fantascop

Я заяц или девятая история о Шурике

в выпуске 2015/07/27
article3801.jpg

Эту историю рассказал мне Шурик. 
С его слов, всё происходило именно так
и потому прошу не воспринимать данный опус,
как сказку или фантазию воспаленного 
алкоголем мозга. Вскоре его выпишут и надеюсь,
он поведает мне некие, скабрезные подробности,
не вошедшие в основной текст по возрастному 
и этическому цензу.

 

 

- Алё Шурик? – Она всегда спрашивает, будто звонит не на мой мобильник, а в общагу ГПТУ имени Мамина-Моржова.


- Да, Люся ты уже готова? – Я втиснул свой пепелац на свободный пятачок возле Детской академии творчества и изящных искусств, - выходи уже, а то на меня охранник, как-то косо смотрит.


- Шурик у нас катастрофа! – Люся смешно шмыгнула носиком. – Я не знаю, что делать!


Даже в предновогодний, почти, уже выходной день, у моей дорогой соседки случился очередной трабл. Почему я не удивлён? Пытаясь представить, что за вселенский ахтунг мог приключиться в дошкольном учреждении, нащупал в бардачке папку с прошлогодними договорами и вышел навстречу хмурому парню в черной униформе, хлопнув дверью.


- Здесь стоять нельзя! – Вместо приветствия произнес охранник, - убирай своё корыто на фиг отседова!


- О-о! А тут уже празднуют! – Нарочито тщательно принюхиваясь к легкому амбре, воскликнул я, - значит, не зря меня Клавдия Абрамовна к вам направила!


- Какая еще Клавдия Абрамовна? – парень, на всякий пожарный, перестал дышать.


- Как какая? Клавдия Абрамовна Пипиршульц, - протянул я разочарованно и сунул ему в руки пухлую, растрепанную папку. – Значит насчёт международной конференции - ОТЕС енд МАТ «Проблемы встречи нового года, в детских садах Гвинеи-Бисау», вы не в курсе?


- Не-е!!! - Испуганно завращал глазами страж парковки, пытаясь переварить мой тухловатый экспромт и нервно теребя документы.


- Изучайте, вникайте, потом начальнику смены на подпись! – прорезалась сталь в моем голосе, - задача ясна? Выполняйте!


- Есть выполнять! – На автомате ответил он, листая клиентские договора поставок оборудования за прошлый год, на турецком языке.


***


Колыбель детского творчества, встретила меня праздничной суетой, запахами мандаринов и ёлки, нарядными ребятишками и невообразимой суетой и гвалтом. Все куда-то бежали, кого-то искали, мамочки оправляли костюмчики своим малышам, малыши же обрывали мишуру, и блестящий дождик отовсюду, куда могли дотянуться. 


- Стой, раз-два! - Пожилая вахтерша смерила меня подозрительным взглядом, - ты к кому милок?


Этой пожилой даме, про несчастных маленьких бедуинов и экспорт снега в Эфиопию, не задвинешь. Старая закваска – коммунистическая. Вмиг просчитает и выпрет могучей грудью с вверенного объекта.


- Мне Люся Семенова нужна, она у вас работает.


Вахтерша провела пальцем по списку сотрудников, висящему на стене и, найдя цифры напротив фамилии, набрала номер. 


- Петровна?! Люську найди, пришли тут к ней.


- Хто-хто, а я почем знаю? Муж, небось! – заворчала бабулька и кинула на меня острый проницательный взгляд. - Муж?
- Э-э-э… сосед, - растерялся я.


- Не Петровна, не муж, - разочарованно сообщила она в трубку, - говорит «Э-э-э сосед». Лет скока? Да откуда ж я знаю! 


- Милок! Тебе годков то скока?


- Тридца… а вам зачем? - Удивленно осекся я на полуслове.


- Молоденькай совсем, чернявый, да… - продолжала вещать вахтерша, - не-е, росточка не высокого…


- Бабуля! – заскрежетал я зубами.


Она раздраженно зыркнула на меня, оторванная от важного разговора.


- Поди, вон сам поищи, видишь, человек разговаривает! - И махнула рукой, куда то в глубь коридора. 


Я направился искать Люсю в кипящем праздничном котле академии, самостоятельно. За спиной вздохнула в трубку бабушка-вахтерша.


- Импозантный, слышь Петровна! Ты хде там, карга старая?!


***


Раскрасневшаяся и растрепанная Люся, прижимала плечом к уху сразу две телефонные трубки, одной рукой делала заметки в тетради, а второй пыталась собрать в одну кучу ворох документов, неаккуратной горкой рассыпанных на столе. 


- У нас утренник срывается! Где его носит – алкаша вашего?! Тут пятьдесят детишек с родителями, комиссия областная, люди из администрации, мне самой Дедом Морозом наряжаться? – Истерично кричала она.


- Это я не вам Пал Палыч! И вас с наступающим, и вам настоящего женского счастья! Простите… - Устало положила трубку.


- Люсь ты домой едешь? – Осторожно спросил я, глядя на растерянную соседку.


- Дед Мороза нет… - обреченно прошептала она.


- Знаю, как-то под Новый год, я поймал отца, когда он пытался засунуть настольный хоккей в мой сапог.


- Кончай стебаться! Актер, выехал из ТЮЗа два часа назад, и до сих пор его нет. Пьет где-то, скотина.


- Ну вот, что ты себя накручиваешь? Вариантов то масса: автокатастрофа, сердечный приступ, похищение, ограбление, инопланетяне забрали для опытов, наконец! Почему сразу - пьёт?


- Шурик… - Она растерянно смотрела на меня пару секунд, за тем взгляд её приобрел осмысленность. – Шурик...


- Нет, нет, нет!!! Люся! Думать не смей! – Я начал пятиться к двери, - Ну какой я дед, а? А тем более Мороз! Ты посмотри на меня, ни рожи ни кожи, да еще кривоногий, картавлю и кашляю.


- Вариантов нет! – Она попыталась ухватить меня за лацкан.


- Есть! Давай сбежим? Или, давай всем скажем, что Новый год отменили из-за таяния ледников и миграции северного марала? Или вот ещё идея, – я почти нащупал дверную ручку…


* * *


- Что-то нос бледноват, - заметила Баба Дуся – вахтерша, героической фигурой заслонив дверь гримерки, чтоб я в панике не слился, - Шо ты Люськ, как не живая? Румянами, румянами его наведи.


- Баб Дусь, какой-то он непрезентабельный получился, - произнесла Люся, критически оглядывая меня со всех сторон. 


- Мож, подушку ему под лапсердак сунуть? - С сомнением предложила бабулька.


Под марлево-ватной бородой, безумно чесался подбородок, а дермантиновые сапоги со стразами на два размера меньше, так скрючили пальцы, что стоял я, на одних морально-волевых.


- Может, без подушки обойдемся? - Голос шел с глухим рокотом из под слоя перистой ваты, а губы с трудом шевелились, схваченные клейстером.


- Дед Мороз, должен быть внушительным! - Заявила Баба Дуся, - а такого дрища, детвора на смех поднимет.


- А если она выскользнет у меня? Что сказать - дед яйцо снес?


- Так, держи её! Одной рукой посох, другой мешок с подарками… - вахтерша осеклась на секунду, - ладно, подарки пусть Люська тащит, а ты пузо придерживай... Мороз-яйценос!


С тем они и удалились, оставив меня заправлять за пояс джинсов объемную, мягкую подушку. 


Ну, вроде достойно, поглядел в ростовое зеркало - мачо-дед! Держите шляпы, будет трясти, Дедушка Мороз идет зажечь танцпол! Я сделал пару непристойных па и довольный собой направился в актовый зал, распаляя себя, как американский боксер перед боем.


Кто лучший? 
Мороз лучший!
Мороз жжет! 
Дед вас в тряпки всех порвет!


Декламировал, наспех сочиненную кричалку, хлопая красными варежками.


Накрученный таким образом, готовый к двенадцати раундам за чемпионский титул "Золотая перчатка Лапландии", я открыл дверь и столкнулся со своим двойником, от неожиданности прикусив кончик языка. Надо сказать, тот тоже растерялся не на шутку и, насупив курсистую белую бровь, вперился в меня уничтожающим взглядом.


- Что за... диво-дивное? Кто таков? Не лиходей ли в Мороза ряженный?! - Его густой, насыщенный нижними нотами бас, видимо ставили путем долгих тренировок.


Ага, вот и актер ТЮЗовский! Вроде и не пьян, совсем. Я втянул носом воздух - ну, может чуть на винте, но довольно бодрый. И тут, меня захлестнула волна праведного гнева и жалости к себе несчастному. Скрюченные в тесных бутафорских сапогах мизинцы кричали - "Двоечку и хук слева!", а лицо, сведенное схватившимся клейстером, превратилось в ехидную гримасу. 


- А не наглец, ли ты с хозяина северных ветров отчета требовать?! Сам наперед обозначься - чепуха бородатая! - В тон ему, насколько позволял прикушенный язык, ответил я.


Казалось, мужик сейчас лопнет от гнева, щеки налились багровым, а ноздри хищно раздулись. Вот, что значит старая школа! Актерище!
- Как смеешь ты, шут ряженный, дерзить упрямо, сединами убеленному старцу! - Он втолкнул меня в гимерку, легко оттерев грудью от двери.
Ни чё се, телегу задвинул! Моя очередь.


- Я тут, Мороз-Лапландский за Новым годом смотрящий, подарки соплякам дарящий и любому фрае... снеговику, что хошь обосную! Опоздал ты мужик. Что я зря в клоуна красноносого рядился? Дуй, давай в свой ТЮЗ без тебя справимся.


- Вижу, не уймешься ты - семя бесовскыя! Жесткий ты, да на язык поган, - этими словами, он поднял свой посох, украшенный шишками да цветными лоскутьями, и легонько стукнул мне по макушке. - Стань помягче да побелей, ребятню повесели и старика уважь!


Шлепок по голове, даже через мягкую шапку, оказался довольно болезненным и, вскрикнув от неожиданности, я  решительно схватился за орудие, собираясь вырвать его из рук неуравновешенного лицедея и нахлопать ему для профилактики. 


Неожиданно, ноги оторвались от пола и я повис на посохе, стремительно уменьшаясь в размерах. С животным ужасом смотрел, как мое тело превращается в пухленькую, мягкую фигурку, а уши вытягиваются до неприличных размеров. Так бы и висел на одной руке, пораженный и шокированный, если бы, бородатый фокусник не сбросил меня, легко тряхнув посохом. 


Еще не веря в произошедшее, я побежал, на ставших вдруг мягкими лапками, ногах, к зеркалу, суетливо ощупывая себя... розовыми ладошками!


Зевс громометатель и пьяные шаолиньские монахи!!! Заяц! Я заяц!!! Нет, не заяц, то, что на меня уставилось из огромного ростового зеркала, тараща пластиковые тарелочки глаз, с нарисованными зрачками, зайцем можно назвать, только, если тебе пять лет и ты фанат творчества старика Диснея. Рахитичная мягкая игрушка, сантиметров сорока ростом, с белой искусственной шерсткой и розовым пузиком. Нос кнопочка и уши хоботы, подметающие пол. Мать моя, роди меня обратно!


- А-а-а! - Заорал я, схватившись за голову, проминая еë мягкую и пытаясь оторвать, такие чужие уши. - А-а-а!!! Сука-а! Как так?!


Но из забавно нарисованного ротика, послышался лишь тонкий писк, а я закашлялся и сплюнул на пол комок синтепона.


- Ты чего сделал, лишенец?! - Пропищал я на грани перехода в ультразвук, глядя на гороподобного великана, в красной шубе украшенной серебристой вязью снежинок. - В рот ежа по жопе ложкой! Что это? Я тебя спашиваю!!!


Гигантский человек с белой окладистой бородой нагнулся ко мне и насмешливо произнес.


- Снова зайка скверно молвит! Никак, язычок с мылом помыть надобно? - В его ладони появился душистый брусочек.
Я осекся и закрыл лапками рот. Дед Мороз улыбнулся в бороду и хмыкнул.


- Молодец косой.


- Но, вы ведь понимаете, что я этого так не оставлю, - продолжил я вежливо пищать, с опаской косясь на мыло, - это же противозаконно, наконец!


- Ты ему еще про презумпцию невиновности расскажи и судебное преследование, - услышал я насмешливый голосок из-за двери.


В комнату вошел, смешно переваливаясь, плюшевый медвежонок с оторванным ухом и я перестал удивляться. Будто, что-то перегорело внутри. Он подошел ко мне, оглядел со всех сторон и, потрогав белую шерстку на боку, презрительно сплюнул сквозь плюшевые губы.


-Тьфу, синтетика! 


- Но-но, без рук... то есть без лап! Ты еще, что за глюк? - осадил я, нахального медвежонка.


- Я Топтыгин! - Он улыбнулся и протянул лапку.


С осторожностью пожав игрушечную конечность, я поинтересовался.


- А ты тоже... наказанный?


- Ага. - Ответил Топтыгин, - почитай, двадцатый годок мишкой плюшевым живу.


В голове помутилось, а пластиковый глаз-тарелочка задергался. Я уселся на пушистый рудиментарный отросток и завис, пытаясь перезагрузить мозги, ну или что у меня там теперь. То, что я повредился рассудком, почти не вызывало сомнений. Беспокоило только то, что ни один тихо-помешанный, буйно-сумасшедший и даже умеренно-припудренный никогда не признает, что он не в себе. Я же признавал, и это вызывало когнитивный диссонанс.


- Ладно, потом горевать будешь, - медвежонок подхватил меня под руки, - пошли праздник делать!

***


Шла заключительная часть Новогоднего утренника. Мы с Топтыгиным в мыле и высунутыми на плечо языками исполняли,  Дед Мороз водил хоровод, пристроившись к фигуристой мамочке, ди-джей крутил винилы "Елочка стайл" и тут у меня зазвонил телефон... вернее во мне! Бодренькая мелодия из олдскульной игрушки "Супер Марио", взорвала мне внутренности. Твою же снегуркину мать! Все, что было у меня в карманах на момент превращения, оказалось зашито внутри и плотно утрамбовано набивкой. Ключи от машины, бумажник, початая пачка жвачки, гайка на двенадцать с сорванной резьбой, смартфон...


- Ух, ты! Заяц с музыкой! - я почувствовал, как потная ладошка, схватив меня за уши, поднимает над полом. Очень сосредоточенный карапуз лет пяти от роду, начал пальпировать мне живот.


- Да у него внутри телефон! - тонкий девчачий голосок, выдавал радостное волнение, - Может айфончик - а?! Я у Дедушки Мороза просила!


- Вообще то, я первый его нашел! - Вредный мальчишка, продолжал мять мне бока в поисках подарка, а телефон, как назло, все не замолкал. – Пойди, себе зайца найди - хитренькая.


- Ну Вовчи-ик, - заканючила девочка, - я не видела больше заек. Был медвежонок оборванный, но в него, наверное, старую Нокию положили!


- Эй, босота! - Закричал я, с удовольствием глядя, как лицо мелкого хулигана удивленно вытягивается, - ну-ка поставил дядю на место! Щас вот схвачу за уши, да как подкину, Москву у меня увидишь!


- Вовчик он пищит! Клева-а! - Пособница начинающего живодера, запрыгала на одной ножке, - а вдруг у него там два телефончика?! Или пи-эс-пи?!


- Держи, - решился Вовчик и дал девчонке мои ноги, - надо рвать, карманов у него нет, я проверил.


Да что ж за день то такой!


В панике заметался я в руках юных вивисекторов, но силы были не равны. Дети-великаны начали тянуть меня в разные стороны, и я почувствовал, как захрустели нитки, на швах пушистой шубки. Будь ты, трижды проклят неизвестный абонент, перечеркнувший мою жизнь, одним телефонным звонком.


Словно в голливудском блокбастере, невыносимо медленно, уворачиваясь на ходу от конфетти и перепрыгивая через детские стульчики, спешил мне на помощь Мороз, которого за полу шубы тащил, перепуганный Топтыгин. Вот он отчитывает жестоких палачей, и они пристыженные и испуганные начинают плакать, получают леденцы на палочке и довольные, скрываются в толпе таких же жестоких чудовищ.


***


Топтыгин достал цветные карандаши из Люсиного стола и расправив лист А4, начал что-то старательно выводить, кряхтя и высунув в порыве вдохновенья язык.


- Это, что? - спросил я, с интересом заглядывая через плечо приятеля.


- Чивас Ригал, похоже? – Он чуть отодвинулся, показывая свое творение. На листе была изображена емкость, напоминающая кривую бутылку, на схематично обозначенной этикетке значилось "шатланский виске Чивас Ригаль креп 40 об. орижиналь".


- Даже не знаю Топтыгин, что у тебя хуже получается, рисовать или писать. - Ответил я.


- Да не важно! - Он вдруг, протянул лапу к рисунку и схватив нарисованную бутылку, поставил еë на стол. Внутри заплескалась мутновато-коричневая жидкость. - Видал?


- Че это? – Не понял я и начал тереть глазки-тарелочки.


- Ну, как тебе объяснить... мы с тобой существа необычные?


- Ну, положим…


- Волшебством Морозовым тронутые?


- Я бы жестче сказал.


- Значит и в нас капля волшебства этого есть! Главное поверить, - объяснил мишка, - ты рюмки рисовать умеешь?


Не спеша, рисуя по памяти "Блек Лейбл" и "Столичную", благо карандашей у Люси было полно, мы потихоньку доводили себя до состояния бухих мягких игрушек. 


- А ты, правда, второй десяток в медвежьей шкуре разменял? – Спросил я приятеля, закусив, недурственным сервелатом.
- В этом году, как раз двадцать стукнет.


Борис - так звали Топтыгина в миру, в девяносто пятом был серьезным авторитетом на районе. Под ним ходило, три десятка бойцов и называлось все это безобразие – бригадой Блиновских. Так было заведено в то неспокойное время, называть неформальные организации по фамилии старшего менеджера. Ну, или как там у них c должностями?


Двадцать лет назад, в моем прыщавом отрочестве, эти сорвиголовы заставляли писаться в штаны барыг всех мастей и пошибов и имели мзду со всех и везде. И вдруг, в один из Новогодних, праздничных дней они исчезли. Пропали, будто и не было никогда, славных быдловатых робингудов. 


Как водится, версии были одна другой эпичней: передел сфер влияния - столичная братва всю бригаду порешила, а трупы растворили в серной кислоте. Завелся в городе одинокий мститель в маске с прорезью для глаз, наделенный сверхсилой - эта версия, была у нас, школьников дорвавшихся до американского кино, самой распространенной. Разнился лишь наряд мстителя, мы сходились в словесных баталиях, обсуждая экипировку и набор способностей, смакуя детали и зарисовывая их в специальные альбомы. Ну и версия со спецурой ФСБ, отстрелявшей по тихому Блиновских, не сбрасывалась со счетов.


Все оказалось проще. Как-то Дед Мороз, спустившись в санях, неудачно чиркнул дорогой БМВ. Борька - а это был его автомобиль, начал гнуть пальцы, обосновывая Морозу на какое бабло тот попал. Вот только глубоко в душе Борька был тем еще сыкуном и спросить с сурового Деда на месте не сдюжил, а забил ему стрелу. К вечеру, он собрал свою могучую дружину, мотивируя тем, что терпила не из простых и с собой по любому приведет братву.


Теперь, результат этой криминальной разборки, сидел передо мной и блаженно вдыхал пары вкусного алкоголя.


- И ты двадцать лет медведем плюшевым чалишся? - с трудом ворочая языком, спросил я.


- Да не братан! Дедушка меня давно силком не держит, - Топтыгин принялся чистить фиолетовую мандаринку, оранжевого карандаша у Люси не было, - пр-росто уважаю я его, да и привык уже. Знаешь, как в тереме здорово? А Снегурочка добрая, какая? Не знаешь, башкой своей ушастой машешь, а она мне каждую прореху в шубке зашивает и жалеет... 


В маленьких пластмассовых глазках заблестели слезы, Мишка, пьяно шмыгнул и отвернулся.


- О, я смотрю, вы господин Топтыгин поплыли уже? - Поддел я приятеля.


- Ты поучи еще, папу, как сексой заниматься! - Мишка смахнул крошки со стола и протянул мне синий карандаш, - давай, Курасау рисуй - бармен.
И я изобразил – «Кюрасао» и «Самбуку», «ХО» и «Будвайзер». Потом рисовал мобильник с большими кнопками, чтоб было сподручней набирать номер мягкими, толстыми лапами. 


Кажется, мы звонили в магазин игрушек и требовали прислать нам белок на батарейках, фигуристых и в бикини. Дальше, как в тумане - помню, рамсили со снеговиками, с ними у Топтыгина давние непонятки. Я, вроде, рвал на груди белый мех и пытался сделать вертушку. 


Потом, Дед Мороз грузил нас в сани, ругался и отбирал карандаши. Следующая вспышка памяти - спина Мороза, на фоне дымчатого, звездного неба. Олени несут нас на север, Топтыгин спит под лавкой, а подлые снеговики застыли на запятках саней – волки позорные, чтоб вам август приснился. Ниче ведроголовые, земля, она круглая.



***



Мелодия звонка мобильного телефона, заставила меня разлепить тяжелые веки. Только бы не услышали маленькие чудовища – охотники за халявными гаджетами. Я в ужасе подскочил. Жесткий подлокотник кресла, отдавил ребра, а шея и спина совсем затекли. Я нащупал в кармане пальто телефон, затравленно озираясь вокруг. 


За гигантскими обзорными окнами, занималось хмурое зимнее утро, постепенно проявляя силуэты железных птиц застывших в ожидании неба. Зал маленького аэропорта, постепенно просыпаясь, наполнялся приглушенным гомоном голосов. 


Я принял вызов, любуясь своей рукой. Настоящей человеческой конечностью! Упругой и сильной, с пятью отличными волосатыми пальцами.


- Але Шурик?


- Да Люся!


- Шурик, милый ты живой!!! – Она всхлипнула, - мы все морги, все больницы…


- Успокойся. Со мной все хорошо.


- Ты где?


Я обернулся и уставился на огромное контрастное табло аэропорта.

 

- Шурик?

 

- Я… в Хабаровске…


- Какого… - Люся была поражена не меньше моего.


- Успокойся! – Сосредоточенно потер бестолковку, вчерашний день, рваными фрагментами поднимался из похмельного смрада, - Мы с Топтыгиным у тебя в кабинете нашли карандаши, нарисовали синьки и забухали. Потом, Дед Мороз вез нас домой, в терем. Там еще снеговики были. Точно! Такие мерзавцы – ты не поверишь Люсь!


- Ты с утра начал, или ещё с ночи не просох? – Воскликнула она и бросила трубку. 

 

- Я трезв, как новорожденный! 



***



- Посслусайте, милейфый, - обратился я к солидно одетому мужчине, пытаясь достать изо рта остатки синтепоновой набивки. - Простите, что надоедаю Вам. Сам то - я не местный, от саней отстал, а снеговики, проходимцы, чтоб им жарко стало, багаж украли.


- Что, простите? – Мужик отложил незаполненный посадочный талон.


- В общем, мы с Топтыгиным… 

 

©РусланТридцатьЧетыре 

Рейтинг: +10 Голосов: 10 849 просмотров
Нравится
Комментарии (10)
Александр Кеслер # 26 июля 2015 в 14:19 +5
Если поначалу я просто улыбался, то дойдя до фразы:
- А-а-а! - Заорал я, схватившись за голову, проминая еë мягкую и пытаясь оторвать, такие чужие уши. - А-а-а!!! Сука-а! Как так?!
я засмеялся на самом деле заржал laugh
Отличная новогодняя сказка, Рус!!! +
Евгений Вечканов # 29 сентября 2016 в 17:08 +4
Мне очень понравилось!!! Смешно по-настоящему! Плюс!
Матумба(А.Т.Сержан) # 29 сентября 2016 в 20:23 +4
Здорово! Полный компот! Зайчет плюшевый в труселях. Топтыгин на айфоне. Дед-леденец на палочке. Карандаш от Чивас Ригала. Словом, на празднике была
И много-много маленьких чудовищ принесла...
Молодец, Руслан тридцать четвертый! Порадовал дедушку.
Зайчет!
Ольга Маргаритовна # 30 сентября 2016 в 00:53 +3
Вот такие новогодние сказки читала бы и читала! Супер
Ворона # 2 октября 2016 в 16:37 +4
приснится же такое... вот де ужос-то!
И всёжтки - пить надо меньше! как было сказано тож в Новый год. joke

Русланчик, а ищо? *канючит* ну ж Шурей-то из больнички выйдет, а дальше?! look Давай ищо!!! love
Жан Кристобаль Рене # 2 октября 2016 в 16:55 +3
Русланчик, а ищо? *канючит* ну ж Шурей-то из больнички выйдет, а дальше?! look Давай ищо!!! love
ДА! glasses
+++++++++++++
РусланТридцатьЧетыре # 2 октября 2016 в 17:21 +3
К сожалению историй о Шурике всего девять. Вот бывает у вас такое, что чувствуешь - всё хорош? Я не придумываю историй про этого персонажа уже больше года.
Жан Кристобаль Рене # 2 октября 2016 в 18:14 +3
Абыдно((( cry
Ворона # 2 октября 2016 в 18:42 +3
жаль-жаль cry
А може, Шурей ещё надумает вернуться, выломает Руслану руки (и мозги) и напишется?!
Beatris # 5 октября 2016 в 11:29 +3
Спасибо!!!!Плюс!!!!!!!
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев