1W

Рвем когти, Мэтт

в выпуске 2018/10/04
24 сентября 2018 - Eva1205(Татьяна Осипова)
article13528.jpg

 

 

На Цербере всегда хорошая погода. Я удивляюсь, как при полном отсутствии дождей, там сохраняется многообразная растительность, и весьма, я бы даже сказал слишком уж, богатый животный мир.

         Kg-213 была открыта в 2380 году – золотой век первооткрывателей и первопроходцев. Помню романтику исследования планет дальнего космоса, войны за Амаранту и принуждение к миру Галактиона. Веселые, скажу вам, были времена,  не то, что сейчас. Раньше можно было срубить неплохо не только легального заработка, но и «левак»  шёл полным ходом.  И главное, что важно – контроля не было такого, как сейчас.

Алмазные копи Банкури, гелий-3 на Юкацуми. Если бы не мое нынешнее положение, я мог бы рассказать множество интересных историй.  

         В те годы я работал на Цербере,  укуси мать его за ногу, и после многомесячных исследований, ко мне пришло озарение, что помимо агрессивной растительности и недоброжелательных зверушек, здесь обитают вполне себе разумные существа. Они, видите ли, терпели наш вандализм и наглое отношение к своему дому, а потом, в одночасье, ввели санкции и закрыли границы. Только об этом  мы узнали внезапно, я лично в разгар командировки. Причем после получения  повышения.

Приехал на буровую, где добывали природный газ. Скажу вам, газ этот при маленьком объеме, давал поразительную горючесть, имел плотную консистенцию, что было очень удобно при транспортировке, а свойствами не  уступал земному.

Вы, наверное, улыбнетесь  – 2383 год, век новых технологий, а как же будущее искусственного интеллекта, новые источники энергии, какие газ или нефть?

Высосав, точно стая голодных вампиров собственную планету и овладев технологией перемещения космических кораблей в пространстве, человечество начало опустошать другие планеты, превратившись из хищнического вида в настоящих стервятников космоса.

Причем каждый  из нас, как и ваш покорный слуга, обожал радеть за матушку природу, и осуждал варварское отношение правительства к природным ресурсам, да и к своим верноподданным, что не мешало участвовать в разграблении  галактик, вкушать плоды этого самого разграбления и оставлять после себя тонны мусора.

Только я  немного отвлекся от главного, от тогдашнего положения, куда я попал благодаря стараниям моего товарища  кибернетического механизма под именем Шон. Хотя, если следовать точному обозначению, Шона именуют андроидом нового поколения Z-2002. Скажу вам, он еще тот сукин сын и, если бы не встроенный контроллер, то наверняка каждая  говорящая железяка, обтянутая синтетической кожей, давно бы собиралась в поход для порабощения Человечества и других миров. И это даже  не смешно.

Поначалу имперские наклонности Z-1998 небыли замечены, и Земля потеряла группу астероидов, где андроиды создали собственное военизированное государство. Чего-чего, эти ублюдки воевать умели отменно. Однако потеряв часть космических территорий, хоть и малую, правительством  были предприняты попытки подчинить существующие модели путем внедрения контролирующего процессора, основанного на пресловутых законах робототехники, о чем говорено много раз еще с древних времен.

Так вот, прилетели мы на Цербер, в период массового нашествия кракозябрского леса и всяких тварей. Я и Шон должны были с помощью  планетолета распылить гербицид, воздействующий на нервную систему плотоядных лиан кракозябр.  

Исследовательская база, хоть и была обнесена высоким ограждением и силовым полем, постоянно подвергалась нападениям. Кракозябры становились угрозой, так как научились делать подкопы, пытаясь проникнуть на территорию.

– Необходимо снизиться, Мэтт! – крикнул Шон в нарастающем гуле двигателя планетолета.

 – Проверь движок, Шон! – ответил  я,  пытаясь перекричать рев двигателя. –  Как будто в турбины, что-то попало!

         К слову добавлю, что обычно мы летали на гелиевых агрегатах, но сегодня удача  подвела нас, вручив старый и задрипанный планетолет с ракетным топливом старого образца.   

Новенькие «Сокол – 5000» понадобились для транспортировки резервуаров с газом к станции, что находилась на орбите.

– Кракозябрские ублюдки! – выругался Шон. У него отлично получалось выражаться по человеческим меркам. И я привел один из самых безобидных его выкриков. – В турбину попал какой-то мусор, выжженную землю на головы этих кракозябр!

–Думаешь, надо снижаться?! – Вот этого мне хотелось меньше всего. Плотоядные лианы в это время стали наиболее опасными. Они могли опутать корпус планетолета, раздавить его своими древесными мускулами и потом уже добраться до нас. Хотя Шону что?  Его всегда можно подлатать, в отличие от меня.

– Выбери место для посадки и распыли вокруг больше гербицида! – крикнул я напоследок.

Пока Шон просматривал карту, я увидел, как щупальца лиан расползаются, не слышал, но был уверен, что они злобно шипят о потере предполагаемой добычи.

Планетолет опустился в некогда кишащую лианами кракозябрами поляну. Потом я активировал силовое поле, в надежде, что ненадолго оно отпугнет агрессивные растения.

Шон спрыгнул на поверхность почвы покрытой ковром из сухой травы. Она походила на короткую шёрстку животного.  Лианы словно истоптали добрую половину леса, пытаясь расползтись как можно больше захватывая лесной массив.

Когда турбина остановилась, мы заглянули внутрь, обнаружив внутри перья и останки птиц.

–  Гроза галиктионских  морей! – выдохнул Шон. Это уже в переводе на литературный, более  или менее. – Собачье ухо этим пернатым в глотку!

– Успокойся, Шон, дело житейское, – пытался я привести в чувство андроида. – Есть время прочистить с помощью выдувания наружу. Переключи тягу и  приступай к работе.

Шон матерился безбожно. Что говорить первые десять лет отслужил в космическом десанте округа Магелланово Облако.

         А потом произошло следующее. Из зарослей к нам вышел небольшой отряд голых человечков. Ростом они были не больше десятилетнего ребенка, головы большие, как и стопы – этакие карлики на земной манер. Кожа, правда, загорелая, и эти ребята, похожие на наших пигмеев, живших еще в 21 веке и истребленных в 22, не показались сначала угрозой. 

Глаза у них  круглые, как блюдца, голубые; носы плоские с ноздрями, вывернутыми наружу, все, как у людей, чего не скажешь о руках с шестью пальцами.

Пока Шон матерился, прочищая турбину,  я, столбенея, рассматривал аборигенов.  После того, как один крикнул «Айяй»!, а остальные подхватили басовитым хором, я ощутил, как волоски на шее зашевелились.

Оружие осталось внутри планетолета, Шон, все еще разбирался с турбиной, а я, улыбаясь, прижал руки к груди, сообщив, что мы пришли с миром.

– Вайдай курика бурс! – крикнул, по всей видимости, вождь.

Шон выглянул на крик и, спрыгнув, подбежал ко мне, пробормотав чуть слышно, как будто аборигены понимали наш язык:

 – Рвем когти, Мэтт!

Я, все так же улыбаясь, сделал несколько шагов к планетолету.

– Бластеры в планетолете, – чуть слышно прошипел я.

Аборигены ощетинились копьями.

– Рвем когти, Мэтт! – процедил сквозь зубы Шон,  и в этот момент я понял, что пора. Только куда делось защитное поле, как оно отключилось, спрашивал я себя. Мы бросились прочь от планетолета в джунгли кишащие тварями, которые мы только что поливали гербицидом. Маленькие, но злобные «пигмеи» помчались за нами.

– Кто поле отключил?! – спрашивал я на бегу.

– Не я, – откликнулся Шон. – Оно само. Держите меня четверо!!! Эти хитромудрые дети церберской выдры, решили нас в плен взять?! Но мы  не допустим этого…

Конечно, андроид мчался быстрее, а у меня уже дыхание начинало сбиваться, а еще это улюлюканье за спиной.

– Вайдай курика бурс! Вайдай курика бурс!

– Бурс, бурс!!!

– Бу-уу-рсс!!!

Лианы кракозябры, видимо увлеченные подкопом, окружили базу, поднимаясь вверх, отскакивая от ударов электро-пушек, расположенных по периметру.

Впереди коварные растения, позади дикое племя аборигенов.

В какой-то момент, я услышал свист и уклонился от летящего в нашу сторону копья.

– У нас один выход выбраться! – крикнул я Шону, – надо вернуться к планетолету!

– Хорошо, Мэтт, – Шон повернул в сторону, пытаясь обогнуть внезапно появившейся корень, который, шевелясь, раскрывал свои маленькие пасти.

Мы бросились назад, огибая кустарник, плюющийся  ядовитыми иглами. К счастью экипировка защищала, что нельзя было сказать о лице. У нас не было скафандров, на Цербере воздух оказался пригодным для дыхания, тем более, когда мы совершили вынужденную посадку, не задумывались о встрече с иглоплюем.

В итоге, когда мы подобрались к планетолету, зрелище, представшее перед глазами, заставило изо рта вырваться стону.

– Тихо ты, японская мать вас на суши! – прошипел Шон, приседая на корточки.

– Они разберут наш корабль по винтикам, – обреченно уронил я.

– Или устроят там тотемное место для жертвоприношений! – Добавил веток в костер моего разочарования Шон. – Маленькие ублюдки, как жаль, что со мной нет пушки. – Андроид сжал зубы и кулаки. – Вот бы я устроил им выжженную землю, холокост для пигмеев.

– Тихо ты, – шикнул я, – погоди, может, стемнеет, и они уберутся восвояси.

– Жди, – усмехнулся Шон, больше не проронив  не слова.

Так мы и сидели в кустах, в надежде на чудо.

Наползала темнота, кракозябры ретировались в джунгли, видимо готовились к новой атаке на базу. К счастью они не были ночными хищниками, как и все растения. Тем не менее, наступило время других монстров, которые охотились при свете двух лун Цербера.

         Мы подобрались ближе к планетолету. Аборигены окружили его, образовав кольцо, разожгли костры и наблюдали. Чувствовали, что мы где-то рядом, маленькие выродки.

– Что будем делать? – спросил я Шона. – Шевели своим искусственным интеллектом.

– Не шевелится что-то, – уронил Шон. Потом мы почувствовали, что позади нас что-то шумно вздохнуло. Оно подкралось очень тихо, и мы, во избежание быть сожранными, ринулись сквозь заросли, рискуя напороться на копья «пигмеев».

Коричневые человечки не ожидали увидеть нас. Огонь отпугивал хищников, поэтому поначалу наше внезапное появление застало дикарей врасплох. Воспользовавшись моментом, я буквально взлетел в планетолет, думая, как поскорее добраться до пушки.

Считаете, все так и должно было случиться?

Как бы ни так!

Бластеры испарились, как и моя уверенность поскорее выбраться отсюда.

Услышав голос Шона, я выглянул из кабины пилота, удивляясь, как ему удалось подняться следом  за мной.

– Лупоглазые гусеницы, – выдавил Шон. – Бластеры им, видите ли, понравились. Хорошо у меня встроенный переводчик, причем обучаемый.

– Что ты хочешь этим сказать? – я не понимал андроида, неужели ему удалось разобрать эти кабуки-мабуки и бурсы.

– Они не хотят войны, но говорят, если мы не уберемся с планеты, нашлют на нас что-то похуже кракозябрских лиан.

– По-твоему они умеют управлять растениями?

Шон кивнул.

– Черт, ну соври им что-нибудь, мозговитый червь! – я  подошел к выходу, пытаясь разглядеть за спиной Шона что происходит. Аборигены разглядывали бластеры, вертели их в руках, и я только собрался сказать Шону, что идея с передачей наших пушек коричневым человечкам не сулит ничего хорошего, как самый, видимо, «умный» из «пигмеев» активировал один из стволов.

– Рвем когти, Мэтт! – крикнул Шон, захлопывая люк.

Я кинулся к креслу пилота, включая зажигание, через иллюминаторы вспышки лазерных лучей раскрасили темноту зелеными лучами,  но криков аборигенов слышно не было.

А потом мы стремительно поднялись вверх,  набирая высоту и решая, куда отправиться к базе или уже прямиком на станцию с этой бешеной планеты.

Под планетолетом лес охватило пламя. Мне даже стало жаль маленьких аборигенов, которые не понимали, что попало им в руки. Бластер грозное оружие в руках солдата, а для ребенка может стать проводником в последнее пристанище.

– Как ты думаешь, – наконец подал голос Шон. – Что нам сказать руководству?

– Так и сказать, что убегали от аборигенов, которые захватили планетолет и оружие,  а напоследок они пообещали напустить на базу кракозябрских лиан, отчего мы испугались и сбежали, как трусливые койоты.

– Да уж, дела, – выдохнул Шон. – Причем бластеры номерные и докажи, что мы их не просто подарили этим «пигмеям», шашлык жарить, а  не вооружили их, встав на сторону врага.

– Тогда лучше на базу, – решил я. – Там ребята скорее поверят в эту дурацкую историю.

 

         Увы, но товарищи на базе долго смеялись над нашими похождениями.

Однако колкие шутки по поводу наших злоключений сошли на «нет», когда через несколько дней базу атаковали аборигены.

Маленькие уродцы, зря я сомневался в их способностях к самообучению. Вооруженные нашими двумя бластерами, при поддержке лиан-кракозябр, они проникли за стены сооружения, минуя силовое поле.  

Как им это удалось, никто не стал вдаваться в подробности.

Результатом стало  полное уничтожение оборудования и заточение большинства работников в одном из залов лаборатории.

         Мы с Шоном, как обычно,  ушли от облавы, спрятавшись в вентиляционной шахте. Все обдумывали, допрут ли наши «товарищи», кто им вручил лазерное оружие.

– Ну, и в переплет мы попали, Мэтт. – Шон говорил тихо, обдумывая своими синтетическими мозгами, как поступить дальше.

Он был единственным андроидом на базе, и поэтому сейчас я очень надеялся на его искусственный интеллект.

– Если бы ты отключил мой контроллер, дело бы пошло в гору, – произнес Шон. – А так мы обречены на надругательство от кучки голожопых «пигмеев», сцапавших наши пушки.

– Не сцапавших, а любезно предложенных тобой, Шон, – ответил я, помня, как дело обстояло на самом деле.

– Да кто ж знал, Мэтт, что у  этих пучеглазых устриц получиться с ними справится. Я надеялся, они поджарят друг другу задницы…

– А вышло наоборот, – парировал я.

–  Брось, Мэтт, и вообще, что вышло, то вышло, теперь надо думать, как исправить ситуацию.

– Вот я  и думаю.

– Нет. Пока ты только болтаешь.

Эх и достал меня Шон. По протоколу я  не имел права отключать его контроллер. Это было бы опасным решением и неизвестно, чтобы случилось после того, как я сделаю это. Но, если аборигены уничтожат колонию, я буду точно жалеть о своей нерешительности.

–  Ну, так что, Мэтт, я могу на тебя рассчитывать?  – спросил он меня. В голосе не было хоть какой-то мольбы или упрека. Он точно знал, что я сделаю это.

Черт. И я сделал это – деактивировал этот гребанный контроллер.

– Ну, – Шон потянулся, хрустнув металлическими суставами, – теперь захватывать мир. Шучу, всё путем, Мэтт, сейчас я попытаюсь договориться с вождем, а ты сиди  и не высовывайся.

– А как же…

– Тсс, – прервал он меня, приложив палец  к губам. - Не исключено, что придется рвать когти, Мэтт. Не исключено. Но я попытаюсь решить нашу маленькую проблемку с коричневыми человечками, кракозябры на их головы.

Шон, заговорщицки подмигнув, пополз в сторону выхода, оставив меня наедине не только с собственными мыслями, но и появившимся чувством страха. Он царапался ко мне через потаенную дверь и шептал, что я поступил неправильно, и все закончиться очень плохо, по меньшей мере, моим увольнением точно. Ну, это если я выживу, размышлял я.

К сожалению, мне  не посчастливилось увидеть финальной битвы, хотя я отлично представлял, на что способен андроид лишенный контроллера. И потом его навряд ли включишь, констатировал я, готовясь к вызову на комиссию по нарушению законов робототехнического  обеспечения.

Скажу одно – шума много не было. Я слышал крики, глухие удары и звук от падающей мебели. Потом голос Шона заставил меня вздрогнуть от неожиданности. Он крикнул в вентиляцию, чтобы я выбирался.

И какая думаете, передо мной предстала картина?

Аборигены сидели кружком вокруг Шона, возомнившего, по всей видимости, себя новым гуру и внимали его церберскому французскому.

Шон кивнул мне и знаком показал, чтобы я освободил пленников, бросив на земном языке:

– Уж прости, тебе придется подыграть.

Я пожал плечами, направившись в лабораторию. Сотрудники находились в замешательстве, и даже бравые вояки непонимающе смотрели на улыбающуюся физиономию вашего рассказчика.

– Короче ребят, нам надо уходить, здесь оставаться не безопасно. И сейчас лучше ни о чем не спрашивайте…

–  Ты думаешь, мы  не сможем выстоять против горстки аборигенов? – усмехнувшись, спросил Кален. Хотя, честно говоря, уверенности в его голосе я  не почувствовал.

– Против них возможно, но не против всей планеты, которая подчиняется этому маленькому народцу. – Я в упор посмотрел в сторону Калена. –  Мы были в джунглях, эти «пигмеи» несмотря на свою неосведомленность и каменный век, в котором живут, с легкостью овладели не только нашим оружием…

– Как же оно попало к ним? – прервал меня Дик, ехидно осклабившись.

– Это уже другой вопрос, - парировал я. – Кто не согласен оставайтесь. Я лично воспользуюсь телепортом и отправлюсь на станцию. Пусть руководство разбирается, как поступить дальше. Нам главное выбраться отсюда живыми.

– Даже так? – округлил глаза Кален. –  Ты, как будто уверен в проигрыше этим дикарям.

– Хочешь поспорить, иди, поговори с Шоном. Они слушают только его. Он, все-таки андроид и сразу освоил их примитивный язык.

–  И поговорю, – не сдавался Кален. Дик и Оуэн поддержали его. Остальные же молча взирали на дверь, ведущую к телепорту.

Думаете, мы струсили? Пусть так. Только никто из решивших помериться пушками, не вернулся на станцию, что располагалась на орбите Цербера.

Командир проекта освоения Цербера, конечно, сначала возмущался, но потом, изучив ситуацию, решил, что не стоит продолжать войну, которая и начаться-то  и не успела. Меня, честно говоря, удивил такой поворот событий, и я не ошибся.

После инцидента на Цербере, весь персонал станции отстранили. Шона объявили вне закона, чем я был недоволен, однако об отключении контроллера умолчал.

Мне хотелось вернуться туда, посмотреть, как Шон наладил контакт с аборигенами, которых мы называли «пигмеи». На самом деле они не заслуживали варварского истребления, которое началось через несколько месяцев.  Представляю, что Шон многому научил их,  и они дали достойный отпор, но что маленькое племя и живой лес могут против техники и роботов, выжигающих поверхность Цербера.

Как-то находясь на другом конце галактики, в космическом баре я услышал знакомый голос.

В то время я работал пилотом на космическом транспортнике, перевозившем гелий 3.

История с Цербером нет-нет, да всплывала в памяти. Только прошло лет пять с тех пор, и новые приключения, проблемы занимали большее место в голове.

Я повернулся на голос, который когда-то принадлежал Шону, не веря своим ушам.

Андроид сидел за столиком с космодесантниками и живописно рассказывал о чем-то, яростно жестикулируя. Несомненно, это был он. Я поднялся и направился к шумной компании, вслушиваясь в рассказ парня, который  не должен быть Шоном, хотя и глаза не могли мне лгать.

–  И что же вы сделали с твоим другом? – спросил один из космодесантников.

–  Я ему крикнул, рвём когти, Мэтт! Вот тут и началось самое интересное!

Это был он, теперь без сомнения. Прижавшись к колонне, я слушал как будто заново историю о том, как мы бежали от аборигенов и кракозябрских лиан. Наблюдал за андроидом, размышляя, как же Шону удалось выбраться?

 

 

 

 

 

 

 

        

 

 

 

Похожие статьи:

РассказыТайная планета клонов

РассказыНормальный закон

РассказыХрустальный мир. Глава 1

РассказыАнгел (стихотворение)

РассказыЛепая погоня

Рейтинг: +1 Голосов: 1 201 просмотр
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий