fantascop

У моря – привкус крови

в выпуске 2016/11/01
16 августа 2016 - Марита
article8884.jpg

У моря – привкус крови. Солоновато-горький, он стынет на кончике языка, соль на губах, соль – в дыхании ветра, пронизывающем до костей.

Энн закрывает окно, зябко кутаясь в шерстяную накидку, и крылатые волны прибоя ударяют в виски, алым плещутся перед глазами. Пальцы стискивают подлокотники кресла, стертый временем деревянный штурвал, пол плывет под ногами – накренившейся корабельною палубой. У моря терпко-кровавый привкус, море шепчет ей в уши шорохом надвигающегося прилива, беспокойными пальцами ветра гладит выбившиеся из-под шали пряди волос, серебристо-белые, тонкие, как паутина.

Море помнит все. В бледных раковинах на песчаном дне спят шторма и голодные выклики чаек, гром прибоя, надгрызающего прибрежные камни, и тяжелый плеск якорей, память моря – абордажные крики и шум парусов, грохот бурь сквозь серебряные вспышки молний и соленая кровь в пенно-белых волнах, ослепительно-красные брызги…

Энн сжимает руками виски. Море не отпускает ее, стальными крючьями якорей тянет где-то под сердцем, щекочуще-солоноватыми каплями стекает из-под ресниц, накатывает в снах – рокочущее, неумолимо-грозное, и Энн просыпается, Энн открывает глаза в ночную черноту, и простынь под щекою ее мокра от соленого пота.

Море приносит ей имена. Хрустящие, как галька под каблуком, полуистертые из ее ветшающей памяти, они вспыхивают вновь – алыми всполохами зарниц за далеким горизонтом, радужным семицветьем после грозы – Джон, Мэри, Джеймс… коралловая россыпь имен, сияющие жемчуга в раковинах, наглухо сомкнувших каменно-твердые створки – Джеймс, Джонни, Мэри… Море взрезает раковину остроточеным ударом волны, и жемчуг сыпется в ладони Энн, сухие, источенные трещинами морщин ладони ее – Мэри, Джеймс, Джон, полвека ожидания на берегу… Энн смаргивает с ресниц соленые брызги.

– Благодарю тебя, боже, за то, что мне есть, кого вспомнить!

И море смеется в ответ, рассыпчатыми брызгами смеха, и ветер натягивает паруса, белые, как морская пена, шхуна выходит в море, держит курс по солнечному лучу. Энн закрывает глаза, и море вкатывается под веки ей – тяжелыми волнами сна.

***

Море – зверь с бархатно-серою шкурой, мокрый, пенно-шершавый язык его щекочет босые ступни. Энн садится на корточки, погружает ладонь в густогривые волны. Раскаленными брызгами солнца стынет на ладони придонный песок, каплями стекает с пальцев к кромке воды – Энн строит замок, красивейший из всех замков мира, ее чудно-морскую твердыню с островерхими башнями по бокам и надежной высокой стеной. Море ластится к коленям ее, урчит, длинно-серым хвостом омывая крепостной ров, а потом – вдруг ярится, с ревом прыгает на застывший у ног его крошечный замок, приминая собой башни, ров, городские ворота… Энн смывает с коленей налипший песок, море слизывает песчинки, одну за другой, виновато скулит, приседая на задние лапы – ур-р, прости, я всего лишь хочу поиграть! Энн кивает, чешет пальцами пенный загривок волны, зверь рычит, и соленые капли остывают на точеных клыках его, беломраморных спинах прибрежных камней.

– Когда я вырасту, я убегу в пираты. Пойдешь со мной? – Джеймс кричит ей из старой лодки, и кудлатые волны путаются в веслах ее, и сияющие брызги солнца разлетаются от уключин, огненно-золотыми пятнами падают в пенно-серую шкуру зверя. – Мы покажем им всем, черт возьми! Энн, ты – со мною?

Море фыркает Энн в лицо холодно-приливной волной. Зверь переворачивается на спину, играя, открывает солнцу песчаное брюхо дна. Джеймс Бонни – ее лучший друг, и она всегда с ним, одна стая, одна команда. Когда им исполнится шестнадцать, они поженятся и убегут, подальше от уныло-скучного дома, от служанок с эбонитово-черною, будто углем вычерненной кожей, одевающих ее в платья, подобные клетке, и пудрящих волосы ей отвратительной пудрой, от которой хочется чихать. Она наденет штаны и красный камзол, перевяжет волосы красною лентой, красным вспыхнет кровь на клинке ее, и море, верный прирученный зверь, слижет красное солеными языками, с добродушно-сытым урчанием ляжет у ног ее.

– Да! И добычу – пополам! – Энн взмахивает прутиком, будто саблей; распахнув пенно-белые пасти, волны прыгают – догонять. Энн дразнит, приподнимая прут – не достанешь, не достанешь! – волны скачут вслед ладоням ее, и соленые капли слюны застывают на коже Энн, зверь ворчит, выпрямляя затекшие лапы, перламутровыми когтями ракушек выскребает песчаное дно.

Он тоже хочет, чтоб мечты ее непременно сбылись.

***

Голос моря – плеск набежавшей волны. Энн замирает, вслушиваясь – в свист дельфина, серой тенью мелькающего за бортом, в крики чаек, эхом отдающиеся в парусах. Бледно-синее, густо-зеленое от водорослей, море обволакивает корабль, баюкает на волнах, как в колыбели – тш-ш, ночь, время сна, луна заброшенной в небо монетой сияет над мачтами, выбеливает полосы на воде. Ночь – воровская удача, Энн крадется по палубе, сжав рукою кинжал, тш-ш, тш-ш – выскрипывают корабельные доски, ночь – рты, крест-накрест сомкнутые темнотой, шаги, беззвучно уходящие в палубу.

Поднятый крылом волны, корабль кренится набок, соснами скрипят корабельные мачты, и темный силуэт меж них вскидывает мушкет наизготовку. Но прежде, чем черный, порохом пахнущий грохот приглушит шептание волн, Энн прыгает, точно дикая кошка, на спину стреляющему, вцепившись в волосы, вскидывает его подбородок вверх. Заточенный зуб кинжала окрашивается багровеюще-красным, с чавканьем входит в горло, точно в спелый персик, выворачивая наружу алым соком сочащуюся плоть. Мачты скрипят в такт корабельной качке, ветер гуляет в парусно-белой кроне их. Энн крадется сквозь мачтовый лес, и омытые солью доски под ногами ее пахнут кровью и древесною хвоей. Тш-ш, путь свободен.

Команда спускается в трюм, один за другим – Смеющийся Джо, Трехпалый Билли, Фред Бездонная Бочка, и шаги их, вкрадчиво-звериная поступь, тонут в вязкой ночной тишине.

– Джек, второй часовой!

Они замирают в беззвучной схватке – высвеченные луной силуэты под черными тенями мачт, и сабли их, скрещенные клинки молний, мечутся в темноте, высекая лунно-белые искры. А потом – одна из молний вырывается вверх, уходит, ударяя плашмя, гаснет, окунаясь в пепельно-серое, и с коротким чаячьим криком правый силуэт складывается вдвое, опускается наземь, корчась, пачкает палубу мутно-красными брызгами крови. Левый же – прихрамывая, возвращается к трюму, и гаснущая молния сабли в ладонях его пышет остывающе-алым.

– Ч-черт, небольшая задержка! – Джон Рэкхэм, Ситцевый Джек, он улыбается им молниево-острой улыбкой, и море за спиною его обрушивает волны в борта, приглушая голос. – Вперед, ребята, режем их, как овец, пока не проснулись!

Энн прыгает в черное, пушечное жерло трюма с кинжалом наперевес, ядрами мечутся в голове гулко-звонкие мысли, но Энн некогда обдумывать их. Испанский фрегат, ощетинившийся пушками против ее корабля, бунт команды, чей-то вопль «Это все из-за капитана! Чертов Рэкхэм! Это он притащил бабу на борт! Вздернуть их на рее, пусть первыми отправятся на корм рыбам!», ее рискованный план – узкий пролив спасения посреди рифов безнадежности, план, что нашептало ей море…

Она ныряет в пахнущую вином и застоялым потом трюмную черноту, плывет, погрузившись с головой, кинжалом расчищая себе дорогу, сквозь всхрипы просыпающихся, сквозь шум в ушах, подобный неумолчному морскому прибою… Джек плывет вместе с ней, и треуголка его, словно острый акулий плавник, рассекает густо-спертый воздух где-то впереди нее. Она отчего-то думает, что Джеймс, окажись он на месте Рэкхэма, вряд ли поднялся бы на ее защиту. Слабый, как моллюск, лишившийся раковины – она увидела страх в его глазах еще тогда, когда Рэкхэм подошел к ним в трактире Нассау, и взгляд его, пенно-синие волны, бесстрашно плеснулся в ее лицо.

Море не любит слабых, ветер швыряет о скалы утлые суда, яростные морские воды раздирают их в щепки. Джеймс – камень, приливною волной выброшенный на берег, Энн смотрит ему вслед с палубы уходящего корабля, переодетая в мужское платье Энн, матрос Андреас, новое имя ее морского крещения, новая жизнь, новая судьба… Море благословляет ее.

– Джек, они все мертвы. Корабль наш!

…Голос моря – скрипучее пение весел, вгрызающихся в его текучую плоть. Черными, пузатыми рыбами шныряют шлюпки с одного борта на другой – команда уходит, покидает обреченное судно, спеша перебраться на новое, и блекнущая луна над мачтами его торопит отстающих. Энн всматривается в небо – пунцовеющее розово-алым, далекое предрассветное небо, что где-то там, на самом краю горизонта, сливается с морем в неразрывных объятиях.

И море касается губ ее – солеными брызгами поцелуев с терпким привкусом крови.

***

Море – бездна без края и дна, холодно-стеклянной синевой залитая бездна. Энн падает, проваливается в нестерпимо-синее, тысячефунтовая тяжесть давит на грудь, выбивая воздух из легких. Энн кричит, беззвучно открывая рот, и крики ее поднимаются вверх прозрачно-радужными пузырьками. Бьет кулаком в пустоту – и пузырьки лопаются со странно-стеклянным хрустом, Энн просыпается на тюремных нарах, и пальцы, сбитые до крови о кирпичные стены, саднят тонкой тянущей болью.

С черного дна своих деревянных нар она видит луч, холодно-белый, молочным успокоительным сиянием пронизанный луч из узкого окошка под потолком. Там, за тюремными стенами – море, соленое, как застывшая корка слез на ее щеках, бесконечно любимое, беспощадное море, зверь, всем телом своим кидающийся о прибрежные валуны, истачивающий зубы свои, пробуя стены на прочность…

– Энн, я скоро умру. Держи меня за руку, чтобы не было так страшно! – море уводит первой ее подругу, туманом, зябкой утренней дымкой просачиваясь сквозь стены, призрачно-невесомое, гладит впалые щеки Мэри дыханием налетевшего ветра, мечет волосы в стороны, словно водоросли, колышущиеся по воде. Мэри смежает веки, и море течет из-под ресниц – прозрачно-горькими каплями, Энн собирает капли в ладонь – холодные жемчужины моря, снежинками истаивающие на коже. Мэри, подарок моря, утренним бризом принесенная на борт ее корабля, Мэри Рид – матрос Мак, переодетая в мужскую одежду, черноволосая, коротко стриженная, Мэри – смертоносный ураган в гуще абордажной схватки, Мэри – кровь, порох и железо… – Я умираю, Энн. Жаль, что ребенок тоже не выжил.

Энн касается ее живота – пустого, точно вскрытая раковина, и собственное чрево ее – пульсирует под пальцами пробивающимися из-под земли родниковыми струями, море, запертое в человеческой плоти, болезненной, слабой, несовершенной.

…«Мой господин, за нас просят наши чрева!» Пудреные парики судей, стук деревянного молотка о стол, отсрочка приговора. Черная, как забытое солнцем морское дно, тюремная камера – одна на двоих. Вымощенный камнем крепостной двор, кажущийся неожиданно светлым после давящих стен тюремной клетушки, виселица посредине, одинокою мачтой без паруса взмывшая в небо. Рэкхэм, капитан-неудачник захваченного корабля, его взгляд – белой молнией с эшафота. «Если бы ты дрался, как мужчина, тебя бы не повесили, как собаку!» Море, вновь идущее на абордаж крепостных стен, бесконечно упрямое, никогда не сдающееся море…

Мэри откидывается на спину, и лицо ее, устремленное в потолок, заостряется, темнеет, меченое набежавшею тенью, дыхание ее, прерывисто-сбивчивое, становится подобным хрипу утопающего на воде. Море берет ее обратно, мертвенно-серой дымкой окрашивает щеки, пузырями бело-розовой пены вскипает на плотно сжатых губах. Море – ураганы и штиль, конец и начало, море смотрит в глаза Энн – стекленеющим взглядом Мэри, и в расширенно-черных зрачках ее отражаются темные воды.

А потом Энн закрывает глаза.

***

У моря – привкус крови. Багряно-рыжее, густо набухающее красным, солнце просится сквозь плотно закрытые шторы, сны уходят, тающей лунной дымкой по воде, море откатывается вслед за ними, волнами набегающих воспоминаний. Мэри, Джон, Джеймс – жемчужины ее подводных сокровищниц, вечно хранимые морем, Джеймс, Мэри, Джонни – распахнутые створки раковин, настежь открытые окна…

Опершись рукою о подоконник, Энн смотрит, как рыжевеюще-красное солнце всплывает из морских глубин – китовой великанской спиной, как бледными каплями стекают звезды в холодные рассветные воды, и море, бесконечно мудрое, бесконечно жестокое море, баюкает сердце ее, обещая скорый покой.

__________________________________________________________________________

Энн Бонни – дочь богатого плантатора из Южной Каролины. Вопреки воле отца, вышла замуж за простого матроса Джеймса Бонни, с которым сбежала на остров Нью-Провиденс, прибежище пиратов, нападавших на испанские суда. Оставила супруга ради пирата Джона Рэкхэма, плавала на его корабле, переодевшись в мужскую одежду, под именем матроса Андреаса. На одном из захваченных кораблей им встретилась еще одна женщина, выдававшая себя за мужчину, матроса по имени Мак – Мэри Рид. Она присоединилась к пиратам, сделавшись подругой Энн. После года пиратства корабль был задержан властями Ямайки, пираты были приговорены к повешению, за исключением Энн Бонни и Мэри Рид, которым дали отсрочку в связи с их беременностью. Мэри Рид умерла в тюрьме от родильной горячки. Энн Бонни же была выкуплена отцом и вернулась домой, где благополучно родила ребенка. Скончалась Энн Бонни в Южной Каролине в возрасте восьмидесяти двух лет.

Похожие статьи:

РассказыАлые паруса

РассказыМечта о Море

РассказыМоре Спокойствия

РассказыПоплывем до буйка?

РассказыСлучай в Портофино

Теги: море
Рейтинг: +8 Голосов: 8 1574 просмотра
Нравится
Комментарии (51)
Анна Гале # 16 августа 2016 в 15:04 +3
Красивый рассказ! +++
Марита # 16 августа 2016 в 15:06 +3
Рада, что понравилось! dance
Анетта Гемини # 16 августа 2016 в 21:08 +3
Если б было море крови, и я б пиратом стала б вскоре laugh
Говорят, женщина на борту к беде, смотря какая joke Плюс!
Марита # 17 августа 2016 в 01:40 +2
Такая женщина - только к удаче! joke
DaraFromChaos # 16 августа 2016 в 22:52 +1
не, ну плюс. конечно! к сожалению, всего один zst
вариантов просто нет! dance
Марита # 17 августа 2016 в 01:40 +1
dance
Григорий Родственников # 30 августа 2016 в 14:27 +2
Грустная и красивая история. Отнесу в ТОП )
Марита # 30 августа 2016 в 16:18 +1
Спасибо! joke
Ольга Маргаритовна # 31 августа 2016 в 14:36 +2
Марита, просто нет слов))) Красота!
Марита # 31 августа 2016 в 15:03 +2
Приятно, что пришлось по душе! joke
snowflake_flying # 31 августа 2016 в 15:08 +2
Великолепный морской рассказ, якая зверушка это море. laugh Плюсик от меня joke

Аж самой захотелось на морскую тему написать чо-нить... Дар, может проведёшь ещё разочек морской конк, а? zst
Марита # 31 августа 2016 в 15:18 +2
Зверушка рычит и кусается. laugh
DaraFromChaos # 1 сентября 2016 в 09:57 +1
Дар, может проведёшь ещё разочек морской конк, а?
не :)))
Снежинка, давайте уж как-нибудь без меня :)))
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 01:18 +1
Неужели прям так и загрызли тебя? Злые аффтары... music
Впечатлительная Марина # 1 сентября 2016 в 09:55 +3
Весчь! +++++
И я в топ отнесла. laugh
Марита # 1 сентября 2016 в 12:53 +1
Ура! dance
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 01:20 +1
Ох, уж эти рыбоньки, если бы не спасение их разнесчастных душенек... cry Этот рассказ был в моём августовском топе. Хорошо, что всё-таки и без моего голоса он пробился music
Марита # 9 сентября 2016 в 11:22 +1
А какие рыбки?
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 13:41 +1
Цихлиды и сомы из 100 литрового аквариума .
Марита # 9 сентября 2016 в 13:52 +1
О, а я уже про них благополучно забыла. laugh
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 15:17 +1
Это потому что ты аквариум не купила и тумбу к нему и не бегаешь вокруг рыбонек, смягчая им последствия адаптации.
Марита # 9 сентября 2016 в 15:48 +1
Угу. Такой, какой им нужен, я б в реале не купила - там 100 литров только на двоих, блин, а на 15? Это мне, как в океанариуме, стеллажище покупать надо. laugh
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 17:19 +1
Табличка правильная, но обычно рыб всё-таки ужимают в площади. То количество, про которое говорила хозяйка ужилось бы в 500 литровом, с мощной системой очистки.
Григорий Родственников # 9 сентября 2016 в 15:49 +1
Снежинка, а ты что аквариумист?
Я от всех цихлид избавился, кроме скалярий. Не хочу в аквариуме убийц держать )
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 17:16 +2
Когда-то работала в аква-салоне, приобрела некоторый опыт. Цихлид много видов, характеры разные, но более агрессивные, особенно, малавийцы. Цихлид обычно держат вместе с крупными сомами-поедателями водорослей в псевдоморе или с астронотусами/попугаями в аквасах с искусственными растениями.
Григорий Родственников # 9 сентября 2016 в 17:28 +1
Астронотусы жуткие твари, хотя умные ) Даже гладить себя позволяют и музыку любят )
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 18:09 +2
Про музыку не знала, а вот чесание они очень любят. Был один, помню, в кафе, такой цирк мне устраивал: мы с ним играли, я ему и пузико чесала.
DaraFromChaos # 9 сентября 2016 в 23:19 +1
ужос! shock
почитала Снежинку про цих... пих... короче, про рыбков - поняла, какая я дикая и малограмотная
*пойду послезавтра утоплюсь с горя*
crazy
Ольга Маргаритовна # 9 сентября 2016 в 23:24 +1
Я тоже ничего про эту живность не знаю))) Я про коров, свиней, кур, индюков, кроликов))) Кошек там, собачек)))
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 23:36 +1
У нас в академии аквариумистики не было, так что я тоже долго ничего не знала, пока жизнь не вынесла морской волной на рыбонек. music
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 23:29 +2
Невозможно знать всё. music Так что расслабься и наслаждайся светом новых знаний. laugh
DaraFromChaos # 9 сентября 2016 в 23:36 +2
наслаждайся светом новых знаний.
эти рыбки ашо и светятся?! shock rofl
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 23:44 +2
Неоны светятся (это не цихлиды). music
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 23:43 +2
В общем летом 2017 хочу конкурс Моря, как хотите братцы-зайцы и лисички-сестрички, но организуйте laugh

<iframe width="560" height="315" src="https://www.youtube.com/embed/jqmkppjw7ys"; frameborder="0" allowfullscreen></iframe>
Жан Кристобаль Рене # 9 сентября 2016 в 23:44 +1
Сама и проведёшь)) Ты у нас щас главная по конкурсам))
snowflake_flying # 9 сентября 2016 в 23:48 +1
Начинается... ну, припахали... rofl
Жан Кристобаль Рене # 9 сентября 2016 в 23:51 +1
Кстати, насчёт припахивания)) Ты когда микрофом купишь?! laugh
snowflake_flying # 10 сентября 2016 в 00:09 +2
Когда вы мне на него бабки соберёте. laugh
Жан Кристобаль Рене # 10 сентября 2016 в 00:12 +1
Размечталась)) У нас бабок не водится - тока молодые и красивые))) laugh
snowflake_flying # 10 сентября 2016 в 00:16 +1
Ну вот молодые, зеленые или ещё какого цвета дензнаки соберёте, и тогда...
Жан Кристобаль Рене # 10 сентября 2016 в 00:30 +1
rofl
Ольга Маргаритовна # 9 сентября 2016 в 23:50 +2
Может летом я решусь провести, если мне объясните всю волокиту поподробнее. Сергею заявляться или как?)))
Ольга Маргаритовна # 9 сентября 2016 в 23:51 +2
Ближе к делу в личке)
Впечатлительная Марина # 11 сентября 2016 в 12:06 +2
А у меня с боциями в аквариуме вообще любовная драма произошла. Купила несколько лет назад двух боций. Они по своей породе ласковые рыбы и все время вместе плавали и бочками друг о дружку терлись. И вдруг одна умерла. Вторя перестала есть, все время сидела на дне и даже заметно похудела. Но прошло время и она стала ластиться к другим рыбам. А они ее гнали все. Тогда мы ей еще боцию купили. Но не дружат они и все тут. Так и живут боции у меня как одинокие, а должны играть друг с другом все время.
И кто скажет после таких историй, что у рыб нет мозгов и за ними неинтересно наблюдать?
Марита # 11 сентября 2016 в 15:34 +2
О, не знала, что у рыбок так бывает!
Впечатлительная Марина # 12 сентября 2016 в 21:45 +3
Периодически думаю об этой истории рассказ написать, но что-то каждый раз меня останавливает. Почему-то мне кажется, что эта тема будет никому неинтересна (
Марита # 12 сентября 2016 в 22:14 +1
Зря так думаешь! Напиши, народ заинтересуется!
snowflake_flying # 13 сентября 2016 в 00:02 +2
Напиши, напиши... joke
Впечатлительная Марина # 12 сентября 2016 в 21:53 +3
Снежинка, какой клип красивый, просто улет! Спасибо, что выложила laugh В подрастковом возрасте я была фанаткой Пугачевой.
snowflake_flying # 13 сентября 2016 в 00:02 +2
Я фанаткой не была, но под музон Чернавского и еще могучий голос Аллы Борисовны очень круто получилось. music
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев