1W

Кровь гоблина

в выпуске 2017/12/30
27 ноября 2017 - Константин Чихунов
article12109.jpg

            Весь день низкое небо роняло мелкий промозглый дождь. Только к ночи, у самого горизонта, Солнце выглянуло сквозь просвет в серых тучах, чтобы бросить последний закатный луч на измождённую землю.

            Степан положил весло поперёк бортов лодки и поднёс к глазам бинокль. Разведчика окружала бескрайняя свалка, покрытая пологими мусорными холмами. Здесь можно было найти почти всё, что люди ещё совсем недавно использовали в повседневной жизни. Огромные стаи ворон с криком облетали свои владения, готовясь к ночлегу. Повсюду виднелась искорёженная техника, строительный мусор, всяческий бытовой хлам.

            ― Всё спокойно, ― негромко сказал он своему командиру, делившему с ним каноэ.

Степан был ещё достаточно молод, совсем недавно ему исполнилось двадцать семь лет. Но, несмотря на свой возраст, он, как и большинство его товарищей, уже сполна хлебнул горя и лишений. Разведчик был крепким, физически сильным и осторожным, но в случае необходимости мог действовать решительно и нестандартно.

Светлые волосы Степан подстригал всегда очень коротко, и они топорщились ёжиком. Внимательные карие глаза придирчиво всматривались в окружающий пейзаж, не пропуская ни одной детали.

― Хорошо, спустимся ещё ниже, ― отозвался Шумячев, сидевший на корме лодки, и подал условный знак катеру.

Командир был старше Степана лет на двадцать, но не уступал своему младшему товарищу ни в силе, ни в выносливости, ни в выдержке. Шумячев выглядел старше своих лет, чёрные как смоль волосы уже давно покрылись сединой, грубую обветренную кожу сурового лица избороздили глубокие морщины. Но в цепких серо-стальных глазах тлела холодная сдерживаемая ярость человека, готового мстить тем, кто отнял его счастье, до последнего вздоха.

Мужчины снова взялись за вёсла, и каноэ бесшумно скользнуло вниз по реке.

Метрах в пятидесяти за лодкой разведчиков по течению сплавлялся катер с выключенными двигателями. Хорошо вооружённые люди на борту помогали ему вёслами, стараясь шуметь как можно меньше. На невысокой палубной надстройке бдительный наблюдатель не отрывал глаз от бинокля, на носу катера грозно возвышался тяжёлый пулемёт «Утёс».

Река петляла между мусорных холмов, грязная вода с наступлением сумерек сделалась почти чёрной. Быстро сгущающаяся темнота скрывала от глаз масляные пятна и разнообразный хлам, в изобилии плавающий на поверхности реки.

― Вот здесь удобное место для ночлега, ― указал Шумячев на небольшой островок впереди. Отряд по его команде высадился на берег и стал лагерем.

 

Едва забрезжил рассвет, Шумячев поднял своих людей. Солнце ещё не показалось из-за высокой мусорной горы, но уже оконтурило её яркой алой линией. Ржавые прутья арматуры, тянувшиеся к небу, отчётливо выделялись на ломаном гребне уродливой бахромой. Отряд продолжил путь.

― Свалка растёт, ― заметил Степан через несколько часов.

― Определённо, ― согласился Шумячев. Но разведчики уже видели далёкие зелёные кроны деревьев за пределами мусорных полей.

― Вижу цель! «Тягач» и два поводыря.

Шумячев резко повернул голову в направлении, указанном Степаном. Он увидел огромного монстра, похожего на гориллу. Мощные ноги, кривые и короткие, без устали топтали мусор. Крепкий торс, перевитый буграми мышц, переходил в толстую жилистую шею, которую венчала маленькая лысая голова. Руки, длинные, до колен, но такие же мускулистые, как и всё тело, мёртвой хваткой вцепились в лямку, перекинутую через грудь. Великан волоком тащил за собой гигантскую баржу, груженную разбитыми бетонными плитами и кирпичами.

На шее монстра свободно болтался массивный ошейник, к которому тянулись два поводка. Противоположные их концы удерживали два тщедушных человечка, ведущих великана за собой. Поводыри были ростом чуть выше метра и на фоне четырёхметрового гиганта выглядели беспомощными карликами. Маленькие уродцы имели тонкие конечности, большие глаза, короткие приплюснутые носы и огромные рты, усеянные множеством мелких зубов. Все трое были покрыты грубой буро-зелёной кожей, собирающейся в складки, одежды не было вовсе.

Внешний вид омерзительной троицы отталкивал, пугал и мог смутить кого угодно, но в отряде разведчиков не было новичков. На это задание Шумячев взял с собой только проверенных людей с крепкими нервами. Бойцы быстро и незаметно приблизились к неприятелю и заняли позиции на его пути.

Монстры приближались. Самым примечательным в их облике было поразительное сходства с мифическими персонажами средневековых легенд ― гоблинами. Не найдя более точного и ёмкого слова для обозначения своих врагов, люди именно так и назвали уродливых жестоких существ, ненавидящих человека и всего, что с ним связано.

― Начали! ― шепнул Шумячев в микрофон рации.

Негромко щёлкнула снайперская винтовка, и голова одного из маленьких гоблинов разлетелась, как гнилой орех, разбрасывая по мусорным кучам красно-серую массу. Ударили подствольные гранатомёты, на груди гиганта появились глубокие кровоточащие раны. Великан напряг полуслепые глаза, заревел дико и страшно, ухватил искорёженный остов автомобиля и с силой метнул его вперёд. Метательный снаряд упал далеко от людей, не причинив разведчикам вреда.

― В голову цельтесь, в голову! ― закричал кто-то.

Тем временем уцелевший маленький гоблин с поразительным проворством вскарабкался на шею великана и вцепился в его ошейник. «Тягач» сбросил через голову лямку и, послушный команде наездника, быстро побежал прямо на людей. На ходу он подхватил большой кусок бетонной плиты и метнул его вперёд, едва не убив одного из бойцов.

Удачный выстрел из гранатомёта снёс гиганту голову, монстр тяжело рухнул вперёд, широко раскинув огромные руки. Через несколько секунд Шумячев и Степан уже подбежали к поверженным врагам. Обезглавленный «тягач» придавил своей тушей ещё живого поводыря.

Степан хладнокровно добил маленького уродца, Шумячев достал нож и отсёк гоблину кисть руки.

― Держи! ― протянул он трофей напарнику.

Молодой разведчик бережно завернул кисть гоблина в полиэтиленовую плёнку и спрятал в поясную сумку.

― Уходим! ― велел Шумячев.

Группа начала организованно отходить к реке. Тени от больших крыльев упали на свалку, на шум выстрелов летела стая «упырей». Мелкие гоблины с тонкими перепончатыми крыльями пикировали на отступающих разведчиков.

Снова зазвучали выстрелы, заработал пулемёт на борту катера. Монстры, срезанные очередями, кувыркаясь, падали вниз, но один из гоблинов сумел долететь до цели. Уже смертельно раненый «упырь» острым, как бритва, выростом крыла срезал голову зазевавшемуся разведчику. Обезглавленное тело мешком рухнуло на мусорные завалы, заливая всё вокруг себя хлынувшей кровью. Бойцы подхватили труп убитого товарища и понесли к реке.

Ожидая нового нападения, отряд забрался в катер. Взревели двигатели, и машина понеслась вверх по течению. Следом за ней последовало пустое каноэ, взятое на буксир.

 

Между двух высоких мусорных холмов расположился посёлок на несколько тысяч человек. Небольшие домики, собранные из подручных материалов, тесно жались друг к другу. Сверху поселение укрывала маскировочная сетка, ближние подступы охраняли тщательно замаскированные укрепления с пулемётами и пушками.

Но гоблины не беспокоили живущих на свалке, словно их устраивало нынешнее положение людей ― изгоев, живущих в резервации, среди обломков собственной цивилизации.

В просторной землянке, ярко освещённой при помощи дизельгенератора, проходило совещание штаба. Слово держал крепкий седой майор лет пятидесяти. Серые глаза гневно сверкали из-под кустистых бровей, желваки ходили ходуном, волевой подбородок, прорезанный тонким шрамом, нервно подёргивался.

― Мы должны ударить! ― сжались сильные кулаки, хрустнули пальцы. ― Пока нас ещё много, пока у нас достаточно продовольствия и боеприпасов, объединить силы всех поселений и атаковать.

Прозвучал гул одобрительных голосов, многие из присутствующих были согласны с майором. Ненависть к врагу, уничтожающему до основания города и питающемуся человеческими трупами, затмевала здравый смысл.

Всё началось с пандемии смертельной болезни, быстро захлестнувшей все континенты. В первые месяцы вакцины от мутировавшего вируса гриппа так и не нашли, а потом искать лекарство было уже некому ― умерли очень многие. По-видимому, выжил только тот, кто имел врождённый иммунитет к болезни.

Человечество ещё не успело подсчитать потери, как на него обрушилась новая беда. Никто так и не выяснил, откуда пришли гоблины. Мерзкие злобные существа заполонили Землю и принялись истреблять уцелевших, не щадя ни детей, ни стариков.

Разрозненные группы выживших людей, неорганизованные и плохо вооружённые, не смогли оказать достойного сопротивления монстрам. Несчастные бежали на свалки, куда гоблины с неимоверным упорством и неиссякаемой энергией стаскивали всё, что было связано с предыдущими хозяевами планеты, как до них поступали сами люди с отбросами и нечистотами.

― Куда ударить, майор? ― грустно улыбнулся невысокий темноволосый человек средних лет. Неприметный, узкоплечий, но в помещении все сразу притихли, именно он был здесь главным.

― По врагу, Пантелей! Собрать все силы и одним слаженным ударом покончить с неприятелем!

― Да? А где он, неприятель?

― Он повсюду, это гоблины.

― Нет, майор, не гоблины первопричина наших бед. Эти существа слишком тупы, каждый из них приспособлен только для какой-то определённой работы. Мы должны найти тех, кто за ними стоит, кто выпустил этот вирус, и вот тогда мы ударим, уж ты не сомневайся.

― Ты тоже считаешь, что эпидемия и нашествие гоблинов ― звенья одной цепи?

― Уверен в этом. Мы должны узнать, кто такие гоблины, откуда они пришли, и тогда мы выйдем на тех, кто всё это устроил. Дождёмся заключения профессора.

― Да что толкового может сказать этот старикан по одной лишь гоблинской руке?

― Тише, он идёт! ― зашептал кто-то.

Из-за пластиковой занавески, отгораживающей крошечную лабораторию от главного помещения, показался высокий сухонький старичок. Засаленные давно нечёсаные волосы топорщились в разные стороны, поразительно ясные для такого возраста глаза возбуждённо сверкали за толстыми стёклами очков. В костлявых узловатых пальцах он сжимал клочок бумаги, победно демонстрируя его окружающим.

― Да, господа, я ожидал увидеть многое, но это… Я исследовал ДНК гоблина и обнаружил сильно изменённый геном человека.

― Профессор, вы хотите сказать, что на нас напали какие-то пришельцы? ― Пантелей пристально посмотрел на учёного.

― Нет, уважаемый, я хочу сказать, что мы имеем дело с мутантами, предками которых были такие же люди, как и мы с вами.

― Вы уверены?

― Абсолютно, перед нами человеческий геном. Сильно изменённый множественными генными и хромосомными мутациями, но это ДНК человека.

― Я же говорил! ― майор вскочил, опрокидывая стул. ― Этот дед только всё запутал, нашли кого слушать. Мы должны сражаться, а не проводить бесконечные заседания.

В землянке снова поднялся шум спорящих голосов, мнения разделились. Шумячев поморщился, встал из-за стола и вышел на улицу.

Вечерело. Солнце, большое и красное, медленно опускалось за мусорный горизонт. Разведчик окинул взглядом безупречно синее небо и направился к выходу из поселения.

― Петрович, ты далеко? ― догнал его Степан.

― Пойду, посты проверю.

― Можно с тобой?

― Ну, пошли.

У Шумячева сжалось сердце. Как же молодой разведчик напоминал ему сына, погибшего в первые дни нашествия монстров. Игорь был старшим из трёх его детей ― единственным из близких Шумячева, кого пощадил вирус. Гоблины растерзали парня прямо на глазах разведчика, а он, тяжело раненный, ничем не мог помочь сыну.

Шумячева спасли военные. Небольшая группа солдат, отступающая от напирающей волны гоблинов, отбила его у кровожадных уродов и оказала помощь. Он выжил. Первое время искушение пустить себе пулю в лоб было очень велико, но потом он решил, что будет жить ради мести.

Они вышли к приземистому укреплению, сложенному из железобетонных плит. В узкие амбразуры смотрели два пулемёта и противотанковая пушка, немного в стороне, как часовой, притаился миномёт. Маскировочная сетка, защищающая позицию, слегка покачивалась от лёгкого ветерка.

― Всё в порядке, ― доложил Шумячеву старший по посту.

― Хорошо, ― разведчик шагнул к амбразуре и посмотрел в бинокль. Его взгляду открылась безрадостная картина бескрайней свалки. Всё, что человечество возводило, копило, хранило и умножало, было безвозвратно уничтожено и брошено под ноги. 

― Командир, смотри, там кто-то есть! Да нет, левее, на десять часов.

― Где?! ― Шумячев перевёл бинокль туда, куда указывал Степан. ― Ага, вижу.

Он заметил высокого человека в странной мерцающей одежде. Незнакомец быстро прошёлся вдоль берега реки и скрылся за мусорным холмом.

― Стёпа, за мной, будем брать!

Разведчики нагнали гостя быстро, но тот, похоже, и не собирался прятаться от преследователей. Он стоял к ним спиной, комбинезон плотно облегал красивый мускулистый торс. На одежде, сменяя друг друга, мерцали и переливались разноцветные пятна, из-за чего незнакомец почти полностью сливался с окружающим фоном.

― Стой, где стоишь! ― Шумячев щёлкнул затвором. ― Медленно повернись. Одно лишнее движение ― уложу на месте.

Гость выполнил приказание. Разведчики увидели красивого молодого мужчину со светлыми вьющимися волосами. Васильковые глаза, бездонные и чистые, смотрели прямо и открыто. Губы растянулись в подкупающей доброжелательной улыбке, обнажив идеально ровные белые зубы.

― Подойди! Держи руки так, чтобы я видел!

Незнакомец сделал шаг и стремительно побежал к разведчикам, перемещался он так быстро, что его силуэт буквально размазался по траектории движения. Запоздалая очередь из автомата Степана беспомощно вспорола мусорную кучу, а гость, приблизившись, выбил у него оружие и опрокинул молодого разведчика на землю.

Шумячев тоже успел выстрелить несколько раз, пытаясь подстрелить незнакомца из своего Стечкина, но так и не преуспел. Всё закончилось тем, что мужчина в странном комбинезоне взял разведчика на приём, хитрым движением отобрал у него пистолет и приставил Шумячеву к спине его же оружие.

― Тише, ребята, я свой, ― прозвучал спокойный баритон, дыхание визитёра оставалось ровным.

― Какой это свой? ― процедил сквозь зубы Шумячев.

― Я человек, ― и незнакомец неожиданно вернул разведчику пистолет. ― Веди к начальству, время дорого.

 

― Так говоришь, ты из будущего? ― Пантелей подозрительно всматривался в лицо незнакомца. ― А имя у тебя есть?

― Владлен.

― И как там в будущем, Владлен?

― Ещё хреновей, чем здесь. Я понимаю, поверить в то, что я сейчас вам расскажу, будет непросто, но вы всё же постарайтесь меня услышать. И у нас очень мало времени. Выход из пространственно-временного перехода намертво связан с его входом. Вернусь я точно в то время, из которого убыл, плюс временной интервал, проведённый здесь. События развиваются слишком быстро, и мы можем не успеть. Итак, вы готовы слушать?

― Да, ― ответил за всех Пантелей.

Всё началось с изобретения Адаптилона. Это был уникальный во всех отношениях препарат, способный вызывать быстрые положительные мутации людей в ответ на внешние факторы.

― Это невозможно! ― воинственно сверкнул очками профессор. ― Изменённые гены могут вызывать мутации у потомства, но сформировавшийся организм не поддаётся изменениям.

― Мы тоже так думали, ― грустно улыбнулся Владлен. ― Представьте, каково было наше удивление, когда под воздействием препарата люди начали меняться на глазах. Те, кто работал при плохом освещении, стали видеть в темноте, занятые физическим трудом быстро отрастили красивую и внушительную мускулатуру, интеллект людей умственного труда вырос в разы. Калеки исцелялись, ко всем инфекционным болезням вырабатывался стойкий иммунитет.

― Так ведь это же замечательно! ― воскликнул кто-то. ― Разве не к этому всегда стремилось человечество?

― Всё вышло иначе. Уже второе поколение людей, регулярно принимавших Адаптилон, разительно отличалось от своих родителей. Дети рождались с жабрами, плавниками, зачатками крыльев, кто-то имел дополнительные конечности или органы. Самое поразительное, что всё это работало.

Не все люди одобряли повальное увлечение Адаптилоном, но они очень быстро оказались в меньшинстве. Мутанты были сильнее, быстрее и умнее тех, кто отказался от препарата. В обществе возникло движение, лидеры которого заявили, что генетически изменённые люди есть не что иное, как новый вид, венец человеческой эволюции. Они начали убеждать всех, что человек разумный должен уступить место человеку совершенному, то есть мутантам.

Революционное движение лавинообразно захлестнуло всю планету. Мутанты очень быстро заняли все ключевые посты в правительствах и начали диктовать свои условия. Началась травля генетически чистых людей, их притесняли, ущемляли в правах. Адаптилон уже заставляли принимать принудительно, его добавляли в резервуары питьевой воды и распыляли в воздухе. Вскоре людей с неизменённым генотипом не осталось совсем.

А потом многие мутанты стали стремительно тупеть и терять человеческий облик. Зато они приобрели небывалую ненависть к тем, кто, несмотря на воздействие препарата, сумел остаться человеком. Началась самая странная и жестокая война в истории человечества.

К сожалению, те, кто сумели сохранить человеческий облик, проиграли войну. Сейчас мы держим оборону в последнем городе Сидионе, защищая его от бесчисленных толп гоблинов, как вы их называете. В этих существах больше не осталось ничего человеческого, и их бесконечно много.

― Если вы умеете путешествовать в прошлое, почему вы не предотвратили беды? ― негромко спросил Шумячев.

― Пробовали множество раз. Уговоры не действовали, нам не верили и в лучшем случае поднимали на смех. Попытки предотвратить появление Адаптилона радикальными методами тоже не увенчались успехом. История шла по другому пути, но эту отраву, вместо ликвидированного учёного, неизменно изобретал кто-то другой. Такое иногда случается. Некоторые события невозможно изменить, и мы не знаем, почему это происходит.

― Как гоблины попали в наш мир? ― разум Пантелея отказывался верить в услышанное, но интуиция подсказывала, что гость не врёт. И от этого становилось ещё страшнее.

― Сидион падёт, это лишь вопрос времени, нас мало и мы практически истощили все свои ресурсы. Защитники отчаялись, все попытки воздействия на прошлое провалились. Совет принял решение, которое одобрили далеко не все. Мы открыли порталы и запустили в прошлое генетически изменённый вирус, создать от него вакцину вы не могли.

― Так вирус ваших рук дело?! ― майор вскочил, казалось, что сейчас он бросится на гостя.

― Спокойно! ― Пантелей строго посмотрел на офицера. ― Зачем вы это сделали, Владлен?

― Вирус должен был убить почти всё человечество, оставив лишь несколько процентов населения. Многие учёные считали, что начав с нуля, цивилизация имеет шанс пойти по другому пути и никогда не изобрести Адаптилона.

― Ну, а гоблины?

― Они проникли к вам через те же переходы, мы не успели их закрыть. Порталы получают энергию от реактора, находящегося глубоко под землёй. Как только мы выпустили вирус, территории над комплексом захватили мутанты. Сейчас у нас нет возможности подобраться к генераторам. Но главная проблема состоит не в этом, автоматика заглушит реактор через несколько месяцев, и порталы иссякнут сами.

― А в чём же тогда основная проблема? ― Пантелей пересёк землянку и остановился у бревенчатой стены.

― Я уже сказал, что не все одобрили решение совета выпустить вирус. Лично я принадлежал к другой группе учёных. Мы разрабатывали препарат, безвредный для людей с неизменённым геномом и губительный для мутантов.

― И как успехи?

― Мы почти у цели.

― Почти?

― Сегодня я получил нужный состав, необходим последний компонент ― кровь генетически чистого человека.

― И всё?

― Да. Кто-то из вас должен пойти со мной и помочь закончить работу. Это будет особый вирус, способный жить в воздухе и любой водной среде любой температуры. Он чрезвычайно устойчив к внешним факторам. С дождями и течениями он за месяц проникнет во все уголки планеты, и гоблины вымрут.

Решайтесь, время на исходе.

― Есть добровольцы? ― Пантелей окинул взглядом присутствующих.

― Да ты спятил! Ты что, поверил ему? ― негодовал майор.

Шумячев и Степан приблизились к гостю одновременно. Они видели его в деле и понимали, что людей с такой реакцией не бывает в их мире. Владлен, не мешкая, достал какой-то прибор и по очереди уколол пальцы разведчикам.

― Вы оба подходите, но я возьму с собой того, кто моложе, ― вынес он своё заключение.

― Как вы вернётесь в будущее? ― поинтересовался Шумячев.

― При помощи «дырокола», это портативная установка, создающая переход, она одета на мне.

Степан вопросительно посмотрел на Пантелея, решения принимал он.

― Удачи! ― пожелал командир. ― Обязательно вернись!

 

Портал вынес их на вершину заснеженной горы. Стремительный пронизывающий до костей ветер швырял в путешественников колючие хлопья и норовил сбить с ног. Владлен подошёл к высокому сугробу, повозился с ним немного и через минуту откинул маскировочную ткань с небольшого аппарата, похожего на автомобиль. Под прозрачным колпаком имелось всего два сиденья.

― Залезай! ― Владлен распахнул дверку, и Степан протиснулся в узкую кабину.

Аппарат взмыл в воздух бесшумно и стремительно, Владлен заложил крутой вираж и уверенно направил машину на север. Через десять минут полёта впереди показалось множество огней.

― Сидион, ― сообщил пилот. ― Последний оплот человечества.

На подлёте к городу Владлен изменился в лице, сбросил скорость и начал снижаться.

― Мы не успели, ― с горечью произнёс он. ― Внешние стены города пали.

Внизу, среди развалин, пожарищ и тел защитников Степан увидел множество огромных гоблинов-«танков». Они походили на «тягачей», но руки их были снабжены гигантскими кулаками, усыпанными толстыми роговыми наростами. Монстры без устали колотили стены, превращая в крошево камень и бетон. На шее у каждого из них сидел маленький гоблин. Запустив тонкие пальцы в отверстия на лысом затылке безмозглого собрата, он помогал ему выбирать направление.

Через разрушенные стены целыми стадами перескакивали «гиены» ― быстрые гоблины-охотники. Они перемещались на четырёх конечностях и могли одним махом перекусить бедренную кость человека.

В воздух поднялась стая «упырей», но Владлен быстро набрал высоту и, не вступая в бой, полетел дальше, снова разгоняя машину.

― Центр ещё держится, есть шанс! ― закричал он.

Впереди появились высокие стены центральной части Сидиона, с их вершин вниз обрушивался целый океан огня. Трупы гоблинов высились огромными холмами, но монстры упрямо ползли по телам своих соплеменников, пытаясь добраться до ненавистных людей.

― Как такое могло случиться? ― прошептал шокированный Степан. ― Как вышло, что люди смогли придумать адское зелье, превращающее их вот в это!

― Стёпа, ты что, так ничего и не понял? Перед тобой не инопланетные существа и не результат чудовищных экспериментов извергов-учёных из секретных лабораторий. Всё, что произошло с этими людьми, уже было в них, дремало до поры и ждало своего часа. Адаптилон лишь послужил пусковым механизмом. Гоблин живёт в каждом из нас. Вопрос в другом, сможешь ли ты его удержать и остаться человеком?

Владлен посадил машину на крышу одного из зданий. Вход внутрь загородил вооружённый боец в броне. Спутник Степана предъявил охраннику какой-то пропуск, и часовой молча шагнул в сторону, давая пройти.

Владлен быстро пересёк короткий коридор, Степан едва успевал за спутником, створки лифта услужливо раздвинулись в стороны. Разведчику показалось, что спуск длился всего несколько секунд, но никаких перегрузок он не почувствовал. Двери снова открылись в большом восьмиугольном зале, освещённом синим светом.

Повсюду было расставлено оборудование непонятного назначения, на панелях мерцали разноцветные лампочки, прыгали светящиеся полоски. Несмотря на несколько десятков рабочих мест, в помещении не было ни одного человека.

Владлен быстро приблизился к массивной установке, стоящей в центре лаборатории, и склонился над вспыхнувшим экраном:

― «Панацея» почти готова.

― «Панацея»?

― Это кодовое название штамма, над которым работала лаборатория. Осталось добавить последний компонент, давай руку.

Степан протянул вперёд ладонь, Владлен быстро одел ему на запястье браслет, соединённый с установкой прозрачной трубочкой. Разведчик почувствовал едва ощутимый укол, и алая кровь потекла в недра машины.

― Достаточно, ― Владлен снял с руки Степана браслет и снова приник к экрану.

Прошло не менее десяти минут напряжённого ожидания, прежде чем учёный вздохнул с явным облегчением.

― Получилось! Осталось только провести испытания.

Он нажал кнопку на пульте, и одна из панелей стены отошла в сторону. За прозрачной перегородкой Степан заметил маленького гоблина. Ослеплённый ярким светом мутант пронзительно завизжал, но заметив людей, стал яростно бросаться на бронированное стекло. Владлен распылил препарат в камере с пленным, монстр замер, упал ничком и больше не двигался.

― Последняя стадия, ― учёный подошёл к Степану с инъектором. ― Ну?

― Это не опасно?

― Для тебя он безвреден.

Поборов страх, разведчик протянул руку Владлену, щёлкнул прибор, впрыскивая «Панацею». Учёный несколько секунд смотрел Степану в глаза, потом снова вернулся к установке:

― Препарат готов, теперь вирус ― убийца мутантов активно размножается и в твоей крови. ― Сейчас я верну тебя назад.

― А ты?

― Мои гены тоже изменены Адаптилоном, после того, как ты выпустишь «Панацею», ваш мир меня убьёт.

― Но и здесь ты обречён.

― Как знать. Если ты сумеешь изменить прошлое, может быть, и будущее не станет таким поганым.

За стеной послышался шум.

― Быстрее! ― Владлен извлёк из установки небольшой контейнер и, нажав кнопку на наручном браслете, активировал портал.

В этот момент створки двери разлетелись в стороны и в лабораторию забежали две «гиены». Учёный сорвал с пояса предмет похожий, на пистолет с коротким стволом, и несколькими точными выстрелами поразил мутантов. Но следом, сминая стальные стены коридора, как бумагу, уже напирал «танк». Гигант схватил маленького гоблина, сидящего у него на шее, и швырнул его прямо во Владлена.

Учёный выстрелил, но промахнулся, гоблин вцепился ему в грудь и разорвал Владлену горло зубами. Контейнер оказался у монстра под лапой, мутант оскалился окровавленным ртом и бросился на Степана. Разведчик успел срезать его автоматной очередью.

Но дотянуться до «Панацеи» Степан так и не успел, в лабораторию ворвалась целая стая «гиен» и бросилась на него. Отбиться от всех он не мог, нервы разведчика не выдержали, перехватив покрепче автомат, он бросился в портал.

Степан сразу оказался у мусорной реки, где-то неподалёку от своего поселения. Ошалело он рыскал глазами по сторонам, пытаясь сориентироваться, и слишком поздно заметил, как в угасающий портал следом за ним протиснулась «гиена».

Гоблин несколькими сильными ударами когтистых лап проломил разведчику грудную клетку и вспорол живот, встал на задние лапы и провыл победную песню над телом поверженного врага. Затем мутант подошёл к воде и начал жадно пить, но уже на третьем глотке подавился, упал, несколько раз судорожно дёрнулся и затих.

Умирающий Степан увидел, как по колотому кирпичу в мусорную реку тонким ручейком вливается его кровь. Кровь человека ― кровь гоблина.  

     

 

 

 

   

         

    

     

   

        

                        

 

            

Рейтинг: +7 Голосов: 7 416 просмотров
Нравится
Комментарии (9)
Жан Кристобаль Рене # 27 ноября 2017 в 18:57 +5
С огромным удовольствием ставлю первый плюс, дружище! smile
Андрей Галов # 28 ноября 2017 в 00:02 +3
Социальные попытки создать нового человека терпят крах, очередь за генетиками - мутанты неизбежны в 21 веке shock
Станислав Янчишин # 28 ноября 2017 в 09:43 +2
Самопожертвование ради других - штука сильная. Снова плюс!
Вячеслав Lexx Тимонин # 28 ноября 2017 в 21:56 +3
Класс! Я плюсовал и наконкурсе v
Дмитрий Бранд # 29 ноября 2017 в 16:59 +2
Хороший рассказ и сюжетная линия
Ольга Маргаритовна # 30 ноября 2017 в 11:09 +2
Плюс и от меня)
Константин Чихунов # 1 декабря 2017 в 18:21 +2
Спасибо за отзывы, друзья!
Дмитрий Бранд # 2 декабря 2017 в 07:45 +1
Гоблин живёт в каждом из нас laugh

Немного спорно. Все таки эффект бабочки никто так и не опроверг, но это так ремарка.

Плюс!
Константин Чихунов # 2 декабря 2017 в 08:01 +1
Благодарю, Дмитрий!
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев