1W

Рита (3 часть)

в выпуске 2017/11/09
5 сентября 2017 - Игорь Колесников
article11686.jpg

Утром я совершенно забыл про вчерашний инцидент. Рита безмятежно спала, поджав колени в позе эмбриона. Я вспомнил, что сегодня она опять кричала во сне. Кстати, это происходило каждую ночь, но она всё быстрее успокаивалась в моих объятьях.

Я выполз из палатки, поёживаясь от прикосновений тумана, и отправился на речку. Здесь в мелкой протоке я закинул вчера небольшую полутораметровую рыболовную сеть, которую специально брал с собой. На этот раз повезло! Две серебристых рыбины с зеленоватыми спинами трепыхались, запутавшись в леске. Ура! Значит, на завтрак уха.

Одного хариуса я выпотрошил и закинул в котёл, другого намазал солью, завернул в пакет и убрал в карман рюкзака. Так уж получилось, что завтрак традиционно готовил я. Мне привычно было вставать рано и заниматься какими-нибудь делами, а Рита, по всей видимости, была типичной «совой». Уха, а точнее, рисовая каша с рыбой, была почти готова. Пора будить засоню!

Возле палатки до сих пор валялся ридикюль, на этот раз Марго забыла убрать его в рюкзак, видимо от расстройства. Я как раз хотел попросить ножнички, чтобы остричь торчащий заусенец. А тут и просить не надо, пусть поспит ещё немножко!

В ридикюле лежали какая-то сумочка, какой-то полотняный мешочек и что-то типа косметички. Наверное, вот то, что нужно. Я расстегнул замок и заглянул внутрь.

Что это? Зачем инсулиновые шприцы, какие-то капсулы, непромокаемый мешочек с щепоткой белого порошка на дне? И совсем странной выглядела среди этого алюминиевая закопчённая ложка. И вдруг страшная догадка осенила меня...

— Мама! Что это?! — истошный крик раздался из палатки.

Я бросил косметичку обратно и кинулся на звук. Рита стояла на коленях, отбросив спальник, и держалась за шею пониже затылка.

— Боже мой! Что это? — повторила она, глядя на меня округлившимися глазами, и убрала руку.

Я даже не сразу увидел причину испуга, но, присмотревшись, заметил что-то типа небольшой красной бородавки.

— Клещ! Да ты не бойся, ничего страшного! Сейчас вытащим!

Мы выбрались наружу, и я при дневном свете взглянул поближе.

— Ещё толком не насосался, — продолжил я, — вчера наверное поймала, когда в кустах отсиживалась. Ничего, я сейчас...

— А если он заразный? — голос девушки дрожал.

— Да ну, брось! Меня сто раз кусали, и ничего! Сейчас мы его... Дай нитку, у тебя же было.

Рита огляделась, увидела свой ридикюль, валявшийся на земле, судорожно схватила, заглянула внутрь, испуганно посмотрела на меня...

— Ну! Давай нитку! — поторопил я, сделав вид, что ничего не заметил.

Когда петля затянулась на брюшке членистоногого, я капнул на него подсолнечного масла из маленького пузырька, что лежал в кармане моего рюкзака.

— Всё! Теперь ждём, когда он начнёт задыхаться и вылезет. А пока можно позавтракать!

— Завтракать!!! Ты спокойно будешь завтракать, когда меня сосёт клещ?!

— Буду. И ты будешь, потому что сегодня у нас трудный день.

— А если он заразный?

— Мы это узнаем, когда вернёмся в город и отдадим его на экспертизу.

— Да?! А я тогда уже умру!

— Не умрёшь! И даже не заболеешь. Инкубационный период энцефалита полторы-три недели. Даже если клещ заразный, ты всяко разно доживёшь до больницы.

— Тогда надо скорее возвращаться!

— Не обязательно. Мы шли четыре дня. Думаю, впереди у нас осталось столько же. Не имеет значения, куда идти, всё равно успеем много раньше полутора недель.

— А если не успеем?

— Надо успевать! У нас продуктов осталось на шесть дней. Ну что, завтракать будешь?

— Не могу... Давай сначала вытащим эту мерзость!

— Ладно!

Я сел на корточки позади девушки и начал осторожно потягивать за концы ниток, немного раскачивая клеща и одновременно пытаясь его вытянуть.

— Во! Сам лапками шевелит, вылезти пытается, да крепко засел уже. Ничего, сейчас мы ему поможем... Оп! — и в руках у меня оказалась нитка с болтающимся на конце зловредным гадом. — Самка. Полюбуйся!

Пока Рита с отвращением рассматривала шевелящегося клеща, я достал из того же кармана пустой пенициллиновый пузырёк и аккуратно упаковал в него свою добычу.

— Поедешь на анализы!

 

Лишь только солнце разогнало остатки утреннего тумана, как мы тронулись в путь, сшибая с травы капли росы и время от времени поднимая из кустов стайки перепуганных рябчиков. День обещал быть хорошим и не нарушил своего обещания. Натоптанная тропа почти сразу пошла вверх. Шум реки, к которому мы уже настолько привыкли, что тишина гнётом легла на уши, отдалился и потом совсем затих. Настроение было бы превосходным, если бы не тревожные думы про содержимое ридикюля.

— Смотри! — Рита схватила меня за руку, показывая рукой в сторону реки.

На невысоком мшистом валуне стоял, гордо подняв разлапистые рога, красавец изюбрь. До него вполне можно было докинуть камень. Зверь смотрел прямо на нас, но не спешил убегать, безбоязненно давая нам вдоволь полюбоваться своей красотой. Мы затаили дыхание, боясь спугнуть лесное чудо. Через минуту олень неторопливо развернулся и величаво поскакал прочь, несколько раз успев на прощание сверкнуть белым пятнышком под хвостом, пока не растворился среди стволов молодых кедров.

— Вот это да! — Рита говорила хриплым от волнения шёпотом. Глаза её горели неистовым огнём восхищения.

Тропа вильнула вправо и неожиданно вывела на открытый участок, который обрывался крутым уступом.

— Ух ты! — теперь уже я не сдержал изумлённого возгласа.

Марго подошла сзади и замерла, не в силах оторвать взгляда от живописной картины. Тайгу как будто бы разрезали роликом для разделки пиццы. В нескольких метрах впереди росли точно такие же деревья, как и здесь, но прямо под ногами зияла захватывающая дух бездна, на дне которой почти бесшумно белела бурунами стиснутая скалами река.

— Так вот ты какой, каньон реки Билюты!

Здесь мы немного посидели на поваленном бревне, овеваемые ветром и озирающие окрестности. Было на что посмотреть не только под ногами, но и вдали. Расступившиеся деревья открыли прекрасный вид на гольцы, обрамляющие горный цирк в верховьях Билюты. Были они особенно иззубренны и зловещи, а от этого ещё более прекрасны, отчётливо выделяясь на фоне всё того же, не переставающего удивлять, иссиня-голубого неба. Казалось, до них рукой подать, но, судя по карте, километров двадцать.

— Так-так... — я разложил карту на коленях, — буквально через километр должен быть первый приток — Дубэ-Гол. Нарисован такой же каньон, как и здесь. Посмотрим... Если не получится спуститься, попробуем обойти. Потом ещё одна река, тоже в каньоне, а дальше уже долина расширяется, и никаких препятствий быть не должно.

Через несколько минут мы стояли над каньоном реки Дубэ-Гол и озадаченно смотрели вниз. Как же так? До другого берега в некоторых местах всего пять-шесть метров, казалось, можно перепрыгнуть, хорошенько разбежавшись, но метров тридцать высотой вертикальные гранитные стены каньона отбивали всякую мысль о подобном геройстве.

— Прав был старовер... — произнёс я наконец, — без верёвки тут никак... Что ж, давай попробуем обойти.

Слабая тропа шла в нужном нам направлении — вверх по склону в сторону верховьев реки.

Она то пропадала, то появлялась снова. Подъём был крутой. Мы часто отдыхали, неестественно часто. Солнце пекло немилосердно, воздух как будто застыл в ожидании чего-то, а из-за ближнего хребта медленно выползала и уверенно завоёвывала небо огромная серо-жёлтая туча. Даже оводы, казалось, не могли атаковать в обычную силу и только нехотя жужжали где-то над самой землёй.

Каньон всё не кончался. Мы ушли по гребню в сторону, и я время от времени возвращался к реке, но всё тщетно: по-прежнему неприступные стены преграждали путь. Одни раз я спугнул глухаря. Грузная птица отлетела на несколько метров и без особой боязни стала наблюдать за моими дальнейшими действиями. У меня проснулся охотничий инстинкт! Да и два-три килограмма мяса весьма пополнили бы наш скудный паёк. Насобирав несколько камней, я битый час гонялся за добычей, но глухарь, словно насмехаясь, легко уходил от моих попаданий, перелетая с места на место. Эх, что-нибудь посерьёзнее бы! Хотя бы воздушку!

В конце концов неудавшейся жертве надоела эта игра, птица перелетела на другую сторону каньона и села на низкую ветку кедра, нагло поглядывая на меня круглым куриным глазом.

Вода во фляжке быстро закончилась, вокруг, насколько хватало взора, простирался сухой склон, усеянный пышущими жаром камнями. Даже обычно влажный мох был совершенно сухим, чиркни спичкой — и загорится.

— Я так больше не могу... — взмолилась Рита и обессиленно повалилась прямо на мягкую лесную подстилку. Я растянулся рядом.

— На, пожуй! — я протянул веточку мелкого душистого кустарника, что в изобилии рос на всём протяжении пути.

— Что это?

— Это волшебная травка саган-дайля. Жуй. Не пожалеешь! — и я для примера положил себе в рот пару листочков.

— Волшебная травка? — Рита заливисто рассмеялась, но веточку взяла. — Горькая.

Удивительно, но через пять минут как будто пришло второе дыхание. К тому же, солнце скрылось за тучей, и идти стало реально полегче. Лес стал гуще, подъём положе. Похоже, мы сильно отдалились от реки, даже распадок было не видно. «Наверное, кончился уже каньон», — подумал я, и мы повернули вправо. Тропа потерялась довольно-таки давно, шли наугад, ориентируясь на понижение рельефа. Потом попали в русло пересохшей реки. Оно было прямое, как будто прорезанное бульдозером в отвесных беловатых скалах, и засыпанное опавшей листвой с растущих по краям осин. Скоро впереди послышался долгожданный шум воды.

Туча к этому времени закрыла всё небо, и резко стало темно, как в сумерках. Приходилось внимательно смотреть под ноги. Вот и река! Надо же! Мы вышли к самому началу каньона, он виднелся буквально в пятидесяти метрах ниже. А здесь была небольшая ровная площадка почти у самой воды, поросшая молодыми гибкими осинками.

«Ровная» — это громко сказано. Пришлось повозиться, чтобы найти удачное место для палатки и убрать лишние камни. Поставив палатку, я натянул поверх неё полиэтилен, таким образом, что осталось «под крышей» небольшое пространство рядом. Когда там задымил костёр, первые капли дождя гулко ударили в натянутую плёнку.

На ужин был утренний хариус, запечённый в листьях бадана, и гречневая каша. Дождь шуршал над головой, дым лез в глаза, река по обыкновению пела свою колыбельную песню.

Уговаривать долго не пришлось — мы споро забрались в палатку и почти сразу заснули. Да, «почти» сразу.

 

Проснулся я от от холода. Было темно, хоть глаз выколи. К спине привалился кто-то ледяной и тяжёлый, я сердито попытался его отодвинуть, но ничего не получилось. Спросонья не найдя фонарик, я на ощупь выбрался наружу. Лоб упёрся во что-то холодное.

— Почему так холодно? — голос Риты дрожал.

Возник луч фонарика и уткнулся во что-то белое. Полиэтилен обтянул палатку со всех сторон, а сверху был завален снегом. Навес не вынес тяжести и обрушился. Снег лежал на холодном кострище, налип огромными шапками на выгнувшихся дугой осинах, многие из которых не выдержали и сломались, завалил со всех сторон палатку и, съехав с купола, вдавил стены внутрь, вызвав ощущение ледяной «спины». За несколько часов окружающий ландшафт стал зимним. Да и холод был совсем не июльский. Так и околеть недолго...

Я натянул не успевшую высохнуть штормовку, которая промокла ещё вечером, пока я ходил за дровами. Свитер я снял, чтобы сохранить хоть какую-то вещь в сухости. К спине тотчас же прилипла холодная ткань, заставив меня вздрогнуть. Увязая в липком снегу почти по колено, я торил тропу в сторону недалёкой сухой ели, которую заприметил ещё с вечера. Перед самым рассветом в лесу раздавался топор дровосека.

Самое противное знаете что? Нет, не пробираться через сугробы в кедах, не валить колючую ёлку почти наощупь, не волочить её, а точнее, пытаться волочить за собой. Самое противное — рубить дрова, потому что при каждом наклоне ледяная штормовка касается разгорячённой спины и душа трепещет, как перед страшным судом. Не в силах выносить такую муку, я скинул куртку и голый по пояс махал топором возле палатки, ощущая на своей спине восхищённый взгляд Риты. Последние, редкие уже снежинки таяли на теле, от меня интенсивно шёл пар.

Мои усилия не пропали даром: скоро жаркий огонь разлил вокруг себя живительное тепло. Я снова натянул тент, и он, как экран, не давал лишнему теплу улетучиться. В палатке потеплело. Рассвет показал удивительную картину: всё вокруг стало белым, как будто в сказке «Двенадцать месяцев» что-то пошло не по сценарию. Небо разъяснилось, но солнце ещё не взошло, и было очень холодно. Рита, наконец, перестала стучать зубами и заснула.

Преодолевая желание нырнуть ей под тёплый бочок, я аккуратно достал ридикюль. Вот оно! Передо мной снова лежали шприцы, какие-то пузырьки и пакетик с порошком. Меня трясло, но уже не от холода.

Содержимое косметички без всплеска исчезло в тугой речной струе. Уклон русла здесь был приличный, и не было никакого шанса выудить дурь обратно. На всякий случай я поискал в ридикюле ещё. В сумочке оказались всякие женские причиндалы, а в полотняном мешочке высушенные листья папоротника. Каменный зверобой! Вот и ещё один скелет в шкафу...

Мечтая согреться, я заполз в палатку и прижался к тёплому телу. Рита обняла меня за шею и, сладко посапывая, положила голову мне на плечо. Острый приступ стыда и жалости вызвал прилив горячей крови к лицу. Я согрелся и быстро заснул.

— Отдай! — в бок больно ткнулось что-то твёрдое. — Быстро отдал!

Марго заслоняла собой солнечный свет. Её кулаки были сжаты, а лицо перекошено злобой. Я молчал.

— Ты что, сволочь, страх потерял? Куда дел, быстро говори!

— Не отдам... А если бы и хотел, не смог бы. Я выкинул твои наркотики!

— Что?! Выкинул?! Куда?

— В речку, — я махнул рукой в сторону потока, который заметно увеличился в размерах.

— Да как ты посмел?! Сволочь!!! — девушка вдруг полностью потеряла все привлекательные черты и стала похожей на фурию.

— Я хочу, чтобы ты слезла с наркотиков... — упрямо твердил я.

— Придурок! Какие наркотики?! Это инсулин!

Похожие статьи:

РассказыПроблема галактического масштаба

РассказыВспышки на Солнце [18+]

РассказыПроблема планетарного масштаба

РассказыПовод, чтобы вернуться

РассказыПроблема вселенского масштаба

Рейтинг: +6 Голосов: 6 481 просмотр
Нравится
Комментарии (21)
Анна Гале # 5 сентября 2017 в 18:29 +2
Значит, ей нужен все-таки психиатр ))
Martian # 8 сентября 2017 в 13:24 +2
Инсулин в ложке не греют. +
Лавр Тревита # 6 сентября 2017 в 23:11 +2
Плюс
Жан Кристобаль Рене # 9 сентября 2017 в 09:49 +3
Ну чо, продолжим? joke
Рита безмятежно спала, поджав колени в позе эмбриона.
А в позе эмбриона можно и не поджав колени? laugh Имхо:
Рита безмятежно спала в позе эмбриона, поджав колени.

Я выполз из палатки, поёживаясь от прикосновений тумана, и отправился на речку. Здесь в мелкой протоке я закинул вчера небольшую полутораметровую рыболовную сеть, которую специально брал с собой.
.Повторы

В ридикюле лежали какая-то сумочка, какой-то полотняный мешочек и что-то типа косметички.
Повтор не раздражает, не? Вообще второй "какой-то можно смело убрать))

Рита схватила меня за руку, показывая рукой в
Блин, ты чо та в этой главе джедай повторов crazy

безбоязненно давая нам вдоволь полюбоваться

Имхо связка корявая))Ну шо за нагромождение? shock

Казалось, до них рукой подать, но, судя по карте, километров двадцать.
Тут явно отсутствует связка. Ну вот, например, такая:
Казалось, до них рукой подать, но, судя по карте, топать нам до них километров двадцать.

Мы ушли по гребню в сторону, и я время от времени возвращался к реке, но всё тщетно:

В сторону чего? Или это термин такой?

от меня интенсивно шёл пар.
Канцелярит. А вообще снег лето - зашибись! И клещи. Фиг я в ваши края приеду sad

Хмм... Инсулин и ложка? scratch Ну лан... laugh

Вообще классно, ага)) Мну нра! smile
Игорь Колесников # 9 сентября 2017 в 16:14 +1
Клещей бояться - в лес не ходить! Гы! laugh
На самом деле они у нас ещё более-менее мирные. Меня раз двадцать кусали или тридцать. А отца моего, который до сих пор по лесам частенько шляется, так вообще не меньше сотни. Пока ему однажды утром не стало как-то плоховато...
Скорая, реанимация, инфекционка. Старик оказался крепок, через три недели был уже как огурчик и получил в подарок иммунитет на всю жизнь.
Жан Кристобаль Рене # 9 сентября 2017 в 16:17 +1
У нас тока с животных снимаем) laugh Не агрессивные. Обычно, когда поля опыляют, в сады забираются. А в горах их и нет вовсе. scratch
Игорь Колесников # 9 сентября 2017 в 14:09 +2
В наших краях говорят не чо, а чё, но продолжим! laugh
Половина - не в бровь, а в глаз, вторая половина - имхи, а вот про третью половину поспорим. crazy
Уйти в сторону - как бы наречие такое. Не в сторону чего-то, а просто в сторону. Это по логике нужно писать слитно, как вбок, вверх.
Рука - явный повтор, какой-то - в данном случае намеренный, но, похоже, он не выглядит таковым. Повтор "я" здесь вообще повтором не считаю. Там не перебор с "я". В меру. Если автор явно старается поменьше якать, то это заметно, предложения какие-то куцые получаются иногда.
А вот про двадцать километров - благодарю - ты пробудил какие-то мои смутные сомнения. Знаешь, бывает, видишь, что что-то не так, а не доходит, как исправить.
Удивлён, что никто не привязался к фразе про овеваемые ветром и озирающие окрестности. Тоже ведь что-то не так. Решил пооригинальничать, но не переборщил ли?
Спасибо, Кристо, за внимательность и тёплые слова!
Жан Кристобаль Рене # 9 сентября 2017 в 14:20 +3
Ха! Я сейчас четвертый роман от первого лица дописываю, так вот с яканием справляюсь весьма оригинальным методом. Главный герой, эксцентричный француз, время от времени говорит о себе в третьем лице. Притом с иронией. И не только называя себя по имени-фамилии, но и говоря о себе "ваш покорный слуга", "толстый француз" и т. д.
Ну, там объема на почти два миллиона знаков, так что это была фишка, к которой читатель привыкает довольно быстро.
Ты практически везде избегаешь двойного якания за счет длинных предложений с перечислением. А вот тут спотык был лично у меня. )
А так-то на здороф, канешн)
Игорь Колесников # 9 сентября 2017 в 14:47 +2
Хороший приём!
Я обычно по-другому: Не я взял, а мне удалось взять, или мои руки схватили, и т. п.
Жан Кристобаль Рене # 9 сентября 2017 в 14:53 +2
Ну вот, глянь как это на деле выглядит)
Спойлер
Игорь Колесников # 9 сентября 2017 в 15:08 +1
ХарАктерно!
Я себя покорным слугой на самом деле называю, когда заседания веду на другом сайте.
"лук и сливки залитые расплавленным сыром" - не потерял запятую?
Жан Кристобаль Рене # 9 сентября 2017 в 15:10 +1
Ха!! Спасибо! Эта история у Каркуни сейчас препарируется)) Позорище я(( cry
Ворона # 9 сентября 2017 в 15:32 +2
гы, а меня вот счаз поклинило ещё на одном запятушке - его надо здесь? "Но больше, чем преступников и налоговых агентов,_ я не переношу людей, которые..." Это просто нужно малость отвлечься, тогда встанет как надо.Кажись, тоже потерялось smile
Жан Кристобаль Рене # 9 сентября 2017 в 15:38 +2
Ха! Ты и не увидела бы блошки) laugh Ну ничо, ты ещё до этого текста дойдёшь. Тама не паханное поле. Маша в одной из глав цельные табуны ошибок ошепяток нашла) smile
Ворона # 9 сентября 2017 в 15:08 +2
никто не привязался к фразе про овеваемые ветром и озирающие окрестности. Тоже ведь что-то не так. Решил пооригинальничать
ну я ваще-та так и поняла... laugh
Игорь Колесников # 9 сентября 2017 в 15:10 +1
v
Но что не так???? zst
Вроде, не не по-русски, а нелепо.
То есть, вопрос в следующем: можно ли так сказать, несмотря на нелепость, или не стоит оригинальничать?
Ворона # 9 сентября 2017 в 15:37 +2
ды? хде ж оно здесь, блин, по-русски?! "Здесь мы немного посидели на поваленном бревне, овеваемые ветром и озирающие окрестности" Если уж на то пошло, а "озирая окрестности" написуть не судьба штоле?! (Озирая Окрестности Онежского Озера... и дальше: "Отдайся, Ольга, Озолочу! Отойди, Отец, Онуфрий...) hoho
Жан Кристобаль Рене # 9 сентября 2017 в 15:40 +2
Ото Оторвёт Окоянное Отродье! shock
Ворона # 9 сентября 2017 в 15:47 +3
и вооще цепляться можно ко всему на свете, только нафига?
"...вчера наверное поймала, когда в кустах отсиживалась" - хошь тут вот вокруг "наверное" с обоих боков" запятухи станови, а можно посчитать, что это "наверняка вчера поймала", и тогда отвяжитесь со своими препинаками.

" потому что сегодня у нас трудный день. — А если он заразный? — Мы это узнаем, когда вернёмся в город и отдадим его на экспертизу" - это ж получается всё про сегодняшний день! и заразный-то он, и на экспертизу его! laugh И правда, добавь, что Ритулю поклинило мощно, и ни об чём помимо своего клещика несчастного она помыслить не могла.

Короче, оно бесконечка, и над своим-то можно издеваться до опупения, а уж разные человеки всегда сыщут, к чему дободаться. scratch
Игорь Колесников # 9 сентября 2017 в 15:52 +1
В точку! v
И то, и то видел, но именно так объяснил себе такое написание.
Рита говорит о клеще. И продолжает о нём говорить. Реплика про день проходит мимо ея ушей.
Игорь Колесников # 9 сентября 2017 в 15:50 +1
Так вот, туплю же! Так и хотел сначала написать, но что-то пошло не так...
Вышло коряво, но и смешно.
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев