1W

Пугало

в выпуске 2019/10/21
8 октября 2019 - Eva1205(Татьяна Осипова)
article14380.jpg

Листья падали похожие на бумажные кораблики, словно наступила осень. Стоял июнь. И жара уже стала невыносимой.

Солнце давно растеряло образ ласкового светила, превратившись в жестокий адский фонарь.

Днем выходить из укрытия  означало, в лучшем случае, получить тепловой удар. И это при невозможности правильно выбранной экипировки. В ней было невыносимо жарко, а без нее кожа мгновенно покрывалась волдырями.

Семьдесят градусов по Цельсию не предельная температура, обещали ученые. Солнечная активность в последние десятилетия била рекорды, пока не превратила землю в адское пекло. Температурный пик составил около ста градусов в умеренной полосе.

В местности наиболее пострадавшей от солнечной атаки здания подверглись разрушению. Высотные строения  напоминали склонившиеся стебли гигантских цветов, особенно это бросалось в глаза в Дубае или турецких городах,  в Бразилии, Индии – там, где центр города прежде занимали дома из стекла  и бетона. Теперь эти безжизненные  города называли Адской Пустошью.  Она простиралась, минуя субтропическую зону, и пересекала экватор.

Жизнь в гиблых местах давно потеряла смысл и если быть откровенным, здесь даже не было преступников.  Когда-то бандиты наркокартеля пыталась хранить свои секреты  в пустоши.

В итоге преступники спустились в подземные туннели,  с солнцем договориться нельзя.

На территории России, Канады, Аляски  жизнь еще теплилась. Никто не стал спасать мир.

Однако эта история не о храбром герое, а о юноше по прозвищу Пугало, обычном парне, выросшем в одном из городов, где  жизнь еще цеплялась скрюченными пальцами за края кратера вулкана. Он уже и не помнил своего настоящего имени, с давних пор нацепив на себя имя огородного чучела.

Когда начался солнечный апокалипсис, Пугало был еще мальчиком.

Ему всего пять лет.  Спасаясь от жары, родители решили отправиться в путешествие на машине, надеясь, что у них получиться двигаться как можно быстрее по трассе, где давно нельзя было встретить ни одной машины.

Люди, нашедшие  мальчика, назвали родителей глупцами. Завернутый в тряпки ребенок пытался спрятаться от солнца в редком пролеске, а автомобиль застрял в расплавленном асфальте – покрышки начали таять первыми, как будто машина мчалась по раскаленной сковороде.  А ведь поначалу родителям Пугало удалось проехать достаточное количество пути по гравийной дороге. Асфальтированный участок казался небольшим, и пересечь его, как решил отец, не составило труда. Тем не менее,  солнце поднималось выше и словно с  плотоядным удовольствием испепеляло всё живое.

Как только  машина вышла из тени, асфальт превратился в липкую топь. Отец не успел свернуть с дороги на обочину, автомобиль застрял задними колесами в дорожном покрытии похожем на расплавленную магму.

Колеса загорелись, а едкий дым  клубился в знойном воздухе.  Женщина кричала, ребенок плакал!

Выбраться из машины оказалось не просто сложным, а невозможным.  Отец мальчика разбил лобовое стекло, пытаясь выбраться, вдыхая раскаленный воздух, вытаскивая ребенка, который  плакал и не хотел подчиняться. Автомобиль превратился в западню, и когда ее объяло пламенем, мужчина плакал и кричал малышу, чтобы тот  не раскрывал лицо и спрятался в кустарнике.

Деревья и редкие кусты, полностью лишенные листьев давно уже мертвы. Скудные ветви почти, что не давали тени. Походившая на полосатую «зебру», она сохраняла видимость укрытия, однако и этому можно было радоваться.

Спустя  годы, Пугало не раз задавался вопросом, почему родители не смогли выбраться из машины. Он не помнил, что отползая вглубь леса, автомобиль  вспыхнул, а потом раздался громкий хлопок. Раскаленный воздух не слишком отличался от горящего газа пылающей машины.

Пугало многого не помнил. Порой в свои семнадцать лет он ловил себя на мысли, что  не может представить лица отца и матери, время и боль как будто стерли их из памяти.

Солнце оставило уродливые шрамы на лице, руках, спине – хотя сейчас было не редкость встретить людей с подобными повреждениями, жестокое напоминание, что кто-то пренебрег осторожностью. Желтая звезда стала карающим оком всевышнего, наверное, в наказание человечеству за все грехи, за все преступления.

 

Сегодня Пугало рассматривал карту Адской Пустоши, надеясь, что ему посчастливиться остаться в живых, когда он пересечет ее на автомобиле Шершня.  

Шершень его товарищ,  хотя намного старше юноши. Их сблизили, как многих, потери близких и желание научиться выживать в век солнечного кошмара.

Эпоха резиновых покрышек канула в прошлое, ученые пытались создать автомобиль способный не только передвигаться по любой поверхности при экстремальной температуре, но и сделать жизнь пассажиров безопасной внутри машины. Многие умельцы, пытались в кустарных условиях сделать вездеход для Адской Пустоши, но всегда чего-то не доставало, чтобы завершить, казалось бы, удачно начинавшийся проект.

Сначала Шершень решил изготовить колеса из тугоплавкого материала, снабдил автомобиль внутренней термоизоляцией и охладителем, переделав из старого холодильника.

Пугало не до конца понял, как у Шершня получилось создать подобное, и все наблюдал за процессом, сидя на дощатой полке, где и спал ночью.

Шершню  было около пятидесяти лет, темные волосы давно выгорели, на шее от старых ожогов остались полосы, как и на спине. Из-за этого к нему и прицепилось прозвище летающего хищника.

– Чего сидишь, Пугало, слезай! – махнул рукой Шершень. На его лбу торчали сварочные очки. Юноша, рассмеявшись, спрыгнул вниз, добавив, что неплохо было бы перекусить.

– Ты, вечно голодное дитя, – Шершень удрученно вздохнул.

– Просто у меня организм растущий, – попытался отшутиться Пугало. –  Вчера раздобыли на подземном складе собачий корм. Так вот, он  не портится и весьма не дурной на вкус.

– Иди, испытаем автомобиль. – Шершень распахнул  водительскую дверь.

Потом уселся рядом и, подбросив в руке ключи, протянул Пугало.

– Давай, опробуем машинку. – Шершень улыбнулся, показывая щербатый рот, у него не хватало двух передних зубов,  и коренных поубавилось за последнее время. Из-за ввалившихся щек его лицо казалось худым. Однако в эти дни мало кто обращал внимание на внешность. Сейчас в цене были несколько другие качества.

– Автомобиль без колес. – Скорее утвердительно пробормотал Пугало. – Что ж ты такое придумал, Шершень?

         Машина легко приподнялась над землей, Пугало посмотрел вниз, приоткрыв дверь, понимая, что клиренс составляет не выше четырехсот миллиметров. 

– Это что-то новенькое?

– Антигравитация, сынок. Давай, руль на себя. Позже расскажу, что и как…

Он не договорил, машину тряхнуло, понесло вперед к выходу. Пугало, сжав руль, вытаращил глаза, пока Шершень не опустил руль вниз и не остановил автомобиль.

– Полегче-полегче, – старик похлопал Пугало по плечу. – Выруливай, я  сейчас открою ворота.

Автоматические двери поднялись, впуская ненавистные солнечные лучи внутрь ангара.

Шершень, набрав комбинацию на панели управления, включил функцию полного затемнения.

– И как мы поедем? – Пугало посмотрел на старика, теперь уже  мягче притормозив, привыкая к маневренности руля. Машина,  остановившись, вздрогнула.

– Сейчас ты будешь смотреть вот на этот экран. – Шершень показал парню на монитор  приборной панели. – Ничего привыкнешь. Прокатимся  вперед. Почувствуешь тачку.

– Так необычно, – Пугало смотрел в монитор, видя, изображения поля с желтыми останками травы. Сухие палки торчали тут и там, и казалось, Пугало слышал, как они царапали днище автомобиля.

Через некоторое время, парень научился управлять «Дусей», как назвал её Шершень, смотреть на приборы, ориентироваться. Шершень с удовольствием и даже с любовью рассказывал о чудо - автомобиле, и еще о том, что теперь можно беспрепятственно пересекать Адскую Пустошь.

– Я отказался от резиновых покрышек, сначала используя литые колеса, пружины  и амортизаторы, не дающие пассажирам ощутить вибрацию. Однако при езде по пересеченной местности неизбежно агрессивное воздействие на механизмы автомобиля – перепады температур, вследствие чего скорейшая усталость металла и коррозия. Давно  читал как-то про антигравитационный двигатель, еще в детстве в какой-то фантастической книжке. И, знаешь, меня всегда интересовала возможность придумать что-нибудь этакое.  

– Ты понимаешь, что вероятно создал единственный в своем роде автомобиль?! – Восхищению Пугало не было предела.

– Когда-нибудь люди что-нибудь да придумывают первыми, – пожал плечами Шершень.

– Да только не в период упадка и деградации, – не согласился Пугало.

– Всегда темные времена рождают необычные и важные вещи. Можешь мне поверить, сынок.

         Пугало по-мальчишески бойко вел  автомобиль и летел в машине, которой еще не придумали названия.  Он знал, что изобретение Шершня станет настоящим прорывом и теперь пересекать местность будет  не только безопасно, но и…

Внезапный удар заставил испытателей сманеврировать влево.

– Что  это?! – выкрикнул Пугало.

– Видишь, на задней камере появился какой-то объект. Не пойму что это, – Шершень, прищурившись, посмотрел на экран с камеры заднего вида.

Машина тяжело двигалась вперед, как будто, что-то тормозило ее.

– Черт, вот умельцы хреновы! – воскликнул Пугало.– Так у них магнитный гарпун, и сейчас мы связаны с их тачкой.

– Какой автомобиль сможет двигаться по степи в середине дня? – Шершень отказывался понимать происходящее, потом пробежал по выдвинувшейся клавиатуре узловатыми пальцами.

Машина резко опустилась вниз, теряя скорость, а потом взмыла вверх. От магнитного троса удалось освободиться, однако преследователи не отставали.

– Ты уверен, что подобного антигравитационного двигателя нет у кого-то еще кроме нас? – спросил Пугало, ощущая, что страх медленно, но верно подступает, влезая за воротник.

– Одновременно придумать подобное невозможно! – выкрикнул Шершень, удовлетворенно кивая тому обстоятельству, что им удалось оторваться от преследователей.

– Вот, досада! – Пугало озадачено покачал головой.  – Вырвались испытать машинку.

– Бедная Дусенька, ее чуть не захомутали, – Шершень по-отечески погладил приборную панель автомобиля. –  Возвращаться сейчас опасно. Хорошо хоть топлива моей девочке требуется очень малое количество.

– Ясен пень,  что они поджидают нас, – пробормотал Пугало. – И что теперь?

– Только вперед, в земли, что рядом с Адской Пустошью, мой мальчик.

– В это пекло? И туда ехать несколько дней…

– Не переживай, пусти-ка меня за руль, – Пугало пришлось не снижая скорости поменяться с Шершнем местами. – Найдем тенёк, там затаимся пока, а ночью постараемся вернуться.

         Однако если путь до Адской Пустоши оказался достаточно простым и «Дуся» развивала реактивную скорость, укрытие, которым послужил  тоннель, ведущий в город,  казалось не совсем надежным убежищем. Возвращаться назад стало задачей сложной. Да и преследователи появились неожиданно. На них были защитные костюмы Корпорации «Энергия».  Шершень втянул голову в плечи, хотя его не было бы и так видно.

– Ты их знаешь? Кто эти люди?! – почти шепотом спросил Пугало.

– Да-да, – закивал перепуганный изобретатель. – Я-то надеялся исчезновение генератора останется незаметным.

– Генератора? – переспросил юноша.

Шершень кивнул, а потом проговорил чуть слышно:

– До того, как меня уволили из мастерской Корпорации, мы разрабатывали антигравитационный двигатель. Только все лавры себе хотел забрать Большой, глава лаборатории, чего мне явно не хотелось. Я хотел создать машину, которая сможет помогать людям, а  не для того, чтобы хозяева Корпорации еще больше богатели. Боже, в наше непростое время они еще думают о деньгах.

– Видимо не все так плохо, – попытался отшутиться Пугало.

– Нет, сынок. Хуже не бывает. Мир рано или поздно перешагнет последнюю черту, – вздохнул Шершень. – Так зачем им мои разработки и этот автомобиль?

– Походу у них такой же? – предположил Пугало. – Может лучше выбраться отсюда? Или, может, резко взмыть вверх, они не успеют…

– Наверняка,  их автомобиль где-то поблизости, Пугало.  У нас  не получится.

– Нет, мы должны попробовать. – Пугало открыл дверь. Внутрь влетел душный воздух. Поверхность Адской Пустоши напоминала сковороду даже в ночное время.

– Стой, куда ты? – шикнул на него изобретатель.

 Пугало, обернувшись, приложил палец к губам. Он решил осмотреться и убедиться, что прибывшие чужаки покинули автомобиль.

Увидев его под аркой, Пугало мог поклясться, что у ищеек Корпорации точно такая же машина.

Чтобы проверить есть ли кто в салоне, рискуя быть обнаруженным, парень запустил в лобовое стекло камень. На стекле и капоте расползались, точно лучи рваные трещины.  Из машины так  никто и не появился. Пугало, злорадно улыбнувшись, вернулся к машине, сообщив, что средство передвижения работников Корпорации стоит в одиночестве.

– Иначе кто-то, да вышел бы. Я камень запустил в лоб машине. Теперь там отличный узор на стекле.

– Мальчишка. Скажи, как нам теперь вернутся?

– Это не я втянул тебя в нехорошую историю.

– Рано или поздно твоя история стала бы намного хуже, чем есть, – Шершень  сжал губы, обдумывая, как поступит дальше.

– Расскажи все, как есть, почему люди Корпорации гонятся за нами? Что ты забрал у них?

Мужчина, почесав затылок, посмотрел в пустоту, не желая  рассказывать, что его действия подвергли опасности юного друга.

–  Изобретение принадлежит мне, Пугало. Я полностью воссоздал двигатель,  основываясь на теории антигравитации. Большой не захотел заявлять о том, что идея, как и все заслуги по созданию  автомобиля принадлежат мне, знал, жадная сволочь, что стоит только признать это, не Корпорация, а я стану одним из самых богатых людей региона. На самом деле мне не нужно было столько уж денег, просто  не хотел отдавать свое изобретение кому-то, кто не приложил к  этому  ни ума, ни старания.

Повздорил с Большим, он настучал, наверх сообщив о моем саботаже. Я в свою очередь отказался отдавать чертежи и уничтожил их.

Каким же я оказался глупцом, твой покорный слуга и не догадывался, что Большой додумался, что я захочу уничтожить записи и сделал копии, гад. Генератор был необходим для создания магнитного двигателя. Именно он нагнетает электромагнитное поле, и вдыхает  жизнь в магниты всех мастей. Больше я ничего не был должен Корпорации. Собирал практически по памяти. Это, как ребенка снова учить сидеть, ходить – когда ты уже сделал это.

– Все это ясно, но что мы будем делать сейчас? Рано или поздно, даже если сейчас нам удастся скрыться,  они вернутся.

Шершень устало опустил голову:

– Знаешь, давным давно была такая легенда о Прометее, который принес людям огонь. Люди  не знали его, ели сырую пищу и мерзли в холодных лачугах. Прометей украл его у бога огня и подарил людям. За это самый главный бог разгневался и велел приковать  Прометея к высокой скале для мучений… Огонь, правда, вернуть богам  не получилось. Так я о чем, Пугало – пусть делают со мной, что пожелают, но для людей, погибающих от зноя, годами не выбирающихся из подземных укрытий этот автомобиль станет окном в другой мир. Возможно, они смогут перебраться в Антарктиду, где, говорят, осталось единственное место, где можно жить на поверхности.

         Пугало молча, слушая Шершня, он понимал, что друг прав. Прав тысячу раз, но кто позволит ему создавать машины подобные этой, чтобы все, у кого есть силы, смогли отправиться, пересекая Адскую Пустошь в неизведанные земли.

– Нам необходимо вернуться, летим сейчас, пока ищейки Корпорации не обнаружили нас. А там я сделаю копии чертежей, а ты отправишься к нужным людям, которые смогут собрать такую же машину  с антигравитационным двигателем.

        

         На этот раз Пугало и Шершень смогли ускользнуть из цепких рук Корпорации. Но это всего лишь в этот раз.

         У Шершня была копировальная машина, с помощью которой он смог размножить чертежи чудо-машины «Дуси».

Пугало не понимал, отчего его друг так назвал автомобиль. Шершень смеялся, и отнекивался от прямого ответа.

Несколько раз юноше удавалось,  пересекая жаркие степи, добираться до других изобретателей с посланием от наставника.

Всякий раз эти вылазки он совершал один в ночное время, не используя даже габаритных огней. Ему было достаточно наблюдать по приборам, что происходит вокруг автомобиля, и Пугало, достаточно преуспел в вождении не поддающейся раньше «Дусе».

Теперь он ласково называл ее девочка и верил, что эти поездки и встречи с конструкторами останутся  не замеченными и принесут должные плоды.

В один из вечеров,  когда  Пугало только что собрался отправиться в дальний перелет, минуя Адскую Пустошь в сторону материка, который назывался когда-то Южная Америка, жилище Шершня окружили машины корпоративной гвардии.

Теперь Государство не защищало граждан при помощи армии и полиции. Теперь у кого были деньги и власть, создавали собственные милитаризированные  структуры и подразделения.

Пугало знал, что с  этими ребятами шутки плохи и попытался спрятать «Дусю» в подвале, где Шершень и собирал ее.

– Она  не должна достаться им, – прошептал Шершень, и в его голосе Пугало услышал, нет, не отчаяние, а то словно мастер прощается со своим созданием.

– Что ты задумал, Шершень? – Пугало подозревал, что его друг замыслил что-то недоброе.

– Сейчас ты просто улетишь отсюда. И, знаешь что, отправляйся в неизведанные земли.

– Думаешь, я смогу добраться туда?

Сирены выли, словно лачугу и ангар окружила стая голодных волков.

– Надо поторапливаться, Пугало!– крикнул Шершень, открывая дверь автомобиля и заталкивая парня внутрь. – Ты сможешь, я верю в тебя!

– А как же ты?! – не унимался парень, видя, горькую усмешку Шершня, который, за эти дни, казалось, постарел на несколько лет.

         Потянув руль на себя, Пугало поднял машину вверх и устремился к  поднимающимся воротам, где ощетинившись автоматами, его встретили легавые Корпорации. Он пронесся над их головами, устремляясь ввысь, стараясь, умчаться, как можно выше и дальше, чтобы укрыться и свериться с картой.

         Он не видел, как гвардейцы кинулись к Шершню, заламывая руки за спину, кидая на каменистый пол лицом вниз.

Изобретатель, улыбаясь, вспоминал дочку, которую они с женой назвали Евдокия, а потом ласково именовали Дусей. В груди что-то кольнуло и отчего-то стало трудно дышать. Шершень попытался подняться, получив удар прикладом между лопаток. Боль обрушилась, как волна, наполняя рот слюной, сделав все вокруг цвета крови. Шершень ловил ртом воздух, как будто стал рыбой выброшенной на берег. А потом его глаза закрылись, и он затих.

         Никогда еще Пугало не плакал, только если в раннем детстве, когда сверстники его дразнили, называя обидным именем. Оно и прилепилось, парень сроднился с ним.

Шершень, потеряв семью – жену и двух дочерей заменил ему отца. В это жуткое время многие становились родителями чужих детей. Поэтому Пугало, не помня родителей, давно привязался к старику, который столькому научил его.

Он размазывал слезы на лице, покрытом пылью, превращая  в грязь. Ощущая, что в глазах песок. Только сейчас Пугало это волновало меньше всего, он знал, что больше  не вернется, и был уверен, что Шершень не дождется его, как  и «Дуси», которую собирал своими руками.

– А я так и не узнал, отчего ты назвал так тачку, - пробормотал парень, понимая, что сейчас он должен сам заботиться о  себе и необходимо  быть сильным. – Нам бы перебраться через Адскую Пустошь, «Дуся», и может, тогда мы  сможем почувствовать, что такое свобода.

Пугало не знал, что Корпорация провела по всем городам, где имела влияние, облавы на ученых, разрабатывающих антигравитационный  двигатель. По чертежам Шершня большинство изобретателей смогли собрать от простейшего до более модифицированного автомобиля. Однако сам отец проекта «Дуся» лежал в пыли с раскрытыми глазами и, если посмотреть на него внимательнее казалось, что он улыбался.

 

Пересекать местность по ночам не всегда получалось. Пугало было необходимо заряжать аккумуляторы «Дуси», которые в свою очередь передавали заряд для генератора, заставляющего работать магниты. Именно магниты поднимали «Дусю» вверх и делали ее полет молниеносным.

Потом парень стал смелее и пролетал короткие отрезки пути на рассвете, пока солнце не поднялось высоко. После того, как он пересек Адскую Пустошь, жилые местечки сменили мертвые покинутые города, расплавленные  шоссе и безлюдные равнины. Города мертвых стеблей, расплавленных небоскребов.

Когда Пугало увидел первую птицу, то почувствовал, как сжалось сердце. Он разглядывал ее темное оперение, размышляя, что же это за вид. Раньше птиц он видел только на картинках в книге, что была у Шершня. А эта оказалась крупной, хотя меньше курицы, рассуждал Пугало, с интересом разглядывая  большой птичий  клюв и умные глаза бусины.  

Птица издал громкий крик похожий на «кар-р» и полетела прочь.  Юноша снова вернулся в автомобиль и направил «Дусю» дальше, на юг. Порой ему казалось, что полет бесконечен, однако, когда при очередной передышке, он выбрался наружу, то почувствовал, приятный ветерок и запах свежести. Он не стал останавливаться на привал, а захлопнув дверь «Дуси» двинулся вперед ведомый верой в то, что земля обетованная близко.

Пугало казалось, что путь становится длиннее и тянется, словно время замедлило свой бег. А потом он увидел впереди горную гряду покрытую зеленым ковром. Сердце забилось сильнее, страх ушел, уступая место счастью, которое стало похожим на фейерверк разгорающийся внутри.

Однако Пугало не видел жилых построек, но много всевозможных птиц, а еще внизу пробегали стада невиданных  никогда им животных. Их короткая шерстка песочного цвета и темная полоса вдоль спины напоминали все те же картинки из детской книги. Парень знал, что это антилопы, газели или что-то подобное.

Ему потребовалось несколько дней, чтобы изучая местность убедиться – людей здесь нет.

В какой-то степени Пугало был рад единственному факту, что где-то на земле жизнь не умирает, а продолжает свое движение к солнцу, и здесь оно не адский фонарь, а ласковое светило, как было раньше. Он не помнил не знал того времени, когда мир был другим – зима сменяла лето, осенние дожди полоскали леса и поля, оставляя в городах лужи на асфальте.

Прошло время, когда после промозглого холода люди радовались первым цветам, вылезшим из-под снега, и щебету птиц, который становится громким, настоящим, а не записанным на магнитную ленту.

         Пугало остановился, захлопнул дверцу автомобиля и лег  в зеленую траву, ощущая, что там есть тоже жизнь, рассматривая невиданных букашек разных мастей.

Потом, закинув руки за голову, он закрыл глаза. Многодневная усталость дала о себе знать. Только сон  его не был тревожным, скорее безмятежным. Пугало улыбался во сне, слыша птиц, проваливаясь в грезы, где он видел старину Шершня гуляющего по зеленой траве вместе с ним.

         Утро разбудило голосами. Поначалу Пугало решил, что ему это снится, и он у себя в лачуге, куда часто заходили другие мастеровые, ученики Шершня.

Он разлепил склеившиеся ото сна веки и увидел две тени. Позади них светило солнце, и юноша не мог, как следует разглядеть лиц склонившихся над ним.

Потом он потер глаза, и сел, разглядывая незнакомцев.

– А я думал, здесь нет людей, – сказал он первое, что пришло в голову.

– Ты прав, людям здесь не место. – Голос женщины звучал странно, будто бы она  и не была человеком, и казался таким, точно раздавался издалека.

– Идем. Мы отведем тебя в место, где есть люди, – сказал мужчина, протягивая Пугало руку.

– Я из знойных земель…

– Мы знаем, – ответила женщина, прервав юношу. – Идем, скоро станет жарко.

Пугало не увидел своего автомобиля и, нахмурившись, последовал за незнакомцами. Его так и подмывало спросить, кто они такие и где его машина, но почему-то он не стал делать этого.

Вскоре у подножья холма открылся проход, откуда пахнуло прохладой, Пугало  следовал за провожатыми по освещенному тоннелю, видя, как под потолком загораются огни и потом гаснут в том месте, где они уже проделали путь.

Стены зеленые, покрытые каким-то мхом, Пугало осторожно коснулся его, чувствуя под пальцами влагу. Потом разглядывал высокую светловолосую женщину и наполовину лысого мужчину, который не уступал даме в росте.

Потом они оказались около кабины с лифтом, и он стремительно помчался вниз.

– Кто-то спасся, многие нет. Давным-давно во льдах Антарктики ученые обнаружили город, – начал мужчина. – В давние времена сюда перебрались те, кто называл себя нацистами, было это давно в середине двадцатого века. Однако, несмотря на высокие технологии и стремление к новой жизни, они не сумели существовать здесь.

– Возможно, это и к лучшему, Нео, – улыбнулась женщина, касаясь руки, Пугало, на которой были старые шрамы от ожогов. –  Я Лея и хочу добавить, что мы попытались исправить многое, и жаль, что большей части человечества суждено погибнуть под испепеляющими лучами солнца.

– Но как же те, кто доберется сюда? – спросил Пугало, уже заранее готовясь к ответу.

– Мы не сможем принять всех, - уронил Нео. – Но нам нужны, такие как ты…

Вскоре двери лифта раскрылись, выпуская Пугало и  его новых знакомых.

Перед глазами растирался огромный город наполненный светом, в нем кипела жизнь, которая не пряталась, не боялась, здесь даже было свое голубое солнце и облака, создававшие иллюзию, что город расположен на поверхности.

– Но сюда прилетят другие. – Пугало сделал несколько шагов вперед. – И почему вы не выходите на поверхность?

– Люди проиграли битву с природой, теперь наше место под землей, а осколками прошлого мира пусть распорядится мать природа. Как и должно случиться. Кто здесь обитает давно понял непреложные истины – кто такой человек, как нужно жить в содружестве с природой и каждый может внести свою лепту для того чтобы мир стал лучше.

– Понимаю, – ответил Пугало, сделав еще несколько шагов.

Чудесный мир завораживал, но был чужим. В какой-то момент Пугало захотелось вернуться, но он понимал, что возвращение равносильно смерти.

Город жил, светясь огнями, смехом и солнцем, которое не убивало. Медленно спускаясь на эскалаторе он, Нео и Лея двигались вниз. Больше Пугало не проронил ни слова, разглядывая чудные здания, парящие в  воздухе, летающие, как его «Дуся» автомобили и поменьше, похожие на огромные мыльные пузыри, в которых мог поместиться всего один пассажир.

– Добро пожаловать! – голос Леи вырвал его из собственных мыслей. Пугало посмотрел по сторонам, видя огромное поле цветов и небольшой, парящий в нескольких метрах от земли, домик, из которого тут же выползла лесенка.

– Пока можешь обосноваться здесь, да, и как тебя звать?– спросил Нео.

– Пугало, – пробормотал парень, боясь прикоснуться грубыми руками к гладким, таким красивым и чистым  перилам лестницы.

На лицах мужчины и женщины промелькнул немой вопрос, тем не менее, больше они не спрашивали ни о чем. И Пугало считал, что так лучше. Повинуясь обстоятельствам, он поднялся на несколько ступенек, видя улыбающихся новых знакомых, все еще не веря, что оказался в таком волшебном месте.

***

– Думаешь, опоздали? – спросил мужчина женщину, склонившуюся над парнем. Он лежал в траве. Его лицо покрывали шрамы от ожогов.

– Еще дышит. – Женщина приподняла юношу. – Боже, похоже, у него обезвоживание. Скоро выйдет солнце из-за гор, и тогда мы уже ничего не сможем сделать.

– Стоит поспешить, – мужчина посмотрел в сторону странного вида автомобиля. – Машину заберем позже.

Женщина, вытащив из кармана какой-то комочек, взмахнула рукой, это была тонкая ткань, ставшая в одно мгновение жесткой, застыв  в воздухе. Они легко положили юношу на необычные носилки и направились к открытой двери в скале.

– Они называют Антарктиду неизведанными землями, землей обетованной, – произнес мужчина, – но рай на земле уже не существует. Потом сама скажешь парню, что мы теперь не только обитаем под землей, но и местная трава для человека является сильным галлюциногеном, отравляющим воздух.

– Хорошо, – вздохнула она. – Знаю, не он первый и не последний здесь.

Весь день женщина пыталась привести юношу в чувства, и только на следующее утро  он открыл глаза, спрашивая первым делом, где его машина.

– С ней все в порядке. Как звать тебя? – спросила женщина.

– Пугало,  меня зовут Пугало…

 

 

 

Похожие статьи:

РассказыДорогой хозяин (часть четвёртая)

РассказыДорогой хозяин (часть вторая)

РассказыДорогой хозяин (часть третья)

РассказыИмперия циников

РассказыДорогой хозяин (часть первая)

Рейтинг: +3 Голосов: 3 42 просмотра
Нравится
Комментарии (2)
Евгений Вечканов # 8 октября 2019 в 18:28 +2
Вычитывать и ещё раз вычитывать!
Ошибок просто ужас сколько!
Плюс с натяжкой. Читать интересно, но тяжело.
Eva1205(Татьяна Осипова) # 8 октября 2019 в 18:36 +2
Хорошо
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев