fantascop

Эстет

в выпуске 2015/08/03
9 февраля 2015 - Вячеслав Lexx Тимонин
article3597.jpg

Сегодня холодно, сыпет мелкая снежная крупа. Стою перед лотком, выбираю. На цветной клеёнке рядками книги, журналы и газеты. Вот модные, глянцевые. Чуть прячет грудь девица, политики с трибун орут, вояки бряцают металлом... На них спрос большой, скупают быстро. А там, в сторонке, невзрачные книжонки.

Обращаюсь к продавцу, закутанному в колючий плед старику:

– Здравия Вам, Сергий Петрович.

 – И Вам не чхать! – кряхтит.

Беру две книжонки из-под плёнки, серенькие. Вчера их не было.

– Посоветуйте, Сергий Петрович, чтобы мне сегодня поглядеть.

– А вот эти и возьмите, уважаемый. Сегодняшние.

– Да? – с интересом открываю первую. На обложке в углу маленький бантик. Страницы хрустят.

 

 

Раннее утро. Сумрак ещё лежит, свернувшись калачиком, на свежевыпавшем снегу. Только-только начинает сереть краешек неба. Тепло и уютно, и так лениво.

– Даша, вставай! – «Проспала, чёрт! Где кофе! Ну, вставай же, соня!».

– Ну мам, ну ещё чуток... – «Не хочу! На улице снег, а тут так хорошо. Ну ещё минутку!».

– Быстрее давай! Завтрак на столе. Да вставай же, бегом в ванную… – «Скорей, скорей! Не опоздать бы на встречу, там серьёзные люди. Чёрт, ещё Дашку в школу везти!».

 

 

– Понятненько… – киваю. – Бытовушка, значит… А тут у нас что?.. – смотрю во вторую книгу, она с пятнами на обложке. Масло? Нефть, похоже?

 

 

Шквальный ветер. Колючие струи режут мглу. Скрипит балка, оборванный трос звенит от напряжения.

– Никола! Ну сколько можно, твою ж мать! Держи! – «Не удержит – хана! Страх, не то слово, ужас!».

– Получается! Палыч, трави, трави её! – «Ну, пожалуйста, вот сейчас, попади! Больно то как… пальцы немеют».

– Держи! Сейчас же сорвёт к херям! – «Нет! Не успеем, оборвётся и кого-то прибьёт, а бежать некуда».

 

 

– Неплохой сюжетец! – бросаю в воздух. – Но гляну, пожалуй, ещё раз первую… Я ведь, знаете ли, эстет.

 

 

Светает. Сугробы. Фонарь на бетонном столбе. Вереница сонных детей у входа в школу.

– Пока Дашунь, деньги на обед в кармане! Пока! Целую! – «Блин, вот копуха, иди же! Пробки небось уже отсюда и до обеда! Нужно было раньше встать!».

– Пока, мам! – «Ну хватит меня уже провожать, сама дойду, не маленькая! И где эта Надька? А физика первая или история?».

– Пока! – «Всё сама разберётся, не маленькая. Бегом-бегом, не успеваю, чёрт!».

 

 

– Какая беспросветная скука, не правда ли? Стоит, пожалуй, разнообразить…

Продавец щурит глазки и не отвечает. Недолюбливает он меня. Меня многие недолюбливают. А ещё, ненавидят и боятся.

– Беру эту, – я бросаю некрупную купюру поближе к старику. – Сдачи не надо!

– Благодарствую! – старик кашляет. Кивает на книгу, – Мучить будете?

– Не-е, только чуть-чуть… – скромно улыбаюсь, – подкорректирую… Как и всегда.

 

 

Тамара подбежала к машине, стараясь одновременно не грохнуться на скользкой дорожке и достать ключи из сумочки. Замёрзшие пальцы онемели – она с трудом нажала маленькую кнопочку на брелоке. Небольшая красная «Мазда» приветливо моргнула, приглашая хозяйку. Тамара плюхнулась в остывшее кресло и рывком завела двигатель. Выжав тормоз, дёрнула ручку автоматической коробки и тут же вжала в пол педаль газа. «Мазда» обиженно взвизгнула, но покатила, повинуясь.

Подволакивая зад, увязая в соляной каше, «Мазда» выбралась к съезду на магистраль. Машина поднялась на эстакаду и уткнулась в пробку, жалостливо мигая поворотником. Круто выворачивая вправо, река грязных чудищ медленно вливалась в неудержимый, чадящий поток внизу.

– Ну только этого не хватало! – застонала Тамара. Она взяла телефон и включила навигатор, в надежде найти объезд. Но красные, а кое-где бордовые реки запруженных дорог не оставляли ни единого шанса куда-либо успеть.

– Да будь она, проклята, такая жизнь! – прорычала Тамара и упёрлась лбом в руль.

Левее, на встречной полосе, возникла суматоха. Вдалеке, гудя и сверкая фарами, сшибая легковушки, как кегли, по дороге неслась многотонная фура. Грузовик вильнул, осколки искорёженного металла брызнули в стороны, накрывая шрапнелью подъём эстакады. Синий «Фрейтлайнер», огромный, как сухопутный «Титаник», протаранил длинным носом отбойник.

Тамара услышала шум и подняла голову. Вокруг гудели машины, в многоголосом хоре клаксонов сквозила паника. А за окном шёл снег. Сплошная белая пелена, странным образом надвигалась слева.

Грузовик, похожий на гигантского червя, вильнул влево, потом вправо – водитель всё ещё пытался обуздать машину. Но вот сцеп переломился, туловище развернуло голову на сто восемьдесят градусов и накрыло истошно гудящие жертвы.

Белая стена с оглушительным грохотом врезалась в правый борт. Тамара глупо ойкнула, а мгновение спустя, заверещала, когда она вмяла «Мазду» в стоящий справа джип. Выстрел пиропатрона подушки безопасности утонул в скрежете металла. Тамару ударило подушкой, она откинулась в кресле и двинулась о подголовник, левую руку неестественно вывернуло. А машина продолжала двигаться вбок. Через несколько секунд, замерев на краю, она сорвалась вниз. Грохот, гудки и крики слились в сплошную канонаду.

Машины, стоящие в ловушке в два ряда, смяло, растолкало и выбросило с эстакады на магистраль. Фура, огромной лопатой сгребла десяток машин и выкинула их с моста, как мусор в сточную канаву. Гора металла, пластика и битого стекла шевелилась, ворочалась, устраиваясь поудобнее, погребая под собой мёртвых и ещё живых.

Подушка лопнула, порванная смятой боковой стойкой, руль впился в грудь. Тамара не чувствовала ног, левая рука онемела, было тяжело дышать, а в спине пульсировала боль. Но она была жива.

Снег, вперемешку с ледяной крошкой, ажурным полотном, аккуратно укрыл перекорёженный метал… Далёкая сирена скорой помощи выла с надрывом, силясь перебраться через грязную реку…

 

 

Сегодня солнечно. Небольшой мороз приятно колет щёки. Стою перед лотком. На привычном месте яркие, броские судьбы: в Думе не нашли консенсус, певичка на сносях…

Но я ищу судьбу попроще.

Беру серую книжонку. Здороваюсь с продавцом.

– Здравия Вам, Сергий Петрович.

– И Вам не чхать! – кряхтит старик. Оживляется, – Читал вчерась в новостях: авария была. Много жертв… Одна девушка, говорят, чудом выжила… Ваше творенье?

Просто киваю. Старик, пожевав губу, спрашивает:

– Она теперь инвалидом будет… Не лучше бы она умерла?

Недоумённо приподымаю бровь:

– Что, простите? Нет, как можно?! Ведь я такой эстет…

Февраль 2015

Похожие статьи:

РассказыБродяги космодрома

РассказыРок

РассказыЕлки-палки

РассказыБеглец

РассказыБрокер жизни

Рейтинг: +2 Голосов: 2 456 просмотров
Нравится
Комментарии (5)
DjeyArs # 17 марта 2015 в 17:33 +1
А ведь и правда эстет, если авария так эстетично преподнесла Тамаре столько "счастья") Плюс конечно же)
Вячеслав Lexx Тимонин # 17 марта 2015 в 21:47 +1
Спасибо! Тут джей ваша - демоническая, тема. Неизвестно, какие эстеты пишут наши судьбы. Яб их поспрашивал!
Вячеслав Lexx Тимонин # 17 марта 2015 в 21:48 +1
Простите, Джей, имя в предыдущем посте с мелкой буквы проскочило
vinipark # 24 сентября 2016 в 09:40 +1
Хоть и поставил нравится, но эта вещь на любителя...
Вячеслав Lexx Тимонин # 24 сентября 2016 в 21:21 +1
Да, согласен, экспериментальная.
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев