fantascop

Инстинкт белийца

в выпуске 2016/07/27
2 ноября 2015 - roman mtt
article6583.jpg

Бескрайние молочные просторы этой равнины, напоминали колышущуюся свежую домашнюю сметану в тарелке. Когда-то здесь было море. Оно и оставило эти плавно перетекающие друг в друга горы белого песчаника. И как в сырном супе плавают кусочки свежей петрушки, так и на этих холмах то тут, то там возникали светло-зеленые точки кустов, одинокие восклицательные знаки невысоких деревьев или небольшие лужайки, расстилающиеся пятнышками по западным склонам.

 

Легкие небесные барашки лениво паслись в высоте. Над цветами, напоминающими нашу земную пастушью сумку, облюбовавшими в большей мере северные скаты пригорков, порхали местные бабочки с прозрачными крыльями. Снежным покрывалом выглядело большинство южных и восточных склонов холмов: их выдувал местный ветер, и опаляло солнце, полируя долгие годы, местами даже до блеска. Они были подобны морской гальке: гладкие, скользкие, местами со следами эрозии, да и то, практически незаметной. И если бы вы оказались здесь до полудня, зайдя с юго-востока на край этой долины, то в ярких лучах она напоминала бы вам поверхность молочного пористого шоколада.

 

Вайбл, стоящий на вершине известковой горы, одной из тех, что окаймляли долину с юго-востока, узнавал эту картину с первого взгляда: со своей сумкой, набитой растениями, он уже не раз пробирался домой с этой стороны. Его дом был на другой стороне долины. Стены жилья белийца были из известняка, на котором он сейчас топтался, камень добывали когда-то здесь и волокли через всю равнину. Когда няньки рассказывали ему об этом, еще маленькому, он всегда удивлялся и не верил. Может поэтому и выбрал путь через эти горы с четкими кубическими выемками, чтобы убедиться что все сказки нянек правда? А может потому, что там за горами росли самые лучшие растения, и редко кто из белийцев отваживался кататься туда.

 

Дом отсюда еще не виден. Но Вайбл знал что скоро перед ним снова вырастут стены, похожие на гладкие листы бумаги с ровными краями и идеальными правильными углами. Окон на этих стенах не было. Свет попадал в здание через крышу: стеклоподобную крышу, созданную из полимерной прозрачной слизи белийских строителей, которая пропускала свет днем, часть накапливала и могла отдавать его потом всю ночь.

 

И Вайбл знал, что пройдя две трети пути, он увидит бликующую на солнце крышу, которая и будет потом самым лучшим ориентиром. Даже в ненастную погоду она выглядела неестественным серым пятном, напоминая кусочек хмурого неба на фоне этого зефирного ландшафта.

 

Осмотрев горизонт, Вайбл глубоко вдохнул, скрутился и помчался по склону горы в долину, распугивая отдыхавших под камнями мелких горных устриц и грызунов, напоминающих наших зайцев-беляков, только гораздо меньше в размерах, да и вместо ушей у них были мягкие ворсистые мандибулы. Расторопные устрицы ослепляли перламутровым блеском своих чешуек потревоженных,не успевших прийти в себя и сориентироваться зубастиков, хватали бедолаг и ели. Вайбл, в свою очередь, подбирал зазевавшихся устриц по пути, перекусывая моллюсками на ходу. Их чешуя приятно хрустела, он перемалывал ее своими челюстями до состояния суспензии, напоминавшей раствор извести или раскисший мел.

 

Вайблу всегда нравилась эта часть пути. Он чувствовал близость дома, еды было в достатке, погода в этой местности почти всегда была сухой и солнечной. Чего еще желать от жизни? Живой, вернулся да и здорово, и пусть дальше его хранит Великий щетинистый Вольта.

 

Путник уже катился добрых два часа. Набитая растениями сумка перекидывалась по шару хитросплетений конечностей. Вайбл замедлился: скоро должна появиться река. Он плавно остановился, расправился и поднялся, чтобы осмотреть местность. Сумка лежала на земле, надежно придавленная одной из щупалец. Он поднял ее, осмотрел на целостность материал, похожий на природный лён. И оставшись довольным от увиденного, поставил её на место, снова надежно прижав конечностью. После он еще раз внимательно осмотрел местность, ища знакомые ориентиры.

 

Ландшафт стал более однородным: холмистые волны белкового крема почти выровнялись по высоте, и теперь земля вокруг больше напоминала белые натянутые простыни, которые слегка колыхал ветер. Вайбл вновь скрутился, закинул внутрь свою ношу и направился дальше - до реки оставалось каких-то полторы тысячи оборотов. Вскоре он увидел поток.

 

На берегу белиец резко свернул и покатился вверх по течению к знакомому броду. Про себя Вайбл отметил, что с каждым разом все лучше и лучше ориентируется здесь, намного ближе выкатываясь к переправе. А дальше дорога станет проще. Главное, что он успел пройти уже треть пути, как и намечал, не заблудился, как в самый первый раз, и самое существенное - ему не придется ночевать в пустыне.

 

Катиться по берегу было легко и приятно. Вылизанный волнами гладкий пляж был теплым. Жидкая масса, иногда пузырящаяся, неспешно неслась в противоположном направлении, создавая легкий приятный бриз, обдувавший белийца. Волны манной каши, закованные в древнее русло, медленно переваливали друг через друга, вальяжно обгоняли студенистые сгустки зацепившиеся за дно. Они смешно и пугливо отскакивали, но не быстро и резко, а как-то сонно, разочарованно, когда из глубины поднимался очередной пузырь, наполненный густым белым дымом.

 

Вайбл уверенно двигался к броду. Оставалось совсем немного. Переправа была популярным местом: подход к ней был вытоптан настолько, что здесь даже образовалась небольшая заводь. Вот она уже и появилась в поле зрения путника.

Белиец подкатился к краю, медленно распрямился, перегруппировался в полусферу и вошел в реку. Свободными конечностями он ощупывал дно, чтобы не попасть на участок  с разогретым карбидом или яму с густым силиконом, подгребал щупальцами, что бы поток его не снес на глубокий участок, Время от времени проверял, не намокла ли его драгоценная сумка. Несколько раз ему приходилось даже плыть, так как большие сгустки преграждали брод, зацепившись за поверхность. А в целом он преодолел этот участок пути без особых проблем. Выбравшись на противоположный берег, белиец отряхнулся и распластался, чтобы обсохнуть.

 

Несколько мелких грызунов, учуяв запах свежей накипи на коже Вайбла, успевшей образоваться за время пребывания в реке, подползли и начали объедать загрубевшие покровы.  Видя, что санитары беспечно обедают, белиец приподнял голову и начал высматривать хищных устриц, чтобы вовремя отгонять их пронзительным писком. Мохнатые зубастики наедались, отползали, подтягивались новые грызуны. Так продолжалось почти полчаса.

 

Вайбл за это время достаточно отдохнул и обсох. Он поднялся, выпрямился, бережно снял с себя оставшихся грызунов и резко отряхнулся. Мелкие хлопья белесой накипи посыпались с него, как спелые фрукты с дерева, образовав небольшой холмик с кратером, в котором стоял курьер. Белиец, снимая остатки огрубевшей кожи свободными конечностями, сделал шаг в сторону, и мохнатые санитары накинулись на это царское угощение. Вайбл снова скрутился в сферу и покатился дальше, Последнее, что он слышал, это был восторженный вереск устриц, все время ждавших, когда же он исчезнет, чтобы накинутся на грызунов. Но гонцу уже было не до них - надо продолжать путь.

 

Вайбл уверенно катился по выезженной тропе. Ему стали встречаться другие курьеры, пока редко - временами он обгонял их. Иногда обгоняли его: молодые белийцы, более легкие и маневренные, лихо обходили Вайбла, правда тарахтение полупустых сумок спринтеров не придавало особой ценности их скорости.

 

Иногда Вайбл замечал других белийцев на параллельных курсах - накатанных дорожек становилось все больше, они все чаще пересекались, разбегались невероятными развилками или просто пролегали рядом, образуя широкую дельту. Эту часть пути путник знал очень хорошо - в седьмой раз за всю свою жизнь белиец возвращался домой и именно этой дорогой.

 

Солнце, преодолевше две трети своей дневной дуги, начало клониться к закату. К этому времени Вайбл вышел на финишную прямую: озаренный розовыми лучами заходящей звезды купол его дома впервые показался на горизонте. Попутчиков становилось все больше, они продвигались той же дорогой что и белиец. Иногда Вайбл даже мимо-вольно касался некоторых из них, обходя на изгибах, а иных - нерасторопных и неопытных приходилось даже отталкивать в сторону, чтобы расчистить себе путь. Старых медленных курьеров, неспешно переваливающихся оборот за оборотом и занимавших своим грузным телом всю ширину дороги, приходилось сталкивать на обочину.

 

Начиналась гонка со временем. Хуже всего было на поворотах, где белийцы всех возрастов скапливались из-за нерасторопности стариков и столкнувшегося расторопного, но неопытного молодняка. Опытные курьеры, такие как Вайбл предпочитали вообще сойти с дороги и прокатиться по близлежащим холмам, чем терять время в подобных “толкучках”.

 

Крыша сверкала все ярче: она полностью прорисовалась на горизонте, и начинали появляться стены дома. Казалось, что они вырываются из холмистой поверхности. Их прямые четкие линии настолько резали глаз, выбивались из общей картины, что мы -  люди, не удержались бы  и направились к ним лишь для того, чтобы полюбопытствовать, рассмотреть получше и постараться понять, как они там появились. Но белийцам это было не интересно, уже только потому, что они знали зачем им эти гигантские стены и блистающий купол: ориентир для курьеров и… Но об этом немного позже.

 

Вайбл чувствуя, что цель близка, ускорился. Он уже не просто катился, а мчался домой! Солнце готовилось закатиться за край зефирных порозовевших холмов, когда белийцу оставалось каких-то тысячу оборотов до финиша. Теперь он видел здание полностью. Громадина конструкции создавала обширную тень, в которой копошились уже даже не сотни, а добрая тысяча белийцев, стремящихся попасть домой. Здесь была постоянная толчея, белийцы местами сбивались в двух, в трехъярусные кучи, компоновались в большие отряды и распадались на мелкие группы, и только лишь для того чтобы быстрее пробиться к входам.

 

Подкатываясь к непролазному скоплению курьеров, Вайбл без колебаний набрал еще большую скорость, оттолкнулся и легко, как мячик, выпрыгнул над сгустившейся толпой. Приземлился он на головы соплеменников уже через несколько секунд, также мягко спружинив. С момента, когда он в последний раз участвовал в этой толчее , прошло уже три года. Он увидел освещенные круглые входы в дом, куда вливалась толпа. Внизу, под собой, успел заметить раздавленные, еще влажные остатки самых нерасторопных курьеров. На подобные “издержки своей профессии” Вайбл не обращал раньше внимания, но в это возвращение картина исковерканных светлых внутренностей и кремовых чешуйчатых ошметков кожи, почему-то врезалась ему в память. Пообещав себе разобраться с этими впечатлениями позже, Вайбл только удвоил усилия, пробираясь к дому по шевелящемуся ковру белийцев.

 

До здания оставалось полсотни оборотов. Вайбл уже четко различал, как отдельные курьеры втискивались в круглые, ярко освещенные проходы и терялись во внутренностях сооружения. Солнце почти спряталось за горизонт и только его тоненький-тоненький сегмент, окаймленный сияющей бежевой дугой, искрился на стыке дня и ночи.

 

Старые курьеры начинали останавливаться и замирать на ночевку. Молодые и рьяные, с большим запасом энергии, продолжали ломиться к стене. Опытные, сильные, такие как Вайбл, собирались в группы и пробирались ко входам вместе - тактика отработанная неоднократными попытками успеть до заката попасть домой. Вайбл присоединился к одной из групп, мягко влившись в небольшое кольцо белийцев, надежно зацепившись за двух “соседей”. Двоих он даже узнал: один был рядом, другой - напротив него. Это было Вайблу на руку - его даже не попытались скинуть, доверие в команде даже выросло. Больше никто к группе не примыкал, и они уверенно продавили себе дорогу до самой стены. За два оборота до входа кольцо перестроилось в сектор и все по очереди, крепко смыкая тылы, вкатились в туннель.

 

Вайбл попал в узкую ярко освещенную нору, рассчитанную на одного взрослого белийца, четвертым. Здесь уже можно было не волноваться за нехватку энергии - свет обильно лился со всех сторон. Курьер теперь спокойно продвигался к яслям: без толкотни, и борьбы, даже наоборот - немного приводя в порядок мысли и, можно сказать, отдыхая.

 

Тем временем на улице угас последний солнечный луч, и менее успешные гонцы замерли, оставшись ночевать снаружи. За время ночевки часть из них потеряет свои щупальца или, что более грустно, свои сумки, которые разорвут мародерствующие устрицы. Также им грозили паразиты, залезающие и на тело, и в ценную ношу, после чего она становилась просто бесполезной. Вайбл уже однажды потерял свою сумку в конце пути, знал и понимал, чем грозит ночевка на толковище, поэтому мысленно даже похвалил себя за то, что успел добраться до дома вовремя.

 

Вот показался широченный зал яслей. В аккуратных углублениях сидели маленькие прозрачные белийцы, между ячейками ползали няньки. Вайбл обошел зал по кругу, ища свой сектор, где когда-то рос сам. Нашел свою яму - она была пуста. Он вытащил сумку и положил ее в ячейку, после чего выпрямился и поднял вверх половину конечностей. Так он сигналил нянька, что яма - готова.

 

Одна из нянек его заметила и начала испускать специальный феромонный коктейль. Тут же к ней подполз малыш и прицепился к нижней части туловища, а затем перебрался поближе к голове. Нянька, прижав личинку для надежности парой щупалец, медленно покатилась к курьеру. Добравшись до ямы, она бережно опустила в нее малыша и удалилась.

 

Вайбл глянул на почти прозрачного будущего белийца. Он был счастлив, когда ребенок схватил сумку, разорвал ее и начал перебирать принесенные растения. Вайбл очень старался, когда собирал их в этот раз: здесь были красные грибковые шарики с севера планеты, Фиолетовые стрельчатые бутоны мясистых хризантем с западных равнин, и желтые с зелеными пупырчатыми выростами корнеплоды из ядовитых экваториальных лесов. Последние еще и весело пищали, когда малыш их сильно сжимал, перед тем как попробовать на вкус! Но самое главное: все это было настолько вкусным, полезным и жизненно необходимым будущему курьеру! Он запоминал запахи, цвета, получал минералы и ценный протеин для своего тела.

 

Еще немного посмотрев на ребенка, Вайбл покатился вдоль стенки зала к выходу. Утром он покинет дом и отправится в свое восьмое путешествие вокруг этой планеты. Впереди его ждут очередные три длинных местных года в пути. Но Вайбл был счастлив. Ему надо только подождать до утра у выхода и снова - в путь. Ведь очередные поколения белийцев уже ждут от него ярких красок, зовущих запахов и вкусной еды.


 

Похожие статьи:

РассказыКосмический робинзон

РассказыЗемирский туман

Рейтинг: 0 Голосов: 0 449 просмотров
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий