1W

Из справочника безалаберного космического строителя

в выпуске 2015/07/02
26 января 2015 - Григорий Неделько
article3455.jpg

(И снова год 39-й)

 

[из цикла об инопланетянах-трахбанцах]

 

На борту космического путешественника-строителя 3-го класса «Луч Трахбании» всё происходило согласно давно заведённому распорядку: три зелёных гуманоида занимались каждый своим делом. Толстый и саркастичный Шинь-У поддевал ложкой из банки с питательной жидкостью грибнауты и галлюцинировал – не с пользой для дела, конечно, а для себя, любимого. Застенчивый худышка Сгинк бродил по выделенной ему каюте, страдальчески-ностальгически созерцая многочисленные портреты их лидера – межзвёздного капитана – Чуанн, в кого он с самого первого кванка знакомства был влюблён. А Чуанн, как обычно, сохраняла серьёзное выражение мордочки или хмурилась, пытаясь и курс определить, и за целым кораблём проследить – чтобы нигде системы не зазбоили, чтобы электричество подавалось бесперебойно и чтобы помощнички снова не навредили. И заодно она умеренно скучала по Агр-анку; их объединили в отрочестве, но времени, даже малейшей частички вигорага, для ритуала вызова всё не находилось. Вот и бродила Чуанн с раздолбаями-строителями по Космосу, с суженым связываясь в основном по галактической рации или переносному нарукавному приёмнику; искала трахбанка неосвоенные планеты, или освоенные, но закостеневшие в развитии, или, может, недообустроенные, а потом пыталась им помочь.

Учитывая же, кого ей назначали в подчинённые (уж неизвестно за какие заслуги), развивался контакт обыкновенно следующим образом: «Луч» приземлялся, добрая и жизнерадостная, однако увешанная багажом опыта и знаний по мягко-мшистую макушку Чуанн выходила первая и говорила что-нибудь вроде:

— Приветствуем вас, люди (такой-то планеты), мы пришли с миром!

Тут неуклюже то ли выходил, то ли выкатывался Шинь-У, бодро рыгал на всю округу, потому что опять налокался газироков, и громогласно желал чрезвычайно настороженным иномирянам «мира во всём мире, будь он неладен, ик!».

Когда встречающие массы начинали удивляться, переговариваться и не понимать, со ступенек корабля-трансформера, что зачастую принимал форму банальнейшей летающей тарелки, оступившись и «оглушая» округу сверхъестественными выражениями, падал Сгинк.

К тому моменту как он, кубарем скатившись по трапу, провертевшись колесом по почве и резко вскочив на ноги, озирался по сторонам, чтобы, значит, доналадить контакт, насмерть перепуганные аборигены почитали за лучшее исчезнуть. Иногда их удавалось обнаружить в окрестных лесах и горах либо под планетарной корой, либо – особенно смелых – на местах жительства, по адресам прописки, ну, или где ещё, однако удачно завершить знакомство это не помогало.

Что в итоге? Шинь-У получал подзатыльник от Чуанн, Сгинк получал подзатыльник от Чуанн, Чуанн же доставались отборные выражения в собственный адрес от неё самой, а после, выйдя на связь с работающим в Центре Контроля Перелётов Агр-анком и получив новое (очередное) задание, задорные, но безалаберные прямоходящие усвистывали на вверенном им корабле в следующий уголок Вселенной. А у Вселенной таких уголков, помня её бесконечность, отнюдь не мало.

Вот и на сей раз всё должно было сложиться по заведённому беспорядку, не иначе. Только и Чуанн с Агр-анком, и, в большей степени, их руководству надоели постоянные провалы, отчего вестники-строители пошли на хитрость.

— Сги-инк! – властно позвала Чуанн. – Подь сюды!

Стремительный, когда надо, застенчивый зелёный человечек вырос перед ней, как лист в пословице. С планетой, где родилась подобная мудрость, им и выпало задание «разобраться».

— Здесь, мой капитан!

— Не твой, не надейся.

— Разрешите надеяться!

— Разрешаю. И хватит нести чушь.

— Так точно! Больше не буду!

— Ла-адно. – Чуанн перебрала тонкими длинными пальцами легко изгибащейся руки по приборной панели. Загорелись огоньки, оповещающие, что корабль идёт на снижение. Затем предводительница добродушных олухов, тоже, к несчастью, заразившаяся от них некоей – правда, скорее всего, нетяжёлой – формой раздолбайства, продолжила: — На тебя, Сгинки, нынче возлагается большая ответственность. – И вздохнула, этак выразительно: неуверенность пополам с тревогой сквозила во вздохе.

— Ну, это разве новости? – Сгинк разулыбался.

— Ты потише радуйся, — несильно, однако уверенно приструнила его Чуанн. – Знаешь, с кем нам предстоит иметь дело в ближайшие виги?

Сгинк почесал маленькое круглое ухо.

— С теми, внизу?

— Да, с землянами.

— А-а. – Он вновь почесался. – Ну и чё?

— Да ничего в общем-то, будь они разумны.

— Если они аментальны, разве это нас остановит?

Чуанн взяла Сгинка под ручку, и у того даже слегка засосало под ложечкой (трахбанцы действительно зачастую вживляли себе разные чипы, электрические и металлические приборы, чтобы корректировать работу организма. А кое-кто просто выпендрёжа ради).

— Данная раса, — начала Чуанн лекторским тоном, — совершенно необычная: она не знает о нас.

— Ого.

— Погоди огокать, рано. Так вот, и она не только не знает о нас – она не подозревает о самой себе.

Сгинк вылупился на командиршу подобно обожравшейся комаров лягушке с одной из планет созвездия Лебедя.

— Э-э-э…

— Ого, — подсказала Чуанн.

— Ого! – наконец срегировал как нужно подчинённый. – И?

— И мы должны найти подход: тот, что не помешает нам, и такой, который поможет им. Понимаешь? А посему нам, экспериментальному отряду (и добавила про себя пару нелестных эпитетов в адрес своего «чудесного» отряда), предстоит пронести знания тайным, неведомым для людей способом.

— Ага, их называют «люди», запоминаю. – Сгинк записал услышанное на корочку, для верности воспользовавшись дополнительными, искусственными, встроенными платами памяти.

— Угу, угу. – Чуанн покивала: помощник не спорит и чётко осознаёт то, что от него требуют, — уже прогресс, уже успех. – И сведения, столь необходимые этим существам, о чём они, конечно, не подозревают, ведь не являются пока полностью разумными, принесёшь им ты.

— Безусло… — Сгинк застыл на полуслове. Сглотнул и произнёс по слогам: — Без-ус-лов-но?

— Аха. А чего ты боишься? Или ты в более крупных переделках не бывал?

— Бывал. Но я с рождения боюсь, ты же знаешь.

— Да мне вообще-то всё равно. Нет-нет, — поспешила уточнить Чуанн, — ты один из ценнейших моих сотрудников («А их всего два», — грустно добавила она про себя). Только посылать к неразумным формам жизни такую же неразумную форму – самоубийство. Не считаешь?

— Ты о Шинь-У?

— О нём.

— Полностью согласен. И самоубийство, и ихубийство.

— А раз брифинг закончен, — Чуанн поспешила скорее разобраться с проблемой, — отправляйся в личинную – сформируй себе образ.

— Есть! Так точно! Слушаюсь!

— Ой. Отвечай лучше не по форме: во-первых, звучит неубедительно, а во-вторых, быстрее натренируешься и войдёшь в доверие к антропоидам.

И, насвистывая весёлую мелодию «Мы все с планеты Кули-Вули!», капитан вернулась к оставленным делам. Пока они со Сгинком разговаривали, в переплетении бесчисленного множества канализационных труб открылась течь, бортовой развлекательный центр забарахлил (наверняка не без участия Шинь-У, надо проверить) и так далее, и тому подобное – короче говоря, требовалось её немедленное незримое вмешательство.

Сгинк развернулся, чтобы через телепортатор попасть в комнату личин, как вдруг догадка посетила стенки его беззаботного и не очень напряжённого по жизни разума:

— Стоп-стоп-стоп! Чуанн.

— Что? – немного недовольно откликнулась та, не прекращая мониторить звездолёт.

— Ты сказала «антропоиды». То есть они лазают по деревьям, орут во всю глотку, жрут бананы с апельсинами… и всё в таком духе?

— Возможно. Хотя нет: вероятнее всего.

— Мне это не нравится.

— А тебя не спросили, увы. И меня. И каждого из нас. Вот ты думаешь, почему трахбанцы бороздят просторы космоса и помогают другим цивилизациям выходить на иной уровень? Лучший ли, худший ли – неважно.

— Да делать нам больше нечего!

— Точно. Так что давай, дуй в примерочную, одевайся и вперёд, в люди!

— Ох. Надеюсь, они хотя бы не как те, с Примы Кассиопеи?

— Ну подумаешь, носились беспорядочно и общались при помощи кожуры от съеденных фруктов, — постаралась философски разрядить атмосферу Чуанн. – Тебе-то что?

— Мне? Да ничего, ничего.

Сгинк сунул лапы в растягивающиеся карманы и, хмыкнув, извлёк на свет божий что-то сухое и коричнево-зелёное.

— От манго. – Он продемонстрировал находку начальнице.

— Топай, пожалуйста, у меня крайне мало времени: и с «Лучом» разбираться, и Шинь-У пендалей надавать, и перед руководством полебезить.

— И себя пожалеть.

— Вот видишь, ты осведомлён не хуже моего.

Молча кивнув и угукнув, Сгинк прошёл в миниатюрный телепортатор – один бело-голубой круг-лампа, генерирующий энергию антиматерии, сверху и один небольшой круг, ничем от него не отличающийся, снизу. Когда трахбанец оказался в пространстве, где действовали сенсоры, последовала мгновенная и оттого не видимая глазу и не наносящая ему вреда вспышка, а в следующую секунду инопланетянин исчез.

 

 

Чтобы появиться в примерочной-личинной.

Попеременно вздыхая и насвистывая, он покрутил квадрат с «одеждой»: встав на прямоугольный сенсорный участок, потопал ногой, поворачивая галопроекцию. Там наиреалистичнейшим манером отображались разные формы жизни, с каковыми трахбанцам посчастливилось – а иногда и не особо – свести знакомство на неохватных просторах множественной Вселенной. Дойдя до «Антропоидов», Сгинк включил телепатощуп, «провёл» им по ближайшему плотному скоплению аборигенов; затем, с ментального разрешения Чуанн, настроился на её память и представление о том, что за «костюм» следует  надеть.

— Симпатяги, — с непонятным чувством резюмировал худой иномирный посланец.

Сошёл с поля-сенсора, осмотрелся и, придя к выводу, что шерсть достаточно длинна и шелковиста – однако в меру, — а также что он ощущает себя вполне уверенно во вновь созданной магрификации, Сгинк телепортировался к выходу из космического корабля.

— Аллё-аллё. Приём. – Он постучал по чипу-рации, крепившемуся к лацкану спецобмундирования, которое сейчас, принимая во внимание сотворённую аппаратом иллюзию, было невидно.

Чуанн поведение коллеги зачастую нервировало, но выбора не намечалось – его более высокое руководство, видимо, со своим, особенным чувством юмора, попросту не желало давать.

— Алло. Я на месте. Проверка связи пройдена. Давай, вперёд, удачи!

— Спасибо.

Люк бесшумно скользнул вверх – хоть мог открываться и вниз, и вбок, и лепестками: как заблагорассудится управляющему, — пришли в движение системы фильтрации и корректировки атмосферы. Сгинк сделал несколько неуверенных шагов, но дали знать себя прошлые конструкторские операции: вскоре справился с отголоском волнения и пружинисто выпрыгнул наружу.

 

 

Шинь-У беззаботно наяривал яблоки: они ему приглянулись ещё с того, давнего путешествия на Землю – точнее, на вероятность под номером 14763-98XC; тогда троица трахбанцев нашла утерянную по вине Шинь-У душу их прямого шефа Агр-анка. Душа по неведомой причине очутилась внутри человека: наверное, долго носилась по измерениям, утомилась и выбрала первое попавшееся пристанище – этого вопроса никто не выяснял. Вот с тех пор толстяк-гуманоид и пристрастился к яблокам, семечкам, телевизору и календарям с красотками. Разница между земными женщинами и женскими особями с Трахбании заключается, главным образом, лишь в цвете кожи; все «необходимые» качества, вроде властности, истеричности и нелогичности, оставались нетронутыми.

Наконец Шинь-У надоело сидеть в каюте, пускай и обородуванной крио-, магнитным, защитным и прочими полями, смотреть 3D-проекции по визору и ничего не делать. Он чувствовал, что в нём нуждаются, и самое неприятное, что в нём нуждалась Чуанн, а от такой дамы только задания и жди.

— Как они утомляют, эти задания, — заранее проворчал Шинь-У, покидая автоматическую каюту. Дверь закрылась, заперлась; в коридоре вспыхнул ярче свет, подстраиваясь под ощущения и желания космолётчика.

Он забрёл в телепортатор поблизости с туалетом (привычная обильная трапеза дарила плюсы и накладывала минусы) и переместился к командиру.

— Здоров, Чуанн, — лениво бросил он.

Трахбанка, прекрасно знакомая с манерами толстяка, не обиделась. Да и непрофессионально это, неутилитаристично, ведь, когда работаешь, личные пристрастия редко помогают.

— Я отправила Сгинка с дипмиссией, — сообщила она.

Шинь-У хмыкнул.

— Ну и чё?

— Он там в незнакомой среде.

Шинь-У пожал плечами.

— Ну и чё? – повторил он тем же тоном.

— Сопроводи его, хотя бы мысленно. В известность поставь, но не вмешивайся без веской причины.

— Я бы вообще не вмешивался.

— Твоя лень мне известна.

— Догадываюсь.

— И самоуверенность.

— Догадываюсь.

— И… — Чуанн вовремя замолчала, пускай поступить так, наверное, следовало не меньше минуты назад. – Тогда отчаливай, разумный ты мой.

— Твой? Вот Сгинк обзавидуется.

Шинь-У взгоготнул и, прежде чем капитанша успела отреагировать, вывалился из корабля по тому же маршруту, что и его не отличающийся полнотой коллега: телепортатор – личинная – телепортатор – люк корабля.

 

 

Сгинк поозирался по сторонам, привыкая к поднастроенному зрению; почесал спину, разгоняя по телу необычные чувства и делая их знакомыми; потоптался, помахал руками, тренируя мышцы и сосуды. Сызнова огляделся, не заметил, чтобы за ним наблюдали – аборигены или, может статься, строители, прибывшие сюда раньше бравой троицы, — и почапал в направлении, которое ему указывали «переделанные» (лишь с виду, но не по факту) тело и ощущения.

Он брёл по пустующему полю, представлявшему собой проплешины, окружённые, а порой и «сдобренные» невысокой жёсткой травой. Жизнь на планете, по вселенским меркам, зародилась не столь давно, вот и не успела развиться во что-либо приемлемое, с точки зрения Сгинка. Это был первый, на его счету, контакт с неразумными, или малоразумными, формами жизни. Однако у конструкторов поопытнее наличествовали в ходу термины альтернативноразумные, псевдоразумные, двоеразумные и т. п.

«Результат, как и видение, зависит от точки зрения».

Когда он почувствовал, что приближается к группе антропоидов, Шинь-У неощутимо подключил сигнал своей атомарной рации к его.

«Теперь ситуация под контролем», — подумалось толстячку.

Он сел на пенёк неподалёку от внушительного, даже громоздкого «Луча Трахбании», всего в сочленениях, шарах разных формаций, странных антеннах, и залузгал семечки. В процессе этого увлекательнейшего занятия он чудом вспомнил, что космолёт не замаскирован – «И почему Чуанн забыла? Заработалась, наверно. И её можно понять…», — а потому Шинь-У воспользовался микропультом, чтобы создать вокруг корабля энергетическую сферу невидимости.

 

 

Тем временем Чуанн подключила сознание к центру сообщений и, инсталлировав код, вошла в Главную Брифинговую.

— Здравствуйте, заслуженный капитан межзвёздной категории III ступени, — официально, по заведённому порядку, приветствовал её Смотритель.

— Здравствуйте, Смотритель Системы Планет, — по форме же откликнулась молодая успешная трахбанка.

— Какие новости? Поделитесь, пожалуйста.

— Примагничивание, а точнее, приземление, если вспомнить, что планету, куда мы высадились, когда-нибудь назовут Землёй, — так вот, приземление прошло успешно. Мы развернули вмонтированный центр-анализатор корабля, чтобы ловить и посылать сигналы. Я слежу за порядком внутри и снаружи звездолёта, Сгинк, под «маской» местного жителя данного пространственно-временного периода, отправился с дипломатической миссией, а Шинь-У обеспечивает ему прикрытие. Агр-анк бесперерывно контролирует ситуацию у себя в техническом центре, на ИС (Искусственном Спутнике) – 15, который – и это вам, конечно, тоже известно – совершает оборот вокруг Срединной Планеты нашей Системы.

— То есть установление контакта проистекает нормально?

— Для нашей команды – более чем. Это несколько непривычно, однако мы, помня предыдущие неурядицы, всегда наготове. – Чуанн едва помедлила и уже менее уверенно добавила: — По крайней мере, насчёт меня можно не сомневаться.

— Руководство не сомневается ни в вас, ни в Шинь-У с Агр-анком: вы каждый на своём месте. Поступала ли информация о характеристиках антропоидов, населяющих космический шар №6487897812, каковой вы поименовали Землёй? – задал следующий вопрос Руководитель-Интервьюер.

— Нет, таких данных мы пока не получали. И покуда неясно, станет ли данная планета аутентичной Землёй, согласно Всемирному Каталогу Планет, или останется лишь одной из вероятностей.

— Для того, чтобы выяснить это, вы и направлены туда, не правда ли?

— Так точно!

— Тогда считаем брифинг законченным. Согласны? – Высокий пожилой трахбанец обернулся к сотоварищам. Те степенно кивнули. – Что ж, удачи, отряд Зета-Зета! И до связи.

— Благодарю, ваши умы! До связи!

Ментальная четырёхмерная проекция погасла.

Чуанн вывела на экраны карту местности, радар, определяющий местонахождение Сгинка и Шинь-У, и изображение двух своих помощников. Тот, что похудее, вышагивал по направлению к выросшим словно бы изниоткуда деревьям совершенно не трахбанского типа, а исследователь покрупнее восседал на пеньке, грыз яблоко, слушал музыку и одним глазом, через ментопроектор, поглядывал за другом.

Успокоившись – вроде бы всё идёт как надо, — Чуанн вернулась к оставленным делам, не забывая, тем не менее, временами поглядывать на мониторы.

 

 

Высокий мускулистый шерстистый антропоид – в точности такой же, каким представлялся ему «одетый» в защитку Сгинк, — выпрыгнул перед трахбанцем из-за дерева. Это был самец. Ещё четверо: самец более щуплого склада, две среднего роста самки и малыш появились из-за кустов.

Сгинк на миг опешил, потом вспомнил, что надо поприветствовать контактёров, запустил запахо-звуковую систему общения и, радостный, что умудрился не хлопнуть себя по лбу – а то вся маскировка насмарку! – растянул губы в добродушной улыбке. Естественно, это для антропоидов она показалась добродушной, потому они и ответили тем же; Сгинку же пришлось немного постараться, чтобы привыкнуть к новым знакомцам.

— Добр… — начал он и замолчал.

— Р-р-р? – не агрессивно, а вопросительно обратился к нему высокий – наверное, вожак этой группки.

Сгинк, будто крутил чувствительными пальцами цилиндры знаний, провертел в голове инфу, записанную в блок памяти личины. В конце концов, обнаружив искомое, он издал приветственный звук, напоминающий дуновение здешнего ветра в небогатой листве деревьев.

Мускулистый абориген поздоровался тем же манером, и рефлекторная ответная реакция Сгинка – импульсные волны – автоматически забилась в память личино-генератора. Теперь, отталкиваясь от найденной точки, он мог благодаря собственному разуму, неразрывно связанному с маскировочной техразработкой, достроить зарождавшуюся «азбуку» народа вероятностой Земли.

— … — представился Сгинк.

— … — ответил собеседник, и инопланетянин расшифровал его имя как Большой.

Следуя принципу подобия – и поскольку, в отличие от Агр-анка, не любил загружать себе мозг, — трахбанец в обличии древнего примата присвоил второму самцу «имя» Средний. Местных дам он назвал Первая и Вторая, ну, а ребёнку оставалось только «стать» Ребёнком.

— Я новенький, — подосвоившись с незнакомым диалектом, сказал Сгинк.

— Можем проводить, — предложил Большой.

— Вы очень добры. Спасибо. А у вас есть предводитель? – Фразы уже не ограничивались одним предложением, да и сами предложения постепенно растягивались. – Если ваш вожак сейчас не занят, примет ли он меня? Я бы поведал ему много интересного.

Все кивнули, а Большой к тому же добродушно улыбнулся.

— Идём.

И они направились вглубь леса, где деревья становились выше, а кроны пышнее.

Удручённо вздохнув – приходилось отрываться от любимого 4D-мозгошутера, — Шинь-У поднялся с пенька и, ориентируясь в маскировке на запахо-звуковой отпечаток Сгинка, последовал за приятелем. На ходу он тихо насвистывал, чтобы, с одной стороны, разрядить понятное неудовольствие (работать заставляют! ишь чего выдумали!..), а с другой, просто по старой привычке.

 

 

Беспокойство окончательно отпустило Чуанн, и она посвятила себя наладке внутренних и внешних ресурсов корабля в соотношении с царящими тут климатом, ноосферой и животно-растительным миром. На правом экране Шинь-У степенно и, больше того, лениво, вперевалочку, точно шар на ножках, следовал за спокойно вышагивающим Сгинком и пятёркой покрытых шерстью гуманоидов.

А тем временем далеко-далеко оттуда, не в этой галактике и на значительном отдалении от системы трахбанцев, не просто в ином измерении, но в той части космоса, где, если понаблюдать за её жителями, казалось, всё встало с ног на голову и жили не ради науки или эмоций и не для собственного блага, а, возможно, без какой-либо вообще значимой причины… выражаясь короче, на Чризгелле, вечном сопернике Трахбании, придумывались довольно опасные для Системы Планет идеи.

Одна из таких идей опередила и трахбанцев, и вероятностных землян.

— Готов? – спросил контролёр межгалактического странствия, кладя трёхпалую лапу на рычаг.

— Готов! – подтвердил звёздный странник.

Рычаг опустился. Кресло-трансформер завибрировало и затряслось, и – исчезло.

А в следующий миг тайный посланник Чризгелля, прочертив через хладную, усеянную громадными «лампочками» чёрную гладь космоса длиннейшую пологую дугу, «упал» в тело Среднего.

Сопровождавший Сгинка антропоид ничего не заметил; не обратил внимания и трахбанец.

 

 

Подключив к генератору невидимости шумоподавитель и корректировщик окружающей среды, Шинь-У стоял у толстого дерева – чуть толще, чем он сам, а значит, способного скрыть его от взглядов людей и Сгинка. Шум ветра, шевеление листьев и травы (флоры там, куда пришли контактёр с людьми, значительно поприбавилось) – всё это отвлекало и мешало, однако в распоряжении «соглядатая» наличествовал и усилитель-регулятор голоса.

— Мы рады вам, — вежливо произнёс Большой.

— И я очень рад, что вы тепло меня встретили, — таким же вежливым тоном ответствовал Сгинк в личине антропоида. – Надеюсь своими знаниями оказать пользу обществу.

Большой удивлённо, но радостно у-укнул.

— Мы собираем опыт и сведения по крохам, и нам бы чрезвычайно пригодились знания иного рода, если вы ими располагаете.

Далее дорога разговора складывалась из нескольких вариантов. Один из них: рассказать вероятностным «людям» всё как есть, — но сложно предсказать реакцию созданий, живущих пока ещё по большей части эмоциями. Впрочем, и к Сгинку это во многом относилось, а потому не стоило совсем уж отбрасывать этот вариант.

Другой подход: продолжая скрываться под маской «своего», исподволь, постепенно внести в чуждый мир сложную информацию, которую им, постепенно эволюционируя, раскрывать и раскрывать в ближайшие тысячелетия. И, естественно, воспользовавшись приятным замешательством людской расы, смотаться с отрядом на отдых – перед тем как получить очередное задание.

Существовали и прочие возможности, однако Сгинку и его многочисленным лидерам – Чуанн, Смотрителям и кое-кому гораздо более высокому – они претили грубостью, некорректностью и жестокостью.

Сгинк не заметил, что застыл с раскрытым ртом, не обратил внимания на собеседников, ждущих от него ответа, и его замешательством воспользовался Средний. Он неожиданно толкнул Большого, и тот упал на землю, больно ударившись головой о валун. Нет, самолично Средний бы не причинил зла вожаку, однако его вынудил так поступить извечный соперник трахбанцев – чризгеллиец.

Большой поднялся, потирая голову; взгляд сфокусировался на испуганном Среднем, и удивлению главы не было предела.

Сгинк тоже оторопел. И только-только он догадался, в чём дело, как чризгеллиец Йас-6,5-Аль закричал голосом Среднего:

— Чужак! Это чужак! Он заставил меня напасть на Впереди-Идущего!

Под Впереди-Идущим понимался, разумеется, Большой; его настоящее имя как раз и означало «Тот, Что Шагает Первым, Смотрит, Думает и Делает Выводы», но вождь разрешал называть себя по-простому.

— Чриз… — вырвалось у Сгинка, прежде чем Йас-6,5-Аль послал в мозг трахбанцу мысленный «привет» и, подтвердив звание звёздного странника, а кроме того, должность профессионального смутителя, дёрнул обратно в космос.

Первым порывом Сгинка было броситься в погоню, вторым – сообщить своим, третьим – рассказать людям, однако он опоздал: Йас-6,5-Аль (ну и дурацкое имечко!) уже спешил вернуться на магнитный корабль, чтобы под защитой последнего кометой упасть к себе домой. Там «двойного» агента должны были встретить с почестями или хотя бы благодарностями.

Сгинк не знал, что предпринять. А когда выяснилось, что личиногенератор из-за скрытой диверсии чризгеллийца вышел из строя, положение и вовсе пообещало стать патовым.

— Д… рузья? – предположительно произнёс худой провозвестник знаний.

Большой-Впереди-Идущий прищурился.

— Да-да-да?

Остальные глядели на смущённо-напряжённого трахбанца не менее заинтересованно и внимательно…

 

 

… — Приём! Приём! Агр-анк на связи!

— Анки! Наконец-то! – обрадовалась Чуанн. – Связь со Сгинком прекратилась, и он исчез со всех экранов.

Смотрящий за троицей строителей понял, к чему идёт дело, но, постаравшись, сохранил свойственное ему генетически спокойствие.

— Ясно, Чу. Не волнуйся.

— Хорошо, постараюсь, ты меня знаешь. Но дело в том, что и Шинь-У пропал.

Агр-анк не выдержал – приподнял складку на лбу в том месте, где у людей будущего в настоящей вероятности Земли располагается бровь.

— Шинь-У точно пропал? – уточнил Агр-анк. – Или, как со Сгинком, с ним прервалась связь?

— Прервалась, да. – Чуанн говорила в непривычной для неё торопливой, слегка взвинченной манере. Постаравшись, она снова взяла себя в руки. – Связь прервалась, — повторила она, — однако я не ощущаю ментального присутствия ребят.

— Сканировала территорию?

— Несомненно. Первым делом.

— О том, посылала ли сигналы и расставляла ли маячки, даже не спрашиваю.

— И правильно: всё это давно проделано и не дало никакого результата.

— Хм-м-м…

По лицу Агр-анка было заметно, что он сдерживает эмоции и старательно размышляет над сложившимся непростым положением вещей.

— Видно, придётся мне присоединиться к вам, — в конечном итоге, пришёл он к выводу.

— Видимо, так. Извини, дорогой.

— Ничего, милая. Жди. Буду у вас через полчаса: ради быстроты и безопасности воспользуюсь гипертарелкой.

— Спасибо, милый!

Чуанн, на всякий случай, ещё раз разбросала сигналы-маячки по кругу, площадью охватывающему Солнечную систему, но вновь не добилась результата – ни положительного, ни отрицательного. Тогда она включила на передатчике режим ожидания и, откинувшись на пневмокресле, принялась ждать.

 

 

Шинь-у не умел плавать по космосу, и специального мини-корабля, или, как его иначе называли, переносчика, у толстого трахбанца не было. Однако у него были физическая сила, уверенность в себе и обширные знания в деле первых контактов. Ну, и с чризгеллийцами он не раз сталкивался, причём часто и в разных обстоятельствах.

— Хел-ло-у, — поприветствовал он проносившегося мимо чуть ли не на сверхсветовой скорости Йаса в виде почти бесплотной инкарнации.

Поймал, сжал, заставив воплотиться в обычное, материальное существо – бледно-белое и, пожалуй, более хилое, чем даже Сгинк, создание.

— Чего надо! – не сдержавшись, выкрикнул Йас.

— Пойдёшь со мной, — степенно ответствовал Шинь-У.

— Да всё равно ты опоздал: скоро здесь будут мои, и Земля подчинится…

— Не подчинится.

Йас-6,5-Аль опешил: как это может быть? А потом понял.

— Да ты врёшь! Вы, трахбанцы, всю жизнь пытаетесь нам помешать. Кстати, я сломал твою телерацию. Ха-ха. – Йас пыхал злорадством.

— То-то, чувствую, Чуанн давно не достаёт. Что ж, спасибо. А я тебя, ежели что, держу очень крепко.

Однако тут Алю надоели препирания: он ловко извернулся и, выскользнув, стрелой полетел прочь.

Шинь-У проводил его взглядом и вздохнул: чризгеллийцы, бесспорно, умные и хитрые, но как перехитрить того, от чьего разума с телом хитрости отскакивают, будто мячики от стенки? Проще говоря, толстяку было всё равно – но только отчасти. За эту-то «фантастическую» способность его и включили в отряд по освоению и обсутройству новых планет.

Дальше же он, чтобы не мешать, уселся под деревом, чтобы полузгать семечки.

Сгинк вне опасности, какие могут быть сомнения? Существа, мыслящие эмоциями, превосходно чувствуют, кто хороший, а кто плохой, несмотря на внушённые и изменённые состояния. Немного же «отключить» сознание и передохнуть не помешает: Сгинк, в любом случае, не пострадает от рук будущих (теперь Шинь-У отчего-то не сомневался в этом) людей. Отдых же никогда не бывает лишним. Да и если что, он, Шинь-У, здесь, на страже…

 

 

… — Сердечно благодарим вас за своевременно вмешательство. – Эту фразу вожак Большой произнёс на чистом трахбанском. – Мы сохраним полученные сведения и постараемся аккуратно донести их до будущих поколений. А там… как сложится.

— Нет, вы уж, пожалуйста, пообещайте стараться всегда, — с привычной для него обаятельной улыбкой попросил Агр-анк.

Сгинк, Чуанн и Шинь-У дружно закивали.

— Это точно!

— Нужна внимательность.

— И спокойнее, ребят, спокойнее…

Пожав друг другу руки и закрепив таким образом позитивный итог контакта, трахбанцы и земляне разошлись по своим делам. Земляне – возделывать землю, растить деревья с растениями и пасти зверей, дарить и получать любовь. Трахбанцы – путешествовать, учить и попадать в занимательные положения, чтобы потом из них выбираться. Чризгеллийцы – наблюдать, стремиться обогнать и давать толчок не только себе, но и соперникам.

Мир многолик, и, тем не менее, он хорош. Ну уж интересен точно…

 

(Сентябрь 2014 года)

Похожие статьи:

РассказыКультурный обмен (из серии "Маэстро Кровинеев")

РассказыО любопытстве, кофе и других незыблемых вещах

РассказыКак открыть звезду?

РассказыНезначительные детали

РассказыЛизетта

Рейтинг: 0 Голосов: 2 591 просмотр
Нравится
Комментарии (4)
DaraFromChaos # 26 января 2015 в 21:25 +3
вот не хотела писать, потому что не знаю, что сказать.
но потом все-таки решилась )))
нежно люблю трахбанцев )))
и благодарна автору за то, что осчастливил читателя новым рассказом из этой серии

и вообще, я очень рада, Гриш, что ты за последнее время выложил много всего и разного. Давненько ты нас не баловал dance
Григорий Неделько # 27 января 2015 в 10:25 +3
Спасибо, Дар! smile Надеялся, что трахбанцев ещё не забыли. :))
И рад, если мои тексты ещё читают!
Спасибо за отзыв!
DaraFromChaos # 27 января 2015 в 11:38 +2
И рад, если мои тексты ещё читают!
Вах!
канешна читают!!! laugh
"Ваш выход, паяцы!" тоже зачла с удовольствием dance (не стала комментировать, потому что не уметь хвалебные отзывы писать zst )
Григорий Неделько # 27 января 2015 в 11:50 +2
Ну, я могу только догадываться. :)
Рад, что оценила, Дар! :)
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев