fantascop

Тайна древней шкатулки (части 1 и 2) [18+]

в выпуске 2014/04/03
24 января 2014 - Григорий Неделько
article1369.jpg

[Сюрреалистическая мистическая история в двух частях.]

 

Часть 1

 

Руки с бархатной, сладко пахнущей кожей скользнули по твёрдой, резной, гладкой поверхности шкатулки. То было прикосновение матери к своему ребёнку, любовницы – к любовнику; такого прикосновения ждут все и вся, чтобы, раскрывшись, подобно самой древней тайне, откликнувшись на идущий из глубины веков и сердца зов, подарить в ответ на ласки и прошения самое ценное, что только может вообразить поделённый на два полушария набор серых клеток. Касание шкатулки было намеренным и неотвратимым, и любые эпитеты, все возможные метафоры и аллегории, аллюзии и параллели не смогли бы передать желаемого, набухшего весенней почкой, готового перейти в действительное цветением, опылением, созреванием. Необходимость движения закладывалась противоположностями, гниением плода и выбрасыванием семян, оплодотворением и гибелью, свойственными каждому в мире, состоящем из молекул.

            Тонкие пальцы живыми розовыми существами приблизились к ключу и сомкнулись на нём. Поднеся ключ к тому, что олицетворяло ниспровержение законов и полное забытье, сокрытое в древней пляске, давшей жизнь создателю шкатулки в ту самую эпоху, когда из дерева и металла, соединивших свои жизни, появилась и она сама, пальцы-существа погрузили металл в зазывно темнеющую неизведанность. Поворот, миллисекунды тишины, щелчок – почти сразу, без перерыва, и всё-таки через промежуток затаенного на единицу после запятой и бесчисленного количества нулей дыхания, — и шкатулка открывается. Медленно, неторопливо, зарождаясь ответом, как жизнь зарождается в самой себе, воспроизводит саму себя в акте, идущем от начала веков, родом из вечности, в процессе совокупления – прелюдии к существованию, неотрывном от смерти. Всё та же история, всё то же действие, всё тот же результат.

            Внезапно и непредсказуемо крышка откидывается назад, телом, которое довольно происходящим и жаждет большего; запахи, дурманящие сознание, распространяются вокруг. Что-то мечется внутри шкатулки, беснуется, пытаясь вырваться наружу, скребётся, стремясь разорвать деревянную оболочку, изгибается и вздымается, облаком пепла и пыли, раскрывающимся над взрывом, летит вверх. И вот оно уже свободно, вот оно здесь, в воздухе, рядом, совсем близко, и можно если не прикоснуться к нему, то хотя бы ощутить исходящие от него волны тепла и света, энергию будущего счастья и бывших горестей. Яркие краски, пёстрые фигуры – миниатюрные шаровые молнии и змеи из полыхающего нереальным огня – пронзают пространство и остаются в нём, колоссальная мощь, сила без соразмерности и ограничений разлетается жарящими и жалящими осколками, следствием-остатком былого и предвестником будущего, призывая положить конец, накаляясь до предела, чтобы…

            …чтобы…

            …чтобы.

            Волна поворачивает вспять и замыкается на своей самости, руки, немного подрагивающие от остаточного возбуждения и приятной усталости, берут крышку в себя и опускают на место. Поворот ключа, привычное щёлканье – и металлический гость-проводник уносится туда же, куда уходят мечты о повторяемости желанного, ожидающего в тихом безвременье отсроченного до поры выполнения предназначенного. На стене, словно затихая под воздействием произошедшего, тикают и тикают часы, отсчитывая оставшиеся до нового воссоединения часы, минуты, секунды…

 

(Июнь 2010 года)

 

Часть 2

 

1.

 

            Всё было тёмным, неподвижным и лишённым жизни, потому что бал правила ночь. Камень ударил по стеклу. Осколки с хрустальным звоном посыпались на пол. Рука выбросила булыжник. Тело перемахнуло через подоконник и оказалось в комнате. Следом за первым забрался на самую вершину лестницы второй – он тоже влез внутрь. Огляделся в чёрном помещении, почувствовав себя, словно в материнской утробе. Так же тепло и вновь не хватает света.

            «С чего бы?» — всплыл в голове вопрос.

            Но мысль осталась необдуманной, неразрешённой: первый сунул в руки второму мешок и указал в сторону полок. Второй кивнул, метнулся к стене, стал скидывать всё ценное, старинные вещи, не знавшие времени и цены, в нутро грязной материи. Игрушки, подсвечники, статуэтки, какая-то шкатулка… Второй попытался открыть её. Тщетно. Тогда он бросил шкатулку поверх кучи бесценных предметов, завязал мешок верёвкой и приготовился уходить, тем более что первый уже звал его, первый уже был снаружи. Второй перемахнул через подоконник, сбежал по ступенькам вслед за подельником, в несколько прыжков оказался у ограды, через которую перелез без особых усилий.

            Две фигуры в чёрных одеждах бегом скрылись в ночном мраке, а дом остался стоять с разбитым окном, будто старый господин в треснувшем пенсне. Лестница вела наверх и вниз – она принадлежала тому, кто владел домом. Вот парадокс! Дом сам помог себя ограбить. То, что купил владелец, стало подспорьем в руках воров. Однако не так ли чаще всего происходит в жизни?..

 

2.

 

            Когда хозяин тихо, неспешно, невидимо скользнул-проник-вошёл в дом, строение немедля рассказало ему о том, что случилось. Владелец поднялся на второй этаж, осмотрелся и покачал головой: воры вынесли всё. Жалость напала на хозяина. Ему было жаль и статуэтки, и подсвечники, и вазы, и, конечно, древнюю неповторимую шкатулку. Но больше всего ему было жаль воров…

 

3.

 

            Награбленное бросили в углу. Первый – немногословный, мрачный – прошёл на кухню и стал готовить еду: очень хотелось спать, но обыденный голод побеждал колдовство Морфея.

            Второй сел за стол – ждать – и, пока суд да дело, уставился на два полных драгоценностей мешка. Мысль ввинчивалась в голову, подобно штопору, и грызла мозг – мысль о шкатулке. Что она? Как она? Почему она?..

            Сам не понимая, что делает, второй встал, оглянулся, убедился, что первый не видит, присел у своего мешка – у того, что более потрёпанный, — развязал верёвку, просунул руку и стал рыться в вещах. Ему чудилось, что вот-вот разъярённые украденные предметы укусят его за пальцы, но этого не случилось, и вскоре он обнаружил её – шкатулку. Стоило коснуться странной вещи, как всё тело затряслось от сладостного предвкушения, волна зародилась в животе и разошлась, пробежала по всему организму, и ударила в самое сознание. Второй пошатнулся, но шкатулки не выпустил. Он быстро извлёк её из мешка, встал на ноги, подпрыгнул к столу, поставил загадочную вещь на стол и стал разглядывать. Вертеть. Ощупывать. И сам не заметил, как ощущение чего-то безграничного, вечного, мягкого и сладострастного разорвало его на части – в смысле переносном. А затем…

 

4.

 

Первый вошёл в комнату, держа в руках поднос с едой.

Металл упал на пол — звяк!

Бутерброды, стаканы, графин с водой разлетелись по полу — шлёп! шлёп! Бац! бац! Бах!

            Тело первого отступило назад – и упёрлось в стену – бум!

            Это было тело – это был уже не человек. Завораживающая, гипнотическая, подчиняющая… разрушающая магия шкатулки завлекла в свои сети первого. Взрывы миниатюрных сверхновых, летающие огненные шары и ленты, потрясающие странные звуки, невероятные потусторонние мелодии, картины посюсторонние и видения, которым нет места в реальном мире, — даже для вымысла они слишком фантастичны.

            Первый стоял неподвижно, спиной вгрызаясь в стену, глазами – в шкатулку, и ощущал давно знакомое, но доселе неведомое, а вместе с приобретением этим чувствовал он и потерю: первый терял нечто важное, всегда находившееся с ним. Нечто необъяснимое. Тождественное. Личное. Своё собственное «я»…

…А на фоне этого – тени, вырывавшиеся из шкатулки: плясала в извечном танце любви и похоти гибкая стройная фигурка, и кто-то высокий мускулистый помогал ей высвободиться, проникая и овладевая, позволяя отдаваться – и покорять…

 

5.

 

            В новостях передали, что ночью такого-то числа такого-то года дом, находившийся на улице …, потряс изнутри сильнейший взрыв. Его причину определить не удалось. Строение разнесло по всей улице, а его немногочисленные остатки сгорели дотла. Жители – двое братьев, финансовые работники, — пропали без вести. Но ещё долгое время ходили слухи, что они погибли при взрыве.

 

6.

 

            Руки гладили шкатулку – намеренно, открыто, чувственно… аккуратно. Потянулись было к крышке – приподнять. Так хотелось заглянуть внутрь!.. Но сейчас нельзя. Потом, когда всё уляжется. Когда шкатулка успокоится, а он сам будет готов.

            Владелец поставил старинную вещь на прежнее место, среди прочих древностей: ваз и подсвечников, тарелок и блюд, игрушек и украшений. Всё вернулось на свои места. Всё всегда возвращается. А после ушёл, закрыв дверь на ключ.

 

7.

 

            Окно на втором этаже, как раненный глаз – повязкой, затянула паутина досок. Забитый проём, ход, путь не должен более искушать и манить. Не должен…

 

(Январь 2012 года)

Похожие статьи:

РассказыПо ту сторону двери

РассказыВластитель Ночи [18+]

РассказыДоктор Пауз

РассказыПроблема вселенского масштаба

РассказыПограничник

Рейтинг: -1 Голосов: 1 764 просмотра
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий