fantascop

Тайна Земли Зиф, ч. 7

на личной

6 декабря 2015 - QVNLD
article6939.jpg

Как он и боялся, городские вороты были распахнуты настежь. Припозднившаяся смерть застала стражников на посту, и от них осталось только несколько кучек праха. Немногим больше уцелело и от прочих горожан – рассыпались даже те, что заперлись у себя дома.

Зверь ждал Квонледа на городской площади. Он лежал на куче праха, ковырялся когтем в зубах и лениво шевелил хвостом. Теперь он выглядел по-другому, не так, как раньше. Не осталось в нем ничего детского, недоумевающего – ныне это была наглая, уверенная в своей силе тварь.

– А, человечек, – протянул он, увидев Квонледа. – Мне ведомо твое имя, а еще мне ведомо, когда и как ты умрешь. Это будет через много лет, на далекой-далекой Земле. Ты и твои братья…

– Оставь свое знание при себе, – оборвал его Фотурианец. – Отвечай - что ты сделал с моим другом ОНТО и с этими людьми?

– С твоей машинкой я не сделал ничего, – ответил, зевнув, Зверь. – А вот с людьми я сделал то, что должно было сделать. И скажу тебе, Квонлед, – он сделал ударение на имени Фотурианца, – что с каждым следующим человеком я все яснее понимал, кто я и зачем. И когда я поглотил последнего, мне, наконец, открылась правда. Теперь я знаю, кто я.

– И я это тоже знаю, – сказал Квонлед. – Ты ведь - Реальная Смерть, не так ли? Смерть будущего Упорядоченного мира?

– А ты все правильно понял, – оскалился Зверь. – Я-то думал, ты все еще считаешь, что я – чудовище, Ошибка, то, чего не должно быть. Действительно, я – это то, что будет. Я – первая весточка из Вселенной, которой вы, Фотурианцы, взыскуете.

Знаешь ли ты, Квонлед, в чем главное отличие Вселенной Упорядоченной от Вселенной, где господствует Миф? В смерти, Фотурианец, в смерти и в ней одной. Во Вселенной Мифа, которую вы так отчаянно стремитесь преобразовать в нечто стабильное и долговечное, смерть – это явление преодолимое. Есть магия, что способна с ней совладать, и нередко случаются чудеса. В Упорядоченной Вселенной со смертью ничего поделать будет нельзя. Нравится тебе это или нет, но там смерть станет окончательной. Я – часть этой Смерти, Настоящей Смерти, Подлинной и Непреходящей. Пока что я один, и появление мое – результат Ошибки. Но будут и другие, те, что родятся преднамеренно, в соответствии с Замыслом. Когда нас станет достаточно, мы сольемся в одно и распространимся по всей Вселенной. Смерть станет непреодолимой, и чудеса останутся в прошлом.

– Сдается мне, ты здорово сгустил краски, – сказал Квонлед. – Упорядоченная Вселенная не может быть настолько плоха. Конечно, то, что в ней нельзя будет воскресить мертвых – это серьезный недостаток, и все же во Вселенной, где властвует Хаос, на одного счастливо воскресшего приходится тысяча людей, которых искаженный порядок вещей жестоко гнетет и мучает. Девиз Фотурианцев таков: пусть не будет чудес, лишь бы человек был счастлив.

– Нет, – покачал головой Зверь. – Зря я надеялся, что ты меня поймешь. Я не рассуждаю о том, хорошая она окажется или плохая, ваша Упорядоченная Вселенная, я просто рассказываю о том, какой она будет. И уж тем более мне нет дела до чьего-то счастья, как однажды не станет до него дела самому Мирозданию. Та Вселенная, к которой вы идете, будет к человеку равнодушна, вот и все мое пророчество. А теперь прощай, я собираюсь спать, пока за мною не придут остальные. Через сто, через тысячу лет – мы станем едины.

С этими словами Зверь свернулся в клубок посреди праха, зевнул и закрыл глаза.

– Постой! – сказал Квонлед. – Оставим разговоры о будущем, поговорим о том, что происходит сейчас. Ты что же – думаешь, что я спущу тебе все эти гнусности? Да будь ты хоть сам Творец – если ты поглощаешь людей, и тебе это нравится, значит, я твой враг! Поднимайся же, и сразимся!

– Делать мне больше нечего, кроме как с тобой драться, – сказал, не открывая глаз, Зверь. – Я ведь теперь не тот, кем был раньше, я теперь умею много разных штук. Я – Смерть, а Смерть присутствует повсюду. Попробуй-ка достать меня из неба, земли и воды!

Могучая туша Зверя задрожала, и оказалось вдруг, что состоит он из осенних листьев – черных, пожухлых. Подул ветер, и груда рассыпалась.

– Вот видишь? – вновь раздался голос Зверя. Теперь он исходил, казалось, отовсюду – из брусчатки площади, из фонарных столбов, спускался с серенького неба и вещал из обрывков газет. – Ничто не вечно, Смерть присутствует во всем. Чтобы добраться до меня, тебе придется выпотрошить каждый атом этой несчастной Земли, и даже тогда я уйду глубже, ибо я непобедим. Уходи, Фотурианец, ты больше ничего не можешь сделать. Живи, трудись над будущим, ненавидь его в душе и страстно люби. А я буду спать, ведь у меня в запасе вечность. Доброй ночи, Квонлед, пожелай мне сладких снов.

Сказав это, голос стих, и только ветер шумел над опустевшей Трумой.

– Вернись! – крикнул Квонлед. – Вернись и сразись со мной!

Но молчание было ему ответом. Понурый, сломленный, Фотурианец вернулся к себе на корабль и покинул Землю Зиф. Это была первая планета на памяти Квонледа, где Реальность столь бескомпромиссно вступила в свои права. Что ж, подумал он, я поклялся содействовать Будущему и теперь волей-неволей сдержал свою клятву. Без меня Зверь не сделался бы настолько силен, чтобы ворваться в город. Я послужил пешкой в неведомой игре, исполнил свою маленькую роль в Замысле. Мне не нравится будущее, которое предрек Зверь, но я не могу представить себе иного.

Ибо не мы выбираем себе будущее, но будущее выбирает нас.

(Данный фрагмент добавлен Каркасовым позже, после окончательной редактуры. - прим. Цейтлина А. И., отв. ред. «ФОТУРО-пресс».)

Такова первая история о Фотурианцах, история провала, неуспеха. Можно было бы выбрать другую, со счастливым концом, но лучше заранее свыкнуться с мыслью о грядущей трагедии, чем под занавес обнаружить, что комедия на самом деле была драмой. Судьба Фотурианского Ордена трагична, однако это трагедия из тех, что возвышают дух. Есть некое достоинство в том, кто бросает вызов неодолимой силе, требует ответа от самого Порядка Вещей. Достоинство это исходит не от званий и облачений, а непосредственно от человека; оно – часть его. Человек мал, человек смертен, и в том, что он отважно противостоит ужасам необозримой Вселенной, следует видеть предмет для гордости – стоической, безнадежной, но жизненно необходимой. Все мы в час нужды ищем опору под ногами, а если хорошенько разобраться – что есть у человека, кроме него самого?

Похожие статьи:

РассказыТайна Земли Зиф, ч. 2

РассказыТайна Земли Зиф, ч. 4

РассказыТайна Земли Зиф, ч. 5

РассказыТайна Земли Зиф, ч. 3

РассказыТайна Земли Зиф, ч. 1

Рейтинг: 0 Голосов: 0 280 просмотров
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий