1W

Принцип краски

в выпуске 2017/09/18
24 июля 2017 - Сергей Филипский
article11472.jpg

Как-то раз бывший участник науки Дима Гунькин присел на скамейку во дворе своего соседа Аверкия Трофимыча. Тот сказал:

— Нынче что-то не видать аномальных явлений.

— Да-а-а… — протянул Дима. — С одной стороны, это, вроде бы, не годится. Ведь без них не видать гонорары в газетах и на телевидении за репортажи о них.

— А с другой стороны?

— С другой — без них живется спокойнее.

— Как говорится, это точно. Причем я обнаружил закономерность. Если угодишь в контакт с какой-нибудь аномальщиной, то потом очень и очень непросто будет из возникшей ситуации выпутаться. Это как в краску угодишь: перемажешься, а потом долго не можешь отмыться.

— Даже можешь этой самой краской еще что-нибудь измарать.

— Вот-вот. Про то и веду речь. Аномальным событиям присуща особенность влечь за собой другие аномальные события.

Помолчали. И вовремя. Потому как в этот самый момент пришлось все свое внимание уделить трофимычеву псу по кличке Капут, который вынырнул из-за своей будки и с загадочным видом принялся обходить двор.

— Что он выискивает? — спросил Дима и предположил с надеждой: — Может, это означает приближение очередного аномального явления?

— Вряд ли, — заметил Трофимыч: — Просто бродит, наверное.

Не прошло и нескольких минут, как определилось, что пес Капут своим суетным поведением действительно сигнализировал о наступлении неведомого на окрестности.

Хлопнув калиткой, во двор ввалился великий детектив таинственных случаев Альберт Йодов с озабоченным видом.

— Что произошло? — спросил Дима.

— То, чего следовало ожидать, — сказал Альберт, вынул из кармана полевой бинокль и начал рассматривать улицу, с которой он только что пришел.

Не дождавшись пояснений, Трофимыч поинтересовался:

— Какая-то крупная неприятность?

— О, да! — Альберт протянул ему бинокль и прокомментировал: — Сам полюбуйся.

Трофимыч взял бинокль и приник к окулярам. После недолгого всматривания в улицу сказал:

— Вижу объект нулевой степени опасности.

— Что? — спросил Дима.

— Степана Степановича Загребущева, который направляется сюда.

— Почему это нулевой?

— Так он чуть ли не каждый день меняет своих покровителей. Тем самым старые проблемы, связанные с его присутствием, как-то справно так уходят в небытие.

— На сей раз все по иному, — сказал Альберт. — На сей раз он достал меня по-настоящему.

— Неужто столкновение с поистине непостижимой загадкой?

— Хуже. С загадкой постижимой, но весьма и весьма коварной.

— В чем же ее коварность?

— Сейчас Загребущев сюда пожалует. Тогда все и узнаете.

— Зачем же ты его  к нам притащил?

— Не все ж мне вас выпутывать из затруднительных положений. Помогите и вы мне.

— Что ж. Поможем.

Через несколько мгновений калитка вновь хлопнула и через ее порог переступил румяный бодрячок, который не преминул представиться:

— Степан Степанович Загребущев.

— Знаем, — пробурчали Альберт, Трофимыч и Дима.

— Сегодня я представляю интересы австралийских астрофизиков.

— Ух ты! — воскликнул Дима.

— Да вот… Ко мне поступила информация, что в нашем провинциальном городке имеет место феномен под названием «насущная необходимость».

— Первый раз о таком слышу.

— А ведь мы — заядлые специалисты по всяким феноменам, — заметил Трофимыч.

— Знаю, — сказал Загребущев. — Потому-то я к вам и пришел. Разобраться с этим феноменом надобно бы. Не то он вовсю распоясается. И тогда… Короче, австралийских астрофизиков он дюже обеспокаивает.

— Точнее сказать, — произнес Альберт, взирая на мир так, будто ища некоей поддержки, — вы с проблемой этого самого феномена вначале ко мне пришли.

— Да. Пришел. И жду от вас разрешения проблемы.

— Можно узнать, — спросил Дима, — в чем состоит заковыристость феномена «насущная необходимость»?

— Запросто. Суть сводится к следующему. В прошлом месяце австралийские астрофизики своими приборами зафиксировали наличие электромагнитного поля, которое обладает поистине небывалыми характеристиками. К примеру, оно воздействует на окружающую действительность в качестве своеобразного катализатора появления факторов невезучести.

— Почему же название такое: «насущная необходимость»?

— Потому и. Дабы его нейтрализовать, приходится постоянно отыскивать для этого всевозможные способы. То есть: беспрестанная насущная необходимость.

— И, стало быть, этот феномен подвизался пребывать в нашем городке?

— Исключительно здесь.

— Что же тогда австралийским астрофизикам волноваться?

— Они опасаются, что его отголоски смогут до них докатиться. А это, сами понимате, их ну никак не устраивает.

— А меня не устраивает, — сказал Альберт, — когда степень непредсказуемости проводимого мною расследования превышает все мыслимые нормы.

— Вот видите, Степан Степанович, — сказал Дима. — Если сам великий детектив таинственных случаев Альберт Йодов говорит, что проблема слишком опасна, чтобы ей заниматься, то надо его послушаться. И оставить это дело на произвол судьбы.

— Опасности меня не страшат. Мне вот только не нравится, когда меня продолжают просить о проведении расследования, тогда как я уже отказался от него.

— Ах, вон оно как обстоит, — сказал Трофимыч. — Ну, это дело поправимо… Дима!

— Чего?!

— Помнишь, мы тут недавно про «принцип краски» беседовали?

— Конечно.

— Сдается мне, что Степан Степанович по уши вымазан проблемой феномена «насущной необходимости».

— Это верно, — поддакнул Загребущев. — Стоило мне лишь с ним связаться, как на меня посыпались такие неприятности, такие неприятности…

— Какие, например?

— Стали появляться из-за углов мчащиеся мотоциклисты… Телевизор начал в самые интересные моменты самопроизвольно переключаться на другие каналы… Ну, и так далее…

— Гм.

— И у меня просто не остается ни секунды времени, чтобы заняться чем-либо иным, кроме как нейтрализацией феномена «насущной необходимости».

— А у тебя проявления этого феномена есть? — спросил Дима у Альберта.

Тот кивнул.

— Тогда даже не буду спрашивать: какие они? — сказал Дима. — Не то от одного лишь упоминания о них потеряю свое природное спокойствие.

Альберт еще раз кивнул.

— Послушайте меня, — сказал Трофимыч.

Все внимательно прислушались.

— Предлагаю вышибить клин клином.

— Это как? — спросил Дима.

— «Покрасить» «краску» сего феномена иной «краской» под названием «Дима и Трофимыч против аномальщины».

— Понял! У нас наработан рефлекс противодействия любому аномальному явлению.

— Точно!

— Что ж! Давай-ка тогда внимательно приглядимся к прилегающей территории и попытаемся разглядеть проявления феномена «насущной необходимости»!

Пес Капут вновь закружил по двору, тявкая.

— Ну вот, — сказал Трофимыч. — Надвигается…

И впрямь. Что-то начинало разворачиваться…

Сперва подул ветер. Сразу эдак неслабый. Зашуршали ветви яблонь, затем кусты смородины принялись колыхаться, клубы пыли пронеслись по двору.

Далее трофимычев дом содрогнулся и начал раскачиваться. Устланная песочком дорожка зашевелилась, будто вихляя.

— Похоже на полтергейст, — предположил Дима.

— Да, — согласился Трофимыч.

— Ну, это не страшно. К полтергейсту мы привычные. Уже доводилось сталкиваться. Знаем, как надобно себя вести.

С крыши посыпались беспорядочно куски черепицы.

— А, может, это все-таки не полтергейст? — высказался Альберт.

— А что же? — спросил Трофимыч.

— Какое-нибудь новое, неизвестное аномальное явление?

— В таком разе будем готовы произвести еще более аномальное противодействие…

— Есть идеи? — поинтересовался Дима.

— Конечно, есть. Давай-ка осуществлять охоту за аномальными явлениями.

— Давай! — Дима протянул руку в форточку. Нашарил видеокамеру. И, приготовив ее к действию, приложился к ней глазом: — Работаем.

Трофимыч, соскочив со скамейки, привычно заговорил, глядя в объектив:

— Мы с вами сейчас находимся в самом эпицентре очередного «дзинька», то есть нашествия паранормалиных явлений. На данный случай это — полтергейст. Или, по крайней мере — что-то похожее на него. Обратите внимание: сила его достаточно велика: почти все окружающие предметы пришли в самопроизвольное движение, норовя как бы отправиться в самостоятельное путешествие…

Дима сделал панораму, плавно поведя камерой слева направо.

Альберт и Загребущев удивленно взирали на то, как Дима и Трофимыч, будто заправские телерепортеры, снуют по двору, стараясь запечатлеть на видеокамеру все наиболее примечательные события, как то: вылетание из двери серванта, взвихрение будки пса Капута на уровень уличного фонаря, трепыхание в воздухе появившейся из-за сарая скатерти…

Наконец аномальное явление внезапно прекратилось.

— Вот так, — сказал Трофимыч, присаживаясь обратно на скамейку. — Нас на испуг не возьмешь. Мы — охотники за аномальными явлениями — и не такое повидали на своем веку. А расходы на ремонт покроет гонорар от телевидения.

— Ну, что? — спросил Дима. — Удалось нам «покрасить» своей «краской» этот пресловутый феномен «насущной необходимости»?

Все посмотрели на Альберта. Тот кивнул:

— Уверен, что да. В ваших соображениях есть весьма толковый смысл. Неведомое определенно избегает охотников за аномальными явлениями.

— А у меня сомнение имеется, — произнес Загребущев. — Как бы с вашими «красками-покрасками» не получилась некая жуткая «расцветка»…

Все покосились на него.

— Гм, — сказал Дима. И глянул по сторонам.

Ничего из ряда вон выходящего, вроде бы пока не происходило.

Пока…

Вроде бы…

— Как бы то ни было, — сказал Трофимыч, — австралийские астрофизики могут быть довольны.

— Это почему? — спросил Загребущев.

— Ну, как же! Они вполне могут рассчитывать на нашу способность усмирять аномальные явления. Мы к такому делу привычные.

Похожие статьи:

РассказыТолько одно

Рейтинг: +2 Голосов: 4 264 просмотра
Нравится
Комментарии (10)
Юлия J. Черкасова # 24 июля 2017 в 23:45 +3
Плюс -- с удовольствием от прочтения и улыбкой! Нравятся мне ваши рассказы.
Сергей Филипский # 24 июля 2017 в 23:56 +2
А мне нравится, что мои рассказы нравятся.
Дмитрий Липатов # 25 июля 2017 в 11:27 +2
Взял всего четыре первых предложения!

«Как-то раз бывший участник науки Дима Гунькин присел на скамейку во дворе своего соседа Аверкия Трофимыча».
(Серёж, што такое «участник науки»? Участник фестиваля, проекта, полового акта - знаю. А вот науки - нет. Своего - лишнее)

«— Да-а-а… — протянул Дима. — С одной стороны, это, вроде бы, не годится».
(не годиться - выбрано неудачно)

«Ведь без них не видать гонорары в газетах и на телевидении за репортажи о них».
(них - два раза. Составлено кособоко. Ведь без репортажей о них не видать гонораров в газетах, и на телевидении)

А мне как нравится, што вам нравится!
Сергей Филипский # 25 июля 2017 в 11:32 +2
Спасибо за поправки.
Славик Слесарев # 25 июля 2017 в 12:25 +3
што такое «участник науки»?

- Дим, это примерно как, представь, есть какой-нибудь Пупков с фантастика.рф: написать про него "литератор Пупков" - это чересчур пафосно и попахивает ложными обещаниями. Написать про него "жертва литературы" - слишком драматично и обидно для самого Пупкова. А вот "участник литературы Пупков с фантастика.рф" - это в самый раз! :)
Сергей Филипский # 25 июля 2017 в 12:39 +2
Спасибо.
Оборот "участник науки" мне показался весьма незаштампованным.
Ворона # 25 июля 2017 в 13:28 +1
Серёж, тогда Димитрий Гунькин, бывший участник науки, в настоящее время - горячий подвижник в сфере непознанного и активный участник квазинаук! v
Аномальщик бывшым ни буваит!
Сергей Филипский # 25 июля 2017 в 14:02 +1
Верно подмечено.
Юлия J. Черкасова # 25 июля 2017 в 15:52 +2
Оборот действительно удачный. Вчера ещё отметила его, когда принялась за чтение. Задаёт ироничный тон -- и рассказ легко его подхватывает. У Сергея в тексте много изюминок (как я их называю), и все хороши.
Там есть фраза "паранормалиных явлений", и у меня глаз цепанулся, и я хотела было написать, а потом подумалось, что это не очепятка, а жаргон Трофимыча.

Респект за «участника литературы». Теперь я знаю, как себя именовать! Точнее и не скажешь))))
Сергей Филипский # 25 июля 2017 в 16:07 +1
Все-таки очепятка. Правильно будет "паранормальных".
Спасибо за благосклонное прочтение.
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев