fantascop

Кольцевая

в выпуске 2016/10/20
20 апреля 2016 - Фомальгаут Мария
article8109.jpg

- Ну что… асфальт дробить умеем?

Честно отвечаю:

- Нет.

- Это хорошо, что честно сказал… а то прискачет такой орел, я и то могу, и это могу, а как до работы пойдет, так и хвост поджимает…

Молчу.

- Чего скис-то… научим, не впервой.

Догадываюсь:

- Это отбойным молотком стучать?

- Им самым, дыр-дыр-дыр, дыр-дыр-дыр…

- Голова заболит…

- А ты как хотел, на работе всегда голова болит… голова не болела бы, так не платили бы столько.

Наконец, спрашиваю:

- Сколько?

Дядька называет сумму.

- Вау…

- А ты чего хотел, хозяин у нас щедрый, не чета некоторым… Ну пошли…

Идем в рассветный туман, где-то пробивается сонное чириканье, гулкое мм-у-у-у-у, где-то шуршат шины.

- Ну что… вот здесь долбить будем.

Дядька идет к полотну шоссе, ставит знак дорожных работ.

- Ну давай… вот так молоток держишь… теперь долби… давай… потихонечку… да чего ты боишься его, не сожрет он тебя, чего ты в самом деле?

Хочу отшутиться, а вдруг сожрет, не отшучиваюсь.

Голову пронзает грохот молотка, спрашиваю себя, почему у дятла голова не болит…

 

Палит солнце.

Клубится пыль по дороге.

- Устал?

- Есть маленько.

- А то давай отдохнём. Время есть еще.

- Сколько?

- Да вся жизнь.

- Я серьезно.

- И я серьезно. Куда торопиться-то…

 

Вечереет.

Смотрю на дорогу, вернее, на то, что от неё осталось, глубокий поперечный провал делит дорогу надвое.

- Это зачем? Трубу будем прокладывать?

- Увидишь… отдыхай пока…

Отдыхаю пока. Смотрю на вереницу машин, которые так и стоят, так и ждут незнамо чего. Не нравится мне, как они на меня смотрят, не нравится, отворачиваюсь, ухожу к холмам, с вершин которых видны окрестности, хоть посмотрю, где мы находимся, пока туман не выпал…

Оглядываюсь.

Не верю себе, с ума я сошел, что ли…

Очень похоже.

Нет, не сошел с ума, всё так и есть, длинное шоссе, замкнутое в кольцо, вереница машин, насколько хватает глаз, и вдоль дороги – города, города, города, сходу и не поймешь, то ли это разные города, то ли один и тот же город. Нет, вроде один и тот же, начинается на самом горизонте, поднимается из пепла, растет – и снова падает, разрушенный войной.

- Любуешься?

- Это чего?

- Кольцевая, чего… замкнулась, вишь…

- Вижу.

- Вот так и крутятся… Свергнут кого, потом опять поставят, только-только города отстроят, и опять по новой бомбы на город бросать…

Молчу. Не верю. Не понимаю.

- Отдохнул?

- Вроде да.

- Вот и молодца, давай дальше работать.

Спрашиваю еще раз:

- Трубу прокладывать будем?

- Да нет, тут не трубу, тут другое…

Спускаемся с холма, уже почти темнеет, светлой остается только дорога в сиянии фар.

Ждут автомобили.

Ждут люди за рулем.

Ждут.

- Ну, давай… хватайся с той стороны.

Дядька хватается за край шоссе. Хватаюсь за асфальт, не понимаю, что мы будем делать.

- Тяни… потихонечку.

Тяну – дорога поддается удивительно легко, несу её, как легкую скатерть, сам пугаюсь этой легкости.

- Ты тише там, не урони… выпустишь, не поймаешь потом…

- Держу, держу.

- Все вы так говорите, а потом как отпустит, потом ищи-свищи…

Не отпускаю. Тяну полотно шоссе дальше и дальше в темноту ночи.

Чуть погодя понимаю, что дорога кажется легкой только сначала, - чем дальше, тем труднее волочить, останавливаюсь, перевожу дух, дядька терпеливо ждет меня, приговаривает что-то, что легче бы без остановок дойти…

Хочу спросить, до чего дойти, тут же вижу, отрезок дороги далеко впереди, шоссе уходит вдаль, к парящим в небе мегаполисам на горизонте, к чему-то легкому, полупрозрачному, космическому…

- Вот туда и тащим… это продолжение дороги нашей, - кивает дядька.

- Понял… а… а кто нашу дорогу замкнул?

- А черт его знает…

- Может, сама?

- Может… ну давай… присоединяй осторожно…

- Пришить, может? Или еще чем скрепить?

- Не боись, сама прирастет… вот так…

Прикладываю дорогу, смотрю, как она притягивается к полотну будущего.

- Ну, вот теперь…

Дядька не договаривает, слышу оглушительный вой сирен, как кажется – со всех сторон.

- Началось, - шепчет дядька, добавляет несколько слов, которые говорить нельзя.

- Что началось?

- Да что, известно что… - дядька отчаянно машет рукой все еще неподвижным машинам, - э-э-эй, сюда давайте! Живо! Путь открыт, м-м-мать вашу!

Кто-то замечает дорогу, кто-то давит на газ, две, три, четыре машины едут вперед…

Надрывается сирена.

Дядька орет:

- Живее!

Добавляет еще пару словечек, которые говорить нельзя.

Что-то происходит, что-то опускается с неба, какие-то тени, какие-то всполохи, не двигаться, вы окружены, всем оставаться на местах… Кто-то хватает меня, сбивает с ног, катимся с кем-то по склону холма…

- Вы… вы чего?

- Чего-чего, сейчас бы арестовали нас на хрен…

- К-кто бы арестовал?

- Кто, эти, кто… дорогу-то мы им раскурочили, вот они и злые как черти…

- А что, нельзя было раскура… раскурочивать?

- Нельзя, конечно… они дорогу замыкали-замыкали, мы тут напортили все…

- А нам чего теперь будет?

- Ничего не будет, не боись, не увидят нас… Ох, забегали-забегали, замаются сейчас петлю-то снова запетливать…

- З-зачем… запетливать?

- Зачем-зачем, чтобы в будущее не пустить, что непонятно-то…

- А зачем в будущее не пустить?

- А это ты у них спроси… чш, куда поперся-то, так и бошку с тебя снимут…

Прячусь в кустах, смотрю, как эти сверху снова разрывают дорогу, снова тащат шоссе назад, замыкают в петлю.

Успеваю заметить и еще кое-что.

А дядька заметить не успевает, сжимает мое плечо:

- Сколько их было? А?

- Десять… не, вру. Двенадцать.

- Отлично. Проскочили.

Говорю зачем-то, сам не знаю, зачем:

- Трое на машине, трое на велике ехали, один пешком…

Ладно, ладно, неважно… ехали медведи… на велосипеде…

Смотрю туда, где только что было продолжение трассы – дорога тает в тумане, исчезает.

- Черт…

- Ничего… всегда так бывает… человек десять перейдет, и хорош…

Дядька разливает чай.

Смотрю на календарь на стене, не понимаю.

- Чего-то с календарем у вас…

- А чего?

- Две тыщи двадцать восьмой.

- Ну, что ты хочешь, сколько лет прошло…

Молчу. Здесь нужно что-то сказать, только я не знаю, что.

- Ничего… Счас, передохнем, успокоятся они, мы дальше пойдем долбить…

Хочу спросить, кто они.

Не спрашиваю.

- Да черт их знает, кто они…

Вздрагиваю.

- Я же не вслух сказал.

- Да все одно и то же спрашивают.

- А что… до меня другие были?

- Были, конечно.

- И…

- Что И… подстрелили их всех… эти там…

- Да вы чего?

- Чего-чего, думал, нас тут пор головке гладят? А вот фиг тебе… Чего побледнел, боишься, домой иди… Я серьезно, здесь выжить, это мужество какое надо…

- Ничего… выдержу…

- Ну, смотри…

- А это… А мы сами туда не пойдем?

Показываю в ту сторону, где продолжается шоссе.

- Не-е, парень… мы тут нужнее…

Киваю, нужнее так нужнее.

- Ничего… как-нибудь потихоньку… переведем людей… сколько сможем… спать ложись давай, завтра продолжим…

Осторожно спрашиваю:

- А… а завтра мы к какому времени дорогу снова соединим?

- Ишь ты, шустрый какой… может, вообще не соединим, если непогода какая будет…

- А если не будет?

- Ну… часикам к шести…

- Ага, ясно…

Ухожу в комнатенку, которую мне выделили, чтобы спать, осторожно проскальзываю в комнату, которую дядька мне отвел для ночлега.

Прислушиваюсь.

Открываю окно, бесшумно выбираюсь на улицу, в холодок ночи, достаю телефон.

Вызваниваю хозяина.

Длинные гудки.

Жду.

- Ну что вы там, нашли урода этого, который дорогу режет?

Это начальник. Вот так, ни тебе здрассьте, ни тебе до свидания, это на нашего шефа похоже…

- Не… не нашел.

- А чем вы занимались вообще, позвольте узнать?

- Чем… искал его.

- Пока вы его искали, он еще раз дорогу разрезал, тринадцать человек сбежали!

Ёкает сердце, значит, тринадцать.

- Ищите хорошенько…

- Ищу.

- А то, может, подкрепление прислать?

- Да что подкрепление, я что, с одним человеком не разберусь?

- Ну, смотрите у меня…

Хочу ответить – буду смотреть, не успеваю.

Короткие гудки.

Набираю другой номер.

Жду.

- Алло.

- Завтра… часам к шести к шоссе подходите.

- Мне одному подходить?

- Чего одному, все подходите… кто хочет…

- Да мало желающих что-то… добрая половина только храбрятся, а как до дела дойдет, так в кусты.

- Ну, хоть сколько-то, уже хорошо… Ну, давай.

- Давай.

Короткие гудки.

Осторожно пробираюсь обратно в окно, вытягиваюсь на постели.

Светится шоссе на горизонте в лучах фонарей.

 

 

 

Рейтинг: +3 Голосов: 3 373 просмотра
Нравится
Комментарии (5)
Чертова Елена # 20 апреля 2016 в 14:41 +3
Мария, хороший рассказ, затягивает в кольцо так, что не оторвёшься.
Но как-то грустно.
Может, я что-то пропустила?
Фомальгаут Мария # 20 апреля 2016 в 15:17 +4
Грустно.
Не все могут выбраться из замкнутого круга. sad
Вячеслав Lexx Тимонин # 20 апреля 2016 в 22:32 +3
Весчь! Мне нравится!
Фомальгаут Мария # 21 апреля 2016 в 07:09 +2
smile
Григорий Неделько # 20 октября 2016 в 09:51 +1
Вернулась к старому. стилю?
Плюс.
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев