fantascop

Дроиды. Гелиотроп. Роман. Часть 1. Глава 31

в выпуске 2016/04/06
31 августа 2015 - Женя Стрелец
article5825.jpg


01.31
За что воюют клинчи, если шире взглянуть, поверх частных моментов артефактов, дворцов-артефактов, опорных пунктов с особыми свойствами, поверх мести за каждого погибшего из своего клана? Клинчи воюют за рынки как территории.
За полный контроль над рамой, логично бы предположить, но дело обстоит иначе. Рынки так велики, что события могут разворачиваться, не выходя за пределы рамы. Входы-выходы распределены по всем точкам, где возможно поднять пирамидку.
Воюют... по привычке.
Ум человеческий узок, и не так это скверно в статике, как в динамике. В тенденции к дальнейшему сужению. Жизнь клинча – повтор, повтор, повтор.
Человеку, забредшему случайно в необитаемые, неприветливые просторы, не объяснишь, почему латников так «заклинило» на контроле над этой пустыней.


Иные рынки от начала были пустынней... Иные сравнялись.
Где долго война, всё становиться единообразным. Нищим. Мало ли в былые эпохи лежало таких земель, жаждущих тени садов, столковавшимся по возделанным полям, а получавших руины и оружейный огонь. Даже военные сооружения, укреп-точки, отбиваемые регулярно, стремятся к упрощению, что уж говорить про ландшафты и умы, про утончение чувств.
Хотя, так подумать, чувства – исключение. Под коркой отмерших напрочь, окаменевших давно, чувства совсем врождённые, светлые и наивные остаются в особой сохранности, недоступной переливающемуся гедонизмом внешнему миру.
Клинч не колеблется напоказ, цены себе не набивает. Выбрал, значит – выбрал, сказал, значит – сказал. Без клятв и уловок покупая и пучок соломы с коллекционной водой, и снаряжение на Техно.
Если ранен, врагом или «голубкой» почтальоном, что с Техно послали к нему, попав не в карман, а в сердце, он не притворяется. Решает категорически: жив он или пропал. И если пропал, как хватался за оружие, не хватается за маску, не торгуется за неё, слушая треск разрыва. Перед голубкой так же. Отбросит, не спросив... Ничего не спросив. Всё – после...
Голубки и голуби, по правде говоря, для кланов, чувствительных к потере бойца, самые опасные люди!
На Техно Рынке народ жёсткий, занятой, любовей не складывается. В азартных играх другой азарт. А голубиная, лукавая, посредническая каста, меченая сознательно и не нарочно няшностью, услужливостью, угодливостью – полным боекомплектом располагающих и умиротворяющих черт, очень важных, ведь часто враги через почтальонов общаются, эта каста регулярно выдёргивает бойцов, на кого бы и не подумалось.
Но вообще-то латники – примитивны, тупы, ограничены. И здорово страшны на вид!


Обстоятельства, растянувшаяся на годы, когда бессмысленно создавать что-то новое, сложное, долгоиграющее, красивое, беда для любой земли в любую эпоху. Когда дело приходит к тому, что бессмысленно создавать вообще что бы то ни было – швах. Трудно сказать, как можно выправить.
На рынках клинчей, взрытых «кибер-байками», комплексы дворцовые стояли пустыми, освоенные их качества использовались на одну сотую. Ибо – зачем?
Для создания артефактов, приносящих наслаждение, задумываются дворцы и миры. Для беспечности и забвения. В буйных играх, в покое и тишине. Но какие же тут наслаждения, не до них в эти-то времена. Вот отвоюем полностью, окончательно, вот тогда...
Положение вещей вылилась в то, что самым ценным, сложным и слаженным на рынках вечной войны латников были сами клинчи. Опыт, сила. Обмундирование – отдельной строкой. Доспехи – пятьдесят процентов клинча.
Ходячие крепости. Уму непостижимые боевые машины, вооружённые с головы до ног. И да, дроиды не отнимают это! Даже не делают попыток. Как с медянкой отододи. Отнять её, лишить защиты. В случае клинча – смерти подобно.


В круговороте стычек, засад, оборон, технических изысков, редких договорных небесных стычек стая на стаю, несколько десятков кланов и живут. Есть рынки, где противостояние идёт между двумя крупными кланами. Между тремя не бывает. Есть рынки, где мелкие сшибаются от трёх и больше.
А рынки такие... – на киббайке лети, скачи, день от рамы, сутки, взлетай над ухабами... Поле и поле, степь и степь, пейзаж не изменится. Дождёшься на нём, как маяка жизни ли смерти, лишь другого клинча. Свой-чужой они разбирают не на горизонте, и не на слух, а загодя – по дрожанию земли. Останавливаться не надо, ухо прикладывать.
Есть рынки с границей, фронтом войны.
Есть, находящиеся под контролем одного клана, подвергающиеся регулярным набегам, мелким, точечным и продуманным, шквальным.
Есть рынки-степи для погулять и подраться. Без дворцовых комплексов, без рассеянных артефактов, исходно или давно опустошённые. На них непонятно самим клинчам, где чьи области.
Есть один гористый рынок... Ещё то местечко!..
«Жук» звать, Жуком, за непостоянство ландшафта, перемены которого регулярные, но непредсказуемые сопровождаются характерным жужжащим звуком. Собирая облачный эскиз, Восходящий боялся заскучать, наверное, в мире размером поболе Морской Звезды, если тот несколько раз на дню не будет выворачиваться наизнанку! В итоге, не то, что жить, повоевать толком на Жуке невозможно! А вот что хозяину удалось, так это горные озёра... Красота... Конечно не для того, кто прикорнув на каменном козырьке, над обрывом, под защищающей спину глухой стеной, над обрывом, проснётся в ледяной кристальной воде этого озера! Бррр!.. А доспехи как тяжелы...
На Жук летали отвлечься-развлечься, смерть подразнить. Или позвать её.


Траншеи, создаваемые не руками и не взрывными устройствами, а «кротами». Котлованы замаскированные и нет, серпантином дороги обведённые, с норами на поверхность, если позволяет грунт... Пожалуй, и все основные приметы пейзажей.
Остатки городов разбитые в хлам. Области Дом.
Степи... Области Сад, задуманные едва не безграничными.
Чьи-то попытки поместить мир снаружи в Собственный Мир, сохранив главное качество - беспредельность. Случайному человеку заблудиться легче лёгкого. На клинча он наткнётся раньше, чем сумеет это осознать.
Для местных есть много способов ориентироваться, не оставляя отметок. Компасы, повторяющийся рисунок облаков области Там. Речки есть без истока и устья. Есть и широкие реки. Плав-киббайки, соответственно, присутствуют как факт. Отдельные береговые тайники, ловушки, укрепления.


Принципиально открытыми из рынков-громад сохранились те, исходные условия которых не позволяют ставить пирамидок торга. Как правило – сырость земли. Как исключение – небо не область Там, а Дом или Сад. Степь как бы покрытая ими.
Симметричное свойство крытых рынков таково, что рынок, целиком представляющий собой здание, может иметь крышу область Там, то есть пирамиде не препятствующую. Так, например, на Рулетки похищение возможно аж с первого этажа, его потолок – область Там, второй этаж – не крыша первому, а отдельная часть рынка.
Ловля на пирамидку, как военная тактика не распространена, если в степях клинчей и находятся сухие основания, они общеизвестны, есть и метод против них. Случайные гости рынка, те попадаются. А дальше, как карта ляжет, кланам нужны и доспехи, и шпионы.
Киббайки - транспорт, конечно, но вторая их функция была ещё и поважней.
Наступить на пирамидку значит попасться, байком наехать – «всего на всего» потерять дорогущий байк. Или даже одно колесо. С течением времени, передние колёса начали делать отстреливающимися, отбрасывающими сам байк, как ящерица хвост.


Носящиеся на киб- и вод-байках, клинчи сами себе крепости, тяжеловооружённые мобильные бойцы, вооружённые преимущественно колющё-режущим оружием. Для полудроидов малотравматичным. Взрывным системам препятствует общее поле Юлы. Самое большее, что оно позволяет: фейерверки и пенковая мебель саморасправляющаяся. Цепные реакции взрывного типа не поддерживает поле.
Таких гнусных вещей, как радиация, ударная волна направленного действия полудроидская природа не боится, срабатывая на опережение. Для неё не удар, а изменившиеся климатические обстоятельства. Оружие массового поражения полудроидами просто не приходит в голову, всё-таки они дроиды наполовину своего существа. Так человеку недовольному местопребыванием, покидающему свой дом, перестраивающему от фундамента до крыши, тем не менее, не приходит в голову: «А как бы мне уничтожить пространство?..»
Стреляющие орудия клинчей относятся к колющим и ничем не превосходят их, включая дальнодействие.
Каждый облачный рынок особенный, неповторимый: субъективное пространство-время, гравитация, оптика, ветра... Нужна куча поправок для дула и оптики при расстоянии большем чем то, на которое рука бросает кинжал. Калибром стрелялки выделяются иногда, чтоб оглушить. Но и тут кулак и дубина не хуже! Стрелялки имеют свои минусы в эксплуатации, отдачу, к примеру, не удаётся погасить, тоже не летальны.
Яды морские клинчам чужды. При случае применяются, но редко, их применение несовместимо с некоторыми принципиальными пунктами негласного кодекса латников. Потому что есть победа, а есть победа... Клинчам же в сияющей дали и в промежуточных пунктах нужна – победа!


Нераспространение автоматического оружия, помимо воспрепятствования дроидов, обусловлено несколькими факторами.
Без модуляторов не создать. На них создавать долго, отнимать быстро... Решающим стал тот факт, что развивалось оружие нападения шаг в шаг, ноздря в ноздрю со способами не только защиты, но и рикошета! Как составная часть защиты, дроидами не отнимаемая, совершенствовавшаяся без откатов.
Дошло до смешного, перестрелка на таких условиях превращалась во что-то глупей тех дуэлей, когда одна пуля неизвестно в каком пистолете, и каждый направляет ствол в свой висок. Разница, что щит-рикошет неизвестно на каком виске, и куда в свою очередь направлен, это даже не русская рулетка, а просто дурь.


Вооружение клинчей – мечи, ножи, кинжалы. Цеп против лат. Удавки, конечно. Удавки в первую очередь. Против треснувших разбитых лат.
Простая конечная формула. В знаменателе опыт, искусство. Все способы вскрыть доспехи, все способы не позволить этого. Удавка как финал. Знак «равно». Можно и без неё.
Что же до совокупного результата их пристрастий и обстоятельств, тела клинчей достигали такого размера и мышечной развитости, каких принципиально возможно. Лучшего из небесных борцов они выше в полтора раза, тяжелее в два, без амуниции.
Их наблюдательность, интуиция, память и внимательность к мелочам выше всяких похвал.
Развито восприятие цветовых нюансов, качество важное для технарей, охватывая освещённость дней, ночей, в рынках, снаружи, высоты над континентом.
Чувство времени латников и способность ориентироваться в пространстве великолепны. Как среди облачных миров, так и в полях вечной войны... На игровых столах тоже!
Когда клинч, не сняв перчатки, бросает горсть обычных стеклянных марблс, они не скачут для него весёлым, беспорядочным, редкостным для эпохи градом. Как по приказу, дробно простучав, шарики последовательно достигают уготованных мест. Сталкивают птенцов, занимают гнёзда. Клинч не имеет возможности проиграть. Он не бросает и не играет, а просто кладёт, куда ему надо.
Таков общий обзор. Воинское искусство клинчей по достоинству могли бы оценить лишь в дроидской сфере на турнирной площади.


Далее частное, то есть главное – доспехи.
Латником ведь его и называют, доспехи – половина клинча. Для них грязноватые шарики, подшипники магнитного марблс и нужны.
Про вооружение и амуницию латников, Карат, случись такая тема, мог бы курсикам рассказывать часами, год без перерыва. И тема не исчерпалась бы, и никто из слушателей не ушёл. Бо, многоплановая, теоретически всеохватывающая, практически актуальная тема! Даже если не в плане присоединения к латникам, сложно... Не работы на них, сложной и ответственной. Заказчики надёжны, щедры и требовательны... Но в плане живописного полотна со многими деталям. Ради того, что осмысленно разглядывать затем монументальные серии картин на Краснобае: «Атаки клинчей»... На ширмы разошлись отпечатки с полотна... Ради, по-другому открывшейся слушателю, пронзительной песни на Мелоди.


Касательно одних только доспехов, можно составить по сборнику вирту на воина, по библиотеке на каждый клан. С картинками и схемами, то на всех – не менее гига-вирту! Материалы, сочленения, стили...
Грубо раскрашенные маски – единственное, что грубо в них. Остальное – тонкая срытая механика. Прорези глаз – единственное, что открыто. Оскаленные клыки – единственное, что все кланы объединяет.


Ни дроид, ни полудроид, ни Чудовище Моря не захочет и не сможет жить постоянно в глухой броне, под панцирем.
Когда клинч залетает под дождь, его исконная полудроидская жажда омыться, впитывать и смотреть всей кожей всем телом берёт верх над соображениями безопасности. Да и в остальное время они бы с ума сошли, нося армированные, бронированные, сплошные доспехи постоянно. Направляя дракона под тучу, клинч – полудроид и всё! Такой же, как все, жизнью за стиль её не жертвуют.
Сложность устройства доспехов обеспечивает эту возможность – купаться в дожде, не снимая их. А в самих доспехах обеспечивает «ойл».
Латы клинчей подвижны, состоят их многих частей. Материалы в свою очередь проницаемы. Каждая деталь имеет значение, даже в щите наколенника один шип! Туп он или остёр, конический, пирамидальный, закрученный, матовый, полированный... Какая лазерная насечка идёт по нему. Что лучше отклоняет: удар, рез, тычок... Какое лезвие лучше затупит и каким способом...


Самым кончиком неудачно выбранного широкого кинжала попав в щель нагрудных пластин врага, тяжёлый клинч полетит, кувыркаясь как Белый Дракон, вместе с киббайком... Доли секунды имел, продолжить удар или руку выдернуть... Теперь уже не будет ни секунд, ни лет у безоружного и безлошадного...
Хруст своей перчатки самое страшное, что может услышать клинч в жизни. Если перчатка цела, а врагу не придёт подмога, то пешим он имеет шанс в бою, достать следующий нож сможет. Голой рукой не сможет.
Хруст перчатки врага в твоей руке или под твоим ударом, это самый желанный звук... Уступает треску чужой разрываемой маски, больше ни чему.
Окинув взором избранную судьбу, клинчи должны бы честно признать, что не пустынные, изрытые просторы, своим кланом отбитые полностью - вершина, пик, взлёт... А краткий и редкий момент победителя и побеждённого напротив друг друга замерших с открытыми лицами... Вершина. Тупик. Взлёт... Кому как. И как получится.


Попасть колющим ударом в сочленение и не лишиться стилета, и руку не вывернуть... Из области фантастики! Эффект внезапности способен помочь. Встретившись буквально только что с голубкой в высоком небе, получив от неё кинжал с Техно Рынка, какой никому ещё неведом... Наткнувшись на противника в облаках... Клинч опасен.
Неведом – кинжал? Именно. Каждая деталь, да-да, каждая имеет значение. Рукоятка, поле вокруг рукоятки, фиксирующее кисть, гарда, поле гарды, направленность луча вдоль лезвия, одного или нескольких, прямо или с отклонением, линейным или спиральным... Заточка...
И – ойл. Главное – ойл.


Острота мечей, кинжалов, ножей, копий, стрел, дротиков клинчей – дроидская острота. Произведённая на дроидо-неувязанных, но ими некогда спроектированных модуляторах, на пределе возможностей. Или в мирах, но там лишь для отдельных деталей. Собирает всё равно модулятор, руками этого не сделаешь.
Тонкость сочленений дроидская тоже.
Всё это тупится, расшатывается. Чтобы поддерживать и то, и то, и проницаемость доспехов для воздуха, для дождя, требуется ойл. Клей, смазка, изоляция, и одновременно тип поля. Универсальная помощь. Ойл способствует как проникновению клинка, так и отклонению его доспехами. Их склеивает, в них позволяет дышать.
В дроидо-увязанных технологиях масштаб силе не помеха. Бывают и обратно пропорциональны.
Успешным выпадом отправив меч в сочленение между маской и плечом, – казалось бы, по определению слабое место, – клинч своей силой удержать его не сможет, какой бы ничтожный поворот не совершил раненый противник. Перчатка удержит. А если её силы и веса латника, его упора не хватает, ойл позволит вовремя отдёрнуть руку.
Ойл, он дроидски текучий. Не как жидкость, а как запах. А когда связался с чем-то, ойл дроидски крепок на разрыв, при сохранении пластичности. Проникающая способность запаха, газа.


Запах марблс-подшипников... Не отмываемые, всегда чуть-чуть скользкие шарики в радужных разводах...
Тончайшая плёнка ойл на них, но и она – роскошь, драгоценность. Ими на них сыграть удача. Проиграть? Клинчи не проигрывают. И в слепой, в магнитный марблс, с чего бы им проиграть.
На эти марблс и на самонадеянность латника рассчитывали его поймать разбойники Секундной Стрелки.


Секундная Стрелка промахнулась, но клинчи так чутки, наблюдательны, так много голубей и более серьёзных осведомителей доносят им новости с рынков... А ведь он самый, ойл, достался Уррсу от Амаль в чеканном флакончике, суть одной из орбит дроида желания. От Аномалии-Августы – уроборосу, от Уррса – Отто... Завсегдатаю Арбы...
Достался... – целый – флакон – ойл...
Барабанная дробь и громовые раскаты.

Похожие статьи:

РассказыПотухший костер

РассказыОбычное дело

РассказыПортрет (Часть 2)

РассказыПортрет (Часть 1)

РассказыПоследний полет ворона

Рейтинг: 0 Голосов: 0 486 просмотров
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий