fantascop

Сердце

в выпуске 2014/12/04
article2050.jpg

I

Как мне хорошо спалось. Открываю глаза. Все тут незнакомо! Где я? Постель очень мягкая, белье белоснежное. Солнце смотрит из окна и греет меня своими лучами. Как хорошо! Но где я? И вот еще что – я забыла свое имя. Кто я? Может быть, меня зовут Светлана. Да, красивое имя. Я – Светлана!

Это какая-то комната, но почему я ничего не узнаю? Комната жилая, значит я в квартире, но чья она?  Как я сюда попала? И что я здесь делаю? Спала. Одна?  Судя по размерам кровати, может быть и не одна.  Это меня радует или огорчает? Скорее радует. Пугает? Нет, вряд ли.

В другой комнате голоса. Мужской и… детский. «Сынок, ты успеешь позавтракать?» — голос мужской, приятный. «Да, папа, надо будить маму», — мальчик, возможно лет четырнадцати. Взрослый уже. Но кто они? Я что мама?! Мама Света – звучит! Но четырнадцать лет! Почему я ничего не помню? Какая-то боль слева.

— Света, доброе утро. Вставай, я приготовлю завтрак. Слава уже опаздывает. Да и я тороплюсь на работу, – говорит мужчина. Так, со своим именем угадала, значит не все потеряно. Сын – Вячеслав. Хоть что-то.

— Доброе утро, дорогой! – надеюсь, тон меня не выдал.

— Дорогой?! Ты уверена? Что с тобой? Вчера я был исключительно Виктором Петровичем для тебя. С тобой все в порядке?

— Прости, я не помню, что было вчера, Виктор.

— Это для тебя всегда так удобно. Частичная амнезия спасает семьи!

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

У Виктора звонит мобильный телефон. Он поднимает трубку, слушает всего пару секунд.

— Начинайте! – командным голосом почти кричит он и вешает трубку.

В комнату входит подросток. Да, действительно, ему четырнадцать или уже пятнадцать? Я не помню.

— Хватит уже ругаться! С утра прямо начинаете. Дождитесь хоть пока я в институт уеду.

— Доброе утро, сынок.

— Сынок?! Уже не Вячеслав Викторович? Мама ты с той ноги встала?

Почему так колет слева? Мне больно!

— Что ты делаешь!!! — отец кричит на сына. — Ты с ума сошел! — или мне показалось?

— Пожалуйста, давайте все к столу, — приглашает Виктор.

Туалет и ванную я нашла без подсказок. Это радует. Неудобно было бы показать себя еще и не знающей собственного дома. А их… мужа и сына я помню? И что я им сделала плохого? Они меня, кажется, ненавидят. О любви уж точно речи нет. Лучше зубы почищу, щетку бы не перепутать. Они мне кажутся знакомыми, даже родными. Я-то их люблю? Все, зубы чистые. Приятно, что себя в зеркале узнаю без сомнений. Я еще довольно привлекательная! Пойду, платье выберу, надо спешить, а то семья опять сердиться будет. О! Да у меня хороший вкус. Сама себя не похвалишь, никто не похвалит. Надену вот это, цвета морской волны. Чем-то напоминает мне больничный халат, да, цветом, но мне нравится.

На кухне уже сидят отец с сыном.

— Приятного аппетита! — голос я свой нахожу не менее приятным.

Нет ответа. Все уже жуют. Сажусь за стол. Яичница с помидорами и базиликом. А что я ожидала? Грибной жульен и греческий салат? Не буду привередничать, голод не тетка…

— Ты сегодня останешься дома? — муж. Муж? Любимый муж?

— Не знаю, может быть, по магазинам пройдусь или прогуляюсь, — надеюсь, достаточно спокойно отвечаю я.

— Да-да, прогуляюсь… Я тоже сегодня буду поздно, — голос Виктора, Виктора Петровича, мне почему-то нравится.

— Как обычно? — непринужденность, главное, легкость и непринужденность в голосе.

— Что значит обычно?! — все-таки я его расстроила.

— Я убегаю. Достало слушать ваши разборки, — сын-то уже вырос, как же мне все вспомнить? Я же не плохая.

— До свидания. Учись хорошо. Поцелуешь меня? — глазами скачу от сына к мужу. Опять что-то не то сказала?

Вячеслав подходит ко мне и касается губами моего лба. Что ж такой сухой поцелуй?

— До свидания, мама.

Почему так болит слева? Сердце?

— Послушай, нам надо продолжить тот разговор. Я все понимаю и не настаиваю ни на чем. Все делим пополам, сын остается у меня, — Виктор меня просто как ударил по голове. Не хватало, чтобы еще голова начала болеть.

— Почему у тебя??? – не узнаю свой возмущенный голос, это уже писк какой-то. Зачем я так?

— Дефибриллятор! – невозмутимый голос Виктора.

— Прости, что ты сказал? – не понимаю я.

— Снова ты начинаешь! Мы обо всем договорились. Вечером обсудим еще раз. Убегаю. Прощай, — теперь мне голос Виктора Петровича совсем не по нраву. Пусть уходит.

А дверью хлопать вовсе не обязательно! Да еще и два раза! Меня от этого просто передергивает! Какая невкусная яичница. Нет, не мое это все! Чужое! Опустошенность. Что им не хватает? Колет сердце. Не могу! Я не хочу так! Пойду, прилягу, может, поплачу. Сердце, прямо, выпрыгивает из груди. Что со мной? Плакать не буду! Я сильная! Какая мягкая постель и белье такое белоснежное. Снова сон ко мне приходит. Как хорошо!

 

 

II

— Срочно в операционную! — мужской безапелляционный голос.

Женщину на каталке бегом увозит группа людей в халатах. Везут по длинному, хорошо освещенному коридору больницы.

— Женщина. Тридцать пять, тридцать шесть лет. Имя – Светлана. Без сознания. Попала в автомобильную аварию. Повреждение левой части груди. Противопоказания на наркоз неизвестны, — женский торопливый голос.

— Так срочно узнайте! На аллергию тоже проверьте! Если мы не вытащим это… — доктор показывает на небольшой металлический осколок, торчащий из груди пациентки, — то от потери крови она скончается через пятнадцать минут.

Медсестра убегает вперед.

Пациентку завозят в операционную. Подкатывают медицинскую каталку к столу. «На счет два. Раз… два!». Медики переносят женщину с каталки и кладут на операционный стол.

— Положите ее на правый бок. Освещение на грудь, — хирургу уже натягивают перчатки и завязывают стерильную маску две медсестры. – Открытая операция на сердце по извлечению инородного тела из грудной области. Ассистенты – Ольга, Екатерина. Анестезиолог – Борис. Старший ассистент – Вячеслав. Всем приготовится!

— Противопоказаний на анестезию нет. Аллергий не выявлено. Наркоз ингаляционный, смешанный, — голос Бориса четкий, уверенный.

— Начинайте! – дает команду хирург. Анестезиолог надевает маску на лицо пациентки. Хирург подходит с поднятыми руками к операционному столу. За ним старший ассистент и две ассистентки.

— Мы начинаем и все будет хорошо! — твердый голос хирурга, глаза направлены вверх.

— И помоги нам Бог, Виктор Петрович! -  не выдерживает Ольга. Хирург кивает.

На операционном столе женщина лежит на правом боку, с отведенной левой рукой, ее поясницу фиксирует валик.

— Следите за показателями. Делаю переднебоковую торакотомию слева, в пятом межреберье. Скальпель! – командует хирург и делает надрез мягких тканей около двенадцати сантиметров на груди пациентки.

— Вытаскиваем эту штуку, Слава! Следите за давлением! Приготовьтесь останавливать кровотечение! Вячеслав приготовьте ранорасширитель, если задето сердце будем вскрывать, – ассистентка Екатерина тампоном вытирает пот со лба хирурга.

У груди пациентки три пары рук — три руки с тампонами, одна хирурга с анатомическим пинцетом, одна старшего ассистента с таким же пинцетом и одна рука с кровоостанавливающем пинцетом.

— По моей команде, — Виктор Петрович берет пинцетом кусок металла, Вячеслав тоже с другой стороны, хирург кивает и они тянут вверх. Пациента не шелохнется.

— Давление падает! Пульс 120! — докладывает Екатерина.

— Вскрываем! Ранорасширитель! Приготовить влажную марлю! — говорит хирург.

Хирург специальным инструментом открывает рану на груди. Видно сердце, часть легкого. Медсестра влажными марлями отодвигает легкое. Сердце бьется. Виктор Петрович внимательно осматривает его.

— Вижу повреждение перикарда. Буду делать надрез, — Екатерина снова вытирает пот с его лба.

— Вскрываю перикард. Повреждение от осколка. Вижу его. Вячеслав помогите!

Хирург надрезает верхнюю оболочку сердца — перикард и видит совсем маленький металлический кусок. Вячеслав пытается захватить его щипцами, неудачно.

— Что ты делаешь!!! — кричит на него доктор. — Ты с ума сошел!

— Пульс нитевидный, давление падает, аритмия, остановка дыхания, — ассистентка Ольга четко произносит каждое слова.

— Приготовиться к реанимации. Дефибриллятор! -  командует хирург.

Сердце чуть колышется, замедляя движение. Виктору Петровичу удается поймать осколок и вытащить его. Тот со звоном попадает в металлическую миску.

— Можно!

Екатерина приставляет поверхности дефибриллятора к груди пациентки, одну справа сверху, другую слева снизу. Смотрит на главного хирурга. Все убирают руки от пациентки.

— Разряд!.. Еще разряд! – доктор кричит.

Тело пациентки выгибается.

— Пульс 70, дыхание стабилизируется, — ассистентка Ольга светится счастьем.

— Вячеслав, шейте, — просит хирург.

На этот раз старший ассистент справляется без замечаний. Виктор Петрович наблюдает и знает, что уже почти все позади.

 

III

Палата реанимации. Свет приглушенный. Над кроватью стоят врачи – Виктор Петрович и Вячеслав.

— Борис предупредил, что она вот-вот выйдет из наркоза, — Виктор Петрович держится за свой подбородок.

— Я скоро вернусь, — Вячеслав выходит из палаты.

Светлана открывает глаза.

— Виктор! Что?! Что произошло? У меня ужасно раскалывается голова.

— Мы знакомы? — доктор хмурит лоб, пытаясь вспомнить.

— Это для тебя всегда так удобно. Частичная амнезия спасает семьи! – сарказм у нее не получается, видно, что Виктор понятия не имеет, о чем она говорит.

— Светлана Юрьевна! Вы в больнице. Я ваш лечащий врач – Виктор Петрович. У вас посттравматический шок. Возможно частичная потеря памяти. Также действие наркоза еще не прошло. Вы попали в автомобильную аварию. Мы сделали вам операцию. Она прошла успешно. Но вам нельзя вставать. Если вы хотите, я могу позвать психолога.

— Этот сон, он был такой яркий. Вы, правда, не мой муж? А то у меня… у нас, во сне, совсем отношения не складывались, — смущается Светлана, — вы выглядите как он, точь-в-точь.

— Могу вас заверить, что нет, я не ваш муж. Не волнуйтесь.

В палату входит Вячеслав.

— Слава, сы… — вовремя останавливается она.

Вячеслав с непониманием смотрит на Виктора Петровича.

— Светлана Юрьевна, все будет хорошо. Вы нам обязательно расскажите свой сон, а сейчас отдыхайте.

Доктор наклоняется, смотрит зрачки пациентки. Проверяет показания приборов. Вячеслав и Виктор Петрович выходят из палаты.

— Да, что-то наш Борис опять намешал. Ух, нарколог с правом анестезиологии!

Они смеются.

Через несколько недель пациентка Светлана уже была готова к выписке.

— Спасибо вам, Виктор Петрович. Я этого никогда не забуду! Вы подарили мне новую жизнь! – Светлана целует своего доктора в лоб.

— Всего вам самого доброго и берегите себя! – Виктор Петрович смотрит ей вслед.

— Виктор Петрович, как вы думаете, там во сне, когда я была на грани смерти, это был ад или рай? -  Светлана смотрит в глаза Виктору.

— Вам решать, Светлана Юрьевна! И сердце не обманешь. До свидания.

Светлана выходит на крыльцо больницы. Смотрит на яркое солнце и подставляет лицо его лучам, с удовольствием ловит тепло. Сквозь тонкое летнее платье пальцами нащупывает шрам слева на груди. Она улыбается и уходит, одинокая, но такая свободная и счастливая.

Похожие статьи:

РассказыДоктор Пауз

РассказыПограничник

РассказыПроблема вселенского масштаба

РассказыВластитель Ночи [18+]

РассказыПо ту сторону двери

Рейтинг: +1 Голосов: 1 776 просмотров
Нравится
Комментарии (6)
DaraFromChaos # 3 июля 2014 в 16:55 +3
хорошо...
очень хорошо...
но почему "не все умерли"? Злобная Дара не довольна! zlo

Но все равно хорошо ))))
Георгий Кавсехорнак # 3 июля 2014 в 17:04 +3
Приветствую, Дара,
Спасибо за комментарий.
Не было задачи "всех убить" angel
DaraFromChaos # 3 июля 2014 в 17:18 +3
да я понимаю, что не было )))
но такие финалы шибко любезны сердцу столь бессердечного существа, как я rofl
Георгий Кавсехорнак # 3 июля 2014 в 17:51 +3
laugh Понятно. А в общем повествование от женского лица получилось? У меня корыстные, конечно, интересы. Другими словами - женщину видно за этими строками? А то поменяю псевдоним на ... Памелу Кватербок, к примеру, и буду от ее имени отдельно писать smoke
DaraFromChaos # 3 июля 2014 в 18:03 +3
Памелу Кватербок, к примеру, и буду от ее имени отдельно писать
от такого имени можно только прА любоФ писать :))))))

насчет "видно ли женщину". Ну, понятно, это миниатюра, а не рОман про Наташу Ростову. В подобном формате нормально. то есть вопрос - похожая ли женщина на настоящую - у меня просто не возник.
Если бы что-то зацепило при чтении, я заметила.

ПС и неча мне тут своими женщинами )))) намёкивать, что я еще "женщину" в другом рассказе не почитала stuk нету у меня силов на это после 9 вечера )))
но я все помню и обязательно прочитаю )))
Георгий Кавсехорнак # 3 июля 2014 в 18:26 +3
smile Если честно, я об этом и не думал даже (о той "женщине"). Это не к спеху, Дара. Будет время и желание посмотрите.
Сейчас как раз чуть правлю 1-ую часть. v
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев