1W

Нечистая сила. Часть 4

в выпуске 2015/05/21
4 декабря 2014 -
article2968.jpg



С тех пор как я побывал у Морриган, прошло четыре дня. Спирос со мной не разговаривал, считая, что я принес Джунга в жертву своему прошлому. Я знал, что вампир пару раз ходил на склад сам, но всегда быстро возвращался. Что ему мешало – страх, гордость или собственное прошлое, я не знал, но за ним присматривал. Так, на всякий случай. После того как десять лет назад таверну покинули ведьма Несса и все лепреконы, нас осталось немного. Терять еще и Спира мне не хотелось.

Но пока я следил за Иолангой, случилось то, чего вампир опасался. Однажды вечером к нам пришел новый начальник стражи Джордан и спросил, кто был опекуном Джунга. Пока Барб показывал документы, Спир пробуравил во мне две огненные дырочки. Опекунство Ворона мы оформили на Барбатоса, потому что он меньше других вызывал подозрений – я был слишком мал, а Иоланга жил только по ночам и не мог явиться в органы опеки, чтобы поставить свою закорючку на документах.

Мы нашли Джунга в городской клинике для умалишенных. Когда-то в этом здании находилась церковь, но в прошлом десятилетии Королевская Епархия отстроила в Северном грандиозный собор, который свободно умещал всех прихожан. А в бывшей церкви устроили сумасшедший дом. Иногда поступки людей поражали меня своей загадочностью. Я усматривал в них отблески Великой человеческой тайны, которую так стремился постичь. ак ккв городской клинике для умалишенных. чам и не мог явиться в органы опеке расписаться в документах. ий — я _______________КОгККК

 

 

В дурдом мы попали только к вечеру. Весь день Джордан таскал нас по свидетелям, допрашивал с пристрастием и заставлял писать показания. Мы честно старались ему помогать, но в покое нас оставили только после того, как Ове притащил в участок короб с месячной выручкой. Джордан взятку принял, пообещав не спускать глаз с нашего заведения. Мы согласно кивали и клялись, что будем оказывать следствию всяческое содействие. Хотя какое там следствие… Пять обглоданных трупов за одну ночь – это не шутки! Ворона поймали, когда он доедал директора городской школы для мальчиков. Так как Джунг был несовершеннолетним, а его преступление – слишком тяжким, то до суда парня поместили в сумасшедший дом.

Едва взглянув на мальчишку, который носился по камере, пытаясь разбить голову о мягкие стены, я понял, что одними заклинаниями ему не помочь. Понял это и Спирос, который сразу сделался таким бледным, худым и несчастным, что мне захотелось предложить ему побегать по комнате вместе с Джунгом. Заклинание Абрамелина как-то особенно действовало на Иолангу – человеческие страдания не оставляли его равнодушным. Он даже протянул сквозь прутья руку, пытаясь погладить задумавшегося Ворона. Это было необдуманно, потому что Джунг едва не отгрыз ему пальцы.

А потом пришел Барб, и они принялись причитать над Вороном, словно няньки, утопившие в пруду младенца. Стоявшие в стороне санитары даже прослезились. В конце концов, я оттолкнул вампира от решетки и приник лицом к маленькому проему. Джунг тут же ринулся к двери, собираясь выцарапать мне глаза, но, встретившись со мной взглядом, упал на спину и забился в припадке ярости. Мои брат Гаргус, которого Морриган вселила в тело мальчишки, все еще меня боялся – это было хорошо. Плохо было то, что в Джунге теперь жил не только мой брат, но и дядюшка Агаф-Намуил, который отличался непомерным обжорством. Я всегда подозревал, что они с Морриган были любовниками и не раз предупреждал Агафа держаться от моих слуг подальше. Но, похоже, он не послушал совета, раз попался в плен к такой слабой магичке, как Морриган.

Наглядевшись на беснования Ворона, я опустился на единственный в коридоре стул и принялся размышлять. Барб со Спиросом пристали к санитарам с расспросами о содержании больного, решив, что я уже согласился помочь Джунгу и сейчас продумываю план спасения. Наивные. На самом деле, я думал о том, как бы уехать из города, не привлекая внимания властей. Лучше всего это было делать без промедления – то есть сегодня ночью. К утру о людоедстве Джунга будет знать весь город, и тогда неприятностей нам тогда не избежать. Несмотря на холодный климат, кровь у северян была горячая. Но куда бежать? За Северным начиналась тайга. У меня было много знакомых в лесах Королевства, но всех их похоронило прошлое – заклинание Абрамелина разделяло нас бездонной пропастью. Оставались острова. На островах жили сектанты, беженцы, колонисты-фермеры и дикари. Что ж, дикари – тоже люди. Подадимся туда.

Когда вопли Джунга достигли крещендо, а Спир с Барбом стали кидать на меня вопросительные взгляды, я принял решение.

— До утра нужно уехать, – сказал я, зная, что со мной спорить не будут. Они и не спорили. За восемьдесят лет мое чутье еще ни разу не подводило.

-Эх, зря аренду до конца года проплатили, – вздохнул Барб. Я молча кивнул – в следующий раз будем платить помесячно. Если доживем.

— Собирайтесь без меня, – буркнул я, зная, что от меня ждали именно такого ответа.

— Мак, но ты ведь вернешься? – в глазах оборотня светилась почти щенячья благодарность. Плохо же он меня знал. Заклинание Абрамелина обошлось мне слишком дорого, чтобы портить его из-за глупого мальчишки.

— Встретимся у причала на рассвете, – мрачно ответил я. –Ничего лишнего с собой не брать. Гроб Спира, клетка Лео, цистерна Иссы – это основное. Ароху с ведьмой спрячьте в сундуки. Барб, продай все, что сможешь. Я постараюсь найти свободную баржу. Для начала поедем на острова, а там посмотрим.

— Хорошо, сделаем, – голос у Спира был проникновенно-трогательный, а взгляд влажный и будто искренний. Я не любил, когда на меня так смотрели.

— Мы всегда были вместе, Кормак. Это ведь ты открыл книгу обратного заклинания и тебе вести нас до конца. У каждого из нас свои причины, но мы должны быть вместе. Мне кажется, это важно… очень важно.

— Ты показал нам дорогу, Мак, – продолжил Барб, потому что голос у вампира дрогнул. – И мы знаем, что случится с тем, кто, встав однажды на путь, свернет с него. Не отказывайся от нашей помощи, искушение может быть велико. Обратно ты уже не вернешься.

Они уже видели, как прыщавый слуга из таверны оборачивается Кормаком Черным и идет войной на Морриган, уничтожая город вместе с ними. Такие речи умиляли меня до слез. Мне так и хотелось сказать: «Да, ребята, как здорово, что мы будем вместе. Давайте пойдем и надерем Морриган задницу», но вместо этого я крепко обнял их по очереди и молча затолкал в повозку. Если бы в Северном появился кто-нибудь из бывших друзей Иоланги или Барбатоса, я бы и пальцем не двинул. Но Морриган была занозой из моего прошлого, и вытащить ее самому было вопросом чести.

Вампир с оборотнем укатили, а я пошел готовиться к встрече с бывшей подданной. Луна печально светила мне вслед, искушая вспомнить то, что было похоронено под великой книгой Абрамелина. Морриган колдовала плохо, но иногда на нее находили проблески озарения. Как в случае с Джунгом, например. Хитрая бестия знала, что мне не составит труда изгнать из мальчишки бесов. За такое мелкое колдовство я заплатил бы парой-тройкой лет, с которыми можно было бы смириться.

Коварная Морриган открыла демонам широкую дорогу в тело Ворона, применив возвратное заклинание – изгнанная нечисть была обречена на постоянное возвращение в тело жертвы. Подобное заклятие могла снять только смерть мага, что я и собирался устроить. Морриган заслужила того, чтобы с ней разобрались по-человечески. А люди редко когда бывают добродетельны. Чаще всего они злы, мелочны и чертовски мстительны.

Если демоница и наблюдала за моими приготовлениями, то делала это незаметно – по крайней мере, мешать мне не стали. Было далеко за полночь, когда я подкатил к заброшенному складу на груженой телеге. Найти в спящем городе коровью мочу было самой трудной задачей, но меня выручил знакомый дубильщик, которому я не дал заснуть, пока он не продал мне бочку из своих запасов. Продал, конечно, в три дорога, но торговаться было некогда. Мешок соли, ружье, коробку с патронами и спички я нашел в подвале нашей таверны, а клинок одолжил у Иоланги. Большая часть ночи ушла на сбор подарка для Морриган. Пришлось забраться в хранилище ткацкой фабрики, но я надеялся, что Абрамелин простит мне этот проступок. Это был пустяк по сравнению с тем, что я собирался сделать.

На пустоши выл ветер, гоняя волны по полынному морю и стуча прогнившими досками по корпусу склада. А может, то стучали мои зубы, потому что ночь выдалась промозглой. Распахнув ржавые створки ворот, я ощутил себя почти победителем. Морри забыла одну простую вещь – то, что Кормак отказался от своей силы, не означало, что он из охотника превратился в жертву.

Метелки полыни тревожно шептались в темноте, скрывая притаившуюся нечисть. Вражеская армия уже заняла позиции. Луна спряталась за набежавшими тучами, и я почувствовал себя увереннее. Пора было выступать и мне.

Подойдя к телеге, я выбил пробку из бочки с мочей и подставил голову под зловонную струю. Если бы не мое человеческое обличье, с меня слезла бы не только кожа, но и мясо с костей. Для нечисти такое обливание было подобно купанию в кислоте. Вампиры, оборотни, гномы и прочие порождения тьмы по-разному реагировали на мочу крупнорогатых, но ненависть к ней у них была общей. Особенно не любили ее демоны. Я искусал губы до крови, пока мой плащ впитывал в себя мерзкую влагу. Холод, сковавший члены, был ничем по сравнению с жутким зудом, который появился в тех местах, куда попала моча. Зато теперь на мне были самые лучшие доспехи в мире. Заметив краем глаза вытянувшиеся рожи в полыне, я усмехнулся. То ли еще будет.

Следующим ингридиентом лекарства против Морриган была соль. Вспоров мешок, я засунул руки в плотную белую смесь и обсыпал себя с ног до головы. Пора была начинать.

Морриган не вытерпела первой и попыталась прихлопнуть меня воротами склада. Но я был начеку и опрыскал надвигающуюся решетку мочой из садового насоса. От подобного обращения железяка замерла в шоке, я же не стал терять время и, забравшись на телегу, принялся поливать животным нектаром вылезающих из полыни тварей. Ночь приобрела характерный запах мочи, которая образовала вокруг меня маленькое озеро. Нос давно потерял способность что-либо различать, зато я согрелся, так как приходилось не зевать и постоянно наполнять насос из бочки.

Как я и рассчитывал, воины Морриган были молоды и безрассудны. Одинокая мишень на телеге манила их легкостью добычи, но моча – сначала зловоние, а потом обжигающая жидкость из насоса – стала непреодолимой преградой. Чеснок, серебряные пули и прочие средства борьбы с нашим племенем были хороши, но редко когда маги вспоминали об этом универсальном лекарстве от всех нечистых болезней. В лужах перед телегой собралась приличная куча из покалеченных тел, которые услаждали мой слух стонами боли и отчаяния. Несколько тварей пытались подкрасться сзади, но доспехи из пропитанной мочой и солью одежды защищали хорошо. Я зарубил их мечом и вылил остатки мерзкой жидкости на дергающиеся тела. Пора было спускаться на землю.

К тому времени желающих познакомиться со мной поубавилось. Нечисть отступала в дом, собираясь прятаться за подолом породившей их матушки. Хлюпая мокрыми сапогами, я ступил на дорожку. Она, конечно, была заколдованной, и, обернувшись змеей, попыталась цапнуть меня за шею. Я успокоил ее горстью соли, придавив каблуком сапога. Дальше в дело пошел огонь. Высохший за зиму бурелом взялся хорошо, залив ночной небосклон ярким маревом. В траве заметались тени – с ними разобрался мой дробовик. Морриган пыталась наслать дождь, но запах мочи, витавший над территорией склада, мешал колдовать, и морось скоро прекратилась. Поле горело жарко и дымно, а я шел по догорающей траве и посыпал пепелище солью. Выживших добивал клинком Иоланги или угощал пулей.

С Морриган мы встретились уже внутри склада. Пламя лизало стенки здания, но я успел проскочить в подвал. Вонь мочи, которая ворвалась вместе со мной в логово, успешно разогнала запахи тления и смерти, окутывавшие сырые стены. Конечно, меня ждала засада, но я уже успел хорошо размяться и вспомнить былые навыки. Несколько удачных финтов, выпад, удар, еще удар и три оборотня свалились у моих ног, нарезанные, словно шпинат. Оставив их огню, я ринулся в атаку на чернявую вампиршу, которая притаилась за сваленными в углу гробами. Заряд соли, выпущенный из дробовика, снес ей лицо, а я уже расправлялся с толпой мертвяков, которые высыпали из бокового хода. Они были менее всех восприимчивы к соли и моче – пришлось долго кромсать их клинком. Я изрядно вымотался, пока дорубил последнюю извивающуюся плоть. Похоже, что огонь добрался до первого этажа, так как подвал стал наполняться клубами дым. Пора было уносить ноги, но я все еще не видел Морриган.

Последним тузом в ее рукаве стала мерзкая зубастая тварь, которая прыгнула на меня, когда я выбирался из подвального окна. Я сорвался, и мы покатились по обломкам гробов и кускам порубленных монстров. Видимо, Морриган долго старалась над своим детищем – зверюга получилась на редкость агрессивной и живучей. Я отрубил ей три головы, но оставшиеся две даже не почувствовали потери. Спас пропитанный мочой плащ, который не дал ей сразу порвать меня на части.

Боролись мы долго. Придавленный массивной тушей, я прозевал атаку, и одна из голов отгрызла мне ухо. Взвыв от боли, я бросил ей в морду остаток соли, но тварь быстро проморгалась и, не обращая внимание на то, что с нее клочьями слезала шкура, снова напала. Когда у нее стали отрастать отрубленные головы, я понял, что мои дела плохи. Запустив в тварь крышку гроба, я рванул к проему окна, потому что от дыма начинало двоиться в глазах.

Наружу я выбрался без правого сапога, оставив его в зубах монстра. Трава на поле уже почти догорела – ветер гонял пепел, поднимая в воздух черные смерчи. Огонь полыхал на верхних этажах склада, и я поспешил отбежать подальше, чтобы меня не задело падающими досками. Тварь застряла в окне подвала, но сумела протащить сквозь проем большую часть тела. Я решил не тратить на нее время и отправиться на поиски Морриган, которую все еще чувствовал где-то на складе. Но вдруг из-за туч показалась луна, и все вокруг залило ровным светом. Словно кувшин молока опрокинули с неба, выбелив пожарище и почти догоревший склад. Озарение и стыд от того, что меня так легко провели, обрушились на мою почти человеческую голову с чудовищной силой.

Я повернулся к твари и посмотрел в желтые глаза Морриган. Значит, ты захотела съесть папочку, крошка? Морри могла быть довольна – ей едва не удалось обмануть Великого Кормака. Но шкура ящера все равно не спасла бы ее от мести демона, который захотел стать человеком. Упиваясь собственной смелостью, я подбежал к почти выбравшейся из подвала твари и, увернувшись от ядовитого плевка, швырнул ей в морду пакет с молью, которую насобирал на складе ткацкой фабрики. Бабочки, Морриган, везде одинаковые. А проклятья с тебя никто не снимал.

Чудище взвыло и забило хвостом, который все еще оставался в подвале вместе с двумя когтистыми лапами. Слишком жирный зад застрял в окне, не давай ей ни проскользнуть назад, ни выбраться вперед. Морриган попыталась обернуться человеком, но лучше бы она это не делала. Там, где бабочки еще не сели на кожу, превращение получилось, но те места, которые уже были облеплены насекомыми, остались прежними. Получеловек-полумонстр забился в конвульсиях, но моль не позволила жертве подняться. Сейчас для нее не было ничего вкуснее кожи демоницы.

— Ты все равно проиграл, – прошипела Морриган, протягивая ко мне руку. Я небрежно отбросил ее носком сапога и пошел прочь.

Желтые глаза смотрели мне вслед, до тех пор пока мотыльки не погасили белыми крыльями жаркие огни моего прошлого.

Не знаю, насколько по-человечески мне удалось справиться с нечистью, но чувствовал я себя героем. Даже ни разу не оглянулся. Мне повезло, что северяне были ленивым народом, и никто не поехал ночью смотреть, что так ярко полыхало на окраине. Никого не интересовали заброшенные постройки – от города их отделяла река, а за тушение ничейного хозяйства платы не полагалось. Лень и равнодушие были еще одними человеческими качествами, которые мне нравились.

Очистив лицо и руки талым снегом, я выкинул вонючий плащ, закутавшись в теплый тулуп, который предусмотрительно кинул в телегу. Ближе к рассвету весенние ночи были особенно зябкими. Несмотря на то что меня тошнило от зловония мочи, а зубы выбивали барабанную дробь, я был почти счастлив. Ощущать слабость и холод было так по-человечески.

Но у стен сумасшедшего дома моя радость уменьшилась до размера горошины, а потом и вовсе исчезла. Еще не видя Джунга, я понял, что Морриган оставила мне прощальный подарок. И преподнесла хороший урок всем нам – нечистой силе, которая захотела быть человеком, и человеку, который хотел стать нечистью. Прокравшись мимо сторожа к окнам палат, где держали психов, я тихонько посвистел. Хлопанье крыльев стало ответом на все вопросы. Да, малыш, стать нечистой силой не трудно, гораздо труднее остаться человеком. Или в него превратиться.

Джунг хрипло приветствовал меня и, протиснув черную тушку сквозь прутья, неуклюже взмыл в небо. Я был готов поспорить, что радости полета он не чувствовал. Покружив над дурдомом, Ворон неловко приземлился мне на плечо, вцепившись в тулуп острыми когтями. Я покачал головой, но сказать было нечего. Такое заклятие, какое наложила Морриган, редко проходило бесследно. Джунгу еще повезло, что он не стал камнем – и такое бывало. Погладив птицу по черным перьям, я пошел в порт. Барб всегда был расторопным малым, и, наверное, уже нашел капитана, который согласился бы отвезти нас на острова без лишних вопросов.

От былой радости не осталось и следа. После того что я сделал, пять лет, которые полагались мне до Превращения, выросли до пятидесяти. Ликование и восторг победы ушли, уступив место печали и осознанию собственной ничтожности. Может, это тоже было человеческое? Ты перебил столько нечисти, Кормак! Представь, сколько зла они натворили бы в городе? Но от одной мысли о том, как я провел ночь, на душе становилось еще гаже. Возможно, Морриган была права, и я – проигравший? Может, настоящий человек поступил бы иначе? И за восемьдесят лет своей почти человеческой жизни, я так и не понял то, о чем учил Арбамелин? Эх, старик, чего-то ты не сказал в своей книге…

Ворон глухо каркнул у меня над ухом и пустил слезу. Я его понимал – ему терпеть было еще больше. Но ничего – года летят быстро. Может, лет через сто человеческое обличье к нему и вернется. Я ободряюще улыбнулся ему и зашагал быстрее. Светало.

 

 

Похожие статьи:

РассказыКак открыть звезду?

РассказыО любопытстве, кофе и других незыблемых вещах

РассказыЛизетта

РассказыКультурный обмен (из серии "Маэстро Кровинеев")

РассказыНезначительные детали

Рейтинг: +1 Голосов: 1 739 просмотров
Нравится
Комментарии (1)
Григорий LifeKILLED Кабанов # 13 декабря 2015 в 12:32 +1
А сила-то и правда НЕЧИСТАЯ! zlo Ладно, не буду спойлерить rofl Очень понравилось! Если бы Алексей Балабанов снимал фэнтези, получилось бы примерно так :)
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев