1W



проба пера - детектив

Автор
Опубликовано: 11 дней назад (6 октября 2018)
Играет: Blue Stahli
+3
Голосов: 3

[cut=читать далее]

Пока я не смогу представить полностью все события истории, пока не смогу выстроить всю цепочку, прописать все значимые детали по тексту - история остается террой инкогнита. Поэтому "Кома" и всё прочее у меня отложено в ящик "долгих продумываний", зато я вижу другую историю. Хотела выложить пока ее сюда - вдруг заинтересовавшиеся увидят в основной идее ляпы или несуразности, которые, вероятно, идут красной нитью дальше через весь сюжет, а ведь это важно...

Изначально была мысль сделать что-то нео-нуарное, но... не знаю, что выйдет. Конечно же, что-то чуть-чуть изменится. Ничего не вычитано.

 

NEON

Пролог

Из-за желтых и рыжих фонарей, казалось, будто Палсена в огне. Бесконечная раздражающая морось не могла потушить неоновое пламя, зато с успехом гасила настроение.

Октябрьские вечера выдались в этом году на редкость дождливыми. Суетливый днем, с закатом солнца Чикаго погружался в атмосферу таинственности и скрытой угрозы, поджидающей на каждом шагу. Улицы Города ветров сбрасывали маски будничной серости, вскрывая неоновые жилы ночной жизни.

Зачем Грейс решилась на эту опасную авантюру? Она и сама не могла ответить, что говорить о праздной молодежи, бросающей вслед девушке любопытные взгляды. Навигатор верно вёл вглубь кварталов, всё дальше от людных улиц, и всё больше девушку одолевала паника.

«Папа убьет меня… как я вернусь домой? Он ведь увидит оповещение об оплате такси… Но я так больше не могу… Главное – не забыть пароль».

Вывеска бара-клуба «Модифик» выделялась среди огненных вспышек сладким флуоресцентным сиропом. От пресловутого неона у Грейс начинали слезиться глаза, и она то и дело тёрла веки, боясь сойти за хроническую больную. Долго раздумывала, сдавать ли в гардероб пальто – оно было мышино-серым и не выделяло ее в толпе горожан, а вот белая блузка, светящаяся, как первый снег… Скромность в одежде с девушкой сыграла злую шутку в «Модифик». Даже забившись в угол у барной стойки, гостья привлекала к себе больше внимания, чем все танцоры, тянувшие руки к парящей ленте голограммы. Электронный рок сбивал мысли в коктейль. От табачных ароматизаторов щекотало в горле.

— Что-нибудь заказывать будете? – равнодушный голос бармена заставил сердце участиться. Осторожно, подбирая интонацию, Грейс произнесла заветные слова:

— Я слышала, здесь можно утолить голод?

Мужчина смерил ее тяжелым взглядом, отчего девушка едва ли не побежала к выходу, затем резко на кого-то взглянул и, принявшись протирать стакан, ответил:

— К вам подойдут.

Грейс запаниковала еще больше.

«Боже мой, зачем я сюда пришла?.. Как я выгляжу? Надо было переодеться… Только бы папа ничего не узнал…»

— Привет.

От неожиданности девушка задержала дыхание, но при виде приятного молодого человека облегченно выдохнула.

Он улыбался. Серая рубашка, ослабленный галстук. Как будто бы офисный трудяга. Он смотрел прямо в глаза – изучал душу, как подумала Грейс, и ему было наплевать на внешний вид невзрачной студентки.

— Ты одна?

— Ну, вообще-то, я жду кое-кого…

— Ты испытываешь голод, так? – парень коротко засмеялся. – Да, это я должен был откликнуться на зов.

Грейс чувствовала, как к лицу приливает кровь, и в кои-то веки радовалась скрадывающему черты лица полумраку. Обволакивало спокойствие, как будто Грейс была в компании друга, а не незнакомца.

— Не бойся, тебя здесь никто не тронет.

— Ты эмпат?

— Что? – парень приложил ладонь к уху, поморщился. – Давай уйдем в другое место, где не так шумно?

Он жестом пригласил Грейс следовать за ним, направившись к vip-залам. В мысли студентки закрались подозрения – ведь так она прямиком могла попасть в ловушку, мало ли в нынешнее время сект и садомазо-клубов, - но молодой человек не производил впечатления девианта.

— Знаешь, я люблю рок, и электронику тоже, - произнес он, когда они шли по пустому коридору к дальнему помещению, - но я, кажется, уже вышел из того возраста, когда громкая музыка доставляет удовольствие. Забавно, да? Пару лет назад я бы еще вышел на танцпол, но с моей работой предпочитаю тихое общение в маленькой компании. Но только дома ли в гостях у кого-то – не те ощущения, согласись? А здесь… - он остановился, принюхиваясь и прислушиваясь, подняв указательный палец. Грейс с жадностью ловила каждое его движение. – Чувствуешь? Это свобода. От предрассудков, от этикета, от хандры, от рутины – для каждого. То, чего нам так не хватает, верно?

Парень открыл дверь перед Грейс, галантно пригласив девушку войти.

«Боже мой, дурочка! Что же я делаю?.. Он ведь старше меня минимум лет на десять…»

Как только Грейс вошла, ее улыбка угасла. В небольшой комнате было еще пятеро человек, расположившихся на креслах и софе вокруг сенсорного стола, транслирующего джазовый концерт. Все присутствующие, как один, повернулись к вошедшим, кроме одного толстяка, склонившегося над самой столешницей. Шумно вдохнув, он откинулся на спинку кресла, отряхивая с воротника пиджака белый порошок.

Прошедший мимо него парень проворчал:

— Плебейский опиум. Что ты вообще здесь до сих пор делаешь с такими запросами?

Довольный, толстяк лишь развел руками.

Сев в самое дальнее кресло, молодой человек указал девушке на кресло рядом с собой.

— Не стесняйся. Как тебя зовут?

— Грейс Стилтон.

Одна-единственная женщина, потягивающая люминесцентный коктейль, усмехнулась, отчего Грейс смутилась. «Вот черт! Кто тянул тебя за язык сказать фамилию? Глупая!..»

Судя по всему, парень был главным среди них. Он осуждающе взглянул на высокомерную особу, явно раздраженную появлением соперницы.

— Мойра… Грейс, прекрасное имя, - он так и не ответил, эмпат ли он, но это было уже не важно. В его действиях не было ничего оригинального, но еще никто не был так внимателен и доброжелателен с Грейс. – Расскажи о себе. Чем ты занимаешься?

— Я учусь в юридической школе, на последнем курсе.

Долго взгляд собеседника Грейс выдержать не могла – слишком велико было смущение, поэтому то и дело оглядывала тех, кто тоже пришел на встречу.

Толстяк ни на кого не обращал внимание, проверяя запасы кокаина. Трое мужчин сосредоточено играли в покер, постоянно заглядывая в гаджеты и обмениваясь короткими репликами о покупках и продажах, об огромных суммах, и эти ставки вовлекали их в больший азарт, нежели карты. И только странная на вид из-за бледности женщина просто наслаждалась тем, что находится в этой комнате, - так казалось со стороны.

— Я люблю читать. Мне нравится философская литература. А еще – Шекспир, его пьесы. Я даже как-то играла Офелию…

— Это сумасшедшая подруга Гамлета? – снова не выдержала бледная Мойра. Даже смех ее получался бледным – до улыбки парня далеко.

Грейс замолчала. Она действительно взболтнула лишнего, сама не ожидала от себя такой откровенности, но где и когда еще она могла вот так поделиться своим внутренним миром? По сравнению со всеми этими людьми, она еще совсем ребенок.

— Грейс, - девушка вздрогнула от прикосновения молодого человека к ее руке, но это было приятно, хоть и неожиданно. В мутном пожирающем детали окружения неоне не разглядеть ни цвета глаз, ни цвета волос. «Эфемерный бог», - скажи, ты ведь испытываешь эмоциональный голод? Ты пришла сюда из-за него?

Поджав губы, девушка кивнула. Ей стыдно было признаваться в этом самой, а от парня это звучало естественно.

— Расслабься. Всё хорошо. Мы все здесь из-за голода.

Поймать на себе пять голодных взглядов – похотливых, диких, внимательных, дерзких, хищных, - ничего более жуткого Грейс еще не испытывала. Они все чего-то жаждали, кроме бога. От этой мысли к нему тянуло еще больше, как мотылька к пламени. Чувства и эмоции пускались в танец эйфории.

— Грейс, скажи, знаешь ли ты, что такое счастье?

 

Глава 1. Призрак прошлого

Заря еще не высветила из мглистого мрака знаменитый чикагский скайлайн, не выбелила неоновую аврору, как повседневная рутина уже взяла свое.

Утро в любом полицейском участке – адское время дня: у полуночных дебоширов, ожидающих своей очереди на заполнение документов, просыпается второе дыхание», у дежурных сдают нервы, кто-то из потерпевших жалуется на жизнь, кто-то – заявляет о своих правах; обязательно наркоман-завсегдатай оглушает весь участок противным смехом, и среди всего этого хаоса приходится работать детективам. По новому уставу – всегда при галстуке, всегда в выглаженных рубашках, будто через минуту им предстояло выступать перед всем городом.

— Ты пялишься на фото уже почти час. Скажи хоть что-нибудь.

Молодой человек, к которому обращался один из следователей, смотрел на планшет, в глаза мертвой девушки в белой блузке и сером пальто, вздыхал и молчал.

— Или я посчитаю тебя некрофилом.

Парень поморщился, переведя взгляд на напарника.

— О, отвратительно, Алекс!

Детектив усмехнулся, довольный удавшемуся подколу. Он приподнял кофейник, предлагая напиток другу. Тот молча подставил кружку.

— Да ладно тебе! Что ты там такого увидел, чего мы не заметили на месте?

— Я пытаюсь понять, что она чувствовала. Посмотри на нее.

Алекс помнил лицо мертвой и без того – они приехали в участок всего час назад, - поэтому даже не взглянул на повернутый к нему планшет.

— Видишь? Ее глаза раскрыты чуть шире, чем у обычного человека в обыденной ситуации. Это восторг. Судороги свели мимические мышцы – она улыбалась.

— Ну, и?

Молодой напарник, казалось, будто воспроизвел выражение лица девушки – таким одухотворенным показался он Алексу.

— Она была счастлива перед смертью.

Детектив вздохнул. Иногда этот парень невероятно утомлял его своей инфантильностью, но с ним никто из боевых специалистов, кроме Алекса, больше не мог работать. Таковы эмпаты. Не зря же напарников подбирают по максимальной психологической совместимости.

— Лучше скажи, чудила, есть ли состав сенсетивного преступления, или ждем заключение экспертизы?

— Я-я-я… я сомневаюсь.

— Ладно, нам и без того есть чем заняться… пока ты страдаешь о неразделенной любви с фото.

Цокнув языком, эмпат с ехидной ухмылкой воззрился на Алекса.

— Знаешь, что я в тебе обожаю? Ты всегда на позитиве. Даже колкости не доходят до личностей, но поднимают боевой дух.

Еще одна особенность напарника, которая забавляла Алекса, - внезапные двоякие откровения.

— Оу, - скорчив умилительную рожу, детектив приложил руку к сердцу. – Это так мило, Генри!

К счастью, Генри не обиделся, только кинул в коллегу смятый стикер, чуть не попав в кружку с кофе.

— Веселитесь? А Джефферсон из кабинета с начала рабочего дня еще не выходил, - проронил угрюмый сосед, еще один из детективов.

Алекс и Генри повернулись к окнам кабинета начальника участка, еще закрытым жалюзи.

— А что с ним? Я чувствую крайнее раздражение.

— Его замена уже здесь, - откликнулся второй эмпат, роясь в своем столе. Тут же услышавший дежурный шепнул:

— Ага. И новенький байк на служебной парковке.

— Спорим, это какой-нибудь выскочка из Нью-Йорка?

— Нет, это кто-то из бравых парней вроде морпехов.

— Может, чей-то протеже?

В то время как молодой напарник снова переключил внимание на свой планшет, Алекс, наслаждаясь кофе, прислушивался к болтовне оживившегося участка и всматривался в прорези жалюзи, надеясь разглядеть хоть что-нибудь.

Раздалось:

— Делаем ставки! – и офицеры на перебой начали заполнять выстроенное табло на одном из статистических экранов.

— Эй, Алекс, а ты как думаешь, кто это будет? Ты же везунчик, всегда угадываешь такие вещи!

Генри усмехнулся. У Алекса действительно была развита интуиция, но в таких случаях он всегда выдавал невероятные предположения.

Для виду изобразив задумчивость на лице, мужчина поинтересовался:

— Какого цвета байк?

— Черно-белый.

— Как это вообще влияет… - начал было Генри, но Алекс выпалил:

— Это женщина.

Участок взорвался от смеха, но вариант все же был забит среди прочил в таблицу. Ставки повышались.

— Ты действительно думаешь, что во главе двенадцатого участка могут поставить женщину? – смакуя кофе, Генри косился на двери начальника.

— Почему нет? Всякое бывает вспомни «Вашингтонских рекрутов» - кто тогда мог подумать, что эти салаги из гражданских перевернут весь город, но найдут тех аферистов? Аналитикам «сверху» виднее, кто будет в качестве руководителя эффективнее. Джефферсон хоть и славный малый, а вкалывает всю жизнь в Чикаго, даже не думая о смене обстановки. Преступность тем временем растет – факт.

— А ты не думаешь, что чьи-то головы из отдела полетят следом?

— Даже если и так, нужно весомое основание для такого. Нет, Генри, просто так полицейских не выгоняют, разве что только…

Договорить Алекс не успел – двери кабинета Джефферсона распахнулись.

Поначалу за широкой спиной высокого шефа полиции никто не заметил новенького начальника, но каково же было всеобщее немое удивление, когда версия Алекса оказалась правдой.

Генри поперхнулся кофе.

— Доброе утро, ребята, - Джефферсон редко произносил речи, даже в день полиции; особо пламенными они никогда не были, что уж говорить о его словах сейчас, в такой неприятной ситуации для матерого полицейского. – Мэр Чикаго, как вы все уже наверняка знаете, приводит в действие постановление о повышении эффективности работы полиции. Меня переводят в другой департамент, а с вами будет работать… шеф Эшли Джонс.

Миниатюрная молодая женщина – рядом с гигантом Джефферсоном она выглядела совсем девочкой – стояла в привычной для службистов позе, сцепив руки в замок за спиной. Внезапно для Алекса обычное будничное утро, хоть и скрашенное неиссякаемыми шутками над напарником, оказалось невероятно радостным. Детектив не отрывал взгляда от шефа Джонс.

— А я бы с ней… - послышался чей-то шепот.

— Ага, она ничего.

Даже в строгом сером жакете и черном галстуке Эшли Джонс выглядела весьма привлекательно, несмотря на минимум косметики, которая не могла скрыть печать хронической усталости на лице.

Офицеры приосанились.

— Воу, - вдруг вырвалось у одного из эмпатов, отшатнувшегося и пытающегося сдержать возглас.

— Вы чувствуете?

— Это еще что?

— Вы такое встречали когда-нибудь?

Шепот на секунду прекратился, когда новый шеф заговорила:

— Доброе утро! Без предисловий скажу сразу: мое назначение временное. Я эмпат класса «А-плюс», но последние три года моя работа заключалась в повышении раскрываемости преступлений, в том числе и сенсетивных, а также консультация по выше указанному. Это мой шестой перевод. Такие же специалисты назначены в другие участки, где наблюдается повышение процента «глухих» дел и увеличение преступности. Я и мои коллеги – часть правительственной программы…

Подавленность эмпатов уже была едва скрываема.

— А что не так?..

— Ничего себе, класс «А-плюс»…

— Да что вы там такое почувствовали?

— Вот почему я ощущал только энергетику шефа Джефферсона, - пробормотал Генри, привлекая внимание друга. – Ее невозможно «прочесть». Будто натыкаешься на стену, чуть больший посыл рикошетит в тебя же. Как будто она ничего не чувствует. Вакуум.

У одного из невменяемых задержанных внезапно началась истерика:

— Это полиция? Или младшая школа?! Аха-ха-ха!

Взгляд Эшли, которым она одарила помешанного, не длился больше трех секунд, но будь она ведьмой, а на дворе – Средневековье, это точно подействовало бы не хуже смертельного проклятья. Арестант немедленно заткнулся, а шеф продолжила речь.

— Сенсетивные преступления раскрываются очень быстро, если напасть на след…

Алекс всё ждал, когда же ее внимание дойдет до него. Эшли несколько раз смотрела прямо на него, но будто не узнавала.

— У вас с ней что-то было? – снова шепнул ему Генри.

— Что?

— Я спрашиваю, у вас был роман? Ты ведь ее знаешь.

— С чего ты взял?

Молодой человек усмехнулся:

— Да ты светишься, как рождественская ель. Еще немного – и я сам начну сиять.

— Нет, не роман, - от нахлынувших воспоминаний Алекс впадал в ностальгию, улыбаясь и уже почти не слушая речь. – Общее расследование.

Эшли ни капли не изменилась внешне. Разница в возрасте между ними едва ли дотягивала до пяти лет, а бывшая напарница до сих пор выглядела студенткой, хоть и с прекрасной мускулатурой – результатом непрерывных тренировок в спортзале. Те же длинные витые локоны цвета каштана, которые она безбожно стягивала в высокий хвост; большие карие глаза, высокие скулы. Алекс всегда видел в ней младшую сестру, теперь же Эшли была шефом. О подобных фамильярностях не могло быть и речи. Тем более – после того расследования.

—… Напоминаю, что через пару дней в участок нагрянет комиссия по эмпатам. К этому моменту мы должны постараться сделать всё возможное, чтобы повысить успех расследований. Прошу в течении дня предоставить мне отчеты по нынешнему состоянию дел. Свободны.

Алекс мог поклясться, что сам как эмпат, ощущал, как из Джефферсона сочится, точно лава из вот-вот взорвущегося вулкана, злость к женщине, пришедшей ему на смену. Челюсти бывшего начальника были так сильно сжаты, что, казалось, попроси его перекусить стальной трос – исполнит запросто. Пока Эшли отвечала на вопросы сотрудников, Джефферсон вернулся в кабинет, захватив коробки из-под бумаги. Послышался грохот падающих на ненадежное картонное дно предметов.

— Привет, Джейн!

Услышав это приветствие Генри, Алекс обернулся.

— Привет!

— Джейн? Что ты здесь делаешь?

Женщина, откинув лиловый шарф, чуть улыбнулась и коротко поцеловала детектива.

— Деби забыла ключи от дома, вот я и привезла их тебе. Надеюсь, ты сегодня не будешь задерживаться?

Почему-то в присутствии Джейн Алекс чувствовал неловкость перед коллегами, будто совершал что-то постыдное. К тому же, что могла подумать Эшли?

— Я постараюсь…

— Ты ведь помнишь, что Деби сегодня вернется поздно? У нее репетиция…

— В семь вечера. Конечно, помню. Я заберу ее.

Алекс огляделся. Новый шеф говорила по телефону, ожидая, когда Джефферсон, все еще вымещавший на мебели гнев, освободит кабинет.

— Кто это? – вопрос Джейн снова отвлек детектива.

— Помнишь, я рассказывал тебе о том, как работал раньше в Детройте?

Он заметил, что Генри подслушивает – наверняка эмпат улавливал малейшее изменение эмоционального фона, подкарауливая момент всё разузнать о Джонс из первых рук, - но женщина сразу поняла, о чем речь.

— Это она?.. А по ней и не скажешь… Ладно, встретимся вечером. Я опаздываю на конференцию с тем буйным писателем.

— Всё-таки решили организовать прямо в магазине, не в кафе?

— Ага. Он сказал, ему нужен запах свежеотпечатанных книг, а не кофе и булочек… Пока.

Алекс помахал рукой женщине, улыбаясь и сдерживая досаду. Глупо и наивно было полагать, что Джейн, всего лишь хозяйка книжной лавки, оценит легендарную Эшли, выглядевшую до предела серьезно и даже сурово. Джонс не производила впечатления приветливого человека. Ее взгляд стал холоднее, и будто сама аура отталкивала окружающих.

«Зачем она сказала о том, что она – эмпат, если не хотела всех насторожить, а, наоборот, привлечь симпатию? Сразу решила показать, кто здесь главный? Чушь какая… Что-то здесь не так…»

Послышался вздох Генри, но Алекс решил не реагировать.

Весь участок прощался с шефом Джефферсоном, отдавая честь. Некоторые пожали ему руку. Но сам начальник участка всё равно оставался скуп на эмоции. И явно много у кого промелькнула мысль, что всё это было похоже на похороны – прежней жизни в участке номер двенадцать. Шутки кончились.

Очередь разговора с новой начальницей подошла довольно быстро.

— Грейс Стилтон, верно? – с ходу начала шеф Джонс, не успели Алекс и Генри устроиться в креслах напротив нее. – Как опознали?

— Через студенческую базу данных Чикаго Лоу Скул, - ответил Генри. Он нервничал: учащенное дыхание и постоянное одергивание галстука было тому подтверждением. Даже несмотря на открытое окно, на лбу молодого человека выступила испарина. «Может, стоило ему все-таки рассказать об Эшли?» - Выпускной курс. Круглая отличница. Отец – Джон Стилтон, гражданский судья. Матери нет… мэм.

На мониторе была та самая фотография девушки, сделанная этим утром. Грейс была старше Деборы, но Алекс упорно видел в мертвой свою дочь. Те же светлые волосы, серые глаза. Даже родинка у подбородка. Джейн говорила, что Деби очень похожа на Алекса.

— Мы сомневаемся, убийство ли это, - произнес детектив.

— Если в студенческом досье ничего нет о хронических заболеваниях, - ответила Эшли, разглядывая фото, - то по умолчанию это убийство. Во всяком случае, состав сенсетивного преступления без контраргументов есть.

— Есть? – хором переспросили детективы.

Шеф полиции перевела на них взгляд.

— Как часто вы сталкиваетесь с тем, что молодые люди в хорошей физической форме умирают от так называемого разрыва сердца в квартале, полном ночных заведений, за пару шагов от станции метро?

Мужчины потупились. Теперь и Алекс чувствовал себя не в своей тарелке, будто он младшенький, а не бывшая напарница.

— Пару минут назад от мисс Хофманн прислала заключение. Смерть наступила около половины двенадцатого вечера. Фанаты теории эндорфина могут ликовать – практически рекордный уровень вместе с серотонином. Единственное «но» - непонятны мотивы убийцы. Следов сенсетивных наркотиков не найдено, но это мог быть и пост-эффект…

— Нам всё равно нужно сообщить судье Стилтону о смерти его дочери. Вот и выясним все детали.

Алекс намеренно перебил ее. Прямой зрительный контакт – вот чего он добивался. Нет, Джонс его не избегала, но и ни коим образом не показывала, что ей хотя бы приятна встреча.

Повернувшись к детективам, всё тем же деловым тоном шеф полиции произнесла, дав понять, что разговор окончен:

— В таком случае жду от вас дальнейшего отчета о продвижении расследования, - и тут же перевела внимание на монитор, читая информацию о следующем деле.

В то время, как Генри почти вылетел из кабинета, Алекс чуть задержался на пороге перед выходом.

— Рад видеть тебя, Эш.

 

 

Комментарии (4)
DaraFromChaos # 6 октября 2018 в 23:24 +1
Агаааа!
Ну хоть начала дождались - и то хорошо :)

Где-то подгулявшие запятые были. И девушка почему-то "взболтнула" smile но это мелочи
Класс, Жень! Категорически требую продолжения банкета
Amateur # 6 октября 2018 в 23:49 +1
да я вот тут буквально сейчас в ночи всё набирала - наверняка очепяток куча.
я постараюсь не затягивать)
Игорь Колесников # 7 октября 2018 в 05:20 +1
Мне понравилось.
Текст невычитанный. Много лишних запятых и опечатки.
Например, вот: "Пару минут назад от мисс Хофманн прислала заключение". Где-то попалось "ли" вместо "или".
Но все не запомнил, конечно.
Amateur # 7 октября 2018 в 09:00 +1
да-да, я об этом сказала, что ничего не вычитывала, быстренько просто набрала текст с тетрадки. уже после завершения всё постараюсь поправить.
спасибо smile
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев