fantascop

Сети Дискордии. Глава 2

в выпуске 2016/06/22
5 октября 2015 - Вячеслав Lexx Тимонин
article6230.jpg

Высокий брюнет, светлые глаза, широкие скулы, чуть за сорок, грустно смотрел на белую чёрточку Анадалии. Белоснежный корпус громадного корабля казался тающим огарком свечи. Ярким, но мутным пятном среди бурлящей серости гиперпространства. Похожие на струйки сизого дыма, как от благовоний, энергетические паруса мерно курились, постепенно исчезая среди складок сюрреалистического мира.

Вселенная полна несправедливости, – подумал офицер.

Космические корабли расходуют тонны реакторной массы, чтобы создать энергетические паруса – пятнадцатикилометровые полотнища чистой энергии...

И вот они, сотни, тысячи гигаватт... утекают, как дым...

А ведь вокруг полно энергии! Полно! Дармовой! Бесхозной...

Гиперпространство продолжало клубиться невнятной серой массой, изредка разрезаемой всполохами гигантских молний. По расчётам учёных, достигающих в длину миллионов километров.

Торжество дикой, необузданной энергии пугало и восхищало!

Справа от пятнышка Анадалии мерцали ещё два огонька. Ещё два огромных транспорта.

– Хм... Крупинки... Интересно, как далеко до них?.. – задумчиво пробормотал офицер.

Капитан второго ранга, офицер Государева Космического Флота (ГКФ) Алексей Николаевич Ворожцов, даже приблизительно не мог ответить на свой вопрос. Увы, глазу не за что было зацепиться, чтобы с чем-нибудь сравнить и прикинуть расстояние. Как понять, сколько до грузового корабля водоизмещением в четыре миллиона тонн, длиной более семисот метров, если всё вокруг размазывается этим чёртовым гипертуманом?!

В обычном космосе, несмотря на его пустую безграничность, это было бы сделать проще. Ведь он был полон звёзд. Мозг оперировал понятными образами и цветами, а не искорёженными чудовищной гравитацией волнами света.

Здесь не было звёзд. Была муть.

В принципе, в обязанности старшего офицера на борту боевого корабля ГКФ не входило измерение расстояний до конвоируемых судов. Для этого можно было попросить навигатора. Или пилота. Любого из двух молодых лейтенантов, недавних выпускников Государевой Военно–космической Академии.

Но надо ли это ему?..

Чёртова депрессия!

Ворожцов тяжело вздохнул. Нужно будет заглянуть в корабельный лазарет, личный бар в каюте уже не помогал.

Гиперпространство у всех и всегда вызывало приступы меланхолии, подавленности и депрессии. Неважно, салага ты, только что из учебки, или бывалый капитан, не один год бороздящий космос. Видишь его из рубки каждый день или никогда не видел, валяясь на койке в казарме десанта.

Гипер давил на само сознание. Заставляя сходить с ума.

Поэтому существовало поверье, что в гипере можно наткнуться на мёртвые корабли, полные безумцев, так и не вышедшие в нормальный космос...

Ворожцов повёл рукой над консолью. По окружающему гиперпространству, проецируемому с внешних камер по периметру рубки, прошла рябь. Он часто-часто поморгал, потихоньку отходя от наваждения. Серая муть исчезла, сменяясь привычной обстановкой боевой рубки.

 

* * *

 

Вот уже двадцать локальных суток эскадренный ракетный эсминец Терний находился в гиперпространстве, выполняя задачу Центра ГКФ по сопровождению и охране грузового конвоя, идущего с Владимира на Диаболо. Стремительный военный корабль уныло плёлся рядом с тремя неторопливыми грузовиками, идущими с ускорением всего в 200G, скучая по пятистам. Тем не менее неповоротливые толстяки Анадалия, Кафти и Синтасия, уверенно продвигались вперёд, покрывая расстояние в световой год за час локального времени.

Капитан Ворожцов сверился с компьютером и произнёс, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Ну что же, ориентировочно через десять суток мы достигнет окраин Конфедерации Независимых Миров. Надеюсь, там станет чуток веселее, а если повезёт, то даже какой-нибудь дурачок пират попадётся...

Его поддержал полноватый светловолосый каптеранг, стоящий по правую руку.

– Скорее бы, команда изнывает от безделья. Единственная радость – ночные учения.

Капитан усмехнулся.

– Кстати о них, старпом... У вас есть что-нибудь для судового журнала? Ну и по конвою?

– На транспортах всё в норме, капитан... – он замялся, – А вот итоги вчерашних учений предлагаю обсудить за ужином...

– Ну, что же, тогда я закрываю суточный отчёт... – он коснулся большим пальцем сенсора в подлокотнике кресла, и бортовой компьютер мелодично звякнул, подтвердив операцию.

Он хмуро посмотрел на офицеров дежурной смены. Те, опасаясь тяжёлого взгляда капитана, потупили глаза в пол.

– Да чего уж там обсуждать-то, Пётр Николаевич?.. Как я погляжу, Государев Флот уже не тот. Черти бестолковые... Драть их надо!

Старший помощник промолчал, понуро опустив глаза. Как и его подчинённые – молодые офицеры вжались в пульты, стараясь не отсвечивать.

– Ладно, старпом, – смягчился Ворожцов, – пойдёмте обсудим... И боцмана захватите. Расскажете мне причины вашего фиаско...

– Есть, капитан... – старпом заметно покраснел.

Ворожцов махнул рукой.

– Пётр Николаевич, да бросьте вы, дуться-то... чай не барышня! Вы вот лучше тактику поменяйте... Пообщайтесь побольше с матросами... Станьте для них...

Зубодробительный вой сирены прервал капитана Ворожцова.

– Что за чёрт?!

Офицеры дежурной смены уткнулись в пульты.

– Прямо по курсу гравитационное возмущение! – доложил первый пилот, лейтенант Ельников, – Никогда... такого… такое... не видел!

Его мальчишеское лицо побледнело. Чёрные как смоль, короткие волосы встали дыбом, отчего серый форменный берет съехал на затылок. Остальные офицеры выглядели на лучше.

Ворожцов выждал непозволительно долгие в боевой обстановке тридцать секунд, и не выдержав, гаркнул на пилота.

– Лейтенант! Потрудитесь доложить по форме!

Крик капитана вывел молодого офицера из ступора.

– Есть! Но я... не знаю... – в горле у него пересохло, лейтенант закашлялся, – В общем... вот... Смотрите!

Вместо доклада он активировал центральный экран. Одного взгляда на происходящее было достаточно, чтобы понять: происходит что-то из ряда вон выходящее.

В центре бурлящей серой мути гиперпространства, строго по курсу движения конвоя, вздулся волдырь тёмно-коричневого цвета. Переливаясь всполохами молний ржавого цвета, он ширился. Вот он раздражённо вздрогнул, вспыхнул яростной вспышкой... и исчез. Лопнул. На его месте осталось бурое пятно. Впрочем, которое снова забурлило.

Капитан включил коммуникатор.

– Внимание всем постам! Боевая тревога! Генераторы гравиполя на торможение!

Рёв неудержимой волной прокатился по палубам эсминца. От носового обтекателя с антеннами датчиков, через силовую, через ракетные погреба, казармы и до кормовых стабилизаторов гравикомпенсатора, торчащих над грузовыми шлюзами. Вой сирены заставлял ныть переборки. И проникал в глубину души, заставляя сердце стучать чаще. Неважно кто где был и что делал до этого, но сейчас, матросы и офицеры в едином порыве устремились к своим боевым постам.

Старпом обратил внимание капитана на тактический дисплей, где среди путаницы векторов гравитации и динамических курсовых линий светились значки эскортируемых транспортов.

– Нужно тормозить грузовики. И срочно, их гравикомпенсаторы хуже наших.

– Вы правы! – капитан благодарно кивнул, – Связь, объявите тревогу по конвою. Прикажите немедленно начинать торможение. Пусть снизят ускорение до полусотни G и ждут дальнейших распоряжений.

Связист, светловолосый старлей, кивнул и занялся аппаратурой. Тонкие лазерные лучи системы кодированной связи устремились к транспортным кораблям.

Не отрывая взгляда от бурлящей аномалии, похожей на какао, капитан сел в своё кресло в центре рубки.

– Навигатор определите дистанцию до этой штуки...

– Есть! Но это займёт некоторое время, в гипере мы всё равно что слепые котята...

– Делайте что нужно, лейтенант, но только не тяните кота за усы... Старпом, сколько у нас зондов, годных для полётов в гиперпространстве?

– Всего два. Я уже распорядился их подготовить.

– Хорошо. Отправляйте по готовности. И прикажите снарядить оба катера на всякий случай...

Адское варево бурлило и клокотало. Гигантские коричневые пузыри надувались, лопались, снова надувались. Кипящее нечто, или, правильнее сказать, ничто грозило поглотить корабли.

Связист подал голос:

– Конвой начал экстренное торможение. Капитаны кораблей опасаются незапланированного выхода в нормальное пространство из-за слишком высокого отрицательного ускорения.

– Пусть продолжают! Выпадут – подберём потом... Кстати, возможно, это самый лучший вариант развития событий в данной ситуации. Навигатор, каковы ваши успехи в расчётах?

– О-очень приблизительно, но я определил границы аномалии... Дистанция двадцать пять световых минут. Может чуть больше. Компьютер перегружен, гравитационное возмущение искажает свет маяков.

Маяками в гипере были массивные звёзды, самые большие и ярко светившие в обычном пространстве. В гиперпространстве они были видны как тёмные сгустки, образованные искажением смежных слоёв гипера из-за их гравитации.

Капитан нахмурился.

– Ваши рекомендации?

– Я не могу проложить безопасный курс... Даже если я ошибся с расстоянием до аномалии в два раза... у нас всё равно нет времени на манёвр... Быстро погасить свою скорость до нуля мы тоже не сможем. Нужно выходить... И транспортам тоже...

Старпом кивком поддержал навигатора.

– Капитан, я согласен с лейтенантом!

– Хорошо, – нехотя признал капитан. – Навигатор, определите координаты точки сбора и согласуйте с конвоем! Машинное, приготовиться к выходу из гиперпространства! Старпом, я готов пожертвовать одним зондом, чтобы узнать про этот булькающий нарыв побольше.

– Я понял, капитан... – он кивнул, – зонд в гипере.

Капитан Ворожцов нахмурился. Времени было мало, аномалия приближалась.

Иногда, хоть и очень редко, в гиперпространстве случались невообразимые по масштабам и мощи катаклизмы. Выжить в гипершторме пока не удалось никому, а если кто-то и выжил, об этом поведать не смог.

Навигатор привлёк внимание капитана.

– Регистрирую изменения в гиперполе. Кафти и Синтасия совершили переход в обычное пространство. Анадалия пока задерживается.

– Хорошо, – ответил Ворожцов, – Первый пилот, как только она совершит переход, выводите нас.

– Есть, капитан!

Старпом кивнул подбородком в сторону изображения, где вздувались и лопались кроваво-коричневые пузыри. Благодаря датчикам зонда, аномалия предстала перед людьми во всей красе.

– Странный этот шторм какой-то... Слабенький, что ли... Мне всегда казалось, что гипершторм - это... это... что-то неописуемое.

– Странный? – усмехнулся капитан, – Николай Петрович, а вы хоть один гипершторм в жизни видели? В смысле вживую! Может быть, на предыдущем месте службы?

– Нет, конечно, капитан! – он улыбнулся, – Я же тут, как видите... Живой, слава богу.

– Ну да, ну да...

Резкое восклицание офицера связи прервало капитана.

– Чёрт! Простите, капитан... – он смутился, – Анадалия сообщает о неисправности гравикомпенсатора! Им не успеть выйти из гипера до контакта с аномалией!

 

* * *

 

Тёмно-коричневый пузырь, дрожа и огрызаясь чудовищными молниями, заполнил видеоэкран от края до края. А на тактическом дисплее значки кораблей застыли на самом краю круга, обозначающего границы аномалии. Навигационная система эсминца, оглушённая гиперштормом, отказывалась функционировать, о чём жалостливо скулила.

Когда выяснилось, что Анадалия не сможет затормозить и покинуть гиперпространство, Ворожцов приказал вывести эсминец на параллельный с ней курс, и начать спасательную операцию.

Военный корабль уровнял относительную скорость и замер на минимальной дистанции до транспорта. Оба десантных катера ринулись к несущемуся в адскую бездну грузовику.

– Алексей Николаевич, по курсу, ускорение 150G, дистанция 43200 метров. Ближе нельзя!

Ворожцов задумчиво потёр лоб и сказал.

– Катера не успеют... Связь, передайте на Анадалию команду убрать паруса. Ельников, сокращайте дистанцию до 30 тысяч и гасите наши...

– Но...

Старпом попытался возразить, но капитан не стал его слушать.

– Мы теряем время. Выполняйте!

Он прекрасно понимал, что времени действительно не осталось. Ведь катерам нужно будет сделать несколько рейсов, чтобы забрать всех членов экипажа огромного транспортника.

Высокочастотный гул, сопровождавший работу излучателей, формирующих гравитационные плоскости парусов, стих. Пилот доложил о выполнении манёвра. А старпом добавил.

– Катера возвращаются.

– Отлично, пусть экипаж Анадалии располагается в казарме десанта. Направьте врачей туда.

– Есть, капитан... Нам повезло, что морпехи остались на Владимире...

Ворожцов хмыкнул.

– Да уж свезло, так свезло... Однако ладно, в тесноте да не в обиде, побудем немного как селёдки в бочке – похудеем!

Каждый военный корабль ГКФ располагал по штату подразделением космической пехоты. В зависимости от размера корабля, это могло быть отделение, а мог и батальон. Десантники выполняли полицейские функции на кораблях, а по необходимости и миротворческие, на планетарных базах или орбитальных станциях. Эсминцу такого класса, как Терний, было положено два взвода. Соответственно казармы, располагавшиеся ближе к карме, были рассчитаны на тридцать человек. К сожалению, экипаж Анадалии превышал полторы сотни человек. Поднимая на борт столько людей, капитан Ворожцов серьёзно перегружал систему жизнеобеспечения военного корабля. Он надеялся на то, что после удачной эвакуации, Терний незамедлительно выйдет из гипера и передаст гражданских на другие транспорты.

Была бы эта эвакуация... удачной!

– Катера ушли на второй заход, – доложил пилот, – Им придётся сделать ещё два рейса... минимум. Это минут двадцать, не меньше!

– Ясно... – старпом закивал головой, – Капитан, получается, что мы не успеваем! Вообще никак!

Старпом был прав. Воронцов только что проверил расчёты. По-любому выходило, что корабли пересекут линию невозврата через семь-восемь минут.

Однако твёрдо заявил:

– Продолжаем спасительную операцию. Мы их не бросим!

– Капитан... – старпом наклонился к самому уху Воронцова и прошептал, – Алексей Николаевич, вспомните о трёх сотнях офицеров и матросов экипажа Терния! Ведь они вверили свои жизни в ваши руки!

Ворожцов посмотрел ему в глаза. В них не было страха. Была только щемящая тоска.

– А я и не забыл! – произнёс он. – И никогда не забывал...

Он ткнул пальцем в сторону Анадалии, маленьким треугольничком мерцающей на тактическом дисплее.

– Вы предлагаете их оставить тут? Сказать: извините, так вышло?! – Ворожцов скривился от ярости, – Нет! Я сказал мы их не бросим!

– Я всё понимаю, но капитан...

Оранжевый всполох озарил рубку. Метал застонал, жалуясь на свою судьбу.

Громадный пузырь достиг своего предела и лопнул, обдав Терний и Анадалию волной искривлённого гравитацией подпространства. Словно щепки в стремительном водовороте, чудовищный вихрь завертел корабли, утягивая их в чёрный провал, открывшийся в самом центре аномалии.

Невыносимая тяжесть навалилась на людей. В рубке кто-то дико закричал.

Ворожцов понял, что и он сам кричит.

А потом пришла тьма.

Воздух застыл, превратился в густое прозрачное желе. Это сработала автоматическая система безопасности корабля. Бортовой компьютер, обалдев от показаний внешних датчиков, перевёл гравитационный компенсатор в режим стазиса.

Капитан Ворожцов знал, что запасённой энергии хватит всего на несколько мгновений. Но ему казалось, что они длятся вечность.

Похожие статьи:

РассказыЙо-хо...Хо! Игра в тёмную

РассказыВремя Исканий

РассказыПират

НовостиКонкурс Космооперы

РассказыВремя костров

Рейтинг: +1 Голосов: 1 296 просмотров
Нравится
Комментарии (2)
Павел Пименов # 5 октября 2015 в 21:28 +1
всё не слава богу... всосал пузырь ребятушек. Бяда-а-а-а.
Вячеслав Lexx Тимонин # 5 октября 2015 в 21:36 +1
Не боись! Высосет обратно.
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев