладистостью повторила она.

И опять я подчинился, зашагал на деревянных ногах к огням костров, ругая себя последними словами. Там мы сели к костру, возле которого расположилась моя свита. Сели рядом. Мои соратники, продолжив прерванный нашим появлением разговор, время от времени бросали на меня и Волеславу любопытные взгляды. Андрюхи с жрицей видно не было. Явились они где-то через час. Андрей довольный, как обожравшийся кот, а жрица, пунцовая от смущения, но тоже вполне себе довольная. Вот как! А как же целебат, или как это здесь называется. Не такое это и жесткое правило, получается. Или с посланцем богов можно? Почему же со мной нельзя? Той же Волеславе. Или дело не в этом, а в моей дурости? Скорее, последнее… Валька при виде своей совращенной подружайки только укоризненно покачала головой. И все. Через минуту уже включилась в общую болтовню. Мне же разговаривать не хотелось. В душе царил бедлам. Вновь проснувшаяся тяга к Волеславе (или это уже любовь?), горькие воспоминания о Валерии, общая неопределенность будущего. Ностальгия о потерянной Родине еще наложилась сверху еще ко всему. Посидев для приличия минут десять, я завернулся в шкуру и сделал вид, что сплю. Вскоре и, правда, заснул.

На следующий день, наступление которого можно было определить только по нашим часам, после завтрака начали собираться в путь. К нам с Анрюхой подошел проводник-лемуриец.

- Пусть все наденут доспехи, - сказал он. Следующий участок пути будет очень опасен. Сюда мы проскочили удачно: шли вдвоем, шума не поднимали. Сейчас же нас обязательно заметят.

- Кто заметит-то? - поинтересовался я. – Кого опасаться?

- Много кого, - отозвался проводник. – Дикие лемурийцы, обитатели бездны.

- Дикие лемурийцы более или менее понятно, а что за обитатели бездны? – задал я следующий вопрос.

- Твари из бездны, - пожал плечами лемуриец. – Их много всяких. Бывают такие, что биться с ними невозможно. Спасает только бегство. К счастью, такие появляются редко.

- А что за бездна-то? – все никак не мог угомониться я.

- Под лабиринтом очень глубоко существует еще один мир. Со своими обитателями, - терпеливо пояснил проводник. – Обитателями жуткими. Туда никто из лемурийцев не добирался, а если и кто-то добрался, никто не вернулся обратно. Твари из бездны довольно часто выбираются в наш мир – в Лабиринт. Они сжирают все живое на своем пути. К счастью, воздух в нашем мире, видимо, не слишком подходит им для дыхания и они гибнут в течение нескольких дней. Но те, что изредка добираются до наших селений, творят много зла. Один гигант, было, добрался до столицы. Броня на его теле и размеры не дали быстро его уничтожить, потому он причинил много разрушений и истребил кучу народа. Выходы из бездны как раз находятся вблизи участка, который мы сейчас будем проходить, потому встреча с ее обитателями весьма вероятна.

Лемуриец замолчал, выжидающе глядя на меня: не будет ли еще вопросов у Посланца Богов? Вопросов, конечно, имелось множество, но чисто познавательного характера, которые можно было задать в пути. Потому я кивнул и отдал тершемуся рядом Хегни приказ: облачиться в боевую снарягу и быть готовым к внезапному нападению. Сами тоже натянули кольчуги, надели шлемы, вздели щиты. К этому времени наш отряд уже вооружился и выстроился. Построились в колонну по два. Между рядами одоспешенных воинов поставили румиек и Андрокла. Грек почему-то от доспехов тогда в акрополе отказался, хотя тех в местном арсенале имелось в избытке. Сказал, что не имеет к ним привычки и, если придется, будет драться налегке. Меч, правда, выбрал хороший – чувствовалось, разбирается.  Кинжал к нему, которым умел пользоваться виртуозно: демонстрировал как-то. Луком, с его слов, пользоваться мог, но весьма посредственно, потому взял с собой колчан с дротиками, носимый на спине. Примерно такой же, как у лемурийца. Хотя, по мне, лучше бы наловчился швырять правильные файерболы, а не пукалки, навроде того, что выродил во время абордажа. Лемуриец от доспехов тоже отказался. Остальные из моего ближнего круга одоспешились. Жрицы с Волеславой в том числе. Андрюхе подобрали панцирь из прихваченных из крепости запасов. Все, можно двигаться.

Двинулись. Лемуриец опять ушел вперед. Правда не так далеко, как в прошлые дни: двигался метрах в десяти. Он приказал погасить большую часть факелов, так чтобы только видно было, куда поставить ногу и двигаться, как можно тише. Я, Андрюха, Туробой и Валька с подругами двигались в голове колонны. Хегни, Лотар и Хулагу шли в хвосте, прикрывая колонну с тыла. Так двигались пару часов. Ничего не происходило. Никто не пытался напасть на нас, или сожрать. Снова тоннели чередовались подземными залами разной величины, провалы, пропасти и прочие прелести подземного пути. К этому мы уже начали привыкать. Внезапно наш проводник остановился, предупреждающе вскинув руку. Мы встали. За нами остановила свое движение колонна. Сейчас мы находились в небольшом зале. Во всяком случае, свет факелов доставал до его боковых стен, до которых от нашей колонны было что-то около тридцати метров. В длину зал оказался значительно больше:  дальнего конца видно не было.

- Всем тихо! – свистящим шепотом воскликнул лемуриец.

Постепенно установилась тишина. Можно сказать, мертвая. Наш проводник по куриному с поворотом склонил голову, прислушиваясь. Потом кивнул, словно убеждаясь в чем-то, быстро подошел к нам, сообщил:

- Ползут!

- Кто? – в один голос спросили я и Андрей.

- Ползуны, - чуть заметно улыбнулся лемуриец.

- Очень понятно, - добавив в голос сарказма, прокомментировал я ответ проводника. – Что они из себя представляют? Насколько опасны? Как против них бороться?

- Некогда объяснять, - отрезал лемуриец. – Скажите воинам, пусть занимают круговую оборону.

Ну, что ж, будем надеяться, что товарищ знает, что делает. Окликнул Хегни, ретранслировал ему слова проводника. Мой воевода отдал команду. Варанги быстро выстроились в оборонительный круг. Мои соратники без лишних церемоний затолкали меня, Андрея и жриц в центр круга, к сбившимся в испуганную стайку, румийкам.

- Тишина! – выкрикнул лемуриец. – Зажгите еще факелы и все их на край круга.

Оборонительный круг варанги сделали двухрядным. Воины второго ряда взяли подожженные факелы и подняли их повыше над головами, с тревогой вглядываясь в ставшую вдруг угрожающей темноту подземелья. Чего хоть ждать? Я озвучил этот вопрос проводнику. Он стоял в первом ряду строя с обнаженным мечом наготове неподалеку от меня. Тот кивнул, показывая, что понял вопрос и громко, чтобы слышали все, ответил:

- Это ползучие твари, вроде гигантских слизняков. Потому, следите за нижним уровнем. Они выбрасывают при нападении из тела отростки, снабженные пастью с весьма острыми зубами. Не дайте им себя укусить – вырывают целые куски мяса. К тому же ядовиты. Рубите отростки, их у тварей ограниченное количество. Колоть в саму тушу не пробуйте – толку, не зная куда целить, будет мало. Все! Внимание! Они уже близко!   

Опять воцарилась тишина, нарушаемая только не громким потрескиванием пламени факелов. Так прошло что-то около пяти минут. Потом я услышал легкий шорох, раздававшийся впереди по ходу колонны.

- Внимание! – снова выкрикнул лемуриец. – Они здесь! Не разрывайте строй! Прикрывайте друг друга!

Шорох приближался, усиливался. Шел он откуда-то снизу от пола пещеры.

- Вот они! – воскликнул кто-то из воинов.

Я из-за спин пока ничего разглядеть не смог. Подался, было, вперед, желая протиснуться в первый ряд, но в меня решительно вцепились три пары рук моих жриц-телохранительниц. И Туробой, занявший место во втором ряду оборонительного круга прямо передо мной перекрыл мне дорогу своей широкой спиной. Черт! Не дают посмотреть на эдакое чудо! Интересно же! А у Андрюхи маневр, который я намеревался совершить, вполне удался: его никто не держал. Постеснялись, что ли? Мой друг, раздвинув варангов, пробился в первый ряд. Как раз в этот момент шорох, достигнув максимума громкости, внезапно стих. Среди воинов, обращенных в сторону приближающейся опасности, прошел негромкий ропот: видимо, противник появился в пятне света. Любопытство буквально раздирало меня.

- Так, - повернулся я к держащим меня жрицам, одной из которых оказалась Волеслава. – Убрали руки, - побольше металла в голосе. – Забыли кто я? Я сам знаю, что мне делать. Руки!

Последнее слово выдал резко, как кнутом щелкнул. Получилось. Руки, держащие меня, ослабли, потом отпустили. Последней разжала пальцы Волеслава. Я требовательно постучал по спине Туробоя. Тот, поежившись, повернулся, давая дорогу. Я пролез в первый ряд, встал рядом с Андреем. Туробой поменялся местами с варангом из первого ряда, встав справа от меня.

- Ну, что тут?

- Смотри, - кивнул головой мой друг куда-то вперед.

Я всмотрелся. Не сразу понял, что скопление округлых булыжников на границе света и тьмы и есть те самые ползуны, нападения которых мы ждем. Почти правильные полусферы, немного вытянутые спереди назад, около двух метров длиной и почти столько же в ширину. Высотой чуть больше метра. Темные, почти черные. Сейчас они лежали абсолютно неподвижно, потому и были приняты мной за камни.

- Чего они ждут? – почему-то шепотом спросил я у стоящего слева от Андрюхи проводника.

- Может, не ожидали, что добычи будет так много? – пожал тот плечами.

В этот момент по живым булыжникам словно прошла волна, и они одновременно ринулись в атаку. Ринулись в буквальном смысле – двигались гигантские слизняки очень быстро. Они словно скользили по полу пещеры, совершая легкие волнообразные движения нижней плоской частью тела. Я покрепче вцепился в щит и опустил его нижний край, как мог ниже, ожидая таранного удара не легенькой, судя по размерам, туши. Воины переднего ряда приготовили мечи, заднего, имевшего и копья, выставили их, просунув  между нами, готовясь принять странных тварей на острия. Но ползуны таранить наш строй не стали. Мгновенно приблизившись к нашему первому ряду, они резко остановились и из их тел, из передней части, начали выпучиваться выросты. Видели, как появляются рога у улитки? Так вот, было очень похоже, с поправкой на масштаб и скорость. У этих выросты возникли буквально за секунды. Штук по шесть-восемь у каждой твари. Толстые: в руку здоровенного мужика, метра по полтора-два длиной. В самом конце процесса выпячивания, на конце этих рук-щупалец вывернулись рты, вернее, пасти, тут же раскрывшиеся и продемонстрировавшие острые игольчатые зубы, равномерно покрывавшие всю их внутреннюю поверхность. Я еще успел удивиться: как они им глотать не мешают? Дальше стало не до размышлений: ползуны атаковали. От меня и Туробоя попытался откусить один из нападающих. Я был атакован четырьмя щупальцами. Сколько их накинулось на Туробоя, не разглядел: было не до того. Отбил щитом укусы двух пастей, третье щупальце отрубил наполовину. Четвертое добралось до моего правого предплечья: неповоротливый какой-то стал! Его зубы бессильно скрежетнули по наручу. Обратным движением меча отрезал щупальце у самого основания пасти. Мелькнула мысль: а если бы укус пришелся на кольчужный рукав, или ноговицу, не проникли ли бы тонкие зубы сквозь кольца? Они, конечно, не слишком длинные, но все же. Тем более наш проводник сказал, что зубки ядовитые… Неизвестно, сможет ли мой дар целительства побороть этот яд. Лучше не подставляться. Я ускорился и быстро посрубал оставшиеся два щупальца, продолжавшие попытки добраться до моей плоти. Потом помог Туробою, все еще возившемуся со своей половиной ползуна. Потеряв конечности, гигантский слизень как-то съежился, втянул обрубки внутрь тела и подался назад.

Я, в чисто познавательных целях, сделал шаг из строя и с потягом, вложив в удар всю силу, попытался разрубить тушу по ее продольной оси: надо же посмотреть, что там внутри. Медик я, или не медик? Пусть даже недоучившийся. Плоть чудовища оказалась неожиданно прочной и какой-то упругой. Ощущение, что рубишь армированную автомобильную покрышку от грузовика. Шеи твари поддавались напору стали не в пример легче.

 

Располовинить тушу не получилось, хотя рану нанести удалось. Не слишком большую: сантиметров сорок длиной и с десяток сантиметров глубиной. Из нее сразу начала сочиться густая бесцветная жидкость. Пострадавший слизень задергался и ускорил отступление. Через него тут же переполз следующий ползун и, отрастив зубастые конечности, с энтузиазмом атаковал меня и Андрюху. У этого пастей оказалось, по-моему, больше десятка. Мой друг с лемурийцем уже отбивался от одной твари, а тут его атаковало еще пять голов. В меру сил я отвлекал ползуна на себя, но, все равно, Андрюхе приходилось тяжеловато. Ползун оказался шустрым: постоянно совершал небольшие горизонтальные перемещения,  и размахивал своими руками-шеями, уворачиваясь от лезвия меча и пытаясь куснуть. Пока я с ним возился, справа между этим шустриком и ползуном, атакующим Туробоя, протиснулся еще один любитель человеческого мяса. Этот был довольно скромных размеров, но невероятно верткий. Подобравшись вплотную к моим ногам, он попытался подло укусить меня за самое святое, целя под кольчужную юбку. Хорошо я успел отшатнуться и, пылая праведным гневом, быстро посрубал его шеи-щупальца. Тут же через его искалеченную тушу полезла следующая тварь, а поверх этой еще одна. Получившаяся этажерка превышала мой рост. К тому же ползун, оказавшийся наверху, почему-то не стал отращивать свои конечности. Опираясь на заднюю нижнюю часть туши, он поднял переднюю половину туловища почти вертикально. Вот она где настоящая пасть у него оказывается! На нижней плоской части тела ближе к переднему концу имелось мускульное отверстие диаметром сантиметров тридцать, сочащееся какой-то молочно-белой слизью. Отверстие раскрылось еще шире и из его глубины показалось что-то вроде попугайского клюва, насаженного на мускульный вырост. Нижняя часть слизняка раздалась в стороны, тело его сделалось плоским, и вот этаким живым одеялом он прыгнул на меня, целясь пастью с клювом мне в лицо.

Ну, нет, шалишь! Я вскинул щит над головой, принимая немалый вес тела монстра, и ткнул острием меча в разверстую пасть. Меч вошел в тушу неожиданно легко. Я еще успел провернуть его, стремясь нанести возможно большие повреждения, а в следующий миг туша обрушилась на меня всем своим весом. На ногах, хоть и с трудом, я удержался. Но для этого пришлось сделать пару шагов назад, нарушая монолитность строя. Стоящий сзади воин помог копьем сбросить с меня содрогающегося в конвульсиях ползуна. Тот подрагивающим комом свалился нам под ноги. Похоже, удачно я ему попал. Пасть у них слабое место. Только не слишком они ее подставляют. Этот видно был безумно смелым, или слишком самоуверенным.

Я тут же попытался занять свое место в строю, но туда уже вполз следующий слизняк, широко раскинувший в стороны щупальца-шеи. Туробой и Андрей, атакованные с боков, вынуждены были тоже отступить. Наш строй прогнулся, что было не хорошо. Я ускорился по максимуму. С трудом, но удалось довольно быстро посрубать щупальца. Как только отлетело последнее, я, не дожидаясь, пока искалеченный монстр отползет назад, шагнул прямо на него и атаковал следующего ползуна, уже пролезающего на освободившееся место. Андрей с Туробоем помогли и целостность нашего оборонительного круга была восстановлена. Стоять на вяло шевелящихся тушах было не слишком удобно, но они вскоре ретировались. Напор ползунов заметно ослаб и минут через десять сошел на нет. Какой-то самый здоровый и, видимо, самый голодный в одиночку пытался продолжить атаку, но был буквально порублен на куски, не смотря на всю прочность его шкуры. Можно было выдохнуть и оценить потери. Позвал Хегни. Тот появился откуда-то со спины.

- Что у нас с ранеными? – спросил я, переводя дух. – Погибшие есть?

- Все живы, слава богам, - ответил воевода. – Семь человек покусаны. Зубы у этих, - он кивнул на слабо шевелящиеся туши ползунов, не нашедших в себе сил далеко уползти, - действительно ядовитые. Парни жалуются на сильное жжение и боль. Посмотришь их, господин?

- Куда же я денусь, - кивнул ему в ответ.

К нам подошел Андрей. Спросил:

- Кого-то все же покусали?

Хегни коротко кивнул.

- Пойдем, попробуем полечить вместе, - предложил Анюшин. – Ты здесь уже имел дело с ядами?

- Нет, - подумав, качнул головой я.

- А у меня есть опыт. Со змеиным, правда. Радужное сияние помогает, но получается гораздо дольше и истощаешься быстрее. Вдвоем должно получиться легче и быстрее. Во всяком случае, чародей об этом говорил. Заодно и проверим, так ли это.

- Пошли, - кивнул я. Потом зачем-то добавил:

- А я называю это радужным потоком.

- Не суть, - махнул рукой Андрюха.

Покусанных занесли в середину оборонительного круга. У пятерых укусы пришлись на ноги, у двоих на кисти рук. Пострадавшие  конечности отекали на глазах и приобретали неприятный красно-лиловый цвет. Чувствовалось, что мужикам очень больно, и они с трудом удерживаются от стонов.

- Положите их плотнее друг к другу, - скомандовал Андрюха. И пояснил уже мне:

- Чем меньше конус радужного сияния, тем эффективнее лечение. Один человек излечивается быстрее не потому, что он один, а потому, что концентрация сияния, воздействующего на него, выше.

Усмехнувшись, добавил:

- В идеале раненых надо складывать в штабель. Или сооружать из них что-то вроде большой кучи.

- Это тоже чародей говорил?

- Ну, да.

Покусанных, тем временем, уложили покомпактнее. Андрей подошел ко мне вплотную и взял своей правой рукой мою левую. Пояснил:

- Нужен непосредственный контакт. Сейчас вызываем сияние, или, если хочешь, будем называть это потоком. Потом я буду надавливать на твою кисть в определенном ритме, а ты старайся в момент нажатия воздействовать на поток в сторону усиления.

- А так можно? – удивился я. – Не знал, что его можно еще и усилить. Падает он и падает.

- Можно, - кивнул Андрей.

- А как? Что я должен почувствовать?

- Просто пожелай и все получится. Но пожелай изо всех сил.

- Ну, хорошо. Давай попробуем. Кстати, а толща земли над нами не помешает?

- Не помешает, - улыбнулся мой друг. – Помнишь, я же больше года кудесничал в подземной стране.

- Понятно.

Я привел себя в уже хорошо знакомое состояние. С потолка пещеры послушно хлынул радужный поток. Через секунду он вдруг набрал гораздо большую, чем обычно, плотность и насыщенность. Видимо это Андрюха подключился и его поток наложился на мой. Спустя секунду, я почувствовал, что он сжал мою кисть. Как это он сказал? Просто очень сильно пожелать? Попробовал. Кажется, насыщенность потока возросла. Еще одно нажатие. Я снова напряг психику. Плотность потока стала такой, что, казалось, прикоснись к его танцующим лучам и они зазвенят, как струны. Я почувствовал, что Андрей отпустил мою руку. Поток сразу заметно ослабел.

- Все, - услышал я голос Анюшина. – Получилось. Люди здоровы.

Как? Уже? Так быстро? Я глянул на него. Андрюха тоже выглядел сильно удивленным. Он, протянув руку, помог подняться одному из исцеленных воинов, осмотрел его покусанную руку. На конечности не осталось никаких следов действия яда: исчез отек и покраснение. Раны от укуса тоже затянулись, не оставив после себя даже шрамов. Остальные покусанные поднялись без посторонней помощи, неверяще разглядывая вернувшуюся в норму плоть. Андрюха отвел меня на пару шагов в сторону.

- Да, - протянул он. – Мы, конечно, тренировались с кудесником в этом фокусе, но там эффект был не в пример слабее. Видимо, как он и говорил, эффект усиления становится таким явным только когда складываются именно наши радужные потоки. Как только появится свободное время, нужно будет попробовать что-нибудь еще. Что ты еще можешь, кстати?

- Ну, то, что проходили во время испытаний…

- Это понятно, - досадливо поморщился Андрюха. – А еще?

- Делать зомбяков, - невесело усмехнулся я.

- Понятно. Об этом ты рассказывал. Кстати, этот черный свет, который их убивает, со слов кудесника, можно использовать и против живых. Причем очень эффективно. Только контролировать его сложно. Но нужно будет попробовать. Вдвоем должны справиться. Еще?

- Получилось подчинить своей воле Валерию… Правда, с румийцем, который вел потом переговоры, ничего не вышло. Может, далековато тот стоял.

Андрей кивнул.

- Еще?

Я задумался.

- Ну, во время осады Лютеции, пытался разрушить стены. Радужного потока не было, но какое-то свечение над стенами возникло. Правда, никто кроме меня, его не видел.

- Угу, - глубокомысленно кивнул мой друг. – Тоже интересно. Надо будет проверить. - Все?

- Ну, Андрокл пытался научить меня создавать файерболы, но ничего не вышло.

- И это попробуем…

- Сам-то ты, что можешь? – поинтересовался я.

- Да почти, то же самое. Только зомбяков не делал и черный свет не вызывал. Ну, еще пара фокусов. Потом потренируемся делать их вместе. А пока…

В этот момент к нам подошел Лемуриец.

- Надо быстро уходить отсюда, - встревоженным голосом проговорил он. – На запах крови порубленных ползунов могут явиться твари гораздо страшнее.

- Хорошо, - кивнул я. – Хегни, строй людей и выдвигаемся.

Мой воевода, стоявший поблизости, начал раздавать команды. Воины снова построились в колонну по два, поставили в середину бездоспешных и после команды Хегни отряд двинулся дальше. Мы с Андрюхой, Туробоем и жрицами, продолжавшими со всем старанием играть роль телохранительниц, пошли в арьергарде. Прошли мимо кучи дохлых ползунов, порубленных во время атаки. Потом на протяжении еще метров пятисот попадались их туши. Часть уже не подавала признаков жизни, но некоторые еще шевелились. Таких варанги с остервенением рубили в куски. И, где-то, я их понимал – мерзкие твари.

 Мы шли уже около часа, когда колонна, двигающаяся впереди нас, опять остановилась. От головы колонны к нам пробрался проводник, призывая попутно воинов к тишине. Добравшись до нас, лемуриец сказал:

- Похоже, наш след взял рогач. Стойте, молча, не топчитесь. Я послушаю.

Не сразу, но установилась нужная для лемурийца тишина. Тот с минуту вслушивался во мрак пещеры позади колонны. Потом кивнул.

- Да, это рогач. Причем, крупный. Если нам и удастся с ним справиться, это будет стоить жизни половине ваших воинов.

Я тоже напряг слух, но кроме журчания, бегущего где-то поблизости ручейка, ничего не услышал. Но на слух у лемурийца, судя по всему, был гораздо острее. Так что сомневаться в его словах не приходилось. Спрашивать, что из себя представляет рогач я не стал: время на расспросы тратить не стоило.

- Что будем делать? – задал вопрос Андрей.

- Убежать от него мы не сможем, - сказал проводник. – Этот зверь движется очень быстро. Можно забраться в какой-то узкий тоннель, куда рогач не сможет пролезть из-за своих размеров. Но такие вблизи нас заканчиваются тупиками. А эта тварь очень терпелива и может сидеть у входа долго. Нашим воздухом рогач может дышать до двух недель. Нам просто не хватит запасов воды, чтобы выдержать такую осаду. Есть еще один узкий тоннель поблизости, но идти по нему в наш город придется в три раза дольше и возможность встретить там выходцев из бездны гораздо больше, так что соваться туда – бросаться из огня, да в полымя.

Последняя фраза заставила меня вздрогнуть: русская присказка из уст подземного альбиноса со светящимися глазами звучала довольно дико. Наверное, никогда не привыкну к странностям этого мира. Глянул на Андрея, но тот никак не отреагировал на поговорку, прозвучавшую из уст лемурийца. Привык, наверное, уже к такому за столько-то лет.

- Есть еще один узкий тоннель, по которому можно добраться до нашей цели, потеряв совсем немного времени. Но, боюсь, мы можем не успеть до него добраться, даже если будем бежать всю дорогу.

- Мы постараемся, - решил я. – Веди.

Проводник с сомнением глянул на массивных, облаченных в доспехи, воинов и румиек. Потом перевел взгляд на моих жриц. Пожал плечами, сказал:

- Хорошо. Я пойду впереди, буду показывать дорогу и задавать скорость, а вы подгоняйте отстающих. Услышите топот, не пугайтесь: рогача слышно издалека. Когда он окажется совсем близко, будут дрожать пол и стены пещеры. Вот тогда, если не успеем добраться до места, нужно будет как-то его задержать. Посылайте ему навстречу трех-четырех воинов. Они, конечно, погибнут, но дадут нам какое-то время, пока тварь будет с ними расправляться.

М-да, кажется, у наших разведчиков это называлось «рубить хвост кусками». Ладно, может до того не дойдет.

- Все слышал? – спросил я у стоящего поблизости Хегни.

Тот кивнул.

- Тогда командуй. И держись рядом. Мы опять пойдем в хвосте. Подумай, кого отправить навстречу рогачу. Пусть готовятся.

Хегни еще раз кивнул и дал команду по колонне. Лемуриец к этому времени уже добрался до ее головы и возглавил движение. Темп он сразу взял высокий. Но народ у нас остался двужильный, другие просто не выжили. Да и бегА по горной местности хорошо тренируют. Так что пока справлялись. Румийкам, конечно, приходилось хуже, но их опекали по два воина каждую. И они, вроде бы, держались. Наш проводник действовал с умом: десять минут бега чередовались минутой-двумя движением шагом. Потом снова бег и опять немного шагом – отдышаться. По пути попадались ответвления в другие тоннели. Какие-то мы пробегали мимо, в какие-то сворачивали. Неужели можно ориентироваться во всей этой паутине ходов!

Топот рогача стал слышен примерно через час. Шум его шагов перекрывал даже шум от нашей бегущей колонны. Но пол и стены пока не дрожали. Значит подземная тварь еще не слишком близко. Лемуриец, тем не менее, взвинтил темп. Движение шагом прекратилось – только бег, причем, скорость его значительно возросла. Теперь уже пришлось тяжеловато, но топот громадной твари за спиной служил хорошим допингом, потому никто не отставал.

Так двигались еще минут двадцать. Топот позади нарастал. Воздуха не хватало. Доспехи давили на плечи все сильнее. Шлем норовил съехать на глаза. Подшлемник пропитался потом и соленые ручейки сбегали по лбу и вискам, пощипывая глаза. Еще минут десять спустя, как и было предсказано, задрожали пол и стены пещеры. Я оглянулся, сбиваясь с ритма бега. Ничего не увидел, естественно: факела разгоняли тьму не более чем на десяток метров. И, что, пора уже отправлять людей на смерть? Ну, уж нет! Бежим дальше! Еще десять минут. Пол пещеры под ногами начал буквально подпрыгивать. Грохот шагов монстра заглушил топот десятков людских ног и звон доспехов. Последний воин из колонны, выслушав впереди бегущего, обернулся к Хегни и прокричал ему:

- Проводник велит посылать людей!

Воевода прибавил скорость, догнал строй и хлопнул по плечу одного из варангов. Тот оглянулся, кивнул, сказал, что-то троим своим соседям. Те отвернули в сторону, остановились, тяжело дыша, и повернулись лицом к приближающейся угрозе. Передний поднял руку, прощаясь. Мы, вскинув руки в ответном жесте, пробежали мимо. Мою рефлекторную попытку притормозить бесцеремонно пресек тумак между лопаток от Андрюхи. Я все же оглянулся несколько раз, пока, вставшие поперек тоннеля воины не скрылись во мраке. 

Минут через пять позади послышался рев, от которого мороз продрал по коже и шум, как будто в пещере устроило пляску стадо носорогов. Я опять невольно замедлил шаг и опять получил толчок в спину от моего друга.

- Беги! - сопроводил он удар комментарием. – Или их гибель окажется напрасной!

Справедливо. Я прибавил ходу. Шум схватки продолжался недолго. Буквально две-три минуты. Потом последовало еще минут пять тишины, затем снова раздался топот. Сожрал уже, сволочь, пронеслось в голове. Топот опять усиливался. Что, неужели еще четверыми придется пожертвовать! Этак, потеряем ту же половину отряда, что потеряли бы при общем нападении. Но, похоже, лемуриец знал, что делает: стены тоннеля, по которому мы бежали, начали сужаться, потолок заметно опустился. Скоро до него уже стало можно достать вытянутой рукой. Еще пара минут изнуряющего спурта: лемуриец взвинтил темп до предела. И вот впереди факелА осветили долгожданную узость. Потолок просел так, что пришлось нагнуть голову, ширина тоннеля сузилась до двух метров. Пришлось перестраиваться в колонну по одному. Пробежали по узости с сотню метров. Бег замедлился и скоро колонна встала. К нам протиснулся проводник. Сказал мимоходом:

- Сюда тварь не пролезет. Опасности нет.

Потом прошел дальше по тоннелю. К топоту ног рогача добавился еще какой-то шум. Похоже, он начал цеплять боками и спиной стенки и потолок. Еще минуту спустя, совсем близко раздался грохот осыпающихся камней, а потом по ушам ударил такой рев, что мы все невольно присели. Рев сменился воем, в котором послышались жалобные нотки. Из темноты вышел лемуриец. На лице его играла довольная улыбка.

- Все в порядке: заклинился намертво. Ни назад, ни вперед. Передохнем и можно двигаться дальше уже спокойно. Через его тушу другие твари не пролезут.

Уф! Мы без сил уселись прямо на каменный пол. Стелить что-то на него не было сил. С полчаса сидели молча, наслаждаясь отдухом. Да и говорить о чем-то было сложно: перекричать вой застрявшей твари оказалось не просто. Потом Андрюха поднялся на ноги, тронул меня за плечо и, напрягая голос, прокричал:

- Пойдем, глянем, что за рогач такой!

- Пойдем! – вставая, крикнул в ответ.

Мы взяли по факелу и двинулись на вой. Идти оказалось недалеко. Буквально пару сотен метров. Пламя факелов осветило громадную, усеянную коническими зубами сантиметров по двадцать длиной, разверстую пасть. От воя, исходящего из нее, колебалось пламя факелов. Метрах в десяти я невольно остановился, а Андрюха продолжил движение и остановился буквально в метре от морды монстра. Тот прекратил вой, оглушающее взревел и сделал попытку рвануться вперед. Ему это удалось: продвинулся где-то на полметра. Мой друг отскочил назад, нервно всхохотнув. Потом обернулся ко мне.

- Иди, не бойся. Это максимум на что он был способен. Видишь, как заклинился, даже выть не может. Видно, грудную клетку совсем сдавило.

Действительно, вой прекратился. Теперь рогач издавал только какое-то сипение. Я подошел и встал рядом с Андреем. Теперь тварь стало можно рассмотреть. Во всяком случае, ее переднюю часть. Больше всего она походила на крокодила, обросшего острыми конусовидными выростами, вроде рогов. Пасть, так типично крокодильская. Глаз не было. Даже намека. Морду покрывала сплошная пластинчатая броня с роговидными выростами. Передние лапы, бессильно скребущие по бокам от застрявшей туши пол пещеры, довольно длинные, снабженные четырьмя копытцами каждая.

Рогач опять раскрыл пасть и издал сипение. Андрей бесстрашно подошел вплотную, нагнулся, сунул руку прямо в пасть успел сдернуть что-то с зубов монстра, прежде чем он ее захлопнул.  Я схватил его за шиворот и оттащил назад.

- С ума сошел!

Андрюха повернулся ко мне и потряс каким-то обрывком у меня перед носом. Сказал:

- Все что осталось от твоего воина.

В руках его болтался окровавленный обрывок кольчуги. Черт! Дыхание сперло от ярости. Андрея, видимо, обуревало то же чувство. Потом лицо его озарила какая-то идея, которой он не преминул тут же поделиться.

- А давай испытаем на нем действие черного света! Все равно же придется когда-то попробовать. Почему не сейчас? Обычным оружием его убивать долго и не эстетично, а отомстить за наших надо.

- Да ладно, - с сомнением протянул я. – Сам подохнет.

- Нет. Ты не прав. В этом мире действует непреложный закон: око за око, зуб за зуб. По-другому нельзя. Твои же люди тебя не поймут.

- Думаешь?

- Уверен!

- Ну, давай попробуем.

Связываться с черными лучами совершенно не хотелось, но Андрюха сказал правильно: рано или поздно этим заняться придется. Мы встали плечом к плечу. Андрей опять взял мою ладонь в свою. Я ввел себя в нужное состояние. Вначале появился радужный поток. Потом на его место пришел черный свет. Оказывается, он мог рассеивать тьму подземелья! Как это получалось, не могу объяснить, но свет факелов стал не нужен. Черные лучи медленно двигались, расползаясь по сторонам. Анюшин сжал мою руку. Я попытался сбить их в плотный пучок. Получилось. Причем, легко, видимо сказывалась помощь моего друга. Потом я заставил получившийся черный жгут переместиться на башку монстра. Тот вскинулся, ударил мордой в потолок. Посыпались камни. Потом голова упала. Лапы дернулись в агонии и замерли. Теперь убрать луч-убийцу. Опять все получилось совсем просто.

- Вот и все. А ты боялся, - раздался довольный голос Андрюхи.  

Рейтинг: +1 Голосов: 1 300 просмотров
Нравится
Комментарии (1)
Леся Шишкова # 6 ноября 2015 в 01:20 0
И вновь на самом интересном! :))) С нетерпением жду продолжения! Надеюсь, и этот подарок мне повезет получить! ;))))
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев