fantascop

Последний объект Часть 1

в выпуске 2015/01/22
27 августа 2014 - Лев Галактикон
article2302.jpg

В электробусе противно заныл сигнал внутренней связи.

— Во! Идут, — скрежетнул динамик.

Алекс открыл глаза и поморщился. Нажал кнопку.

— Серега, не хрипи ты так! Башка раскалывается.

— Немудрено, – язвительно  хрюкнуд динамик. – Седьмой объект сдаем за неделю.

— Тебе хорошо – ты не пьешь, язвенник хренов, — проворчал Алекс, разминая спину.

Комиссия первой категории по приемке строительных объектов  особой важности медленно выползла из здания аэровокзала. На фоне общего хаоса снующих граждан комиссия смотрелась нерушимой боевой единицей. Пять членов: трое мужчин и две женщины. Алекс вздохнул свободнее – с женщинами сдавать сомнительные объекты всегда легче.

Одна из дамочек оказалась Лютицией Орвус – хорошенькая «ведущая специалистка» Центра изучения экологических проблем, возникающих при возведении объектов, воздействующих на окружающую среду. За столь длинным названием учреждения скрывались прямые извилины его руководителя и длинные ноги сотрудниц. Контора была абсолютно никчемной, на окружающую среду никак не воздействовала, но присланные из Центра экопроблем сотрудницы  приятно разбавляли рабочие будни любых комиссий.  Алекс вспомнил, как он и Лютиция проводили приемку двадцати холодильных складов, в которых были рабочими только шесть агрегатов. Алекс тогда удачно провел комиссию четырежды по одним и тем же боксам. Он и дорогие гости кружили по запутанным коридорам комплекса, пока сотрудники меняли обстановку у каждого агрегата на новую: ставили стул, убирали стул, раскладывали инструменты, разбрасывали и собирали мусор. Правда, потом Алексу пришлось все-же понервничать во время   устроенного в гостиничном номере потопа, когда они с Лютицией в джакузи-ванне увлеклись созданием протокола приемной комиссии.  Алекс с теплотой вспомнил, как он принес документы в номер Лютиции и как неожиданно распахнулся махровый халатик ведущего специалиста.

Алекс  облизнулся. Головную боль, в конце концов,  можно снять двойной дозой анальгетиков.

Из электробуса  директор отдела по связям с общественностью  Алекс Новак вышел лучезарно улыбающимся и, можно даже сказать, светящимся.

Комиссия приблизилась подчеркнуто медленно. За хозяевами как приклеенные тянулись черные чемоданы – спиннеры. Среди них один выделялся канареечной окраской. Знакомый спиннер Лютиции.

— Добрый день, господа, — начал Алекс воодушевленно.  - Как долетели? Мы рады приветствовать вас в Козловске – городе будущего, наукограде и полигоне научных экспериментов одновременно.

Компания прибывших, как всегда бывало, не поддержала бодрый тон Алекса. Все лица были строгими, движения деловыми. Только у Лютиции уголки рта кокетливо дрогнули.

— Господин Новак, не начинайте трындеть раньше времени, — вяло произнес кругленький человек с жидкой седенькой шевелюрой.  Председатель комиссии – Альберт Кусинский, или Берт Иванович. — Все устали. Довезите нас до гостиницы.

— Упс! А гостиниц не будет! — радостно объявил Алекс. – Мы едем, внимание,… ко мне домой!

Лютиция нахмурила хорошенький лобик.

— Что вы нам приготовили? – с деланым страхом спросил Берт Иванович. — Семейный ужин при свечах?

— Господин Новак намекает, что в связи с тем, что сегодня сдаются жилые здания, то в качестве наглядного примера имеет смысл побывать сначала на действующем объекте, — вставил высокий угловатый Павел Марущак, специалист по общей безопасности жилых объектов. Алекс знал его давно: вегетарианец, трезвенник, запущенный верминофоб.

«Знали, кого присылать, – усмехнулся Алекс. – Человека, который смертельно боится бактерий, хотя сам является носителем их огромного количества».

— Господин Марущак прав, как никто другой, — подмазал Алекс. — Ваша проницательность меня всегда удивляла, — Алекс сконфуженно развел руками. Ладони обращены к гостям,  на лице выражение обиженного ребенка.

— Не расстраивайтесь, — произнесла извиняющим тоном из-за спин членов комиссии полноватая женщина лет тридцати. — Идея очень хорошая.

Лицо уставшее, но ухоженное. Красивый прямой нос, милые ямочки на щеках. Ирма Горобец, ведущий специалист Департамента Охраны Материнства, не замужем.

— Каким демоном ее занесло в эту комиссию, — сказал патрон Алекса Дмитрий Дмитриевич Скотобойников, знакомясь с пересланным по закрытым каналам списком членов комиссии. – Спасть-то ты с ней точно не будешь. Как полагаешь нейтрализовать?

— Таким дамам обычно в командировках нужен отдых, – Алекс числился у начальства знатоком психологии женщин. — Массаж, прогулка по магазинам, деловой ужин с легким флиртом. Подпишет протокол, не сомневайтесь!

— Тебе лучше знать. У нее даже детей нет! О чем они там, в Департаменте Материнства, думают, когда подбирают такие кадры?

— Они подбирают тех, кто будет работать! Те, у которых дети, – ненадежные сотрудники из века в век.

— Что она может понимать в биостройке? – не унимался патрон, внимательно разглядывая объемную фотографию Ирмы Горобец.

— Может, интересуется детскими площадками, инсоляцией помещений, высотой унитаза в детском туалете. Дамочка в самом соку! Дмитрий Дмитриевич, снизойдите на один вечерок!

Патрон осуждающе посмотрел на Алекса и постучал по столу огромным указательным пальцем, как молотком.

— Договоришься, щенок.

Алексу были абсолютно по барабану угрозы патрона. За семь лет работы в «Футурстройтресте» он изучил стиль общения и образ мышления  хозяина вдоль и поперек и, в придачу, некоторые экстравагантные привычки его жены.

Электробус благополучно преодолел  горный серпантин.

Алекс раздал всем бейджи. Марущак немедленно протер бейдж дезинфицирующим раствором с едким запахом. Все, находившиеся в электробусе, не сговариваясь, открыли окошки-задвижки. Водитель Сергей включил вытяжку.

— Расскажите об объекте, который нам принимать, — попросила Ирма, морщась. Лютиция, бросив взгляд на Ирму,  насмешливо поджала губки. Мужчины, однако, благосклонно воззрились на Алекса, стоящего в проходе между кресел.

«Понятно. Ребятки не знают о чем речь!» — не подал виду Алекс.

— Дело в том, — начал он, — что люди несколько тысячелетий строили одним и тем же способом – формировали кирпичики из песка, глины, воды и выкладывали их по планам, в которых, соответственно,  были прямые углы.  И так со времен Вавилона.

— Не скажите, башни в замках были круглыми, — проявила интеллект Лютиция.

— Спасибо, госпожа Орвус! Вовремя напомнили. Да, круглыми, но выкладывались они, в основном из кирпичиков. А где кирпичи, там щели! Там место работы дождя и снега. Атмосферное воздействие никто не отменял.

— Вы намекаете на монолитное строительство, — заметил Марущак.

— Да, но чем это закончилось? Трещины, бегущие через все здание, которые не остановить ничем. И тут мы стали использовать бактерии, которые вводили в щели. Бактерии эти щели затягивали, слепляясь, и при замирании жизнедеятельности создавали заполнение трещин не хуже бетона. Мало того, они проникали во все мельчайшие полости. Но…

— Но бетон продолжает разрушаться, несмотря на гидрофобные покрытия и мономолекулярные пленки, — отозвался, наконец, Мика Пачёв, третий из мужчин, строитель. Давний знакомец Алекса, мужик, профессионал и, как следствие, добрый собутыльник.

— Введенные же составы с бактериями, — подхватил Алекс, — практически неразрушимы, адаптируемы к воздействию среды и легко восстановимы.

— Мы знаем об этих исследованиях, — вставил Кусинский. – Суть вашего проекта – исключить бетон и песок, дорогой алюминий, и строить здания из бактерий.

— Да, — сказал коротко Алекс. Выпендриваться перед Кусинским — себе вредить.

— Чем вы сдерживаете беспорядочный рост бактерий?

— Мы пытались создать биопокрытие на каркасе, определяющем контуры здания. Но пришли к выводу, что необходимо закладывать проект в гены бактерий еще на стадии подготовки к делению.

— Своего рода, термитник любой формы на заказ, — усмехнулся Кусинский.

— Да, наши бактерии – генномодифицированы с учетом задач. Смесь для строительства включает в себя четыре типа бактерий: вырабатывающие кальцит — на внешние стенки здания, создающие пористую структуру — на внутренние, имеющие в строении жгутики — для создания перемычек и перекрытий, способные нести в себе сульфид калия – на плетение электропроводящих нитей. В процессе строительства здания мы ещё используем направленное электромагнитное излучение – этакую супер опалубку.

— А вы не думали, что это извращенная форма насилия над живыми существами, — сказала Ирма, глядя в окно. Алекс слегка опешил.

— Мадам, речь идет о бактериях. У них нет мозга, — заметил Марущак. И потянулся за протирочной салфеткой.

— Не уверен, — обернулся к нему Кусинский. – Никто не доказал, что у бактерий при больших скоплениях и строгой организации не появляются отдельные особи, принимающие на себя функции вычислительного центра.

Электробус выбрался на плато, зажатое с трех сторон горными грядами. Идеальное место для закрытого научно-производственного полигона – города Козловска. Здесь создавали идеи ученые и пытались материализовать эти идеи производственники. Задачами службы Алекса были – запудрить мозги приемным комиссиям и выпустить «проверенные» идеи за пределы полигона. Бюджетных ассигнований мало не бывает.

После дезинфекционного кордона и проверки ребятками из службы безопасности, электробус покружив в узких улочках города, созданных стихийно наставленными ангарами и офисными зданиями, остановился перед сияющим теплой белизной двухэтажным домиком в форме цилиндра. Алекс пригласил всех войти в «его» дом. Это была простейшая психологическая атака на членов комиссии. Алекс в этом строении не провел ни одной ночи.

— Обратите внимание, — тоном продавца недвижимости рассказывал Алекс гостям, переводя их из помещения  в помещение.  - Сбалансированное пространство, все инженерные коммуникации, все системы связи. Один недостаток.

— Какой же, интересно узнать? – спросил Мика Пачёв. – Может уйти, как избушка на курьих ножках, в поисках пропитания?

Алекс широко улыбнулся.

— Здесь нет сигнализации. За пределами Козловска она непременно понадобится.

Все благожелательно захмыкали и разбрелись по дому.

«Процесс пошел», усмехнулся Алекс и, улучив момент, поймал Лютицию за локоть. Она не сопротивлялась. Алекс потянул ее в темный угол под лестницей.

— Ты скучала? — начал он с придыханием. Лютеция обмякла в его руках и вскинула голову для поцелуя. Юбка на ней была микроскопической, доступ в святилище был несложным.

— Ой, — прозвучало за спиной  Алекса. Он обернулся и увидел вытянутое лицо Ирмы.

— Извините, Ирма, мы тут изучаем… монтаж перил, — ни сколько не смущаясь, выпалил Алекс.

— Я поняла, — ответила Ирма, опустив глаза.

Положение спас Берт Иванович, крикнувший сверху, из столовой, в которой был приготовлен фуршет.

— Ну, что ж! На конечный результат мы посмотрели, хотелось бы взглянуть на сам процесс!

Похожие статьи:

РассказыПроблема вселенского масштаба

РассказыДоктор Пауз

РассказыВластитель Ночи [18+]

РассказыПо ту сторону двери

РассказыПограничник

Рейтинг: +1 Голосов: 1 462 просмотра
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий