fantascop

Космическая археология (часть 04)

в выпуске 2015/02/12
1 сентября 2014 - Анастасия Дзали Ани
article2326.jpg

Дарьин дом

 

Академик Российской академии наук и профессор Института космической археологии по поискам следов Материальной культуры вне околоземного пространства — Смирнов Андрей Парамоныч, украдкой взглянул на часы и сглотнул слюну. Мама беспощадно задерживалась, а ему срочно требовалось лететь. Вздохнув, академик вытащил из широких штанин небольшой мобильник и набрал номер.

— Алло, мам, ну ты скоро? У меня через два часа телепортация на Стеллу. — Выслушав ответ матери, ужаснулся. — Как у тети Люды была?! Я же просил не задерживаться!… Пирог с черникой? Ну, ладно, хорошо. Только умоляю побыстрее. Никуда больше не заходи. Сразу домой.

Дав отбой, Андрей Парамоныч облизнулся, вспомнив вкус великолепных пирогов с черникой, которые творила тетя Люда. Не пекла, а именно творила, создавая из самого обычного сдобного теста и ягод — шедевр кулинарного искусства. 

— Деееда, — раздался за спиной тоненький голосок, заставивший академика вздрогнуть. — Ну так чего там с Красной Шапочкой дальше случилось?

— С Шапочкой? А с Шапочкой все было хорошо. Съел ее волк. Проглотил вместе с сандаликами, — и Андрей Парамоныч облизнул губы, расправляясь в мыслях с черничным пирогом. 

— Нормально, — одобрила продолжение внучка. — Только вот неувязочка. Масса бабушки и ее внучки сильно превышает массу волка. А млекопитающие не нуждаются в таком количестве пищи. тем более, волк никак не мог проглотить их целиком. У него же челюсти не раздвигаются в стороны, как у змей. Или этот волк был с Брунерии? Удаво-волк?

— Что ты такое говоришь? — даже возмутился Смирнов. — Нормальный волк был. Наш, российский, а ни с какого ни с Брунера.

— Брунерии.

— Не важно. Важно то, что это сказка. Немного гиперболизированные народные легенды, в основу которых безусловно были положены реальные события. 

— А что такое гиперболизированные? — Настя даже округлила свои глаза, произнеся без ошибки такое длинное и незнакомое слово.

— Ну это значит, что рассказчик сказок всегда немного привирает. Вот, на самом деле, волки же не могут говорить с людьми, а в сказках могут.

— Понятно. — Настя секунду помолчала и снова спросила: — А долго волк их переваривал? Я читала, что удав может не есть полгода после удачной охоты.

Академик открыл было рот, чтобы ответить на вопрос, но тут зазвонил телефон. Он глянул на экран и скривился, предчувствуя неприятность.

— Мама? Что-то случилось?… Как в Новосибирск вылетаешь? Мы же договорились, что я посижу с Настей полчаса. У меня же работа! Тетя Катя заболела? Ну… ладно, да, конечно. 

Опустив трубку, академик Смирнов тяжело вздохнул, глядя на внучку.

— Вот такие дела, Настюша, — поведал Андрей Парамоныч. — Заболела тетя Катя и наша бабушка полетела ставить ей банки. 

Несколько минут он сидел молча, пытаясь сообразить, что делать. Ведь его ждали на Стелле.

— Настюш, а ты не хочешь сходить с дедой на работу? — вдруг спросил академик. — Слетаем на раскоп. Я похожу, погляжу. А ты в это время поиграешь с роботами-копальщиками. 

— Ух ты! Раскоп! — закричала Настя. — Щас, только свою Дарью возьму. Мы там чай будем пить.

***

Спустя два часа на Стелле Смирнов прохаживался вместе с начальником археологической экспедиции — старшим научным сотрудником Жердяевым. А Настя наперевес со своей любимой куклой, резвилась среди вскрытых жилищ.

— Определенно, это станет сенсацией. Впервые мы видим доказательство мирного сосуществования двух различных видов. Обе цивилизации явно гуманоидного типа. Первая — довольно развитая. В поселении имеется централизированная канализация, дома в три этажа. Мы раскопали несколько цеховых производств. В общем общество в самом начале феодального строя. Второе же поселение, буквально в двух шагах от города — палеолитическая деревня из десяти домов. Её обитатели были как минимум в два раза ниже ростом. И они существенно отставали в развитии. Это было общество первобытно-общинного типа. И никаких признаков разногласий с соседями, никаких вооруженных конфликтов, столкновений, попыток завоевать, поработить. При всем при том, что это было отсталое общество. Смотрите сами: примитивные очаги, в то время, как у соседей уже были печи со сложными дымоходами; простейшая обстановка; сложенные из каменных плит кровати, столы, шкафы, грубо сделанная посуда из камней. Вот эта большая галька служила сковородкой. А раковина — суповой миской. Надо сказать, представление о комфорте у этих людей были довольно своеобразными. Я, например, не могу себе представить комфортный сон на каменном ложе. Ах да, нет никаких признаков того, что цивилизации было знакомо земледелие, ремесла. Возможно, они забрали все орудия труда с собой, или же занимались охотой, выменивая необходимые вещи у соседей. При этом, имелась письменность. Знаки, такие же, как в гордище, но при переводе бессмыслица какая-то выходит. Но самая большая загадка — мы не нашли ни одного скелета. Нет ни кладбища, ни внутридомовых захоронений. Ничего. При всем при этом жилища нетронуты, нет признаков внезапного нападения, голода, разрушений из-за природных катаклизмов, или какой-то болезни. Люди просто испарились, или же обитатели вдруг собрались и ушли в неизвестном направлении.

— А что с первым поселением? — поинтересовался Смирнов, наблюдая, как Настя усадила свою любимую куклу Дарью на каменный табурет и пытается напоить чаем из каменного же сервиза.

— Ну тут понятно, чума. Город вымер, а те кто остались, отправились искать лучшей жизни. — Жердяев взъерошил отросшие волосы на затылке. — Я все думаю, как обозначить цивилизацию второго поселка? Деревня гномов? Село лилипутов?

Академик Смирнов продолжал наблюдать за внучкой. Она встала из-за стола, подошла к каменной кроватке и сделала вил, что расстилает постель.

— А теперь ты Даша, ляжешь спать. — Строго заявила Настя. 

— Дарьин дом, — вдруг произнес академик Смирном.

— Что? Простите, не понял, — растерянно переспросил Жердяев. — Какой дом?

— Дом для куклы Дарьи. Это не поселок гномов, или карликов. Это детская площадка для игры в куклы — девчачий детский сад. Взгляните сами: игрушечный очаг, кроватки, шкафы для хранения игрушечной утвари. Надписи на стенах — бессмысленный набор знакомых символов. Это игровая площадка, где девочки учились быть хозяюшками.

Растерянный старший научный сотрудник Жирляев взглянул на копошащуюся внизу внучку академика и все сразу встало на свои места.

Рейтинг: +1 Голосов: 1 541 просмотр
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий