fantascop

Симона В. и пропавшая рукопись

в выпуске 2017/07/27
24 апреля 2017 - Андрей Рябоконь
article10931.jpg

Симона Вилар и пропавшая рукопись 

 


Кажется, миллионы людей русскоязычного мира с начала 90-х успели насладиться яркими образами из книг Симоны Вилар – «переводов с французского» – а ныне, по слухам, её книги выходят и на иных славянских языках…
Но, обо всём по порядку.

Впервые познакомился я с книгой Симоны Вилар тогда же, в 90-х годах, прочитав сокращённую версию романа «Обручённая с розой» в одном из харьковских еженедельников (если не ошибаюсь, «Экран»), где время от времени «выпускали на читателя» мою графику. И настолько увлёкся таким занимательным затягивающим сюжетом о юной Анне, будущей королеве Англии, что, если не удавалось в газетном киоске приобрести очередной номер, пахнувший свежей типографской краской, то мчал в редакцию с просьбой «восполнить пробелы» – благодаря сотрудникам редакции мне удалось собрать почти полную версию этой первой русскоязычной «ласточки»…
Когда же совершенно случайно через пару лет я узнал, что далёкая и загадочная «француженка» Симона Вилар – на самом деле моя соседка Наташа Образцова (это её девичья фамилия)… то я отнюдь не был разочарован, а, напротив, обрадовался. И, купив на книжном рынке её первый роман – уже в обрамлении крепкой и красочной обложки – попросил Наталью разместить свой автограф… на французском языке (для этого пришлось проконсультироваться в университете, с преподавателями, чтобы текст автографа «нарисовался» без ошибок – с языком французским и у меня, и у Натальи куда хуже, чем с английским :)
В двух словах обозначить канву романа можно следующим образом: умница и красавица Анна Невиль, дочь известного исторического персонажа графа Уорвика (который на самом деле оставил весомый след в истории Великобритании), и смелый рыцарь Филип Майсгрейв становятся – против своей воли – втянутыми в жестокую борьбу за трон Англии, которая осталась в памяти потомков как война Алой и Белой розы. Анна вынуждена спасаться бегством – переодевшись в мужское платье, она присоединяется к отряду благородного молодого дворянина, где все считают её просто храбрым юношей. Вскоре обман рассеялся – и на смену ему пришла страсть, связавшая навеки два любящих сердца. Вопреки всем бедам и несчастьям, вскоре обрушившимся на них. О приключениях и опасностях, что ждут Анну и Филипа на тропах «войны роз», в общем-то, и рассказывает книга.

Не буду врать, утверждая, что новые, последующие книги Симоны Вилар понравились больше первой. Как по мне, то именно первый роман – главное и самое удачное произведение талантливого писателя!..
Остальные – хороши, безусловно. И всё же они – лишь развитие темы, в определённом смысле повторы на разный манер тех же глубоких (и не очень) мыслей, сюжетных линий, появившихся литературных штампов.
Без упрёка писателю (именно так, ибо слово «писательница» не вполне «канонично», как бытующие «директрисса» вместо положенного «директор» или совсем уж вульгарное «врачиха» вместо «врач») должен сказать, что вины Симоны Вилар здесь, по всей видимости, нет или почти нет. Просто, к сожалению, присутствует в современном окололитературном пространстве некий завуалированный (или временами откровенный) диктат – «самодержавие» издателя, редактора.  
И диктатура сия представляется мне порой весомее (и куда как вреднее) модно ругаемой диктатуры пролетариата. Издатели заставляют автора строчить по роману в год (а то и по два! – скажите, много ль в истории мировой классики случаев, когда писатель гениальный или «просто талантливый» мог за год «наваять» два шедевра подряд?! Или за пятилетку – дюжину «бессмертных творений»?..) и попутно «режут лишнее», подгоняя «под формат».
В данном случае имела место «модельная стрижка» ряда хороших исторических романов Натальи Образцовой «под женский роман» с явно заказными т.н. «любовными сценами» – кусками слишком уж затянутой лирики, местами перетекающей в излишнюю физиологию. Впрочем, это всего лишь частное мнение читателя – даже не литературного критика.

В те годы уже вышла моя первая книжка (правда, не художественная – описания, легенды о лекарственных растениях) и я работал над повестью «Ностальгия». Которая так и не вышла в свет – почему, Вы сейчас узнаете.
Сюжет вкратце таков: смутные видения пробиваются сквозь туман боли – воспоминания и реальность смешаны – белый больничный в трещинах высокий потолок, лица каких-то людей в белых халатах… Голос говорит: «Вы побывали в страшной аварии, можете не узнать своё лицо, вы сейчас не готовы. Но через неделю, другую… мы подадим вам зеркало…»
Когда приступы страшной боли затихают и сознание начинает оставаться надолго, пациент видит себя в зеркале – и… правда, не узнаёт. Совсем иное лицо. Это не он!!! Ему хочется кричать, но он сдерживает крик.
Вскоре ему в палату приводят некую посетительницу и уверяют, что она – его жена. Хоть убей, он не помнит этой женщины!
Дальше – больше. Через полгода он в состоянии делать первые шаги, вылезая с помощью заботливых рук «жены» из инвалидной коляски, учится ходить на костылях в маленьком парке при больнице.
А ещё через год, вернувшись домой (которого не узнаёт совершенно, всё здесь чуждо ему), он пристрастился к неспешным прогулкам по набережной Темзы – дело было в Лондоне.
(настроение повести я попытался восстановить в новелле под названием «Ирен») 

Вдруг во время одной из таких прогулок ноги словно сами собой приводят его под мрачные стены, густо заросшие плющём – старый особняк ему кажется не просто знакомым, а воистину родным – и это совершенно необъяснимо!
Теперь он приходит сюда почти каждое утро, пытаясь вспомнить…
И вот, в один из таких дней, словно молния пронзает память, озаряя на мгновенье нечто сокровенное, и вновь повергая всё во мрак – но сперва он слышит цоканье каблучков знакомой до боли походки – и видит удивительную женщину, которая спешит, проходя мимо него, и, скользнув невидящим взглядом по его лицу, скрывается в доме.
Он следует за ней, не в силах сдержаться – даже осмеливается первым заговорить, что есть верх неприличия – по крайней мере, в этом респектабельном районе британской столицы. Она отвечает – и голос её что-то будит в нём, на краткий миг пробуждает спящую память. Нежный тембр голоса женщины ТОЖЕ ЗНАКОМ ему!.. Но как, как такое может быть?!
…И ещё её глаза… удивительные зелёные глаза…

Через несколько дней – опять встреча здесь же, у реки, городские берега которой давно закованы людьми в камень и металл, подобно людским душам в этом старинном мире, что пребывает под сенью порока, извечной жажды наживы – под властью безжалостного жёлтого металла.
…Встреча, будто глоток свежего воздуха в густом сумраке тропической зелени.
Теперь она улыбнулась ему, как старому знакомому – и пригласила на чашку чая.
Всё, абсолютно всё кажется ему странно близким, удивительно родным в этом доме – высокие застеклённые полки с книгами, стол под зелёным сукном, расположение комнат и тяжёлые гардины, что смягчают прямые солнечные лучи, не столь частые гости в этом старом городе. После болезни он с трудом переносит свет – болят глаза и затылок.
Вдруг – опять, словно повторный удар молнии – как там, впервые, на пустой набережной! Но в этот раз потрясение вызвано фотопортретом, что смотрит на него из обрамления простого багета со стены. Это лицо видел он только в сновидениях – когда подходил, там, во сне, к зеркалу – именно ТАКИМ он видел себя, когда забывался по ночам тревожным сном…
Это – он сам, и это его лицо!
Руки потянулись инстинктивно к щеке, будто заболел зуб.
Спонтанное движение не ускользнуло от внимания доброжелательной хозяйки. Она тут же пояснила, вопросительно глядя на странного посетителя: «Это мой покойный муж… Он погиб в автокатастрофе, полтора года назад. Мне вдруг показалось… Вы были с ним знакомы?..»

Через несколько дней всё выясняется. Непонятная ностальгия героя неизданной повести напрямую связана с той ночной трагедией на шоссе. Муж этой женщины погиб мгновенно – в страшной мясорубке, перемоловшей дождливой ночью несколько машин и человеческих тел, казалось, не осталось ничего, что можно было бы положить в гроб – не говоря уже об операционном столе… спасти людей в подобных ситуациях практически невозможно.
И всё же: чудом оказался почти не повреждённым мозг – хотя черепная коробка раскололась, как хрупкий орех. И в этот момент засекреченная правительственная клиника получила на пульт сигнал – срочно выехали кареты скорой помощи – тела перевезли в операционную…
В распоряжении медиков имелись уникальные разработки, что ждали своего воплощения – и вскоре, спустя сутки безостановочной работы нескольких бригад лучших хирургов страны, свершилось невозможное – мозг умершего в катастрофе (жизнедеятельность мозга поддерживалась искусственно) «подключили», «подшили» к телу донора. Именно, буквально подшили – тысячи нервных волокон, идущих к глазным яблокам, слуховым и вкусовым рецепторам, наконец, к спинному мозгу… Тело несчастного донора было целым – у этого человека пострадал, по странному стечению обстоятельств, только мозг.
И вот, на свет появился новый человек, состоящий из чужого мозга и своего тела. Или, напротив, из чужого тела и только лишь одного мозга, что принадлежит ему? Здесь напрашивается ещё один сюжет – о душе в чужом теле – но пора закругляться; пересказ повести, вклиниваясь в очерк, и так чрезмерно затянулся.

Читатель вправе спросить: ну и при чём тут «французская писательница»?!
Отвечаю: далеко не школьную а, скорее, студенческую, общую тетрадь я принёс Наташе-Симоне, желая узнать её мнение признанного литератора о скромной пробе пера.
Кажется, моя рукопись ей понравилась – или чуткая душа просто пожалела начинающего – по крайней мере, через неделю в телефонной трубке я услышал, мол, написано хорошо, чувствуется мысль и стиль, что-то ещё, оригинальный сюжет, и т.д., и т.п.
Ещё через неделю, при случайной встрече у подъезда нашей пятиэтажки Наталия сказала, что спешит, потом-потом…
А потом она сообщила мне, что тетрадь куда-то запропастилась – и в своей двухкомнатной квартирке она мою рукопись не нашла. Ну да бог с ней, казалось бы. Жаль, что это был единственный экземпляр – я сразу выписывал начисто, без черновиков, и у себя ничего не оставил.
И Наташа это знала.

Очень далёк я от мысли обвинять «французскую писательницу» в примитивном желании «приватизировать» мой текст. Во-первых, у Симоны Вилар неисчерпаемая историческая тематика, что невооружённым взглядом видно по новым её книгам. На обширном литературном поле у каждого – своя грядка, и никто никому не мешает, возделывает свой писательский огород. По крайней мере, так должно быть в идеале.
Во-вторых, Наталия – талантливый человек, и вряд ли ей понадобились бы «дополнительные вливания» идей – ну, разве что рукопись НАСТОЛЬКО понравилась, что Симона Вилар решила оставить её в своей личной библиотеке (что вряд ли!!).
По крайней мере, глубокоуважаемый Читатель и/или Писатель, если Вы вдруг случайно в какой-нибудь купленной свежеиспечённой книжке увидите подобный сюжет – не удивляйтесь. Будете знать, «откуда у книги ноги растут». :)
Ведь бывает, что книги, тетради, равно как прочие неодушевлённые предметы (ну разве что имело место «вселение душ»!:), ключи, например, или зажигалки передвигаются в пространстве самостоятельно и на изрядные расстояния? Скажем, с помощью Ваших частых гостей – «заклятых подруг», забежавших на минутку попить кофейку (и заодно перемыть косточки другим подругам из ОЗД-общества – «Отсутствующих Здесь Дам»), или «верных друзей», которые, важно дымя сигаретой, решили поведать Вам об очередной проблеме соседей-олигархов!..
Не все имеют такое счастье – но, случается.
Бог с ними, бог им судья.

 


***  

 

"Дата изготовления" очерка-рассказа: 

23 апреля 2011 года, в День психолога и Всемирный день книг и авторского права ( - совпадение?.. :)   

 

Французский автограф здесь - 

https://www.proza.ru/2011/04/25/816  

 

Всем спасибо!!  

 

Похожие статьи:

РассказыКомандировка в Рим (главы 1 и 2)

РассказыМесто, где земля закругляется.2

РассказыРоман "Три фальшивых цветка Нереальности" (Треки 1 - 5)

РассказыТайна Огня Глава 4 Видения

РассказыРоман "Три фальшивых цветка Нереальности" (Треки 6 - 1/3 7)

Рейтинг: +3 Голосов: 3 455 просмотров
Нравится
Комментарии (2)
DaraFromChaos # 24 апреля 2017 в 23:22 +2
интересная история, за что - плюс заслуженный :)
а вот Симону никогда не любила. помнится, пробовала читать: имхо, слишком девочковое, ляпов полно, не убедительно :((((

а теперь самое интересное smile ваша потерянная история, Адрей, напомнила мне сразу три или четыре романа со сходным сюжетом.
дело не в плагиате, конечно, а, думаю, в коллективном бессознательном и идеях, витающих в воздухе
последнее, что читала на эту тему: Титания Харди Лабиринт розы. :)
Андрей Рябоконь # 24 апреля 2017 в 23:37 +2
...БлагоДарен, благоДарю!.. И согласен почти на 100 % :)
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев