fantascop

Информатор. Глава 17

на личной

5 января 2015 - Вячеслав Lexx Тимонин

Глава 17.  Мы знаем, что делать дальше

 

Я расплатился и махнул водителю на прощание. Скрипя, как несмазанная телега, старая «Дэу» уехала прочь. Мы встали у входа в подъезд.

— Ну вот и приехали! – подытожил я.

Олеся долго сопротивлялась — не хотела ехать к нам. Это, совершенно логично! Я бы, например, на её месте точно не поехал ночевать к двум незнакомым, сумасшедшим мужикам. Но Палыч был убедителен, когда доходчиво объяснил, что мы растревожили осиный улей и всем стоит держаться меня, поскольку я единственный вижу синие фонари, белые юлы и жуков.

Мы спокойно обсуждали всю эту фантастическую атрибутику в присутствии водителя «Дэу» потому, что он, дай бог, понимал одно слово из пяти, да и то — когда я ему командовал поворачивать.

Тем не менее Палыч был прав, мы заинтересовали таинственных серых людей. Я сорвал становление нового информатора, разбил их прибор, стал видеть, в конце концов, то, что не должен.

Палыч несколько раз вмешивался в дела серых и это ему сошло с рук. Видимо, серые посчитали свою систему умерщвления вполне самодостаточной. Или они очень уверенные в себе ребята, или – лохи! Правда, эти «лохи» обладают неизвестными способностями и могущественными приборами. Для нас это равносильно кулачному бою с цунами или ураганом. Хотя, раз я успешно сопротивлялся воздействию и даже уничтожил одну ихнюю «штуковину», мы имеем шанс накостылять этим серым по сопатке… Мне очень хотелось в это верить…

— Ко мне? – предложил Палыч. – Я вас чаем напою! А кто захочет — с коньяком!

— Чай с коньяком? Зиновий Павлович, Вы ничего не перепутали? – хохотнул я.

— А, без чая можно? – поинтересовалась Олеся.

Я вот сейчас не понял, что она имела в виду…Это она коньяк хочет? Или чаю не хочет?

— Можно. – спокойно ответил Палыч и открыл дверь в подъезд.

Мы молча, потому что нечем было дышать, доехали в прокуренном лифте до верхнего этажа. Ненавижу таких людей. Ну куришь ты – травись на здоровье. Кури на улице, дома у себя, да хотя бы и в подъезде на лестничной площадке, но в лифте – это перебор. Не один раз я спускался утром в задымлённой газовой камере и желал хорошенько потолковать с этим негодяем, которому так невмоготу, что он прикуривает в лифте.

Сегодняшний день меня откровенно вымотал. Не знаю, как Палыч ещё держится, но я бы с удовольствием завалился спать. Но, кажется, это свершится нескоро. У Олеси накопилась куча вопросов, а Палыч пообещал ответить на все.

Мы вышли в темноту, на этот раз вооружившись мобильниками, освещая себе путь. Я глянул по сторонам, не появилось ли новых жучков? Нет, ничего не светилось и не шевелилось.

Перед дверью Палыч решил скромно извиниться за своё холостяцкое жильё.

— Олеся, вы уж извините, у меня не прибрано… — и открыл дверь.

Он даже не представлял, какой бедлам его ожидает. Палыч открыл дверь и по привычке пошёл к выключателю, который находился довольно-таки далеко от входа. Мы покорно остались ждать перед входом.

Из темноты раздался страшный грохот. За которым последовал многоэтажный мат Палыча.

— Палыч, ты живой? – крикнул я.

— Да… Всё нормально! Зацепился… — прохрипел он.

Включился свет. Мы с Олесей ахнули. Коридор был завален хламом из кладовки и шкафа, велосипед валялся посредине прохода, а кошачий горшок, разумеется, был перевёрнут. Палыч стоял у противоположной стены у выключателя – жмурился от неожиданно яркого света и тихонько ругался. Рядом сидел Аристарх и противно выл на Палыча.

Над Палычем под потолком сидел наш старый знакомый – антрацитовый жук.

— Палыч, осторожно, над тобой сидит жук! – крикнул я.

Палыч, аккуратно переступая через хлам, обошёл кота, и уставил на инопланетное насекомое.

— Вылез, значит? – спросил он, кота или жука, не понятно.

Аристарх перестал выть, но позу не поменял.

Я вошёл внутрь, и не упуская из вида жука, поднял велосипед и расчистил проход, распинав старые вещи по углам. Кошачий туалет я трогать не стал. Не то чтобы я очень брезгливый, но… Но ведь, у меня и веника-то нет… Пусть Палыч сам, короче, убирает!

— Олеся, входи не бойся. – позвал я девушку. – Познакомься! Это кот Аристарх, спаситель человечества, – я указал рукой на кота. – А это, инопланетный жук. Пока безымянный, – я махнул на овальное пятно на стене.

Олеся стояла у порога и молча наблюдала за происходящим. Жук её не заинтересовал, а вот кот, очень. Ещё одна кошатница!

Палыч сходил за веником и совком, убрал наполнитель из рассыпавшегося лотка и насыпал новый из пакета.

На кухне валялись книги и осколки разбитых кружек. Кастрюла укатилась под стол.

Я собрал и сложил книги, Палыч прибрал осколки, поднял сброшенную полиэтиленовую клеёнку. В её центре, там, где сидел жук, были дырки. Много, как из дробовика саданули. На столе – вмятины. Оказывается, силы в маленьком существе было не мерено. За жука можно было не переживать – его, висящего на стене, охранял Аристарх. Бедный кот! Он мужественно противостоял инопланетному вторжению несколько часов, пока нас не было. Очень уж он серьёзно ругался на своём кошачьем языке, по этому поводу.

Олеся прошла на кухню. Палыч предложил ей сесть у окна.

— Ну и чего это за штука? И где обещанный коньяк? – спросила она.

— Э-э. Ну это… Сейчас. – засуетился Палыч

Палыч достал из шкафчика три рюмки и начатую бутылку армянского коньяка — пять звёзд, между прочим. Сунул мне бутылку, а сам сполоснул стопки, вытер их кухонным полотенцем и поставил на стол.

Я плеснул, грамм по пятьдесят. Янтарная жидкость красиво переливалась в гранях хрусталя, распространяя сильный аромат.

— Ну! За успех в безнадёжном деле! – сказал я, подняв рюмку.

Мы с Палычем, по-простому, по-мужски, опрокинули коньяк. Я занюхал рукой, Палыч – бородой. В животе разлилось приятное тепло. Да, именно этого чувства, мне сейчас и не хватало.

Олеся держала рюмку двумя руками и сидела с недовольным лицом.

— Джентльмены тоже мне! – проворчала она.

— О! Мадам! Одну минуту, – Палыч ринулся к холодильнику и меньше даже чем через минуту приволок всякую всячину: сыр, колбасу и даже — шоколад.

Я как мог аккуратно порезал снедь и сложил в поданную Палычем тарелку.

Олеся отломила пластинку шоколадки, пригубила из рюмки, сморщила смешную рожицу, и закрыла рот ладонью.

— Уф-ф! – сказала она, наконец, и откусила кусочек шоколада.

— Итак! Дамы и господа! – сказал я. – Совет в Филях считаем открытым. Палыч, ты у нас мозг — говори, что нам делать дальше?

— Наливай! – махнул рукой он.

Я согласился с его предложением и наполнил наши рюмки. Я предложил ещё Олесе, но она отстранила бутылку рукой.

Мы с Палычем, не чокаясь, выпили. Выдохнув, я крякнул и поставил рюмку в сторону, а бутылку отодвинул подальше. Успеется!

Палыч грустно проводил взглядом бутылку.

— Давай снимем жука, и подумаем, как найти арку? — предложил оню

— Да, давай снимем, а то кота удар хватит! — я кивнул. — Олеся мы сейчас…

Палыч взял кошачью переноску и пошёл в коридор, я за ним. Недолго думая, по старинке трубой от занавески я сшиб жука. При падении жук оторвал кусок обоев, оставив дыру в стене. Палыч совком засунул его в клетку и закрыл. Оставив на видном месте добычу, мы вернулись к Олесе.

Кот, испугавшись упавшего жука, убежал в комнату, но через минуту вернулся – сторожить его. Он уселся рядом с клеткой, с обиженным выражением на морде. А как же? Ведь переноска — его личная вещь. Я бы на месте кота тоже обиделся.

Палыч достал ноутбук, чудом не пострадавший от лап кота и присосок жука.

— Ну что? Какие будут предложения? – спросил он нас пока тот загружался.

Я пожал плечами. Олеся сказала:

— Так и будем искать — «Арка посреди острова».

Палыч набрал в поисковике «Арка посреди острова». Программа услужливо вывела список ссылок, предлагающих установить межкомнатные арки, купить землю в Греции и съездить в Таиланд на остров «Туратао». Полистав список, мы поняли, что островов с арками полно и запрос нужно строить по-другому. Нет, конечно, нельзя отбрасывать вариант, что серые возят потенциальных информаторов на южные моря, но вероятность его — не велика.

— Арка не может находиться так далеко, – предположил я. — Сложно ведь свежие трупы возить за моря.

Олеся фыркнула, услышав про трупы. А Палыч ответил:

— Наверное. Но кто знает, может быть, для серых пару сотен световых лет — недалеко.

Олеся закрыла глаза, о чём-то сосредоточенно думала. Вспоминала.

— Там был частокол из брёвен, — сказала она, — чтобы берег не размыло, наверное. Утки были обычные серые утки. Деревья смутно помню, но мне они кажутся родными, нашими. Не заграница  это!

— А, лес какой? Дремучий? В смысле — дикий лес, тайга, или парк?

— Лес как лес. Деревья как деревья. Мостик… каменный. Фонари — как в старину!

— Парк… Ну что ж, тогда поищем так…

Палыч стёр надпись в строке поиска и набил другую: «Парк, белая арка, остров»

— Арка острова Рулука, Филиппины — райский остров на двоих, Национальный парк Корнати, Арка на Русалочьем острове… — читал Палыч вслух. — Не то! Не то!

— Русалочьем острове? – спросил я. — А где это?

Палыч щёлкнул ссылку, открылась новая страничка.

«Арка на острове», гласил крупный заголовок, ниже шёл текст, описывающийисторию её строительства. «Арка с руиной», «Русалочий остров», мелькало среди текста. Я глянул в левый угол сайта и обомлел: «Царицыно – музей-заповедник». Это же в двух шагах от нас и рядом с больницей!

— Это она! – обрадовалась Олеся. – Она! Честное слово, она!

Рядом с текстом про арку появились фотографии, Палыч ткнул в первую. Кособокое строение, арка похожая на букву n белела среди деревьев. Фотография была сделана зимой, деревья стояли без листвы и арку было хорошо видно. Всё совпало: никуда не ведущая арка, остров, окружённый частоколом из брёвен, мостики. Палыч щёлкнул кнопокой, открылось фото арки с другого ракурса. В проёме виднелся маленький каменный мост.

— Она! И мост! Это тот самый мост! – заявила Олеся и глотнула коньяку на волне возбуждения.

— Ну, что ж, теперь мы знаем, что нам делать! – потирая руки, сказал Палыч и показал мне пальцем на бутылку.

Я налил. Палычу побольше, себе поменьше. Олеся уже выпила, я не стал ей предлагать.

На экране сменялись, один за другим, виды Царицынского парка, сделанные профессиональным фотографом. Виды на красно-белые дворцы, сменяли улыбающиеся люди, неспешно идущие по каменным дорожкам. Недавние развалины, загаженные, втоптанные в грязь, за время забвения, возродились благодаря умелым рукам реставраторов. Хотя старый парк – дикий и первобытный, мне нравился больше, я не мог не согласиться, что в новом качестве он стал просто превосходным. Мы с Натой были на открытии поющего фонтана – то ещё зрелище! Высоченные струи воды, подчиняясь волшебству технической мысли создателя, исполняли грандиозные танцы, под бессмертную музыку, на фоне величественных зданий прошлых веков.

Воспоминания, нахлынувшие на меня, услужливо извлекли на свет образ Наты, улыбающейся, такой красивой и желанной. Она стояла у фонтана, ловила капли, а потом махала на меня мокрыми руками и весело смеялась.

Палыч и Олеся уткнувшись в ноутбук, увлечённо изучали карту парка. Палыч словно десяток лет скинул. Он резво управлялся с компьютером, исполняя указания Олеси открыть ту или иную фотографию, ссылку. Читал текст вслух, даже кашлять перестал!

Я решительно достал из кармана телефон и набрал номер Наты. Знакомая тётенька сообщила, что абонент недоступен и предложила перезвонить позже. Видение Наты улетучилось, осталась пустота. Странная вещь! Как только я переставал видеть её образ, я тут же забывал про неё. Она улетучивалась из памяти как дым. Раньше я постоянно думал о ней. Ехал на работу – думал, сидел на работе – думал, чем бы я не занимался, мысль о ней не покидала меня. Я прикасался к ней — меня тут же обуревало страстное желание, я желал её всем своим существом. А сейчас, я с трудом вспоминаю, когда это у нас было в последний раз. Прошли сутки, чуть больше с того момента, как мы расстались… Я забыл даже запах её духов…

— Андрей, глянь, ты же знаешь, какой это огромный парк, там есть фонтан. Поющий фонтан… — неожиданно отвлекла меня Олеся.

Я посмотрел на неё. Чуть вздёрнутый носик, большие глаза, приятный овал лица, тонкие губы — симпатичная. Я попытался вспомнить настолько же чётко Нату и понял, что не могу. Образ Олеси остался перед глазами, он сливался с образом Наты, и доминировал.

Палыч улыбался, уставившись на Олесю. Вот это да! Палыч, старый хрыч, неровно дышит к ней.

Стоп! Он же нестарый! Он же только выглядит так, ему же на самом деле чуть за тридцать. В расцвете сил… был бы…

Глаза слипались. Я глянул на часы, давно за полночь. День оказался полон неожиданностей. Очень, между прочим, «стрёмных» местами.

— Люди-и… — позвал я. – Какие планы? Я спать хочу.

Палыч поглядел на часы и заявил.

— Ну, сейчас смысла в парк ехать нету, но завтра предлагаю с утра пораньше отправиться туда на разведку. Мы с Олесей тут много чего накопали.

— Понятно… Я потопал спать, тогда.

— Андрей, неужели тебе неинтересно? Тут, у Палыча, полно всякой информации про пришельцев!

Палыча? Чего я пропустил, когда это Зиновий Павлович трансформировался в Палыча?

Палыч сидел с довольной рожей и теребил бородку.

— Палыч, тебе лекарства пить не пора? – зло пошутил я.

Он ничего не ответил, нахмурился. Отвернулся в компьютер и зло пощёлкал мышью.

— Иди, выспись! – буркнул он. — Завтра нам предстоит много дел. Парк большой. Остров, по карте довольно далеко от входа.

— Хорошо… А вы чего делать будете?

— А мы поищем что ни будь интересное.

— Ладно! Не увлекайтесь только и следите за Жужей. – бросил я и направился в коридор.

Олеся поняла, что причина нашей перебранки она, сидела тихо – не вмешиваясь.

— Может быть, ты заберёшь Жужу к себе? – неожиданно предложил Палыч.

Вот те раз! И на кой чёрт он... оно мне сдалось?

— Чего? — буркнул я.

— Олесе будет спокойнее… И Аристарху! Погляди, он бедняга извёлся весь!

Кот, стороживший у переноски, мявкнул жалостливо, словно всё понимал.

Чудно спелись! Ну ладно, ладно, оставайтесь тут голубки… А я пойду ночевать один с этой тварью под боком.

— Ладно. – я взял переноску. – Дверь закрой! – крикнул я и тихонько добавил. – Ловелас…

Палыч громко захлопнул дверь. На лице маска жуткого недовольства. Чего он?

А я чего взъелся на Палыча? У меня же есть девушка, самая лучшая девушка на свете — Ната! Я попытался представить её, но увидел опять Олесю! Наваждение!

Светя мобильником под ноги, я пошёл вниз по лестнице – неохота ждать лифт. Через три пролёта стало светлее. Вместе с освещением вернулось хорошее настроение.

Наконец, я добрел до своего этажа. Открыл дверь — в квартире было тихо, темно и пусто…

Я вошёл в коридор и споткнулся о пакеты. Опять я про них забыл! Ладно, завтра разберу.

Для Жужи я нашёл замечательное место — туалет, где её и запер. Главное, с утра спросоня не забыть про Жужу...

А что? Жужа — хорошее имя. Вот ведь тварь неописуемая, инопланетная, а назовёшь её ласково и не так противно становится. Пожелав спокойной ночи Жуже, я быстро умылся, почистил зубы и плюхнулся в постель, едва скинув джинсы.

Спустя минуту мне снилась Ната. У неё было лицо Олеси.

Рейтинг: +3 Голосов: 3 515 просмотров
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий