fantascop

Дневник Арсеньева (Часть 1)

в выпуске 2018/07/09
article12973.jpg

Две вещи на свете наполняют мою душу

священным трепетом: звёздное небо над головой

 и нравственный закон внутри нас

Иммануил Кант

                                                                  Часть I

                                                                  Пролог

          Мой старый знакомый Максим Н. в августе 2013 г. купил трехкомнатную квартиру в Москве.  Квартира ему понравилась, она была весьма комфортная и благоустроенная, в ней недавно был сделан ремонт в стиле арт-деко. Максим узнал также, что ранее она принадлежала молодому художнику, который недавно умер. Осматривая квартиру, Максим понял, что две комнаты бывший хозяин использовал для жизни, а третья, самая маленькая, была своеобразной мастерской, в ней раньше также хранились картины художника. Из всех помещений мастерская была единственной фактически неприемлемой для жизни. Из мебели в ней были лишь стенки для хранения картин и рисунков, стул и мольберт, пол был испачкан в краске, а стены изрисованы.

         Во всей квартире Максим не нашел ни одной картины, почти все они, как он узнал позже, были распроданы на аукционе, но среди тех немногих вещей художника, что остались, он обнаружил толстую тетрадь формата А4, в которой были дневниковые записи бывшего хозяина. Зная мой интерес к подобным находкам, Максим подарил ее мне.

         Внимательно рассмотрев дневник, я узнал, что его хозяина звали Николай Александрович Арсеньев, что родился он в 1989 году, т.е. на момент смерти ему было всего 24 года. Мне показалось интересным не только содержание, но и оформление дневниковых записей художника – в первую очередь поражал красивый, ровный каллиграфический почерк автора, такой можно обнаружить на документах и в письмах столетней давности, поэтому я без труда смог его разобрать.  Но более всего бросались в глаза причудливые рисунки, которые украшали практически каждую страницу тетради. Они были сделаны черной ручкой, но настолько профессионально и умело, что поражали своей красочностью. Среди них было много портретов людей в странной одежде из различных исторических эпох, фантастических существ – драконов, морских змеев, грифонов, фениксов, гоблинов, великанов, горных троллей и пр. Много было сказочных пейзажей с замками, дворцами, крепостными стенами, горами и лесами, изображений средневековых битв, морских сражений и торжественных пиров.  

         Красивый почерк и мастерски сделанные рисунки в тетради завораживали и делали ее подлинным произведением искусства. Также обращали на себя внимание записи на непонятном языке. Сделаны они были латиницей, но их сложно отнести  к какой либо группе европейских языков. Возможно, это искусственно сконструированный, «авторский» язык, который нуждается в дешифровке.

         У Арсеньева не было родственников, он воспитывался в детском доме. Поэтому, осознавая всю необычность этой находки, я решил отдать ее в музей современного искусства «Альтернатива» в Москве, где хранится около десятка картин Арсеньева. Предварительно я сделал фотокопии его дневника. Дневниковые записи художника меня заинтересовали, и часть из них я решил опубликовать для широкого круга читателей.

5 октября 2009 г.

        Я шел по длинному темному коридору, увешанному причудливыми картинами. Ночной мрак пронизывал лишь лунный свет, струившийся из окон с правой стороны коридора, но этого света хватало, чтобы видеть, что изображено на каждой из картин слева. «Куда же пойти сегодня?» - подумал я. Выбор был огромный. На одной из картин был изображен рыцарь в доспехах, сражающийся с огнедышащим драконом на вершине черной горы в лучах закатного солнца. В левой руке рыцарь держал большой щит, а в правой длинный острый меч, которым он замахнулся на чудовище. Дракон изрыгнул пламя из пасти в сторону рыцаря и если бы не большой щит, которым закрылся воин, огонь беспощадно спалил бы его… Я подошел к этой картине и внимательно присмотрелся к ней – изображение стало оживать – отразив атаку дракона, рыцарь нанес ему ответный удар по чешуйчатой шее, но меч лишь скользнул по телу чудовища, не нанеся ему никакого вреда, – настолько прочной оказалась броня крылатого змея… «Нет, - сказал я себе, - сегодня не сюда». И пошел дальше. На следующей картине я увидел море в сиянии мягкого лунного света, по морю плыл корабль, над ним разноцветной россыпью блистали огни фейерверка. В левой части картины были изображены прекрасные русалки на каменистой отмели, они пели свои песни, завлекая моряков на верную гибель… Я подошел к полотну и оно ожило подобно первому – слышался приятный шум моря, грохот фейерверков над кораблем (фейерверки были такой красоты, которой не увидишь в твердом мире) и пение русалок… пение это завораживало - молодые сильные голоса разливались в чудесном многоголосье, одна из морских дев играла на арфе, что придавало пению какое-то неземное звучание… Насладившись музыкой, я отошел от картины. «Неплохо, - сказал я, - зайду сюда в другой раз». Картина вмиг застыла, а шум моря, грохот фейерверков и пение русалок исчезли. Впереди были сотни подобных полотен, и выбрать что-либо одно было сложно. Я коснулся рукой стены, на которой висели картины и слегка толкнул ее. Стена с полотнами начала двигаться в левую сторону. Передо мной мелькали картины со сказочными пейзажами, периодически я останавливал свой взгляд на некоторых из них, оценивал их, и продолжал выбирать… В бесконечной череде проносящихся изображений я обратил внимание на одно, казалось бы совсем непримечательное.  На нем был изображен всадник в черном плаще, скачущий по широкому полю в сторону темного леса. Легкий ветер развевал его густые длинные волосы, а редкие тучи на ночном небе не мешали луне светить ярко и освещать путнику дальнюю дорогу. Я направил свою левую руку в сторону картины и сказал «Стоп!». Стена моментально остановилась так, что напротив меня оказалось это полотно. Я сделал два шага в его сторону, быстрым взмахом обеих рук увеличил его до размеров стены и начал внимательно рассматривать.  Картина «ожила» у меня на глазах – трава на поле слегка колыхалась от ветра, всадник скакал в сторону леса, шум копыт лошади доносился до моего слуха, а ночная прохлада и запах полевых трав коснулись моего дыхания… «Совсем как в детстве, - промолвил я, - да и образ привлекательный – странник, скачущий в темную неизвестность на встречу опасностям и приключениям».  Я сделал еще один шаг в сторону картины, закрыл глаза, через несколько секунд открыл их и оказался верхом на вороном коне, под моим черным плащом были надеты доспехи, на левом бедре у меня висел длинный меч, а мои волосы развевал прохладный ночной ветер… Реальность картины стала моей реальностью и это чувство, чувство свободы, радости, полета и предвкушения чего-то волшебного полностью охватило меня…

       Путь в замок короля Адаларда IV лежал через огромный и полный опасностей лес Берхард. Я вез королю важное письмо, которое было написано на пергаменте и спрятано у меня за пазухой. Берхард я должен был преодолеть за три дня, но это в лучшем случае, ведь не знаешь, чего ожидать от этого коварного леса… До него оставалось около двух миль и поэтому я решил полюбоваться на окрестные пейзажи. Равнина заросла дикими травами – овсюгом, татарником, иван-чаем, пижмой, тысячелистником и зверобоем, а на болотистых участках виднелись заросли осоки и камыша. Поле было подернуто легкой дымкой, что придавало особую свежесть ночному пейзажу. Было отчетливо слышно пение сверчков и редкие крики птиц. Я с наслаждением вдохнул свежий и ароматный ночной воздух и пришпорил коня – до леса оставалось совсем немного…

        Незаметно для себя я въехал в лес, темнота будто бы окутала меня со всех сторон, а воздух стал каким-то спертым. Берхард словно дышал враждебностью – древний, суровый лес с вековыми дубами, осинами и соснами… Я не без опаски проскакал несколько верст по главной лесной дороге, в любой момент из-за кустов могла появиться ватага разбойников, стая волков или лесное чудовище. Вдруг издалека донеслись звуки лязгающего металла, яростных окриков и свиста. Я пришпорил коня, проехал еще полверсты, и передо мной открылась следующая картина – дюжина вооруженных людей атакует всадника на белом коне. Со стороны казалось, будто бы стая воронов напала на белого лебедя и тот отчаянно пытается отбиться. Я присмотрелся внимательно и увидел, что белый конь – это единорог, а всадник – молодая женщина.

6 октября 2009 г.

        Проснулся я как обычно в 6 утра… Несмотря на то, что спал я всего 4 часа, выспался очень хорошо - так всегда бывает после осознанных сновидений. В РГХУ (Российский государственный художественный университет) пришел к первой паре и без опозданий, что странно для студента третьего курса факультета живописного искусства.  

        Хоть я и веду себя довольно тихо и неприметно, но мне иногда все-таки приходилось удивлять преподавателей университета. В последний раз это было в конце второго курса, когда я сдал культурологию на «отлично». Вообще на этом предмете я откровенно валял дурака – рисовал шаржи на своих однокурсников и всякие глупые и смешные рисунки. Соседи по парте не могли удержаться от смеха, поэтому уже через неделю преподаватель отсадила меня на последнюю парту в полное одиночество и пообещала, что поставит «два» на экзамене за мое «наглое безделье». Да, совсем как в школе… Я продолжал рисовать, так что в моей тетради не было записано ни слова по культурологии, зато она была вся изрисована шаржами и смешными миниатюрами.  На экзамене преподаватель очень удивилась, когда я, отвечая на вопрос билета, слово в слово наизусть пересказал ее лекцию, которую она читала нам семь месяцев назад. Тем же я занимался на политологии и психологии и, собственно, также сдал экзамены по этим предметам, то есть на «отлично».  Как видно, абсолютная память может пригодиться не только в осознанных сновидениях.

        С практикой дело обстоит иначе, рисовать приходится, чуть ли не допоздна, это действительно требует не только таланта, но и немалого труда. Сегодня пришел в  общежитие после 5-й пары, где-то в половине шестого и после небольшого отдыха приступил к рисованию. К счастью, мой сосед с этого года съехал на съемную квартиру, поэтому ничто не отвлекает меня от учебы и творчества… кроме дискотек, которые порой устраивают студенты ночью прямо в коридорах... Но на этот случай есть беруши – в них совсем не слышно, ни грохота тяжелой музыки, ни пьяных криков молодых повес.

7 октября 2009 г.

         Сегодня исполняется ровно 4 года с того момента, когда я начал практиковать осознанные сновидения. Много трудностей я встретил на этом пути – пришлось перечитать уйму книг, научных и псевдонаучных статей, пробороздить вдоль и поперек интернет в поисках нужных знаний, провести кропотливую, но небезынтересную работу над умением контролировать сновидения. И вот сейчас я имею сложную, многоуровневую Вселенную подсознания. Именно Вселенную, потому что она бескрайняя как космос.  В ней заключено сотни неповторимых миров, тысячи персонажей, фантастических существ и многое другое.

          Изначально передо мной стояла сложная задача – упорядочить неупорядочиваемое. Помимо того, что сознание и подсознание человека весьма абстракты и эфемерны по своей природе, они трудно поддаются волевому контролю. Особенно это относится к подсознанию. Если сознание можно регулировать и организовывать посредством логики или каких-либо нравственных норм, то подсознание – это целый поток в принципе неподдающейся контролю информации и чувств…  Многие люди хоть раз в жизни попадали в осознанное сновидение и почувствовали, что это удовольствие не из приятных. В глубинах своего подсознания они видели либо грязь первобытных инстинктов, либо гнетущий страх, либо тяжелую фантасмагорию… Что-то похожее на огромную свалку, состоящую не только из полезных вещей, но и из бесполезного мусора появлялось перед людьми в глубинах их души…  Нечто подобное увидел и ощутил я, когда впервые окунулся в эту бурную, неизвестную мне стихию. Но помимо всего этого, я обратил внимание на тот бескрайний вселенский простор, который открылся мне в мирах моих снов, на ту, ни с чем не сравнимую свободу мягкого мира сновидений по сравнению с твердым миром реальности. Я был очарован этим миром и решил сделать его удобным и приятным для себя.

         Для этого нужно было придать ему определенную упорядоченность и систематичность. Чтобы осуществить этот замысел, я решил заключить огромные пласты информации, хранящиеся в моей памяти, в ассоциативные образы, а этим образам придать вид привычных для меня предметов, несущих определенную информацию – наиболее удобные для меня информативные предметы – это картина или книга. Далее нужно было как-то оформить хранилище этих предметов-ассоциаций, для этого я сконструировал  Терминальную зону подсознания или  иными словами Сумеречный мир. Сумеречный мир – это место, где ничего не происходит. Я придал ему вид обширного пространства, в котором хранятся предметы-ассоциации. В зависимости от замысла я придаю ему разные формы – чаще всего это галерея с множеством картин или библиотека с тысячами книг.  Засыпая, я сразу же попадаю в осознанное сновидение и с момента понимания того, что я сплю и вижу сон, мой ум преображает сновидение в Сумеречный мир, в котором огромные пласты информации относительно упорядочены. В Сумеречном мире передо мной как на ладони представлено множество предметов-ассоциаций, касаясь которых я погружаюсь в сон-действие, т.е в мир, в котором хранится определенная информация и комплекс чувств. Действие в этом мире развивается уже в зависимости от характера этой информации, от ее эмоционального окраса. В зависимости от желания, я могу погрузиться в сон-воспоминание, в сон-мечту, в сон-сказку, в сон-роман и пр. Я населяю свои вымышленные миры фантомами – персонажами сна-действия. Одни из них эмоционально развиты и самостоятельны, а другие – не более чем массовка. Развитые фантомы наравне со мной являются своеобразными двигателями сюжета сновидения, их поведение и поступки неподвластны моей воле, они свободны в своих действиях также как и я. Именно это привлекает меня в осознанных сновидениях – неспособность полностью на 100 % их контролировать, ведь именно это делает их интересными и захватывающими.

        Главный «враг» осознанных сновидений – это инстинкты и крайне негативные эмоции – они ломают сложную структуру осознанного сновидения и превращают его в обычный сон, поэтому я не использую в своих мирах эротические образы и стараюсь не допускать слишком негативных эмоций. По желанию я могу «переходить» из одного сновидения в другое или вообще «выныривать» из сна и просыпаться в любой момент.

8 октября 2009 г.

          Вчера заснул за чтением «Книги утраченных сказаний» где-то в половине первого ночи. Во сне я увидел, освещенную луной дорогу, ведущую в небольшой трактир. Из его окон струился теплый и мягкий свет, который гостеприимно зазывал путников зайти в гостиницу и выпить кружку пива в компании веселых друзей. Над его дверью весела вывеска с надписью «Трактир пять сов». Я зашел туда, снял плащ, сел за столик у окна и огляделся. Какой только публики там не было! За соседним столиком сидела дружная компания лесных гномов, они пили эль, громко шутили и пели веселые песни. За столом напротив сидели два мага – один в синем, а другой в красном плаще и что-то шепотом обсуждали. А за барной стойкой стояли несколько людей не совсем опрятного вида, они, о чем-то переговаривались, иногда оглядываясь по сторонам.

         Я щелкнул пальцами и ко мне подошел полноватый человек с усами и лысиной, на вид ему лет за 50, одет он был в простой жилет поверх белой рубахи и штаны коричневого цвета.

- Добрый вечер, любезный гость, - с улыбкой поприветствовал он меня, - что будете заказывать?

- Как обычно, Брунс, кружку эля и меню на сегодня.

- Хорошо, две минуты.

         Брунс – это гном-полукровка – хозяин этого трактира. Он принес мне кружку эля и небольшую книгу-меню.  Я открыл книжку и начал ее листать. На каждой странице было изображение какого-нибудь пейзажа или фантастического события, а наверху подписано его название. Я пролистал эту книжку и остановился на нужной странице. Я увидел иллюстрацию, на которой был изображен всадник в ночном дремучем лесу, он встревожено смотрел по сторонам, а его правая рука была опушена на рукоять меча. Наверху над  картиной было написано « Манфрид в древнем Берхарде». Я коснулся рукой иллюстрации, на мгновение закрыл глаза, а открыв их, почувствовал, что сижу на коне, а моя рука сжимает рукоять меча. Я увидел дорогу в ночном лесу, а на ней ведет неравный бой с дюжиной разбойников девушка, облаченная в рыцарские доспехи, на которые ниспадали чудесные золотистые волосы юной воительницы. Девушка эта сидела верхом на белом единороге, он уже успел пронзить своим рогом несколько человек, но противники всё же одолевали. В больших голубых глазах красавицы виделось отчаяние, придававшее сил разбойникам.

        Я помчался прямиком к разбойничьей ватаге, обнажил меч и начал рубить врагов. Скоро в живых из них осталось только четверо, один разбойник (вероятно главарь) подал сигнал, и остальные умчались вслед за ним в гущу леса. Я спрыгнул с коня, подошел к девушке, учтиво поклонился и сказал:

- Позвольте представиться - Манфрид из Берга, рыцарь Южного Королевства.

- Очень приятно, - отозвалась девушка, - Катрина, дочь герцога из Северного Королевства.

- Куда держите путь?

- Домой, в замок отца.

- В лесу небезопасно. Позвольте сопровождать вас?

- Простите, нет. Я очень благодарна вам за помощь, вы спасли мне жизнь, и я в долгу не останусь, но сейчас я очень спешу и нас не должны видеть вместе.

- Тогда скачите по главному тракту, разбойники напуганы и больше не посмеют напасть на вас.

- Прощайте! – крикнула Катрина и поскакала на белом единороге по широкой лесной дороге.

       При всем желании, я не смог бы угнаться за ней, ведь единороги славятся своей скоростью и выносливостью. Она растаяла во мраке и исчезла как мираж в кромешной темноте леса.

      Через мгновение я также поскакал по главному тракту. Лес постепенно заканчивался,  до моря оставалась совсем немного. Совсем скоро я ощутил порывы ветра на своем лице, меня на большой скорости нес вороной конь в сторону морского побережья, но котором располагался старинный замок Ансгархорд – резиденция короля Адаларда, окруженный рвом и крепостными стенами. Над замком в ярком свете луны кружили вороны. Через ров был проложен мост, я проехал по нему и спешился у ворот Ансгархорда. Один из привратников спросил меня:

- Кто вы? К кому и с чем пожаловали?

- Я Манфрид из Южного королевства. С посланием к королю Адаларду IV.

       Привратники пропустили меня, и я в сопровождении охраны отправился в тронный зал к королю.  Мы поднялись на второй этаж, перед входом в зал герольд звучно представил меня:

- Рыцарь Манфрид из Южного королевства!

       Я зашел в огромный и великолепный зал с высокими мраморными колоннами, в конце помещения стояло два трона справа и слева от которых находились золотые львы. На тронах сидели король и королева Северного королевства. Король – массивный мужчина с большой рыжей бородой, а королева – молодая черноокая женщина с темными волосами. Около трона стояли многочисленные придворные, а среди них была юная Катрина…

- Здравствуйте, ваше величество, - учтиво поклонившись, обратился я к королю, -  у меня к вам послание от Альберта VIII, главы Южного королевства. Позвольте мне зачитать его.

       После приветствия и одобрительного жеста короля, я открыл пергамент начал читать:

- Досточтимый кузен Адалард, с востока надвигается невиданная доселе опасность – Великий Дракон собирает силы, чтобы атаковать, разрушить и подчинить себе свободные западные королевства. Он подчинил себе уже народы и племена востока. Такая же участь ожидает и нас. Алчность Дракона бесконечна, а злоба его не знает пределов. Он испепелит своим пламенем поля и леса свободных королевств, он сбросит звезды с неба и уничтожит наши города и селения. Только сплотившись, мы сможем противостоять этой напасти…

- Ваше величество, - продолжил я, - правитель Южного Королевства, Альберт VIII, предлагает вам военный союз, чтобы противостоять Дракону. Два свободных королевства уже дали свое согласие на объединение усилий в борьбе с общей опасностью.

- Не спеши, Манфрид, - лениво ответил король, - для начала я прикажу устроить пир в честь нашего славного гостя!

       Тронный Зал в мгновение преобразился – посреди него появился огромный стол, полный вином и яствами, король, королева и придворные сели за него и приступили к трапезе, их примеру последовал и я.

       Застолье длилось долго и радостно, после него начались веселые танцы. Неожиданно ко мне подошел слуга и попросил проследовать за ним. Мы вышли в длинный коридор, освещенный факелами, под одним из которых стояла Катрина… Она жестом отпустила слугу и подозвала меня к себе.

- Вам угрожает опасность, - шепотом промолвила она, - этой ночью  вас должны убить.

9 октября 2009 г.

        Проснулся я около 6 утра. Сегодня было всего 4 пары. После пар решил зайти в кафе «Альтамира» неподалеку от университета. Все-таки сегодня пятница. Кафе по своему оформлению немного напоминает пещеру – штукатурка декорирована под грубый необработанный камень, а стены украшены рисунками, стилизованными под творчество первобытных людей. Столы и стулья были сколочены из дуба и выглядели как-то неотесанно. Я сел за один из них и заказал пиво и сушеную рыбу. За соседним столом сидела весьма шумная компания - грубый мат  с их стороны периодически чередовался со словами из уголовного жаргона. Какой-то серый мужичок все кричал о купленном недавно «Жигули» и о том, что событие это нужно очередной раз обмыть. Другой все рассказывал о том, как силой повалил какую-то «телку», третий говорил как обильно блювал после очередной попойки. Мне стало как-то тоскливо и противно одновременно. «Все логично, - подумал я,- пещерные люди в пещере». Я встал из-за стола, надел куртку и быстро вышел из кафе. Неожиданно в голове у меня мелькнуло «Нет, это не «Пять сов»».

       Пришел в общежитие где-то в шесть, повалился на кровать и продолжил читать «Книгу утраченных сказаний».

10 октября 2009 г.

        Вчера лег спать где-то в 11 вечера и почти сразу уснул. Во сне передо мной возникла огромная Библиотека, освещенная тусклым светом одного светильника, поэтому в ней царил полумрак. «Как всегда в Сумеречном мире» - подумал я. Библиотека была уставлена тысячами очень высоких шкафов, в которых хранились сотни тысяч книг. Во всей Библиотеке кроме меня находится лишь один человек, и зовут его Корнелиус – он исполняет здесь обязанности Библиотекаря. Корнелиус – это фантом, которого я создал для того, чтобы упростить поиск нужных символов-ассоциаций в своем подсознании. На вид это милый старичок в очках, с короткой бородкой и немного взъерошенными волосами, одетый в поношенный костюм 40-50-х годов прошлого столетия. Смотрит он очень умным и проницательным взглядом, что делает его чем-то похожим на профессора какого-нибудь Оксфордского университета. Еще бы, без развитого интеллекта нельзя разобраться в запутанном мире Подсознания, а Корнелиус в нем разбирается и неплохо.

- Здравствуй, мой друг, рад видеть тебя, - с улыбкой обратился ко мне Библиотекарь, - что нового в твердом мире?

- Здравствуй, Корнелиус, - ответил я, - в твердом мире все по-прежнему – учеба, работа, спорт, любовь и творчество… На невыносимо скучные и пошлые вещи вроде политики или экономики я не обращаю внимания, думаю, и тебе это не будет интересно.

- Наши вкусы и интересы во многом совпадают. Я тоже не выношу эту рутину.

- Разумеется, ты же часть меня, ты в моем подсознании.

- Все относительно, мой друг, - мягко сказал Корнелиус, - вот ты, Николай Арсеньев, с виду обычный студент российского художественного вуза, а по сути, уникальный человек, который совершил то, что под силу далеко не каждому  –  создал в своем подсознании сложные и развитые миры. Но кто ты без них? Молодой человек, ведущий достаточно скучный и однообразный образ жизни… Согласись же – здесь тебе гораздо уютнее и интереснее, чем в твердом мире? Здесь ты черпаешь вдохновение для своего творчества, отдыхаешь душой и телом. Во многом - ты часть этого мира. Кто появился раньше - отец или сын? По-моему все-таки сын, ведь отец стал отцом лишь после рождения сына. Также и с тобой – ты стал уникальной личностью лишь после создания миров Подсознания.

        Корнелиус – это философ по натуре. Я придумал его таким, хотя и не помню как. Корнелиус появился как-то сам собой при создании Сумеречного мира, когда мне необходимо было упорядочить потоки информации в моем подсознании – без сторонней помощи это было сделать сложно, поэтому я прибег к помощи высокоразвитого фантома. После создания Сумеречного мира и реконструкции тысяч реальностей острая необходимость в нем отпала, но я оставил его в Большой Библиотеке, потому что общение с Корнелиусом мне было приятно, он помогал мне найти ответы на наиболее сложные для меня вопросы, мысли его порою были столь необычны и оригинальны, что я невольно задавался вопросом – а фантом ли это?

- Тебя давно не было здесь, – промолвил Корнелиус, - все пропадаешь в Мирах Большой Галереи или в Трактире «Пять Сов»?

- Да, ты прав, в последнее время я часто бываю там.

- Что же привело тебя сюда?

- Хочу насладиться тишиной Библиотеки и просто пообщаться с умным человеком. Кстати, что произошло нового за время моего отсутствия?

- Ничего нового, тысячи книг стоят и пылятся в полумраке Большой Библиотеки, ждут своего часа, когда, наконец, придет единственный посетитель и откроет хотя бы одну из них.

- Ну что ж, приступлю к «чтению», как в старые добрые времена.  Достань-ка мне, пожалуйста, «Дракона из Шрейнгрода».

- Хороший выбор, - улыбнулся Корнелиус.

        Он взял длинную лестницу, прислоненную к стене Библиотеки,  приставил ее к высоким полкам, уставленным книгами, и поднялся к самой верхней из них.

- А вот и «Дракон из Шрейнгрода», - громко произнес Библиотекарь.

- Какая поразительная память! - отозвался я.

- Да, я помню каждую книгу, и где она находится в нашей Библиотеке.

        Корнелиус спустился и подал мне большую книгу со старинной обложкой. Я открыл ее, и моя рука ощутила приятное прикосновение пергамента, глаз радовал красивый готический шрифт и живописные иллюстрации. Я без труда нашел нужную страницу и начал читать вслух… «Манфрид стоял перед Катриной, их лица освещал лишь тусклый свет факела. Катрина промолвила:

- Вам угрожает опасность. Этой ночью  вас должны убить».  Пока я читал,  обширная Библиотека исчезла, а на ее месте появился мрачный коридор. Я в доспехах и в черном плаще стоял перед белокурой Катриной и проговорил:

- Кому и зачем нужна моя смерть?

- Моей мачехе – королеве Эстер. Она родом из южных краев. Мой отец, король Адалард,  взял ее в плен в одном из походов против Харада. Она очаровала его и еще при жизни моей матери стала его любовницей. Моя мать, королева Гертруда умерла спустя два года после пленения Эстер и смерть ее была не случайной. Эстер давно служит Великому Дракону,  я видела на ней медальон с изображением Дракона с золотой диадемой на голове. Всего таких медальонов семь, и носят их самые приближенные слуги Дракона. Она разными способами извела верных слуг моего отца – одни были убиты, другие оклеветаны и томятся в заточении в подземельях Унгбарда, а третьи отправлены на бессмысленную войну с великанами Горнборда… Нынешние приближенные моего отца – почти все сподручные Эстер. Она держит его в своих когтях, король стал ее марионеткой. Она хотела убить и меня – те люди в лесу не разбойники, а слуги королевы.  Эстер не остановится ни перед чем, лишь бы не было союза западных королевств против Дракона. Поэтому она должна убить вас – это вобьет клин в отношения дружественных государств – Северного и Южного Королевств.

- Что же мне делать?

- Бежать.

- Как? Выходы из замка закрыты и охраняются. Даже если мне удастся выбраться из него, меня все равно догонят и убьют.

- Есть один способ – действенный, но рискованный. С северной стороны замка есть узкое ущелье, там живет единственный крылатый конь королевства - Хордриг – на нем вы можете улететь. Но его охраняет огромный трехглавый пес Дорхонт. Не всякому под силу справиться с ним.

- Я оставил меч у входа в замок…

- Держите, меч здесь,- Катрина достала меч из-за плаща, - когда справитесь с псом, сразу же летите в страну гномов.

- Зачем?

- Только гномы могут сделать доспехи, способные защитить от огня Дракона, и меч, которым можно его зарубить. Битвы с ним не миновать, поэтому нужно быть заранее к ней готовым. А теперь идем за Хордригом.

       Мы с Катриной последовали потайными комнатами к северному выходу из замка. Выйдя из него, мы спустились к ущелью, вход в которое охранял огромный, размером с лошадь, пес с тремя головами. Он спал, положив свои головы на камни. Вдалеке за ним в темноте ночи виднелся сияющий силуэт – это был крылатый конь Хордриг.

15 октября 2009 г.

        На несколько дней я вынужден был бросить ведение дневника. Причиной этому послужили не совсем приятные обстоятельства. Утром 13-го октября на дверях общежития я увидел листовку, на ней было написано: «Внимание! Пропал ребенок! Леша Шиборц, 8 лет, Свердловский район Москвы. 12 октября вышел из дома, в настоящее время его местонахождения неизвестно». Далее следовало описание ребенка и телефон для связи, а в центре листовки его фото – это был круглолицый, русоволосый мальчик с небольшими голубыми глазами и насмешливой улыбкой. В моей голове мелькнуло – я отчетливо помнил, что видел его, причем, совсем недавно. Где и в какое время  я мог его видеть? Я изо всех сил напряг память. 12-го октября я ходил за красками и бумагой в магазин на улице Фрунзе – там я бываю редко, потому что обычно покупаю необходимые принадлежности в магазине  на Ленинском проспекте, но вчера он был закрыт, поэтому я пошел в другое место. На перекрестке улицы Фрунзе и проспекта Ветеранов я и видел этого мальчика… Кстати, улица Фрунзе совсем недалеко от Свердловского района. Мальчика за руку вел мужчина… а вот его лица я толком-то и не запомнил… Какое-то оно слишком типичное и серое… Отец или родственник? Вряд ли. Ребенок пропал во второй половине дня, как раз в это время я его и видел с этим мужчиной.

       Я так погрузился в раздумья о пропавшем мальчике, что по дороге в университет чуть не попал под машину. На парах мне тоже не давали покоя мысли об этом происшествии. Я тщетно пытался вспомнить лицо того типа, но кроме общих контуров ничего не припоминал – это был мужчина 35-40 лет, среднего роста, волосы темно-русые, стрижка короткая, лицо с двух-трех дневной щетиной. И это все. Пол Москвы подойдет под такое описание, если не пол России…  Даже абсолютная память дает осечки! После первой пары я позвонил в милицию и рассказал все, что смог вспомнить.

        Пришел в общежитие поздно, после 6-й пары. Пытался нарисовать портрет, получилась откровенная ерунда – усредненный европейский тип лица, для милиции и поисковых отрядов это ни о чем.  Лег спать рано, примерно в девять часов.

        Этой ночью во сне передо мной опять возникла Библиотека. Я всегда «прихожу» сюда для решения наиболее сложных задач. Корнелиус с улыбкой поприветствовал меня, я поведал ему о своей проблеме, о том, что никак не могу вспомнить лицо вероятного преступника. Мудрый Корнелиус на это мне спокойно ответил, что если я действительно когда-либо видел этого человека, то черты его лица хранятся где-то в самой глубине моего подсознания, просто нужно грамотно извлечь эти воспоминания.

- Но как? – спросил я его.

- Для этого нужно сосредоточиться именно на той информации, которую ищешь, не обращая внимания на что-то второстепенное.

- Я как раз этим и занимаюсь!

- Нет, не совсем. Пытаясь вспомнить лицо этого негодяя, ты параллельно «реконструируешь» в своем сознании совершенно ненужные и лишние детали – очертание домов, машин, лица прохожих, рекламные вывески и прочее. Ты – художник и детали для тебя весьма важны, ты не можешь оставить их без внимания, но они в тоже время отнимают у тебя уйму сил и интеллектуальной энергии, поэтому ее не хватает, чтобы вспомнить главное.

- Хорошо, ты прав. Но что же мне сделать для «экономии» бесценной энергии?

- Начни рисовать картину прямо во сне.

- Картину того, что я видел на улице Фрунзе?

- Да. «Нарисовав» второстепенные детали, ты, наконец, сможешь сконцентрироваться на главном.

- Хорошая идея. Что ж, приступим.

        Корнелиус достал из-под стола большую коробку и  подал мне из нее огромный холст, я установил его на мольберте и начал «рисовать». Во сне это выглядит немного иначе, чем в реальности.

- Фон, - сказал я, и Библиотекарь мгновенно подал мне зарисовку улицы с дорогой, домами, столбами, билбордами и пр. Я легким движением «наклеил» зарисовку на холст.

- Реклама, - проговорил я и Корнелиус поочередно стал подавать мне из большой коробки как будто вырезанные из картона светящиеся рекламные вывески, а я прикреплял их к фону картины – к домам, билбордам, столбам…

- С рекламой вроде все, теперь люди.

       Корнелиус моментально вытащил несколько фигурок людей, и я расставил их по разным углам картины. Я повторил это несколько раз, пока улица не стала многолюдной. Люди в своей массе получились безликими, но индивидуальные черты в данном случае не требуются.

- Машины, - промолвил я. Корнелиус поочередно передавал мне небольшие, похожие на игрушечные машинки, а я ставил их на дороге или на парковке.

- Теперь освещение!

       Я отчетливо помнил, что 14 октября был солнечный день, солнце светило ярко прямо из-за дома напротив того тротуара, по которому я шел в тот день, его лучи били мне в глаза, поэтому некоторые детали я плохо рассмотрел.

       Корнелиус  бросил в мою сторону светящийся шар, я поймал его и быстро прикрепил на своей картине, отрегулировав его яркость.

- Теперь самое главное, - сказал я, - фигурки мальчика и похитителя.

      После того, как они были прикреплены к картине, ее можно было назвать готовой. Хотя больше она была похожа на огромную фотографию высокого качества.

       Я еще раз внимательно рассмотрел ее и запомнил все детали. Быстрым движением я увеличил и без того огромную картину до размеров стены.

- Погружение в воспоминание, - тихо промолвил я.

       Я сделал шаг в сторону холста и «растворился» в нем, как будто попал в тот самый день, который на нем изобразил. Дул легкий ветер, я шел по тротуару и внимательно рассматривал всех прохожих, но они не обращали на меня никакого внимания. И вдруг я увидел мужчину, который вел за руку мальчика. Последнего узнал сразу – это Леша Шиборц. Лицо похитителя было очень расплывчатым, лучи солнца мешали мне его рассмотреть. Тогда я, направив руки в сторону солнца, заметно уменьшил его яркость. Затем подошел поближе к похитителю и резко произнес «Стоп!» - все вокруг меня замерло, и я отчетливо увидел похитителя и с ужасом обнаружил насколько знакомо мне лицо этого негодяя!

       Проснулся я раньше обычного, где-то в пять утра. Очень сильно болела голова.  Я посмотрел на себя в зеркало – зрачки были расширены, а левая часть лица сильно покраснела, так бывает в конце рабочего дня из-за сильного интеллектуального переутомления. Ночью мой мозг работал во всю силу! Что сказалось на его работе утром… Меня немного шатало, а сознание было затуманено. Такое со мной бывало лишь, когда я только начинал осваивать практику осознанных сновидений – это стоило мне поначалу больших  трудов.

       Несмотря на сильную головную боль и усталость, я начал быстро рисовать портрет похитителя – это был человек около 45 лет (с возрастом раньше я ошибался), с короткой стрижкой, с щетинистым лицом, глаза его были с характерным прищуром, небольшой шрам на левой щеке, в верхнем ряду не хватало одного зуба… Роста он был чуть ниже среднего (с этим я тоже первоначально ошибся).

      Звали похитителя как-то на букву С… То ли Саня, то ли Серега… потом я вспомнил, что Степан. Я видел его на прошлой неделе в кафе «Альтамира» на проспекте Ленина. Он сидел в компании подвыпивших мужичков и все хвастался, что купил новый «Жигули». Мне он тогда сразу же  не понравился – через каждое слово мат и много выражений на фене. Когда я выходил из кафе то мельком глянул на его «Жигули» - автомобиль синего цвета, запомнил даже его номер.

       Когда я нарисовал  портрет преступника (анфас и профиль), на отдельном листе написал все, что о нем знаю. В столе нашел старую папку в виде конверта и положил в нее портрет и «досье» похитителя. Жутко болела голова. Не помог даже анальгин. Я быстро оделся и побежал в ближайшее отделение милиции. Было примерно 7:30. В это время там дежурил майор Егоров. Я передал ему лично папку с информацией на Степана, сказав, что бумаги эти помогут найти Лешу Шиборца.

       Еле успел в университет к первой паре, отсидев с большим трудом 3 пары, вернулся в общежитие,  рухнул на кровать и сразу же крепко уснул. Проспал около 15-ти часов без сновидений.

       Утром, уже в университете, узнал, что пропавшего мальчика нашли живым и здоровым, его вез в багажнике своего синего «Жигули» бывший уголовник Степан Дорошенко, его задержали сотрудники ГАИ на границе между Тверской и Псковской областями. Майор Егоров приехал и лично поблагодарил меня за помощь. Радостно сознавать, что и такие бездельники как я, могут быть полезны обществу.

 Да, и спасибо Корнелиусу.

17 октября 2009 г.

        В огромном театре царит полумрак. Вот-вот начнется представление. Но зал практически пуст. В нем сидит один лишь зритель – это я. Перед задернутой занавесью стоит конферансье и спрашивает меня:

- Что желаете смотреть сегодня?

- «Дракон из Шрейнгрода», действие третье, картина первая.

- Как вам будет угодно.

        Конферансье щелкнул пальцами, занавесь постепенно стала открываться, а в зале становилось все темнее. На сцене появился огромный  трехголовый пес Дорхонт. Он спал, положив свои головы на камни. Яркая луна освещала ущелье, в котором он находился.  На него испуганно смотрела высокая белокурая красавица, одетая в бальное платье. Вдалеке за ними виднелось сияние – это был крылатый конь Хордриг.

        В зале стало совсем темно. Я встал из-за кресла и быстрым шагом взобрался на сцену. Пока я шел, изменился и мой облик - на мне оказались доспехи, поверх них был надет длинный черный плащ.

       Я щелкнул пальцами, занавесь за мной закрылась и на ее месте появилась дорога, ведущая к северным воротам замка Ансгархорд.

- Может получится обойти это чудовище? – тихо обратился я к Катрине.

- Нет, сон Дорхонта чуток, малейший звук - он проснется и разорвет вас на части, - шепотом промолвила она. Не успела Катрина произнести это, как пес вскочил на ноги и все три головы разом залаяли и зарычали на нас. Если бы пес не был прикован длинной цепью к скале, он мгновенно и без труда растерзал бы нас…

- Цепь гномьей работы, -  заметил я.

- Если бы не так, нас уже не было в живых, - усмехнулась Катрина.

       Один вид Дорхонта наводил ужас и трепет, но надо было дать бой. Я бросился на чудище и пытался ударить его мечом, он увернулся и чуть не откусил мне руку своей средней головой. Вторая атака была также неуспешна – пес сбил меня с ног и чуть не раздавил своими лапами.

- Нет, мне он не по силам, - сказал я, -  надо действовать иначе. Катрина, поднимаемся наверх.

- Зачем?

- Вот видите на скале груда камней? Мы завалим ими пса.

       Мы поднялись на склон горы и начали поочередно сталкивать на Дорхонта камни. Поначалу чудище уворачивалось от них, но потом груда камней покатилась на пса, и завалило его полностью. Из-под завала доносился скулеж умирающего цербера… Издалека послышались крики, я обернулся и увидел дюжину вооруженных людей в черном.

- Это люди Эстер, - промолвила Катрина, - они не оставят нас в живых… Теперь к Хордригу!

       Мы спустились вниз и быстро побежали по узкому ущелью вдоль небольшой реки к крылатому коню. Приблизившись к нему, я увидел, что он ослепительно белого цвета и гораздо крупнее своих бескрылых собратьев. Хордриг был привязан к старому дубу длинной и прочной веревкой. Я снял с шеи коня хомут, Катрина что-то прошептала ему на ухо.

- Лошади этой породы понимают язык людей, - пояснила мне она, - я сказала ему, чтобы он отвез нас в страну гномов.

        Мы поочередно взобрались на коня, и он вспарил ввысь из ущелья, поднялся высоко над замком, так, что никакая стрела не могла достать его, и полетел в сторону моря…

        Мы летели, а с башни Ансгархорда нам помахал рукой старый звездочет с длинной седой бородой и причудливым колпаком на голове.

- Это Ансельм, - произнесла Катрина, - он один из немногих слуг моего отца, которые сохранили ему верность. Это он помог мне устроить побег.

        В ответ мы поприветствовали старика и полетели дальше. Небо было ясным, ярко светила огромная луна и крупные звезды, конь без устали нес нас над морем, в котором отражался невообразимой красоты ночной небосвод.

       Нам удалось избежать неминуемого плена Эстер и войны между двумя королевствами,  мы спасли из заточения белокрылого Хордрига и держали путь в страну гномов. Но это лишь небольшие победы в длинной и тяжелой борьбе против Великого Дракона.

*Все названия музеев, домов, улиц, кафе, вузов и пр. вымышлены.

Похожие статьи:

РассказыПортрет (Часть 1)

РассказыПортрет (Часть 2)

РассказыПотухший костер

РассказыОбычное дело

РассказыПоследний полет ворона

Рейтинг: 0 Голосов: 0 69 просмотров
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий