fantascop

Камни на паркете

в выпуске 2016/07/01
6 июня 2016 - Майя Филатова
article8395.jpg

На шестидесятую годовщину роковой осени, Марья Ильинична решила сменить пол. Решение зрело давно, словно забытый помидор в глубинах северной стороны парника. Но, в очередной раз споткнувшись при ночном походе в туалет, пожилая женщина поняла: так больше нельзя.

Отговаривали все. Причины называли самые разные - возраст, деньги, хлопоты, время – что угодно. В конце концов, октябрь на излете, зима не за горами, сквозняки, радикулит, ну куда? Даже батюшка Афанасий, старый друг и фронтовой товарищ, хитро прищурился и погладил бороду, неодобрительно бормоча любимое от Иоанна, о конце времен.

Как всегда, закаленная в боях Марья Ильинична настояла на своем. Поняв, что переубедить матриарха не получится, обе дочери вздохнули, подарили конверт с деньгами, и самоликвилировались на безопасное расстояние. После этого старший внук, неодобрительно хмурясь, помог сгрузить мебель в снятый контейнер для хранения, а любимый правнук недоверчиво покосился на старый кухонный буфет и пнул лошадку в сиреневый бок с желтыми яблоками.

Тщательно изучив тематические журналы, Марья Ильинична обзвонила все приглянувшиеся заведения. Допросив с пристрастием менеджеров, она выбрала наиболее благонадежный магазин, и сделала заказ.

Материалы завезли буквально через день, и тут же приступили к работе - залили обе комнаты выравнивающей смесью, через двое суток положили фанеру. Но стоило только мастеру намазать первую паркетину клеем, как случилось непредвиденное: молодого здорового мужчину хватил инфаркт. Самый натуральный – уж военные летчицы умеют такое определять.

Выпроводив врачей и тело в черном пластике, Марья Ильинична тут же оседлала телефон: долго жить на раскладушке на кухне ей совершенно не хотелось. Нет, оно, конечно, тепло, да и к еде близко… только ей давно уже не двадцать, в любых условиях сон ловить.

Спустя два дня и пятнадцать звонков в магазин, тридцать в мастерские, и сто пятьдесят восемь в Собес, на пороге появилось тело мужчины. Обдав Марью Ильиничну жутким перегаром, тело попросило опохмелиться, уверяя, что «ща все буит за-а-шибись». Из любопытства налив гостю стакан фирменной настойки из черной смородины, женщина встала в дверях комнаты, и начала внимательно следить за работой. Когда «ёлочка» окончательно превратилась в бурелом, Марья Ильинична скомандовала неблагонадежному элементу убираться вон.

Однако найти замену оказалось нелегко. Вернее, вообще не получилось: больше мастеров у магазина не было, в Собесе – очередь на два месяца вперед, а в фирмах по ремонту такие деньги заломили, что проще самой корячиться.

- О Господи, о святые угодники, да что же это такое-то! Из какой преисподнии паркетчика выковыривать-то теперь? - в сердцах воскликнула Марья Ильинична.

Потом она вспомнила доверительные беседы со старшей внучкой, работающей по матерной специальности «маркетолог», и ее осенило. Взяв забытые младшим внуком черный маркер и тетрадь, изрисованную какими-то закорючками, угловатыми буквами, и пятиконечными звездами, Марья Ильинична пошла расклеивать рукописные объявления. «Где ты, паркетчик? Жду! Оплата временем». Мало ли, вдруг сработает?

На следующий день Ильинична проснулась рано. Настроение было замечательным, энергия бурлила ключом. Десять приседаний, десять отжиманий от стены, двадцать взмахов каждой ногой, ромашковый лед на лицо и шею – и можно завтракать. Стылые лучи октябрьского рассвета выхватывали хрупкую фигуру, снующую по кухне в бархатном спортивном костюме – почему-то именно сегодня Марья Ильинична решила изменить привычному пестрому халату Ивановской фабрики. Как чувствовала: только засунула омлет в духовку, раздался звонок в дверь.

- Объявление, - сказал абсолютно седой мужчина, явно ровесник Ильиничны.

В одной руке он держал ломик, в другой – железный ящичек с инструментами, такого же серо-зеленого оттенка, что штаны, рубашка и смахивающий на китель пиджак. На широком кожаном ремне висел длинный и плоский нож.

- А… а… я… разве…

Марья Ильинична хотела сказать, что на объявлении не было адреса, только телефон, но посмотрела в глаза незнакомца и передумала. В этих ясных ярко-голубых глаза не было и тени старческой поволоки, только пылкий мальчишеский задор, с которым солдаты глазеют на красивых девушек. Ругая себя за глупость, зардевшаяся Марья Ильинича отступила внутрь квартиры.

- Ну, гхм, ну проходите. Ах, бросьте, не снимайте, все равно грязь будет. Так. Вот материал. Инструменты есть? Хорошо. Я на кухне. Да, звать вас как? Я Марья Ильинична.

- Павл.

- Павел это хорошо, у меня сын Павел… а по батюшке-то?

- Фр-Федровч.

Старик говорил несколько странно. Марья Ильинична подумала было, что акцент, да и сам голос этот ей очень знакомы. Но тут с кухни заорал чайник. Мысль ушла.

- Ой, простите пожалуйста, надо выключить! Ну, зовите, если что.

Он не звал. Он работал. Просто работал. Тук-тук, едва слышно доносилось из маленькой комнаты, тук-тук. Марья Ильинична работала тоже: солила огурцы, сушила в духовке яблоки, варила варенье из алых ягод калины. Ягоды исходили соком и лопались, обдавая края кастрюли багровыми брызгами. И с каждым поворотом ложки, с каждым блюдечком снятой пенки, Марья Ильинична улыбалась все шире и шире, сама не понимая, чему.

Сладкое забытье закончилось уже затемно.

- Посмотрите? – раздалось из коридора.

Марья Ильинична аж подпрыгнула. «Надо же, не обедал, и даже в туалет не ходил! Или я все пропустила?» - подумала в панике она и метнулась к дальней комнате.

- Петр Федорович, вы… вы… вы просто…

В магазине Марье Ильиничне сказали, что квартира займет неделю, а померший от инфаркта паркетчик, увидев фронт работ, что маленькую комнату сделает в два дня. Но сейчас все тринадцать квадратов матово светились ровнехоньким новым паркетом, да еще и с пятиконечным узором, вписанным в круг.

- Как… как вы так быстро управились?! – нашлась, наконец, Марья Ильинична.

- Работал, - пожал плечами Павел Федорович.

- Да вы настоящий мастер! Где же учат такой красоте?

- Отец. И Дед. Мы плотники. Поколения.

- Семейное мастерство? Ах, как это замечательно! Но подождите, вы же не обедали! Не хотите? Ну ладно… а может, хоть чаю? С вареньем? Свежее!

- Хорошо. Благодарю.

Остаток вечера чаевничали, приятно беседуя о разном. Ну как беседуя. Говорила, в основном, Марья Ильинична, а Павел Федорович слушал и коротко отвечал. Так коротко, что казалось, будто он вообще не раскрывает рта. Но его внимательные ярко-голубые глаза жадно ловили каждое движение Марьи Ильиничны, которая от этого тушевалась, словно девочка, и несла какую-то чушь.

После третьей чашки чая, Павел Федорович поблагодарил за угощение и попрощался, по-военному кивнув головой. А потом буквально исчез, да так быстро, что Марья Ильинична даже не успела спросить, во сколько он будет завтра.

- Дура бабка, - сказала она своему отражению в зеркале, пытаясь заколоть выбившуюся прядь.

В полумраке кухни, освещенной одной псевдо-керосинкой, ей показалось, что давно поседевшие волосы снова стали темно-русыми.

Наступил новый день. Снова проснувшись чуть свет, Марья Ильинична присела уже тридцать раз, а к отжиманиям и махам прибавила прыжки через внучкину скакалку. Лампочка в ванной светила очень тускло, поэтому вчерашнее наваждение с волосами повторилось. И морщин как будто стало меньше... Хмыкнув, Марья Ильинична пошла взбивать омлет.

Павел Федорович объявился минута в минуту, как вчера. Запустив мастера, Марья Ильинична  твердо пообещала себе сменить все лампочки и проверить зрение. Потому что совершенно седые вчера, сегодня волосы паркетчика явно отливали соломенным золотом.

Потом все повторилось: вкрадчивое постукивание стыкующихся паркетин, иногда - шкварканье пилы. Варенье из кабачков, грибное ассорти, заготовка тыквы. То же блаженное забытье, и то же удивление от внезапного «Проверите?»  у двери.

На этот раз мастер выложил коридор перед маленькой комнатой, и больше половины большой. Узор здесь был другим – что-то более квадратное, только Марья Ильинична  не смогла понять, что.

- Ну, пойдемте чай пить, - сказала она и упорхнула на кухню.

Сегодня разговор был оживленнее. Павел Федорович даже сам задал вопрос – всего один, но личный.

- Сын? – указал он на фотографию белокурого и голубоглазого юноши в парадной армейской форме.

«Переехав» на кухню, вместе с буфетом Марья Ильинична взяла с собой ворох фотографий, которые обычно висели на стене. Главной среди них была именно эта. Ее радость, ее гордость, ее проклятие. Ее единственная память о тех пяти безумных днях, когда она предала свою Родину.

- Да, Павлуша мой… - ответила Марья Ильинична, - в Афгане погиб.

- Война не знает жалости, - серьезно проговорил Павел Федорович.

- Да… ну, хоть Петрушу мне оставил, - Марья Ильинична показала на фото старшего внука, - ведь жизнь она, в конце концов, в детях.

- Точно так, - задумчиво подтвердил Павел Федорович, - жизнь в детях.

И посмотрел на послевоенную фотографию Ильиничны с темноволосым и черноглазым комбригом. И ничего не сказал.

На следующее утро Марья Ильинична проснулась настолько бодрой и отдохнувшей, что даже пошла в маленькую комнату и сделала на новехоньком паркете «колесо», совсем как в молодости.

- Дура баба, баба дура,- пропела она, рассматривая своя свои гладкие, практически без морщин, руки, - дура, лампочки смени, трам-пам-пам…

Когда подтянутый и в разы помолодевший Павел Федорович позвонил в дверь, она даже не удивилась.

В этот день Марья Ильинична планировала добить заготовки на зиму. Она носилась по кухне строгая, рубя, соля, кипятя, заливая, и тренькая крышками столь рьяно, что даже не заметила, что Павел Федорович давно уже оделся и стоит на пороге, наблюдая за ней.

- Ой, вы уже? Сейчас-сейчас! – она вытащила из духовки пирог, стянула фартук и торопливо прошла к большой комнате.

И замерла.

- Это… это… да что же вы сделали-то…?

Задохнувшись от возмущения, Марья Ильинична вскинула голову и собралась сказать… много чего. Но не сказала. В солнечном сплетении разлился холодок, стылые мурашки побежали по всему телу. Женщина вжалась спиной в косяк.

- Ты?...

Он кривовато улыбнулся. Ильинична отступила в коридор, попятилась на кухню.

- Но... но я же? Как? Ты же… А. Ты за мной пришел, да?

Он кивнул и положил руку на нож. Штык-нож, как поняла теперь Марья.

Она задохнулась, мотнула головой, и ринулась на кухню. Буфет. Ящик на себя, полотенца прочь. Коробка, рукоятка, один есть. Тот самый. Боже, сработай! Сработай хотя бы сейчас!

Щелк! Щелк! Щелк. Щелк…

- Осечка на последнем. Всегда, - тихо сказал Пауль, входя на кухню и наотмашь вынимая оружие.

- Знаю! Иначе б не стояла тут сейчас!

Она швырнула трофейный маузер на стол, прямо на пирог. Свастика и две острых молнии отпечатались в мякоти стынущего теста.

- Мстить пришел, да? Что, зарежешь?

- Зарезать? - Пауль оценивающе посмотрел на нож в своей руке, и убрал его, - нет. Зачем? Все было правильно. Лучший выход. Единственный. Хотел сам. Ты опередила.

- А дамы вперед, - язвительно ответила Марья и крепче сжала полку буфета у себя за спиной, - так что стоишь-то? Небось, в ад к себе забрать собрался, или куда там истинные арийцы попадают?

- Не начинай, - поморщился Пауль, - на тебе смертей не меньше.

- Ч-что? – Марья задохнулась от возмущения, но потом вспомнила улетающие вниз бомбы.

И воронки, в которые скидывали трупы. И части трупов. В разной форме. С разными лычками. В одной крови и земле.

- Я Родину защищала, между прочим!

- Я тоже. Ты видела.

Видела. Она видела точно такие же плакаты, как дома – женщины, дети, штыки. И фильмы – потом уже – видела. Одинаковые ракурсы. Одинаковые действия. Почти одинаковые клятвы. Только язык разный. И разная правда…

- Не правда, - он словно прочел ее мысли, - вера. Просто ваша вера оказалась сильней.

- И есть! – огрызнулась Марья, - и всегда будет!

- Точно так. Но ты писала про другое, - Пауль вынул из кармана сложенное вчетверо объявление, - и я пришел.

Марья попыталась возразить, но не успела. Ее прервал бой часов, похожий на артиллерийские залпы.

- Зачем ты мне пакет-то так выложил, изверг? – едва слышно сказала она.

- Потому что каждому свое, - хитро улыбнулся Пауль и шагнул вперед.

И обнял.

На Марью снова обрушился запах шерсти, впитавшей кровь, пот, снег, и землю. Запах высоты и соляры, вытекающей из пробитого бака. Запах оружейного масла и консервных банок. Запах сырости и едва тлеющего примуса. Запах отдаленного дота в дебрях фронтовой зоны. Запах усталости. Запах смерти. Запах отчаянной, безнадежной, неправильной близости.

Запах, который она столько лет пыталась забыть.

И не смогла.

Не глядя и не целясь, Пауль наощупь дотянулся до маузера и выстрелил…

…Звон, треск, грохот. Потрясая остатками стекол, окно опять распахнулось и ударилось о холодильник. Ледяной ноябрьский воздух ворвался на залитую кровью кухню, чуть не сорвал фуражки, разметал протокол.

- Да твою ж дивизию, лейтенант! – рявкнул полковник Ночка, - что за префоманс, итить твою, я спрашиваю! Тут ветеранов, понимаешь, как курей, режут, а ты инсталляциями занимаешься! А ну быстро закрыл!

Трепеща, молодой милиционер перепрыгнул через красную лужу и простреленные старинные часы, и начал бороться с рассохшимися от времени рамами.

- Товарищ полковник, если я не нужен, я пойду? – спросил внук покойной, который и обнаружил труп, - вы же меня вызовите, когда понадоблюсь?

- Да, пожалуй… Хотя нет, постой. Бабка оккультизмом баловалась?

- Н-не припомню такого…

- Баба Маша верующая была, в храм ходила, - с готовностью затараторила одна из понятых, - все, говорила, за мужа своего первого свечки ставлю, в войну погиб, так сыночка-то и не увидел… И даже фотографий не осталось.

- Ну, война такая вещь… ладно, Сумеркин *, идите. Только много не пейте. А то тоже без головы того... Да, и доктора кликните, если встретите. Чего он там застрял, растудыть его! Бабуин прозекторский…

Два раза повторять было не надо. Петр Павлович спешно пошел к выходу из квартиры. Еще бы! Не каждый день натыкаешься в коридоре на снятую голову любимой бабушки.

- Да ты не переживай, она не мучилась, - проскрипел  сухощавый человек в белом халате, появляясь из большой комнаты, - это маньяк, он знает свое дело.

- О, доктор. Вас там полковник заждался, - сказал Петр Павлович, - а меня отпустил. Я ухожу домой.

- Ну и правильно, - кивнул доктор, по-птитьи изобнув шев и не отрывая глаз от казенного бланка, - тут теперь уже наша работа.

Дописав что-то, дыхнул на печать и заверил бланк. «Снеговой Т.О.Т.», невольно прочел Петр Павлович. И кого только в милицию теперь берут!

- Да, кстати, позвольте полюбопытствовать, а почему в одной комнате пентаграмма выложена, а в другой свастика? – спросил доктор, поправляя очки.

- Не знаю, - честно ответил Петр Павлович, - ну я пошел?

Прикрыв глаза, доктор снова дернул шеей и двинулся на кухню.

Выйдя на улицу, Петр Павлович долго стоял, глядя в непривычно ясное ноябрьское небо. Где-то отмечали свадьбу, и разноцветные ракеты со свистом распарывали воздух. Всунув в уши любимую музыку, Петр Павлович Сумеркин отправился в ближайшую церковь, ставить свечу за новопредставленную Марию. И ещё одну, по семейной традиции: за убиенного Павла - деда, бесследно сгинувшего во время войны.

 

* Для понимания полноты картины рекомендуется послушать песню Сергея Калугина "Паркетчик Сумеркин"

Иллюстрация - Майя Филатова

Похожие статьи:

РассказыДоктор Пауз

РассказыВластитель Ночи [18+]

РассказыПо ту сторону двери

РассказыПесочный человек

РассказыЖелание

Рейтинг: +5 Голосов: 5 1050 просмотров
Нравится
Комментарии (66)
Майя Филатова # 6 июня 2016 в 11:18 +2
Единственный рассказ, который я у себя люблю)) Написан под впечатлением от цикла "Каменное зеркало" Оксаны Ветловской, а также нескольких музыкальных композиций.
DaraFromChaos # 6 июня 2016 в 11:54 +2
прослушивать ничего не буду. предпочитаю воспринимать текст как самодостаточный

мнение: начало - оййй, еле осилила. к середине резко сменился ритм, стиль и предсказуемость сюжета (какие-то моменты угадывались заранее)

плюс за идею :)
и подрезать бы многабукаф - рассказ бы от этого только выиграл
Майя Филатова # 6 июня 2016 в 20:51 +1
спасибо за плюс!
а что подрезать? я наоборот даже спецом вставила пару уточнений перед выкладкой, чтобы усё ясно было...
Анна Гале # 6 июня 2016 в 12:11 +2
Реально: начали за здравие, закончили за упокой )) Интересная идея +
Матумба(А.Т.Сержан) # 11 июня 2016 в 00:08 +2
Не могу не согласиться. Шикарное начало. Рука сама тянулась к зачету. Язык, сюжет - просто замечательные. А потом пришел фашист-паркетоукладчик и фсё испортил. Я его ненавижу.
Майя Филатова # 11 июня 2016 в 01:30 +2
Жизнь - сложная штука...
Матумба(А.Т.Сержан) # 11 июня 2016 в 01:39 +1
Была бы простая, любовь бы рулила.
Анна Гале # 6 июня 2016 в 12:14 +2
Майя, почти до середины была уверена, что читаю сентиментально-юмористический рассказ ))
DaraFromChaos # 6 июня 2016 в 13:20 +2
сентиментально-юмористический рассказ ))
мне, кстати, попытка сделать рассказ - жанровый перевертыш, не очень понравилась.
мое имхо считает: вертеть надо в обратную сторону - из сентиментальщины (или серьезности) в юмор, а не наоборот
Майя Филатова # 6 июня 2016 в 20:57 +1
самое смешное тут то, что это НЕ БЫЛО попыткой написать перевертыш, я просто писала, как вижу и чувствую. У меня в сознании рассказ монолитен.
crazy
DaraFromChaos # 6 июня 2016 в 21:05 +2
У меня в сознании рассказ монолитен.
не хочется огорчать твое сознание, но оно слишком субъективно laugh
Майя Филатова # 6 июня 2016 в 21:19 +2
Это так. И что с ним, таким-сяким, делать?
DaraFromChaos # 6 июня 2016 в 21:35 +2
учить его воспринимать готовый текст независимо :)))
Майя Филатова # 7 июня 2016 в 09:51 +1
а как этому учатся?
Майя Филатова # 6 июня 2016 в 20:53 +2
спасибо за плюс!
интересно, почему люди так часто принимают сарказм и сатиру за юмор...
Анна Гале # 6 июня 2016 в 21:33 +3
В следующий раз буду точнее в жанровых определениях ))
DaraFromChaos # 6 июня 2016 в 21:37 +3
я вообще стараюсь жанровые маркеры не расставлять. по себе знаю: иногда очень сложно отнести готовую вещь к какому-то одному жанру. а перечислять списком - еще хуже
Жан Кристобаль Рене # 6 июня 2016 в 21:42 +3
Это еще инквизитор до котика не добрался)
Майя Филатова # 7 июня 2016 в 09:52 +2
по котику хохочет огненная гиена?))
Жан Кристобаль Рене # 7 июня 2016 в 10:03 +2
Не, ну почему) Начало впечатлило, правда в силу своей испорченности подумал, что бабушка в другом смысле пол сменить хотела, потому вначале недотумкал чего она мебель выносит. ) пока до смерти ремонтника дошел. Вроде нормальная ржака. Заценю остальное, потом мнению скажу. Надеюсь финал не слит)
Майя Филатова # 7 июня 2016 в 12:45 +2
скорее, чёрный сарказм, добавленный, чтобы снизить градус философского пафоса.
DaraFromChaos # 7 июня 2016 в 12:48 +2
Майя, да уже забей ты на определения :)))))
я лично не увидела ни черного сарказма, ни философского пафоса :)
Жан Кристобаль Рене # 7 июня 2016 в 12:51 +2
Хм... Философии пока не заметил, но я не в счет, потому чта примитивный и нетонкий человек) блин, с утра не отрываясь роман строчу, не успеваю дочитать. Но сегодня прочту, непременно!
Анна Гале # 7 июня 2016 в 17:38 +3
Гыыы! Насчет бабушки, решившей сменить пол, я думала, только я такая испорченная )))
Жан Кристобаль Рене # 7 июня 2016 в 17:43 +3
Ага! Я завис, когда прочел что бабуля спотыкалась и решила, что ПОРА! Блин... Реально взрыв мозга был. )
Жан Кристобаль Рене # 8 июня 2016 в 21:29 +3
Майя, прости пожалуйста, но это единственный случай, когда плюс за твою работу просто не могу поставить. Первая часть очень понравилась. Продолжение шито белыми нитками и притянуто за уши. Совершенно не вызывают герои сопереживания. И неприятия тоже. Не воспринял я рассказ как реалистичный - картон картоном(( Извини... Хнык, шмыг cry
Майя Филатова # 8 июня 2016 в 21:40 +2
cry
Нитка Ос # 9 июня 2016 в 21:20 +2
жуткая история
выбивает из колеи напрочь, словно барахтаешься в кошмаре и проснуться не можешь
сумбурная, опережающая саму себя
Нитка не любит рассказов, песен, стихов, фильмов о настоящей войне
Нитка впадает от них в глубочайшую депрессию
плюс за смелость
покорена тем, как ты защищаешь свое произведение
Майя Филатова # 9 июня 2016 в 22:48 +3
спасибо.
Я тоже не люблю войну - да и кто её любит? Но её образы постоянно прорываются. Кричат, зовут, умоляют их выслушать. И не деться от них никуда. Приходится выслушивать.
Иногда вот, записываю.
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 13:19 +3
Сначала тоже решил, что это легкий веселый рассказ. Особенно начало про смену пола. Вот, думаю, бабка дожилась, на старости мужиком захотела стать.)) Потом все прояснилось, ладно думаю, может так и задумывалось, чтобы читателя повеселить. Собственно, до того момента, как Павел преобразился в Пауля было все понятно. А затем я неожиданно потерял нить повествования. Ощущение, что не хватает целого куска, который должен объяснить Кто есть кто? Что такое совершила героиня на войне, что ей пришли мстить потусторонние силы. Извини, Майя, но я не Ностродамус, чтобы увидеть то, чего не видно ) Почему она стала молодеть? Зачем фриц пришел ее убивать? Как связаны пентаграмма и свастика с последующими событиями? И еще масса вопросов. Но рассказ не оставляет равнодушным. За это плюс.
Майя Филатова # 10 июня 2016 в 16:44 +2
спасибо!
Ностродамусом быть не надо. Достаточно включить в себе романтика )) Через годы, через расстояния, и далее по тексту...
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 17:04 +3
НУ, романьтизму у меня богато! Я романтик от треуголки до подошв своих ботфорт.
Наверное, у меня логическое мышление не очень. Вот не понял я, как русский Павел трансформировался в немецкого Паулюса и почему захотел отрезать голову у пожилой женщины. Тут видимо не романтизм, а психоделизм какой-то замешан )
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 17:05 +2
этот-то момент я как раз поняла
собственно, за него и плюсанула
но вот начало мне категорически не понравилось: не рассказ, а криво пошитый франкенштейн :((((
Жан Кристобаль Рене # 10 июня 2016 в 17:09 +2
А мне больше первая часть понравилась)) Из неё мона было офигенный романтик забацать. И тут как кипяток на плешь -дольче зольдатен. Вторая часть не пошла от слова совсем))
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 17:10 +2
это уже вопрос фломастеров
но суть в том, что как единое целое рассказ не смотрится
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 17:35 +2
Объясните мне пожалуйста эту фразу:
Марья Ильинична взяла с собой ворох фотографий, которые обычно висели на стене. Главной среди них была именно эта. Ее радость, ее гордость, ее проклятие. Ее единственная память о тех пяти безумных днях, когда она предала свою Родину.

Нет, я считаю,что в тексте не хватает куска о её военном прошлом.
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 17:39 +1
так дальше по тексту все разъясняется :)
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 17:44 +2
Какая ты умная. А я ничего не увидел... И сейчас не вижу.
Майя Филатова # 10 июня 2016 в 18:07 +2
Григорий, про прошлое сказано вполне конкретно:
"...снова обрушился запах шерсти, впитавшей кровь, пот, снег, и землю. Запах высоты и соляры, вытекающей из пробитого бака. Запах оружейного масла и консервных банок. Запах сырости и едва тлеющего примуса. Запах отдаленного дота в дебрях фронтовой зоны. Запах усталости. Запах смерти. Запах отчаянной, безнадежной, неправильной близости. Запах, который она столько лет пыталась забыть. И не смогла."
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 18:19 +1
Запах отчаянной, безнадежной, неправильной близости
Я так понимаю, что это основная строка, которая должна объяснить всё.
Остальное просто война. Но этого настолько мало ( лично для меня) что на это просто не обращаешь внимания. Это как уникальный тонкий английский юмор, настолько тонкий, что понятен не всем.
Хорошо, её сбили и фриц воспользовался её беспомощностью. Но зачем он приперся к ней через столько лет? Зачем выкладывал пентаграммы и свастики? Откуда понятно, что он был не просто солдат вермахта а потустороннее чудовище из ада? Ничего этого в рассказе нет, потому события выскакивают на читателя, как черт из табакерки. Может, кто-то любит, чтобы плавное повествование неожиданно взрывалось мозгосносительным фейерверком без всяких объяснений, но мне это показалось ударом ниже пояса )
Майя Филатова # 10 июня 2016 в 18:45 +1
Григорий, вы провокатор)))

Не было никакого использования и никаких чудовищ. Всё просто: двое бойцов случайно отбились от "своих" и случайно встретились в брошенном доте на "ничейной" территории. И полюбили друг друга. Ключевое слово - любовь. Та, которая Большая Чистая, и На Всю Жиссь. Прожили несколько дней, потом фронт подкатился. С какой стороны - не понятно. И тут каждый втихомолку решил убить другого, а потом себя. Первой успела девушка - но застрелиться над трупом любимого у неё не получилось из-за осечки. Там уже свои пришли, "освободили", все дела. Большая Любовь осталась в тайне, но от неё родился ребёнок (такое бывает laugh ) - вот это самое "память и проклятие".
А через много "фриц" пришёл потому, что а) она, сама того не понимая, его позвала, причём расово-верным оккультным способом laugh б) у них Большая Любовь, которая, как известно, сильнее даже смерти. Кстати, про Ад - это фраза и мнение исключительно героини. Но не автора laugh
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 18:54 +2
Майя, ну зачем ты спойлеришь cry

с братиком бывает: не понимает он иногда каких-то рассказов (со всеми случается ))))
но объяснять-то зачем? остальным портить удовольствие от чтения
Жан Кристобаль Рене # 10 июня 2016 в 18:58 +2
Кстати и я недотумкал)) Но опять остаюсь при своём мнении. Два независимых куска. Не стыкуются, мля!! Даже ежели Мая сейчас в сердцах мну кулачиной в нос заедет - мнению не изменю)) Бе, бе, бе))
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 18:59 +2
я-то дотумкала, но вот под этим подпишусь:
Два независимых куска. Не стыкуются, мля!!
Майя Филатова # 10 июня 2016 в 19:00 +2
cry видимо, привычка такая академическая - подробно отвечать на вопросы оппонентов cry
но люди сначала всё-таки рассказ читают, а потом уже комменты... не?
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 19:03 +2
таки имею сказать две вещи:
1. мое глубокое убеждение: автор не должен ничего объяснять! если не поняли один-два читателя - это их проблемы
если не поняли многие - проблемы автора. значиццо, плохо расписал в рассказе
2. нет, не все сначала читают рассказ
многие переходят по комментам на главной или во френд-ленте
Майя Филатова # 10 июня 2016 в 19:08 +3
cry втык уясняю stuk постараюсь исправиться... scratch
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 19:12 +2
1. мое глубокое убеждение: автор не должен ничего объяснять! если не поняли один-два читателя - это их проблемы
Это позиция вредного и эгоистичного автора. А Майя добрая и открытая, и потому идет читателям на встречу. Очень правильная позиция.
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 19:19 +1
Это позиция вредного и эгоистичного автора.
это позиция автора, который уверен, что у читателя есть мозги
crazy
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 19:23 +1
Вот скажи честно: ты поняла, что там была ничейная территория, что они полюбили друг друга, что фронт приблизился, что каждый решил убить другого,а потом самоубиться?
Как ты могла это понять, если этого нет в тексте. Там только несколько описаний: блиндаж, пробитый бак и так далее. При чем здесь мозги? Если ты действительно все это поняла, то Шерлок Холмс жалкий поц по сравнению с тобой.
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 19:32 +1
про ничейную территорию даже не задумывалась.
то, что они встретились в самом конце войны и полюбили друг друга - мне было очевидно
и то, что хотели убиться коллективно - тоже

что касается Холмса, то была, на минуточку, еще мисс Марпл :)))) я куда моложе, но мозгов у меня хватает, чтобы понять такие вещи.
возможно, потому, что я привыкла искать в текстах много смыслов, особенно глубоко закопанных

ПС а еще раз услышу "скажи честно" или "ты лукавишь" - буду минусовать. потому что надоело. не надо судить о людях по себе
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 19:37 +1
Угрозы пошли ) Минусуй, если тебе хочется.
Я не люблю искать в рассказах скрытый смысл. Меня это не только не развлекает, а наоборот, сильно раздражает. Загадки и ребусы не для меня. Я люблю читать рассказ словно смотрю фильм. Если фильм прерывается - я начинаю нервничать )
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 19:42 +1
ах, это уже угрозы?
то есть тебе приписывать мне какие-то негативные качества (фактически, обвинять по вранье) - это нормально?
а когда я в сотый раз повторяю, что мне это надоело и за это полагается по лбу - это угрозы
двойная мораль в действии?
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 19:48 +2
Ладно. Ругаться не будем. Просто я восхитился твоим незаурядным умом.
Раз Майя мне всё объяснила, то и спорить не о чем.
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 19:56 +2
*неохотно выключает бензопилу* laugh
интересный у тебя способ восхищаться :)))
как говорит один мой приятель: Это комплимент или повод для драки?

Гриш, у меня не "незаурядный" ум. Просто извилины закручены не так, как у тебя. Поэтому мы и воспринимаем (и понимаем или не понимаем) тексты по-разному.
потому-то, в частности, я обычно удивляюсь, когда тебе что-то мое нравится. Слишком у нас разный подход :)
Жан Кристобаль Рене # 10 июня 2016 в 20:09 +2
Ну вы, блин, даёте))) Гы) Вы точно брат и сестра))
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 20:13 +2
Вы точно брат и сестра))
ага. единоутробные. от одного папочки
crazy
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 19:06 +2
Спасибо, Майя. Если бы не это объяснение, так бы помер не узнавши истину.
Неужели всё это было в тексте? shock
Жан Кристобаль Рене # 10 июня 2016 в 19:09 +2
Майя, видишь! Я честный, я прямым текстом говорю, а одноглазый издевается)))
Григорий Родственников # 10 июня 2016 в 19:14 +2
Я не издеваюсь, Кристобаль. Я действительно не вижу в упор тех подробностей истории любви о которых говорила Майя. И мне кажется, что Дара лукавит, не может человек увидеть то, чего нет )
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 19:20 +2
И мне кажется, что Дара лукавит, не может человек увидеть то, чего нет )
Гриш, ты мну достал! stuk
ты же прекрасно знаешь, что меня много недостатков, но вот вранье и лукавство в их число не входят
на мой взгляд, все то, что Майя многословно объяснила - видно невооруженный глазом
но, повторюсь: то, что ты не понял - я критичным не считаю. восприятие у всех разное.
Майя Филатова # 10 июня 2016 в 19:10 +1
пожалуйста))) ага, оно там есть )))
в который раз убеждаюсь: женщинам эта лырыческая подноготная лучше понятна laugh
Майя Филатова # 10 июня 2016 в 17:59 +2
Кристобаль, рассказ и есть романтИк о том,что любовь сильнее всего - национальностей, условностей, войны, смерти...
Жан Кристобаль Рене # 10 июня 2016 в 18:02 +3
Майя, дорогая, я романтик несколько иначе представляю. Тут началось нежно-гламурно, а потом мужик с ножом. Как будто страницы вырваны из рассказа.
DaraFromChaos # 10 июня 2016 в 18:25 +2
я бы тоже не сказала, что романтИк
но это сути дела не меняет :)
Добавить комментарий RSS-лента RSS-лента комментариев