fantascop

Сеть. Часть 3.

в выпуске 2016/04/25
13 августа 2013 - Артём Р.
article794.jpg

Сквозь темноту Эндрю всматривался вдаль, пытаясь рассмотреть едва различимый луч света, спускавшийся откуда-то сверху очень и очень далеко.

Необычайная тяжесть удерживала его руки, ноги, голову, да собственно, и всё остальное тело; что-то также сдерживало и мысли, запрещая им волновать сознание, мысли отказывались даже нашёптывать бессвязные слова и образы, хотя обычно удавалось им это достаточно неплохо.

Воздух вокруг, всё бесконечное пространство, весь мир был бездвижен, непоколебим.

Неясно было, сколько пробыл Эндрю в этом странном забытьи, но постепенно от каких-то неясных ему причин луч света вдали начал разгораться всё сильнее и вскоре, начав противно резать глаза, вовсе разбудил его.

Давно привыкнув к всевозможным метаморфозам с пространством, временем, ощущением и осознанием себя, Эндрю воспринял происходящее без должного энтузиазма и, прищурившись от надоедливого луча, снова впал в тот же, уже знакомый ему транс.

 

*  *  *

 

В комнате раздался звонок. Вздохнув, девушка быстро сняла туфли и, подумав на секунду о том, что звонок вряд ли столь важен, чтобы переодеваться из-за него дважды, всё-таки нажала кнопку на пульте, валявшемся на диване.

Большой плоский экран на стене тускло зажёгся. Мигая в тон музыке белыми цифрами, горел чей-то незнакомый номер, не значившийся ни в истории, ни в справочнике.

«Странно. Может кто-то номером ошибся», − подумала она, смахнув с лица непослушный тёмный локон, и нажала на пульте большую зелёную кнопку.

Пищащие звонка прекратилось, и на месте белых цифр появилась длинная мужская физиономия с гладко выбритыми щеками и длинным, острым носом. Край воротника его белоснежно-белой рубашки был щедро открахмален, ярко-синий галстук, чуть оттянут от шеи.

− Я разговариваю с Евой Ирсон? – посматривая больше куда-то в сторону, чем на свою собеседницу, и немного проглатывая слова, спросил он.

− Совершенно верно, именно с ней, − девушка расстегнула верхние пуговицы пальто.

− Очень хорошо, так как мне поручено говорить лично с Вами. Я представляю крупную коммерческую организацию, которая намерена предложить вам работу.

− Можете доложить, что в ближайшее время менять место работы я не планирую, − она уже хотела прервать сеанс связи, но мужчина в галстуке, очевидно почувствовав это, начал говорить быстрее:

− Мне это известно, − он снова направил взгляд резко правее камеры. – Вы главный хирург в госпитале №7 уже целых два года. Но поверьте, предложение нашей организации гораздо интереснее.

− В каком смысле? – девушка подозрительно взглянула в монитор.

− Не беспокойтесь, оно напрямую связана с родом Вашей деятельности, но, к сожалению, я не могу больше Вам сказать ни слова. Если позволите, я скину Вам адрес и место встречи, и Вы уже в живую обсудите этот вопрос непосредственно с лицом, пожелавшим, чтоб я сообщил Вам данную информацию.

− Не люблю странностей.

− Никаких странностей нет, исключительно меры безопасности. Знаете ли, любой интернет-канал можно взломать, − собеседник многозначительно поднял бровь.

− Но я могу и не прийти, − подойдя к принтеру, Ева подняла отпечатанный лист.

− Конечно, это Ваше право, я не могу Вас к чему-то обязывать. До свидания, − экран потух.

Покрутив в руках бумажку, девушка сунула её в карман, пытаясь понять причину этого необычного разговора.

«И что теперь делать?» − обращаясь к своему отражению в зеркале, негромко произнесла она.

 

Холодный северный ветер томно гудел, прокатываясь по серым осенним улицам. Листья, ещё висевшие на деревьях, но успевшие изрядно покраснеть и пожелтеть, медленно падали, поддаваясь его свирепым порывам, они летели на тротуары и на дороги, нещадно засыпая машины и прохожих.

Скрестив руки на груди и слегка ёжась от холода, Ева быстрыми шагами двигалась вдоль большой площади, распростёртой почти в самом центре города.

Брызги от последних, всё ещё работающих фонтанов, разбросанных вдоль дорожек, больно обжигали лицо.

Наконец, впереди показалась знакомая вывеска ресторана «Гринвич».

Облегчённо вздохнув, Ева заскочила внутрь.

 

− Нет, знаешь, больше в такую погоду я из дома не выйду, пока бежала сюда вся продрогла до костей, − развешивая своё пальто, громко произнесла Ева.

− Да ладно тебе, всё-таки у тебя выходной сегодня. Если б не я, ты бы весь день, скучая, просидела на диване, − посмотрев на подругу, улыбнулась Кристин.

− Знаю я тебя, что-что, а нравоучения читать ты любишь, у самой наверняка стоит перед окном машина с тёплым салоном, − подойдя к столику, за которым сидела Кристин, Ева села напротив неё.

− Если тебе от этого будет легче, знай, что я так же продрогнув, бежала по городу, благополучно оставив стоять машину на парковке.

− И вправду мне от этой мысли стало теплей, − засмеялась Ева.

Несколько круглых плафонов на стене освещали большой зал ресторана тускло и неярко, чуть заметно выделяя декоративный камин у стены, большие репродукции пейзажей и нечётко очерчивая лица посетителей.

− Что нового? – пробегая глазами по красной картонке меню, вдруг спросила Кристин.

− Всё ужасно обыденно, − Ева, тоже увлечённая чтением красной раскладушки, на секунду взглянула на подругу. – Сколько я тебя уже не видела? Наверно около месяца, верно ведь?

− Похоже на то.

− Так вот, весь этот месяц шёл до безобразия одинаково.

− Неужели вообще ничего не происходило? Так не бывает.

− Бывает и ещё как. Хотя знаешь, вот что я вспомнила, сегодня мне звонил какой-то странный тип и предлагал работу.

− Какую? – в глазах Кристин блеснул слабый огонёк любопытства.

− В том то и дело, что он не сказал. Он только пригласил на собеседование, мол, там всё будет рассказано.

− Действительно интересно, может они занимаются чем-нибудь нелегальным.

− Чем, например?

− Ну, я не знаю, − Кристин задумалась. – Может быть, они хотят, чтоб ты хранила у себя дома или распространяла оружие, наркотики, палёную технику?

Ева засмеялась. – Он сказал, что их работа связана с родом моей деятельности. А разве можно лечить кого-то нелегально?

−А почему нет? – Кристин, увлекаемая своим неистощаемым воображением, начала говорить первое, что ей постепенно приходило на ум. – Возьмём, к примеру, беглого преступника, тяжело раненного при побеге или обречённых на гибель жертв генетических экспериментов.

− Это глупо и не смешно.

− Может быть, тогда незаконный оборот органов? – соорудив зловещую гримасу, она посмотрела на Еву.

− Возможно, но я не знаю.

− Так тогда, что тебе мешает сходить на это собеседование?

− Ты думаешь, стоит?

− Конечно. Иначе всю жизнь может, будешь жалеть, что была трусихой, − из голоса Кристин полностью исчезли все шутливые ноты.

«Всю жизнь…», −противным эхом пронеслось в голове.

− А вообще, ты права! Что со мной может случиться? В крайнем случаи капитулировать никогда не поздно, так ведь?

− Полностью с тобой солидарна.

Ева, всё это время державшая в руках меню, наконец, положила его на стол.

− В таком случае завтра туда и отправлюсь, − уверено произнесла она.

Вновь заморосил дождик, немногочисленные окна ресторана постепенно покрыли мелкие капельки воды, сливаясь в хаотичные ручьи, они медленно стекали вниз…

           – Что о себе-то скажешь? Наверняка, у тебя за этот месяц событий хоть отбавляй.

− Не то слово, − улыбнулась Кристин…

 

Под сухими словами «Тридцатое Авеню, офис 40-№1123», скрывалось помещение на сороковом этаже огромной колонны небоскрёба.

«Подумать только, я совсем не знаю город, в котором живу!»

Посмотрев ещё раз на вершину здания, невообразимо чётко отражавшего серые дождевые тучи, и на свои часы Ева смело зашла внутрь.

В большом зале, богато отдекорированном под эпоху барокко, в ожидании лифтов выстроились с десяток удивительно похожих друг на друга людей в светлых рубашках и тёмных пиджаках или в чёрных плащах примерно одного возраста. Зал напоминал какое-то другое измерение, влившееся сюда по чистой случайности. Осени на улице как будто бы не было, не было грязи и слякоти, не было этого вечного моросящего дождя.

Невзначай Ева пристроилась рядом с толпой, продолжая осматривать интерьер.

В углу, чуть обделённая светом сидела молодая девушка, держа в руках телефон и чуть изогнувшись на неудобном табурете, что-то увлечённо читала или возможно что-то смотрела, время от времени, поглядывая на полки буфета, висевшие над ней. Огромная люстра из сотен ярких жёлтых ламп сливалась в один большой светящийся шар, парящий в безграничном высоком своде.

Одна из кабинок лифта открылась. Выпустив оттуда какого-то клерка с большим набитым бумагами портфелем, вся толпа, собравшаяся в зале, рванулась внутрь, друг за другом, нажимая большие круглые кнопки с номерами этажей.

Проявив крайнюю изворотливость, Ева тоже успела впрыгнуть уже в перегруженную кабинку, нажав на цифру сорок, оказавшуюся наибольшей из всех загоревшихся.

 

На двери офиса как она и ожидала, висела невзрачная табличка «№1123» без каких либо дополнительных разъяснений.

Преодолев неизвестно откуда взявшееся волнение, на мгновение, нахлынувшее на неё, Ева, дважды постучав, медленно нажала на дверную ручку, послушно отжавшую дверь.

− Здравствуйте, проходите, − тотчас прозвучал немолодой мужской голос. – Я уж было подумал, что Вы не придёте.

Ева полностью открыла дверь.

В небольшом кабинете, вмещавшем в себя лишь письменный стол, два полупустых шкафа и огромное, несравнимое по величине с самим офисом окно, сидел невысокий приземистый человек. Откинувшись на спинку кресла, он медленно ударял пальцами по механическому маятнику, стоявшему на столе перед ним.

− Не стойте, присаживайтесь, Вы ведь Ева Ирсон, я не ошибаюсь? – показывая рукой на большой мягкий французский бержер, стоявший напротив стола, произнёс он.

− Не ошибаетесь, − присев, Ева сняла с головы свой тёмно-лиловый осенний берет.

− Очень хорошо. Вы наверняка знаете, что я хочу сделать Вам очень выгодное предложение. Но, конечно, желаю заранее извиниться за всю секретность и таинственность, которая наверняка едва не отпугнула Вас, − во время своего монолога, он изобразил странный жест, будто бы подкручивая усы, коих у него совершенно не имелось.

− Я внимательно слушаю, но с кем я разговариваю?

− Ах да, конечно, Маркос Удине. Руководитель проекта «Сеть», а также по совместительству генеральный директор компании STA.

− Мне это абсолютно ничего не говорит.

− И не должно, − Удине улыбнулся. – Всё чем я занимаюсь, добросовестно охраняет наше государство, не снимая с некоторых документов грифа секретности и проверяя, чтоб в ненужных местах не оказались не нужные люди.

− Честно говоря, мне не внушают доверия Ваши слова.

− Я этим не удивлён, мне вообще по роду своей деятельности часто приходится убеждать людей поверить в странные вещи, порой даже неподвластные их пониманию, − он протянул руку к толстой, картонной папке, небрежно валявшейся в левом шкафу. – Ужасная консервативность. Люблю работать с настоящей бумагой, − как бы оправдываясь, произнёс Маркос.

Быстро перелистывая страницы и что-то чуть невнятно бормоча, он, наконец, очевидно нашёл искомую страницу и, посмотрев девушке в глаза, произнёс необычайно серьёзно:

− Вы мечтали в детстве стать космонавтом, побывать в космосе или на другой планете?

− Мечтала, наверное, как и все, я плохо помню себя в детстве, − улыбнулась Ева.

− Ну что ж, если вы действительно об этом мечтали, то мечты ваши вполне могут осуществиться в самом, что ни на есть, ближайшем будущем, − Маркос упал к спинке кресла, чуть отъехав к окну. – Кстати, какое имя Вам привычней: Ева или Адель?

В глазах девушки блеснул испуг, но в мгновение овладев собой, она ответила сухо, готовая в тот же момент покинуть кабинет. – Моё имя Ева, Ева Ирсон. Вы очевидно с кем-то спутали меня.

− Простите, простите меня. Не надо уходить. Я совершил оплошность, напугав Вас прошлым. Конечно же, спустя столько лет Вы по-прежнему боитесь гнусного, мерзкого персонажа, заполучившего власть, основанную на силе оружия. Если честно я даже не помню его имени, и не знаю, жив ли он сейчас, однако, что можно сказать точно, убить Вас он всё же успел пообещать, верно? Иначе этого огонька страха в Вас я бы никогда не увидел, − он как-то задумчиво взглянул сквозь неё. – Вообще в странах без полезных ископаемых война может продолжаться вечно и всем будет совершенно наплевать на её цель, исход, на всё что там творится, что происходит, в конце концов. Это я говорю, как человек отвратительно близко знакомый с политикой.

− Какая война? О чём Вы? Вы определённо перепутали меня с кем-то? – девушка продолжала смотреть с искренним удивлением, даже с какой-то притворной усмешкой.

− Всё Вы отлично помните, вряд ли Вы страдаете провалами в памяти, − он тяжело вздохнул. – Вы ведь достаточно умны, неужели Вы думаете, что если б мне поручено было убить Вас, то я бы расспрашивал, уточнял, кто Вы есть и говорил какие-то неясные фразы. Стал бы я вообще разговаривать с Вами? Я бы просто сделал свою работу и получил бы деньги. Разве не так?

Ева молчала.

− Поверьте мне, прошу Вас. Я обладаю достаточным количеством влияния и связей, а также весьма незаурядным умом. Найти нужные документы и сопоставить данные, на самом деле, не так уж и сложно. Я знаю о смене Вашего имени, фамилии и истории, выполненные в рамках программы защиты свидетелей сразу же после вашего прибытия на родину. Так же смог я выяснить и то, что свидетелем Вы вряд ли когда-то являлись, а на самом деле помогли местным жителям известной нам с Вами деревни совершить диверсию в военном лагере столь ненавидимого Вами генерала (или он уже успел поменять к тому времени свой чин на более высокий?). Вы были взяты в плен, это можно было предположить, и провели неизвестный срок в каком-то сером, сыром подвале, − Маркос выждал чуть уловимую паузу. − Не без чужой помощи Вы смогли бежать, отчасти чудом, Вам удалось покинуть страну, ныне разделённую на пять независимых и самопровозглашённых государств. Мне не известны все трудности, выпавшие на Вашу долю, но ровно через три месяца вы уже были на территории соседней монархии, по сей день самоотверженно противостоящей заразе революции. Вы смогли где-то найти деньги и совершить перелёт. Далее не совсем законно, опираясь на помощь верных друзей, вы, собственно, провернули всю эту смену документов. Самое забавное, что даже диплом об окончании медицинской академии был вами поистине мастерско переделан под новое имя, − пронизывающе он всматривался в её глаза. – Если б история ваша, случайно не встретилась мне, Вы бы, очевидно, так же продолжали работать в госпитале, лечили людей и лет этак через пять увидели бы в телевизионном вещании или возможно наткнулись бы в Интернете на новость о запуске первого в мире пилотируемого межпланетного корабля, компании STA. После Вы бы, возможно, услышали и о высадке первого человека на Марсе о его первых шагах, и о первых словах…

Но случайное стечение обстоятельств и теперь я вижу, что интуиция не обманула меня, и я был совершенно прав, пригласив Вас…

Воздух в крошечной комнате офиса был наполнен волнением, тревогой, казалось, был он разряжен, и было совсем нечем дышать. Воспоминания нещадно обрушивались на голову девушки, воспоминания тяжёлые, неприятные, терзавшие её нещадно, вслед за ними начало брали и мысли, такие же тяжёлые и неприятные.

Но Маркос, казалось, вовсе не замечая этого, продолжал говорить, голос его становился увереннее и громче:

− Я сейчас почти полностью уверен в том, что всё это, этот переворот в сознание людей, наш новый шаг в будущее Вы увидите своими глазами, не через эти бездушные видеосъёмки, а вживую.

Он облокотился на стол, опёршись на него локтями и придерживая голову, произнёс несвойственного тихо. – Вы один из лучших врачей современности, поверьте мне, не так много людей переживших всё то, что пережили Вы, закаливших своё сердце и душу, имеют все те необъятные знания, что некогда приобрели Вы. А если и есть ещё на земле такие люди, то вряд ли они смогут, так же как и Вы похвастаться молодостью и здоровьем. Всё это очень, очень многого стоит!

− Допустим, − не отводя своих неестественно светло-голубых глаз, произнесла она.

− Дело обстоит так, что подписав согласие, Вы будите в течение нескольких лет проходить подготовку, а после войдёте в состав экспедиции. Соответственно, всё это время Вы будите получать солидное жалование.

− Значит, от меня требуется лишь согласие?

− Верно.

− В таком случае, единственное, что меня сдерживает – это моя крайняя недоверчивость, успевшая в полной мере оправдать себя и не раз.

− Я не обижен. Люди редко верят мне, но я Вам скажу − это секрет − нет человека правдивее и честнее меня, − Маркос улыбнулся, опять проводя рукой по лицу, изображая тот же странный жест.

А за окном с безумно красивым видом на город безмятежно парили белые чайки, по какому-то странному стечению обстоятельств оказавшиеся там, где они сейчас находились…

Продолжение этой интересной истории смотрите на личной странице автора!

Похожие статьи:

РассказыУнисол XXI века

РассказыОни слышали это!

РассказыСеть. Часть 2.

РассказыБарбосса Капитана

РассказыСеть. Часть 4.

Рейтинг: 0 Голосов: 0 749 просмотров
Нравится
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Добавить комментарий