Выпуск от 20 апреля 2020, понедельник

Истоки исторической реконструкции в России нужно искать среди немногочисленных представителей дворянского сословия и царских особ. В основной массе своей, населенье страны тогда не имело ни ресурсов, ни времени заниматься воссозданием культуры прошлых эпох, да и вряд ли ему, по большей части неграмотному, вообще было интересно такое вот «господское баловство»... 

Люди не помнят момента своего появления на свет. Я не человек, потому помню, как явился в мир. Глаза мои были открыты. Я лежал на столе. Уже гораздо позднее я узнал имена предметов, в идеальном порядке расставленных на полках и рядом со мной, узнал, что это все они – приборы и инструменты для создания механических статуй. Таких, как я. Но в самый первый миг я увидел лицо склонившегося надо мной мастера Лео (его имя я тоже узнал не сразу), увидел его черную бороду, добрые глаза, услышал голос, произнесший:

- Добро пожаловать в грешный мир, мой первенец!

Наобум зенитки лупят от испуга,
кружат в атмосфере скифов корабли.
Я их Звёздный Сокол, — Йомели Азпуга,
император вольной Солнечной Орды.

...Сегодня я вам приготовила индейку кусочками под ананасовым соусом, - сменила гнев на милость бабуля. – Я надеюсь, что она вам понравится, потому что готовить её пришлось чуть ли не на ощупь из-за потерянных очков и по моему особенному секретному рецепту.

Поздняя ночь. Номер гостиницы, в которой почти нет постояльцев. Одолеваемый бессонницей, я ворочаюсь на узкой тахте. Голова забита всевозможными мыслями и ассоциациями. Кончиками пальцев я поглаживаю щетину на подбородке. Почувствовав жажду, делаю глоток газированной воды. 

           Глория казалась огромной серебристой сферой, покрытой плотными облаками. Верхние слои атмосферы никогда не знали покоя, там бушевали чудовищные шторма, перемещавшие огромные облачные районы, циклопические смерчи закручивались в бездонные воронки, тайфуны носились во всех направлениях, сталкиваясь между собой.

Начать, наверное, стоит с того, что Он никогда не опаздывал. Вообще. Но постоянно успевал именно в последний момент. В компании мы называли его Миллиметристом. Он не обижался. Совсем.