1W

Пошаговое планирование

в выпуске 2015/10/05
28 апреля 2015 - roman mtt
article4436.jpg

- Нехватка времени - это прямое следствие неправильного планирования. Записали? Тогда я продолжаю, - Альберт Геннадиевич прокашлялся, осмотрел аудиторию, зачем-то задержал взгляд на дальнем левом углу потолка, где слегка телепалась густая, покрытая старой пылью паутина, и продолжил, - вы не только должны это записать, но и запомнить раз и на всю жизнь. Вернуть день составления плана представляет собой легкую задачу, на хронологистике вам это уже объясняли. Но! - он сделал значительный акцент на этом слове, опустив при этом голову и зачем-то подняв над головой маленькую батарейку, - Но это сопряжено со значительными затратами энергии, если вы ничего менять не собираетесь. И, - он опять взял паузу,поднял глаза на аудиторию, снова покрутил перед собой батарейкой, - очень значительно увеличивает затраты, если хотите что-то менять.

На этом месте, не отрывая глаз от студентов и продолжая держать батарейку в руке, Альберт Геннадиевич щелкнул пальцами, и из-за первого элемента питания внезапно вылез второй. Аудитория восхищенно загудела. Гул, правда, продолжался недолго - Альберт Геннадиевич сделал дирижерский жест, требуя тишины.

- Повышенные затраты вызваны перераспределением энергии по новым потокам структуры событий, которые вы стараетесь изменить или добавить в процесс. Этот расчет наиболее сложный. Допуски и погрешности в нем разрешены, но не более чем на пол-тысячных после третьей запятой. Такая точность доступна только в специальных лабораториях. И этот способ влияния на процессы применяется только в исключительных ситуациях. Теперь сохраняем теорию, - он клацнул указкой по экрану, на котором высветились формулы.

После пар в двери лаборатории постучали. 
- Да, войдите - сказал Альберт Геннадиевич. Дверь открылась, и на пороге появился Стариков - студент последнего курса, один из сегодняшних слушателей его лекции. Студент выглядел как и каждый молодой человек - безлико. Правда, сейчас глаза его блестели, а жесты были несколько суетливы - что-то его волновало. Молодой человек был причесан, одет в чистую одежду. Профессор обратил внимание и на руки - ногти в порядке, и на обувь - не в пыли.

Он помнил почти всех студентов лично. Стариков для него никогда не представлял интереса, но Альберт Геннадиевич ценил его прилежность, отмечал хорошую посещаемость лекций, помнил его неплохие оценки. Но он никогда не помнил, чтобы Стариков проявлял особый интерес к учебе, скорее просто механически относился к изучаемым предметам, ожидая получения диплома. 

- Заходите-заходите. Владислав, если не ошибаюсь?
- Да, профессор. У меня к вам вопрос есть, - Стариков засмущался, замялся, как-то нелепо переминаясь - он явно волновался, - по сегодняшней лекции, и вообще...
- Интересно, - Альберт Геннадиевич развернулся с креслом к собеседнику и внимательно посмотрел на него, - Владислав, вы раньше не отличались повышенной заинтересованностью преподаваемых курсов, а это, я смотрю, вас зацепило? Интересно. Спрашивайте, что в моих силах - отвечу. Приятно удивлен вашим визитом - профессор улыбнулся.
- Понимаете, Альберт Геннадиевич, вот этот момент - по возврату и возможности изменить ход событий, мне понятен. Я понимаю, что серьезные причины нужны на такие меры, соответствующие рекомендации и допуски. Но я бы хотел попасть на практику, а потом - и на работу в подобную лабораторию.
- Интересно, Владислав, - медленно, почти тягуче и чуть заикаясь от удивления протянул первые слова профессор,- Вы правы - все это серьезно. Вы были всегда тихим и ответственным студентом, звезд с неба не хватали, но вы стабильно, спокойно и вовремя получали все зачеты. Я думаю, я смогу дать вам рекомендацию и направлю на собеседование в Институт времени. Таких лабораторий у нас три: в Институте, в Академии наук и у военных. Мой допуск позволяет направить вас только в Институт. Там оборудование попроще, возможности поскромнее, но - это первая ступень в карьере по данной линии работы. Понимаете? - он испытующе посмотрел на Старикова.
- Понимаю, профессор, - Стариков утвердительно замотал головой.
- Не стойте, присядьте, - профессор указал на кресло за соседним столом. Владислав подкатил себе кресло и присел на краешек, - скажите, студент Стариков, а чем вызвано желание работать в этой сфере? - Альберт Геннадиевич внимательно наблюдал за его лицом. Стариков замялся. - Ну говорите же, я ведь должен указать обоснованную причину, почему я вас рекомендую, одной прилежности тут будет недостаточно. 
- Профессор, я думаю, что смогу сократить затраты на перераспределение энергопотоков событий как минимум на 30%. И это касается процессов планирования, в том числе - он явно волновался, а на последних словах Альберт Геннадиевич даже приподнял бровь.
- Надеюсь, это не секрет? - спросил он посетителя.
- Нет. Как я понимаю, лаборатории находятся на орбитах? - Альберт Геннадиевич утвердительно кивнул. Стариков становился смелее с каждым последующим словом:
- Так вот, за счет существующей разницы течения времени на поверхности планеты и на орбите, из-за чего и возникают погрешности в расчетах в первую очередь, можно экономить энергию, а не дополнительно ее тратить. Также - в этот момент Старикову показалось, что профессор хочет его что-то спросить и он резко замотал головой, - нет, сначала просто выслушайте, а потом все вопросы. Экономить можно за счет погоды. В теории на космическую метеосводку отводится почти 4% потерь, а я уверен, что их можно вообще нивелировать. И теперь последний аргумент. На его проверку вам понадобится время. Это - перевод событий не в прогнозируемую схему, а в схему пошагового согласования. Конечно, это затягивает процесс по времени и количеству попыток, но суммарная экономия энергии может составить и больше, чем треть затрат по уже известной предложенной нам на лекции схеме. А вот и расчеты, - Стариков протянул удивленному профессору карточный накопитель, - я изучал эту тему два года подряд, работал над ней и хочу, чтобы вы проверили.
- Владислав, я признаться честно, не ожидал такого от вас. Почему раньше не приходили ко мне с этой темой? - заинтересованно произнес Альберт Геннадиевич, - Хорошо, я обязательно посмотрю. Мне надо будет дня три, понимаете надеюсь?
- Да, конечно. Там на карте продублированы все мои координаты.

Профессор уже двое суток не спал: расчеты Старикова тянули не просто на досрочный диплом, а, как минимум, сразу на докторскую степень. Профессор волновался, много думал, почему раньше не замечал этого студента, корил себя в который раз, что надо менять систему тестирования, о чем сам не раз говорил на последних конференциях, но так и не успевал организовать этот процесс.

Альберт Геннадиевич после первых суток проверки расчетов Старикова взял недельный отпуск, отменил все лекции, перенес встречи с аспирантами. Он пил ведерными дозами энергетики, пересчитывал массивы объемных временных матриц, дифференцировал вероятностные кривые в точки событий, рассматривал сотни фрактальных множеств корректирующих факторов, из которых вычленял самые жесткие условия, пересчитывал и всегда получал экономию и по тепловой, и по энергетической нагрузке не меньше, чем обещанные Стариковым 30%. За счет ступенчатости процесса, время - увеличивалось, да. Но итог был все равно тем же: событийный ряд менялся по прогнозируемому сценарию с большей вероятность, чем можно было мечтать на сегодняшний день - до 87%.

На третий день проверки профессор колебался - надо было принимать решение. Расчеты - верны. Старикова надо рекомендовать как минимум в Академию. А там - пусть решают. Надо писать ректору с просьбой дать направление на ступень выше. Это затянет процесс. Но, Стариков спокойный, тихий - потерпит месяц-другой эту бюрократическую волокиту и пусть работает. 

Как же долго он тянул с новой системой тестирования, как он давно не интересовался своими студентами, как он не заметил, что врос корнями в свою кафедру, а ветвями лазерных указок, слившихся с его руками,уперся в стены колледжа? "Старею, - думал профессор Кожевников Альберт Геннадиевич, - заскоруз... Ничего, за Старикова мне все простить можно будет - наш талант, наш студент, не загубили же его?! Нет - это наше достижение, наши кадры!" Он еще раз перечитал подготовленное письмо на имя ректора и дал команду отправить документ.

На следующий день ректор вызвал Альберта Геннадиевича к себе в кабинет. Там профессор встретился с ним и еще двумя людьми - военными. Долго говорили, советовались, спорили и совещались. На прощание военные сердечно жали профессору руку и благодарили за такой самородок, как Владислав Стариков.

Через неделю Старикову пришло извещение, что он принят на практику в Государственную военную инспекцию по хронологии, прогнозированию и корректировке событийных массивов. С тех пор Стариков и Кожевников больше не встречались.

***

- Нехватка времени - это прямое следствие неправильного планирования. Записали? Тогда я продолжаю, - Альберт Геннадиевич прокашлялся, осмотрел аудиторию, зачем-то задержал взгляд на дальнем левом углу потолка, где слегка дрожала от сквозняка густая, покрытая серой пылью паутина, и продолжил, - вы не только должны это записать, но и зарубить себе на носу раз и на всю оставшуюся жизнь. Вернуть день составления плана представляет собой не трудную задачу, на хронологистике вам это уже объясняли. Но! - он сделал значительный акцент на этом слове, опустив при этом голову и зачем-то подняв над головой маленький аккумулятор, - Но это сопряжено со значительными затратами энергии, если вы ничего менять не собираетесь. И, - он опять взял паузу, поднял глаза на аудиторию, снова покрутил перед собой аккумулятором, - очень значительно увеличивает затраты, если хотите что-то менять.

На этом месте, не отрывая глаз от студентов и продолжая держать аккумулятор в руке, Альберт Геннадиевич щелкнул пальцами, и из-за первого элемента питания внезапно вылез второй и тут же упал на пол. Аудитория захихикала. Смех, правда, продолжался недолго - Альберт Геннадиевич сделал извиняющийся жест, а потом, требуя тишины, слегка похлопал ладонью по кафедре.

- Повышенные затраты вызваны перераспределением энергии по новым потокам структуры событий, которые вы стараетесь изменить или добавить в процесс. Этот расчет наиболее сложный. Допуски и погрешности в нем разрешены, но не более чем на пол-тысячных после третьей запятой. Такая точность доступна только в специальных лабораториях. И этот способ влияния на процессы применяется только в исключительных ситуациях. Теперь сохраняем теорию, - он провел пальцем по экрану, на котором высветились формулы.

После пар в двери лаборатории несмело постучали. 
- Да, войдите - сказал Альберт Геннадиевич. Дверь открылась, и на пороге появился Стариков - студент последнего курса, один из сегодняшних слушателей его лекции. Студент выглядел как и каждый молодой человек - безлико. Правда, сейчас глаза его блестели, а жесты были несколько нервны - что-то его волновало. Молодой человек был причесан, одет в чистую одежду. Профессор обратил внимание и на руки - ногти в порядке, и на обувь - в пыли немного, но видно, что чищена, без кусков болота, после сегодняшнего утреннего дождя. 

- А, Владислав, если не ошибаюсь? Заходите-заходите. 
- Да, профессор. У меня к вам вопрос есть, - Стариков засмущался, замялся, как-то нелепо переминаясь - он явно волновался, - по сегодняшней лекции, и вообще...
- Интересно, - Альберт Геннадиевич развернулся с креслом к собеседнику и внимательно посмотрел на него, - Владислав, вы раньше не отличались повышенной заинтересованностью преподаваемых курсов, а это, я смотрю, вас зацепило? Интересно. Спрашивайте, что в моих силах - отвечу. Приятно удивлен вашим визитом - профессор улыбнулся.
- Понимаете, Альберт Геннадиевич, вот этот момент - по возврату и возможности изменить ход событий, мне понятен. Я понимаю, что серьезные причины нужны на такие меры, соответствующие рекомендации и допуски. Но я бы хотел попасть на практику, а потом - и на работу в данную лабораторию.
- Владислав, - медленно, почти тягуче и чуть заикаясь от удивления протянул первые слова профессор,- Вы правы - все это серьезно. Вы были всегда тихим и ответственным студентом, звезд с неба не хватали, но вы стабильно, спокойно и вовремя получали все зачеты. Зачем это вам? Не хочу вас расстраивать, но вы не пройдете даже с самыми лучшими рекомендациями - для таких рекомендаций необходимо окончить Академию, а подобная лаборатория у нас всего одна - у военных. Простите, я ничем вам не могу помочь.

Владислав сидел у себя в комнате и пересматривал формулы в планшете. "Не пойму, - бормотал он тихо через слово, - откуда здесь берется лишний день?”  Он снова запустил программу, выискивая ошибку событийного массива. Планшет не успевал отслеживать сообщения удаленного быстро-считающего сервера. И студенту казалось, что часть информации терялась. Конечно, можно выкачать массив с сервера, но на это уйдет более двух суток, а потом, считай в ручную, перепроверить в течение двух-трех недель все критические точки. Это Влад уже проходил. 

В дверь комнаты постучали. На пороге стояли двое военных.
- Можно войти? - вежливо поинтересовался один из них.
- Да, проходите - чуть растерянно проговорил молодой человек. Военные зашли, пошарили глазами по помещению - убедились что никого в комнате больше нет. Владу не понравился этот зрительный обыск и он заволновался еще больше.
- Владислав, - начал один из них, - мы представители Государственной военной инспекции по хронологии, прогнозированию и корректировке событийных массивов. Мы принесли вам официальное приглашение, - он достал из внутреннего кармана одноразовый инфочип и протянул его Старикову, - пройти у нас практику. Если во время стажировки вы проявите себя позитивно, то мы готовы предложить вам постоянную работу. 

Ошарашенный Стариков раскрыл от удивления рот и молча взял чип, вставил его в планшет. На экране всплыла менюшка с текстом от имени Министерства Обороны с приглашением на его, Старикова, имя. Обескураженный студент просто нажал "да" в подтверждение, что документ принят. После чего чип начал греться и рассыпался, оставив после себя лишь раскаленный разъем.

- У нас определенная степень секретности, вы понимаете? - произнес второй офицер.
- Да, я понимаю, - уверенно, чувствуя причастность к чему то большому, серьезному, настоящему, произнес только что испеченный стажер Стариков. 
- Хорошо, собирайтесь, все вопросы с вашим дипломом мы уладим. Нельзя терять время на проверку событийного массива вручную - вы получите допуск к оборудованию, соответствующему вашему уровню исследований...

...С тех пор Стариков и отказавший ему в помощи профессор Кожевников больше не встречались.


***


После пар в двери лаборатории постучали. 
- Да, войдите - сказал Альберт Геннадиевич. Дверь открылась, и на пороге появился Стариков - студент последнего курса, один из сегодняшних слушателей его лекции. Студент выглядел как и каждый молодой человек - безлико. Правда, сейчас глаза его блестели, а жесты были несколько суетливы - что-то его волновало. Молодой человек был причесан, одет в чистую одежду. Профессор обратил внимание и на руки - ногти не обгрызены - уже хорошо, и на туфли - в пыли, прибитой капельками утреннего дождя, точно  - два дня нечищенные, как минимум.

Он помнил почти всех студентов лично. И Стариков для него никогда не представлял интереса: Альберт Геннадиевич знал его по просроченным зачетам, отмечал не раз плохую, как он любил выражаться - неритмичную, посещаемость лекций, помнил его заваленные лабораторные. Но он всегда помнил, что Стариков проявлял особый интерес к учебе по отдельным темам: к большинству предметов он относился механически - лишь бы получить зачет, а вот к наукам о времени проявлял даже некое благоговение - посещал все занятия, внимательно выполнял задания, на отлично сдал два проекта. 

- Заходите-заходите, Владислав. Что вас привело ко мне?
- Профессор. У меня к вам вопрос есть, - Стариков засмущался, замялся, как-то нелепо переминаясь, что явно на него было не похоже - по сегодняшней лекции, и вообще...
- Интересно, - Альберт Геннадиевич развернулся с креслом к собеседнику и внимательно посмотрел на него, - Владислав, вы раньше не отличались повышенной заинтересованностью большинством преподаваемых курсов, а это, я смотрю, вас зацепило? Интересно. Спрашивайте, что в моих силах - отвечу - профессор замолчал и испытующе воззрился на студента.
- Понимаете, Альберт Геннадиевич, вот этот момент - по возврату и возможности изменить ход событий, мне понятен. Я понимаю, что серьезные причины нужны на такие меры, соответствующие рекомендации и допуски, и я уже не раз показывал вам свои расчеты. Но я бы хотел попасть на практику, а потом - и на работу в подобную лабораторию, но только не к военным - в Академию.
- Интересно, Владислав, - медленно, почти тягуче и чуть заикаясь от удивления протянул первые слова профессор,- Вы правы - все это серьезно. Но я не смогу дать вам рекомендацию. Для направления на собеседование в Институт времени вам не хватает при-ле-жа-ния - он медленно выговорил последнее слово, делая на нем акцент, - Кстати, учитывая ваше отношение к теме, у вас больше шансов как раз попасть на практику именно к военным - они смотрят на степень заинтересованности и умения разбираться в теме. А академическая стезя с вашей характеристикой вам, студент Стариков, будет тяжка. Вы делаете что вам интересно, а не то, что требуют правила: срываете сроки, пытаетесь менять порядок. Я согласен, в некотором плане наша образовательная система устарела, требует модернизации система тестирования, но изначально научитесь подчиняться существующему утвержденному процессу получения диплома. 
Профессор замолчал и посмотрел на расстроенного Старикова. Пытаясь утешить его, он добавил: 
- Не переживайте, вы сможете заниматься своей темой у военных, тем более они уже интересовались вами.
- Спасибо, профессор - сказал разочарованный студент, поднялся, поблагодарил профессора и вышел из лаборатории...

... После получения диплома, Старикова больше никто из его сокурсников и наставников не встречал.

***

На "-6" этаже Государственной военной инспекции по хронологии, прогнозированию и корректировке событийных массивов в своем кабинете сидел Стариков Владислав Юрьевич - заслуженный руководитель данной организации последние 17 лет, при общем стаже работы больше четверти века. Владислав Юрьевич пил коньяк из пузатого стакана, сонно глядя сквозь монитор своего терминала. В голове его сидела всего лишь одна мысль: как вырваться из круга событий, который он запустил двадцать пять лет назад. 

Заработал вызов коммуникатора, вырвав Старикова из оцепенения. Он поставил напиток на стол, пододвинулся к нему и нажал кнопку ответить. На экране появилось молодое лицо - Старикова Владислава Юрьевича, студента последнего курса колледжа, досрочно получившего, уже в который раз, диплом специалиста по хронологии.
- Да, - сухо проговорил руководитель лаборатории.
- Владислав Юрьевич, мы просчитали новый массив и готовы к его запуску - молодому Старикову, который никогда не видел лица своего шефа, было чудно называть своего тезку по имени и отчеству, которые совпадали с собственными.
- Хорошо, Влад, хорошо. Работайте. Решите эту задачу и помните - сразу приступайте к новому просчету. У вас есть всего восемь лет. После этой попытки будет на два месяца меньше.
- Можно спросить, шеф?
- Да, спрашивай.
- Почему всего восемь?
- Так устроена наша жизнь и работа. Это простая статистика. Даже не событийная вероятность. Чуть позже - поймешь, когда займешь мое место. А сейчас - работайте.

Руководитель лаборатории открыл прикрепленный документ и поставил свою визу. Влад Стариков, получив официальное "добро" на изменение событийного массива, запустил первую операцию по поиску критических точек исторических событий. В этот момент профессор Кожевников отвернулся к кафедре, прокашлялся и продолжил:

- Нехватка времени - это прямое следствие неправильного планирования. Записали? Тогда я продолжаю, - Альберт Геннадиевич снова кашлянул, потом осмотрел аудиторию, зачем-то задержал взгляд на дальнем левом углу потолка, где от сквозняка покачивалась слипшаяся под тяжестью пыли паутина. Он продолжил, - вы не только должны это записать, но и запомнить раз и на всю жизнь. Вернуть день составления плана представляет собой легкую задачу, на хронологистике вам это уже объясняли. Но! - он сделал значительный акцент на этом слове, опустив при этом голову и зачем-то подняв над головой свою зажигалку, - Но это сопряжено со массированными затратами энергии, если вы ничего менять не собираетесь. И, - он опять взял паузу,поднял глаза на аудиторию, снова покрутил перед собой зажигалкой,которая на глазах удивленных студентов внезапно превратилась кусочек быстро-тающего льда, - очень значительно увеличивает затраты тепла, если хотите что-то менять.

Похожие статьи:

РассказыСамое нужное

РассказыСсылка

РассказыКрасное время

РассказыБрокер жизни

СтатьиКак устроена жизнь. Время.

Теги: время
Рейтинг: 0 Голосов: 0 605 просмотров
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий