fantascop

Спектакль

в выпуске 2016/05/18
19 сентября 2015 - Михаил Бочкарев
article6024.jpg

Петр Андреевич Кольцов ранним утром вышел из дома, завел свой старый автомобиль и принялся счищать с него снег, за ночь превративший машину в полутораметровый сугроб. Когда он закончил работу, мотор уже прогрелся и Кольцов, усевшись за руль, тронулся. Он ехал на работу. Попав в непременную пробку на ленинградском шоссе, он включил радио, и продвигаясь со скоростью хромоногого, принялся искать в радиоэфире что-нибудь интересное. Ничего такого не нашлось. Кольцов уже давно заметил, что ему с каждым днем все омерзительнее становиться мир, который его окружает. Вся та информация, что лилась ему в уши ежедневно, была – либо бесполезной и бессмысленной болтовней идиотов, либо представляла из себя новости со всего мира которые непременно были ужасны, пессимистичны и тошнотворны. Порой у Петра Андреевича возникало ощущение, что он живет в мире, где происходят только одни катаклизмы, войны и трагедии. А те малые крохи оптимистичных новостей касались всего чего угодно, но только не самого Кольцова. Какое ему было дело до далекого миллиардера, разжившегося новой яхтой? Или до увеличения материнского капитала? У него и жены то не было. Между тем, он ежедневно был окружен людьми, соприкасался с ними, общался и все равно чувствовал себя, космонавтом, совершающим одиночный полет в вакууме космоса. Но жизнь держала его грубо и жестоко своей шершавой пятерней за самое нежное и уязвимое в мужчине место. Он всем сердцем хотел перемен. Хотел, чтобы что-то в его жизни случилось, и одновременно с этим боялся что-либо менять.

Приехав на работу Кольцов сел за свой стол и включил компьютер. Работал он оператором базы данных в одном известном гипермаркете. В его задачу входило введение товаров в базу и формирование цен. Работа была нудной, не интересной, совершенно бесполезной в аспекте жизни самого Петра. Единственное, что его держало, это зарплата. Как обычно, Кольцов сел за свой стол и принялся выполнял возложенную на него функцию в режиме автопилот, глядя в монитор подавленно и безучастно. В то же время, краем уха, он подслушивал разговоры коллег. И сегодня, разговоры эти, привлекли его невероятно. К двенадцати часам дня выяснилось, что не пришедшая на работу Маргарита Степановна Курлюк, которая раньше работу никогда не прогуливала, не подходит к телефону и найти её совершенно невозможно, а еще через час причина неявки оператора стала известна всем. Маргарита Степановна умерла прошлой ночью в собственной квартире, где и была обнаружена двоюродной сестрой, приехавшей к ней погостить. Известие поглотило работников гипермаркета целиком. Каждый счел своим долгом изложить при всех своё искреннее и любящее отношение к бывшей сослуживице, и даже те, кто находился с Курлюк в конфронтации, признались, что её уход из жизни — потеря непоправимая. От соболезнований и причитаний по поводу несправедливости судьбы (Маргарита Степановна ушла еще вполне молодой сорока семилетней, привлекательной женщиной), и предположений о причинах кончины, разговоры плавно перешли на тему параллельную, а именно: что будет после смерти с человеком вообще и с Маргаритой Степановной в частности? И именно эта тема затронула Кольцова необычайно.

- Ясное дело, после смерти все мы попадем на суд божий, а там уж каждому то, что заслужил, – авторитетно поведал оператор Жильдейцев, седовласый мужчина с грустным, рыбьим лицом.
- Я в это не верю. Это всё сказки из прошлого. Сейчас в современной науке говорят о фактах переселения души, – пылая щеками, заявила Кудряшкина Светлана, менеджер овощного отдела.
Сотрудники гипермаркета набились в отдел операторов, образовав стихий комитет эзотериков и скептиков.
- Об этом еще древние индусы писали сто лет назад. Это тоже всё ерунда! – перебил её охранник Протокопов. Он был похож на атлета, давно забросившего спорт и пристрастившегося к жирной и нездоровой пище, – Вам по телевизору лапши на уши навешают, про загробные чудеса, вы и верите потом во всю эту чушь: инопланетян, анунаков и приведений. Нет там ничего после смерти. Никто оттуда не возвращался.
- Да вы бы уж помолчали, профессор всех наук, – грубо среагировала на Протокопова, Галина Ивановна Пыжкина, начальник отдела «рыба-мясо».

Все обратили взоры к ней, ибо авторитетом она обладала колоссальным. Протокопов спорить не посмел, и открыв рот ждал слов Пыжкиной. Петр Андреевич, на своем месте, тоже замер, ожидая, что скажет она.

- Мой муж, три года назад, попал в аварию, – сказала Галина Ивановна, трагически побледнев, – лежал в коме две недели, а как пришел в себя, рассказал мне, что видел!
Слова её произвели эффект тишины. Все, распахнув глаза, ждали продолжения.

- Был там коридор, освещенный издали, и по нему двигались люди, совершенно голые и полупрозрачные. Шли на свет. И муж пошел со всеми, а потом растворился коридор и он полетел куда-то ввысь. И возвращаться ему уже ни за что не хотелось. Он увидел под собой земной шар, который удалялся, а потом он ощутил себя в удивительном мире среди множества других людей, многих из них он узнал. Это были знаменитые люди из разных эпох.
- То есть вы хотите сказать, что мы после смерти остаемся теми, кто мы есть в этой жизни? – уточнил Севастьянов Павлик, молодой стажер.
- Конечно! А какой смысл в перерождении, если ты не помнишь себя прежним?
- Может вашему мужу всё это приснилось? – предположила Пучкина Вера, менеджер из отдела парфюмерии.
- Если бы, – он там встретил свою покойную бабку, и она сказала, что в старом доме спрятан у неё клад. Мы его потом и нашли точно там, где она указала!
- Дела, – изумился Протокопов и спорить перестал.
- Так он что же в рай попал? – уточнила Пучкина Вера.
- А нет никакого рая и ада все попадают в одно и то же место, куда мой муж попал, а там уже сами разбираются, как и зачем прожили.
- Ну а как же тогда на счет воздаяния за грехи или праведность?
- Что одному грех, другому радость, – сказал кто-то печально.
- Это что же получается? Есть ли смысл, тогда, делать что-то праведное или надо просто брать от жизни всё и не пыхтеть о совести, – разгорячено влез в разговор Курганов Андрей. Все знали, что он работает в пол пальца, пописывает, прямо на работе, рассказы и мечтает прославиться, – возьмем мы, к примеру, какого-нибудь известного писателя, ну хоть Булгакова, вот жил он мучился сначала от морфия, потом от революции и гонений, потом от нищенства, зато написал роман величайший! – Курганов потряс пальцем в потолок, – при жизни он его и напечатанным не увидел. А другой родился в семье миллиардера и всю жизнь бражничая прожил, по бабам да курортам разъезжал и не писал ничего, и не мучился — разве что с похмелья, однако еще и получил помимо всего, на всем готовом, помимо лазурного берега, денег и роскоши, роман от которого тоже испытал, может быть, удовольствие. Как так?
- Есть такие теории, что за все дела в жизни нам воздается все равно.
- Тут вопрос вообще тонкий — о чем бы вообще писал Булгаков, если бы не так ненавидимая им революция. И был бы он после этого тем, кем стал?
- Он бы нашел о чем писать! – возмутился Курганов.
- Как знать, – вздохнула Пучкина Вера.
- Уважаемые вы отклонились от темы! Причем тут Булгаков? – отрезвила собрание Пыжкина, – И что это у нас Петр Андреевич всё молчит?
Все поворотили головы в сторону Кольцова. А он делал вид, что и не слушает.
- Да – да, очень интересно, ваше по этому поводу мнение? – крякнул оператор Жильдейцев.

И тут Кольцов окинул взглядом собравшихся, посмотрел каждому в глаза и пришла ему в голову, сама собой, удивительная мысль. Что стоят перед ним не коллеги, не люди даже вовсе, а фантомы, которых он сам и создал, постепенно проживая жизнь по правилам которые ему с детства внушали все вокруг, да и те, кто внушал эти правила, такие же фантомы и привидения. Что всё это, вся его жизнь – дешевый спектакль, который пора заканчивать. И такой четкой в этот миг показалась ему его мысль, что он встал, и направившись на толпу уверенно и жестко, разомкнул её ряды и подошел к двери.

- А я думаю, что смерти нет, как и жизни нет, потому что все это просто иллюзия. Да и вас всех нет. И мне вы больше не нужны, – с этими словами он взялся за ручку двери и вышел вон.

Поднимаясь по лестнице на крышу здания, Кольцов отметил, что прохожим внизу, совершенно нет до него дела. Ни один человек не смотрел на его темный силуэт, карабкающийся ввысь по отвесной стене, хотя и находился он в освещенной, рекламными стендами соседних зданий, зоне. Наконец, он влез на крышу, прошелся по, шуршащему мелким щебнем, гидрогудрону, осмотрел вечерний город, сияющий огнями и вывесками, и подойдя к парапету, противоположному лестнице по которой влез, спрыгнул. Холодный ветер ударил в лицо приятной волной, Кольцов расправил руки, как крылья и, изменив траекторию падения, полетел над улицей, горизонтально. Под ним, существуя согласно своим нерушимым законам, текла жизнь людей. Озабоченные своими делами, прохожие циркулировали по улице подобно красным кровяным тельцам в тугой вене. В один момент Кольцов, изловчившись, подлетел к одному мужчине и сорвал с головы его шляпу. Мужчина остановился и беспомощно закрутился по сторонам. Шляпы нигде не было. Наконец он задрал голову кверху и изумленно открыл рот. Кольцов, висящий над землей метрах в трех, приветственно помахал шляпой и запустил её, на манер диска, в витрину дамского бутика. Мужчина с минуту постояв с раскрытым ртом, кинулся за шляпой, надел её и придерживая рукой побежал проч.

Странно, он как будто и не видел меня, – подумал Кольцов. Он вздохнул и полетел дальше, лавируя осенним листом в потоке ветра. Все меньше и меньше его интересовали люди и город, вся эта возня внизу. Он увидел взошедшую над домами, полную луну, и в душе всплыло давно забытое воспоминание детства. Сон, в котором он летал в серебристых облаках, освещенных огромным ночным светилом. Он прибавил скорости, резко взмыл ввысь, и полетел к луне.

Похожие статьи:

РассказыНовогодняя история в черно-белых тонах

РассказыТанатос 78

РассказыЛестница в небо из лепестков сакуры

РассказыПустота

РассказыБрокер жизни

Рейтинг: 0 Голосов: 0 603 просмотра
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий